Постановление от 28 января 2019 г. по делу № А53-27979/2017

2317/2019-8137(2)

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/
ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-27979/2017
город Ростов-на-Дону
28 января 2019 года
15АП-21549/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2019 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Стрекачёва А.Н., судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

в отсутствие представителей лиц участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 25.11.2018 по делу № А53-27979/2017 о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки по заявлению финансового управляющего ФИО3 к ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),

принятое в составе судьи Яицкой С.И.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий с заявлением о признании недействительным договора купли- продажи транспортных средств от 28.06.2017, применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.11.2018 по делу № А53-27979/2017 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 28.06.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Применены последствия недействительности сделки.

Суд обязал ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль-самосвал НЕФАЗ 45142-10-15, 2006 года выпуска (VIN <***>).

Взыскано с Васильева Владимира Николаевича в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.11.2018 по делу № А53-27979/2017, ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что общедоступные сведения из сети Интернет относительно стоимости аналогичных транспортных средств не могут являться надлежащими доказательствами рыночной стоимости транспортного средства, поскольку в каждом случае необходимо принимать во внимание техническое состояние и условия эксплуатации транспортных средств.

В возражениях на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО3 просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 25.11.2018 по делу № А53-27979/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.11.2017 (резолютивная часть оглашена 16.11.2017) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим ФИО2 суд утвердил ФИО3 (353910, г. Новороссийск, а/я 115) из числа членов ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 225 от 02.12.2017.

В Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий с заявлением о признании недействительным договора купли- продажи транспортных средств от 28.06.2017, применении последствий недействительности сделки.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой

инстанции удовлетворил заявление финансового управляющего, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

Право финансового управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника

банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 9 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Учитывая данные разъяснения, поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 28.09.2017, действительность оспариваемого в рамках настоящего спора договора от 28.06.2017 оценивается судом только применительно к правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит факт неравноценного встречного исполнения сделки.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорная сделка совершена при неравноценном встречном исполнении.

Так, из договора купли-продажи от 28.06.2017 следует, что транспортные средства - самосвал модель НЕФАЗ 45142-10-15 и полуприцеп-самосвал марки ОДЖАЗ 9370 реализованы должником ответчику по цене 100 000 руб.

При этом согласно общедоступным сведениям в сети Интернет стоимость аналогичных транспортных средств в несколько раз превышает стоимость, указанную в оспариваемом договоре.

Их карточки учета транспортного средства - НЕФАЗ 45142-10-15, 2006 года выпуска следует, что данный автомобиль приобретен ФИО2 в 2006 году за 1 222 000 руб.

Ответчиком не доказано, что приобретенный им автомобиль НЕФАЗ находился в неисправном состоянии. В договоре купли-продажи от 28.06.2017 также не указано на неисправность автомобиля, являющегося предметом сделки.

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор заключен на условиях неравноценного встречного исполнения. Доказательств обратного, ответчиком в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд первой инстанции усмотрел в действиях ответчика и должника имеются признаки злоупотребления правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего

незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при

совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к настоящему спору для установления факта недействительности сделки на основании статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом установлено, что ответчик и должник являются заинтересованными лицами.

В силу пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику- гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из материалов дела следует, что ФИО4 является отцом должника - ФИО2 (справка Отдела ЗАГС Гулькевичского района Управления ЗАГС Краснодарского края от 30.08.2018), следовательно, в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве относится к заинтересованным по отношению к должнику лицам.

При этом ответчик не обосновал цель приобретения грузового автомобиля у сына и экономическую целесообразность совершения оспариваемой сделки.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что автомобиль НЕФАЗ 45142-10-15 не выбывал из фактического владения должника после совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, согласно представленной Управлением Государственной инспекции безопасности дорожного движения Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Краснодарскому краю информации, полуприцеп-самосвал марка ОДЖАЗ 9370, цвет прицепа - оранжевый, год изготовления 1983, регистрационный знак <***> реализован должником - ФИО2 23.04.2014 ФИО5 за 100 000 руб., а 29.12.2014 ФИО5 реализован ФИО6, который является собственником самосвала в настоящее время.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой в рамках настоящего дела сделки полуприцеп-самосвал марка ОДЖАЗ 39370 не находился в собственности должника, следовательно, не мог быть реализован на основании договора купли-продажи от 28.06.2017, что также свидетельствует о мнимости спорной сделки.

