Постановление от 5 мая 2025 г. по делу № А43-1135/2023

Дело № А43-1135/2023
г. Владимир
06 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18.04.2025.

Полный текст постановления изготовлен 06.05.2025.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Митропан И.Ю.,

судей Новиковой Л.П., Танцевой В.А,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Казаковой Е.Ю.,

 рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с  ограниченной  ответственностью «БКЗ» и ФИО1

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.12.2024 об отказе в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов  общества с ограниченной ответственностью «БКЗ» и об отказе в процессуальном правопреемстве по делу № А43-1135/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной  ответственностью «БКЗ»,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «БКЗ» - представителя ФИО2 по доверенности (диплом, паспорт);

от ФИО1 – представителя ФИО3 по доверенности ( удостоверение № 2169, паспорт);

от общества с ограниченной ответственностью «НАППА» - представителей ФИО4 по доверенности, ФИО5 по доверенности  (диплом, паспорт),

установил:

определением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.03.2023 в отношении общества с  ограниченной  ответственностью «БКЗ» (далее - ООО «БКЗ», Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6

Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении ООО «БКЗ» опубликовано в газете «Коммерсантъ» 25.03.2023.

Индивидуальный предприниматель ФИО7 (далее – ИП ФИО7, Предприниматель) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о включении требования в размере 30 172 837 руб. 80 коп. в реестр требований кредиторов общества с  ограниченной  ответственностью  «БКЗ».

От ФИО1 поступило заявление                              об установлении процессуального правопреемства и замене заявителя                      по обособленному спору № А43-1135/2023 (39-15/3) индивидуального предпринимателя ФИО7 на ФИО1.

Определением от 04.12.2024 Арбитражный суд Нижегородской области отказал индивидуальному предпринимателю ФИО7 в удовлетворении заявления о включении требования в сумме 30 172 837 руб. 80 коп. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «БКЗ»; отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о проведении процессуального правопреемства и замене заявителя по настоящему обособленному спору с индивидуального предпринимателя ФИО7 на ФИО1.

Не согласившись с принятым определением, общество с  ограниченной  ответственностью  «БКЗ» и ФИО1                обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобами,                        в которых просят определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

ООО «БКЗ» полагает, что в материалы дела заявителем представлены доказательства поставки товара, а также наличия финансовой возможности ФИО7 по покупке товара. Заявитель апелляционной жалобы также считает, что вывод суда о мнимости сделок нарушает права ООО «БКЗ» и влечет необходимость отмены принятого судебного акта. В апелляционной жалобе Общество указывает, что иных причин банкротства должника кроме незаконных действий ООО «НАППА» не имеется, что следует из материалов дела и финансового анализа деятельности ООО «БКЗ», поясняет, что  незаконность действий ООО «НАППА» по удержанию имущества ООО «БКЗ» остановлено
постановлением Первого арбитражного апелляционного суда по делу № А43-18392/2023.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе указывает, что в материалах дела имеется договор цессии от 26.07.2023 о переходе права (требования) от ИП ФИО7 к ФИО1; считает, что правовые основания для отказа в удовлетворении заявления ФИО1 о проведении процессуального правопреемства и замене заявителя по настоящему обособленному спору с индивидуального предпринимателя ФИО7 на ФИО1 отсутствуют. Заявитель апелляционной жалобы считает, что судом не указано, в чем состояла экономическая целесообразность оформления фиктивных отношений между ООО «БКЗ» и ИП ФИО8 с учетом того, что все операции отражены в налоговых декларациях по НДС и все налоги по НДС оплачены, утверждает, что вывод суда об отсутствии у ИП ФИО7 права поставлять химическую продукцию основан на неверном толковании норм материального права.

ООО «НАППА»представило отзывы на апелляционные жалобы ООО «БКЗ» и ФИО1 (от 18.03.2025 и 24.03.2025). ООО «НАППА» в возражениях на апелляционные жалобы (от 27.03.2025) просит определение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.12.2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы ООО «БКЗ» и ФИО1 - без удовлетворения, 15.04.2025 представило обобщенную правовую позицию.

От временного управляющего ООО «БКЗ» - ФИО6 поступили анализ финансового состояния ООО «БКЗ», возражения на отзыв ООО «НАППА». Управляющий пояснил, что им проведен анализ финансового состояния ООО «БКЗ», на основании анализа книг покупок/продаж, предоставленных участниками деловых отношений, анализа банковских выписок ООО «БКЗ» по контрагенту ИП ФИО7, а также по результатам телефонного разговора с ФИО7  управляющим была сформирована правовая позиция,  управляющий пришел к выводу о действительных (фактических) коммерческих отношениях между кредитором и должником. Из телефонного разговора с ФИО7 управляющим получены сведения о деятельности организации, основных поставщиках, о длительном отсутствии судебных обращений за взысканием задолженности с ООО «БКЗ» и конкретно о поставках ФИО7 продукции в адрес должника,  в подтверждении указанного ФИО7 предоставлена бухгалтерская отчетность ООО «БКЗ», оборотно-сальдовые ведомости и книги продаж ИП ФИО7, УПД с поставщиками, досудебные претензии к ООО «БКЗ», инвентаризационные описи и постановление о возбуждении уголовного дела по факту самоуправства со стороны ООО «НАППА», в результате которого ООО «БКЗ» лишилось всех своих складских запасов, что и привело в дальнейшем к банкротству.