Материалами дела о банкротстве должника подтверждается, что на дату заключения оспариваемого договора у ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед ООО «Транс-Гарант», Банком «СОЮЗ», КБ «Союзный», ФИО7

В настоящем случае аффилированность сторон сделки позволяет сделать вывод об осведомленности ответчика о целях совершения указанной сделки - отчуждение ликвидного имущества должника, и как следствие, уменьшение конкурсной массы должника и утрата кредиторами возможности удовлетворения своих требований в соответствующей части.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Действия сторон оспариваемой в рамках настоящего дела сделки, направленной на вывод активов должника в преддверии банкротства при отсутствии какой-либо разумной экономической необходимости свидетельствуют о злоупотреблении сторонами сделки правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

С учетом обстоятельств настоящего спора, отсутствия в материалах доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон сделки, суд пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи от 28.06.2017 является мнимой сделкой, поскольку целью совершения указанной ничтожной сделки является вывод активов должника, что стало возможным в результате недобросовестных совместных, согласованных действий должника и ответчика.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре

(в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Исходя из указанных разъяснений, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить полученное по сделке имущество -автомобиль НЕФАЗ 45142-10-15 в конкурсную массу. Поскольку полуприцеп-самосвал марка ОДЖАЗ 9370 по спорной сделке фактически не передавался с учетом реализации его должником в 2014 году, следовательно, в данной части не подлежат применению последствия в виде возврата данного имущества в конкурсную массу.

Кроме того, поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт передачи денежных средств по сделке должнику и допущено злоупотребление правом при совершении сделки, права ответчика не подлежат судебной защите. В связи с чем, суд первой инстанции посчитал не подлежащими применению последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику в размере 100 000 руб.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регулируется статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче исковых заявлений неимущественного характера, в том числе заявления о признании права, заявления о присуждении к исполнению обязанности в натуре уплачивается государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 19 постановления № 63, судам необходимо учитывать, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Определением от 07.08.2018 финансовому управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения спора по существу.

Поскольку требования финансового управляющего удовлетворены, суд первой инстанции взыскал с ответчика в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия исходит из того, что подателем жалобы не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих равноценность встречного предоставления по сделке. Все доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами, изложенными в обжалуемом определении, при этом сам заявитель апелляционной жалобы с учетом изложенной выше совокупности обстоятельств не представил надлежащего обоснования заявленной в договоре цены.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 ; 309- ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Учитывая, что спорное транспортное средство принадлежит ответчику, а полуприцеп-самосвал принадлежит третьему лицу, финансовый управляющий может указывать только на стоимость аналогичных транспортных средств.

В данном случае как и ответчика, так и должник не опровергли довод финансового управляющего о нерыночном характере сделки и не представили суду надлежащих доказательств того, что на момент заключения договора купли- продажи рыночная стоимость автомобиля самосвал НЕФАЗ 45142-10-15, 2006 года выпуска и полуприцепа-самосвала составляла 100 000 рублей.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в этом случае риск несовершения процессуальных действий по доказыванию собственных доводов возлагается именно на ответчика.

Арбитражный апелляционный суд также учитывает, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 № 302-ЭС17-17018, свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их

обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (64, 65 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае оценка доказательств произведена по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, из обжалуемого судебного акта усматривается, что приобщенные к материалам обособленного спора доказательства были предметом исследования суда первой инстанции, получили правовую оценку и нашли свое отражение в тексте итогового судебного акта.

Несогласие подателя жалобы с оценкой судом представленных доказательств и сделанных на ее основе выводов по фактическим обстоятельствам, их иная оценка с ее стороны, не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим доказано наличие условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Законом о банкротстве, в связи с чем заявленные требования правомерно удовлетворены.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 25.11.2018 по делу № А53-27979/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.Н. Стрекачёв

Судьи Д.В. Емельянов

Н.В. Сулименко