В судебном заседании заявители апелляционных жалоб поддержали доводы жалоб.

ООО «НАППА» в судебном заседании возражает против удовлетворения апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в отзывах и правовой позиции.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, явку своих представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как усматривается из материалов дела, между ИП ФИО7 (продавец) и ООО «БКЗ» (покупатель) заключен договор № 0610/2020 от 06.10.2020, по условиям которого продавец обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить химические материалы для кожсырья (товар, продукция).

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что поставка продукции осуществляется сторонами по универсально-передаточным документам (далее - УПД), содержащим наименование продукции, количество, цену, дату поставки, сумму НДС и иные необходимые условия. Количество, ассортимент и сумма отгрузки на каждую отдельно отгруженную партию товара определяется УПД.

В пункте 2.2 договора указано, что отгрузка продукции производится самовывозом или автотранспортном продавца либо покупателя (по соглашению сторон). Получение товара производится уполномоченным лицом, либо лицом по доверенности.

Согласно пункту 2.3 договора обязательства продавца перед покупателем считаются выполненными после того, как между продавцом и покупателем будет подписан УПД.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что цена за единицу товара согласовывается на каждую поставку и указывается в УПД с учетом НДС. Оплата продукции производится перечислением денежных средств в рублях на расчетный счет продавца либо иным способом, не противоречащим законодательству.

Согласно пункту 4.3 покупатель осуществляет оплату поставленных по УПД материалов на условиях отсрочки платежа на 60 календарных дней.

Согласно представленным кредитором УПД продавец поставил, а покупатель принял товар на общую сумму 25 098 988 руб. 71 коп.

Между ООО «БКЗ» (цедент) и ИП ФИО7 (цессионарий) 01.04.2023 заключено соглашение о зачете однородных денежных требований, в соответствии с которым цедент имеет перед цессионарием сумму долга в размере 4 729 931 руб. 64 коп. по договору № 0610/2020 от 06.10.2020 по следующим УПД: № 1105 от 05.11.2020 на сумму 690 250 руб. 20 коп.; № 1124 от 24.11.2020 на сумму 972 430 руб. 20 коп.; № 1202 от 02.12.2020  на сумму  1 001 202  руб. 48  коп.;  №   1218  от  18.12.2020  на  сумму 1 142 318 руб. 16 коп.; № 1225 от 25.12.2020 на сумму 923 730 руб. 60 коп.

В соответствии с пунктом 3 соглашения о зачете от 01.04.2023 ООО «БКЗ» и ИП ФИО7 пришли к соглашению о зачете обязательства цессионария в сумме 2 465 094 руб. в счет обязательства цедента в сумме 4 729 931 руб. 64 коп.

С момента подписания настоящего соглашения обязательства цессионария перед цедентом по оплате суммы в размере 2 465 094 руб. по договору цессии от 04.11.2021 прекращаются полностью, обязательство цедента перед цессионарием прекращаются частично в сумме 2 465 094 руб., после подписания настоящего соглашения долг ООО «БКЗ» перед ИП ФИО7 составляет 2 264 837 руб. 64 коп.

07.10.2020 между ИП ФИО9 (цедент) и ИП ФИО7 (цессионарий) заключен договор уступки права (требования), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) задолженности к ООО «БКЗ» в размере 3 828 682 руб. 44 коп. по следующим УПД: № 28.24 от 14.06.2020 на сумму 1 344 840 руб.; № 15.02. от 02.04.2020 на сумму 1 611 120 руб., № 15 от 30.03.2020 на сумму 827 722 руб. 44 коп.

Пунктом 2.2 указанного договора предусмотрено, что в качестве оплаты за уступаемое право (требование) цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 3 828 682 руб. 44 коп.

Из пункта 3.3 договора уступки права (требования) от 07.10.2020 следует, что с момента заключения настоящего договора цессионарий становится новым кредитором должника и приобретает право требовать исполнения должником обязательств по оплате суммы долга.

ООО «БКЗ» и ИП ФИО7 подписан акт сверки за период с 07.10.2020 по 31.12.2021, согласно которому задолженность ООО «БКЗ» перед ИП ФИО7 по договору поставки товара и договору уступки права (требования) от 07.10.2020 составляет 25 598 481 руб. 52 коп.

ИП ФИО7 в рамках дела о банкротстве ООО «БКЗ» обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника третьей очереди указанной задолженности. Кроме того, ИП ФИО7 заявил о включении в реестр требований кредиторов ООО «БКЗ» задолженность по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 932 379 руб. 22 коп.

В ходе рассмотрения настоящего заявления 29.02.2024 от ФИО1 поступило заявление об установлении процессуального правопреемства и замене заявителя по обособленному спору в деле № А43-1135/2023 (39-15/3) с ИП ФИО7 на ФИО1 на основании заключенного между ИП ФИО7 и ФИО1 договора уступки прав требований от 26.07.2023.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ФИО1 о проведении процессуального правопреемства и замене заявителя по настоящему обособленному спору с ИП ФИО7 на ФИО1, а также отказал в удовлетворении о включении требования в размере 30 172 837 руб. 80 коп. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «БКЗ».

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции  правомерно руководствовался следующим.

 Установление размера требований осуществляется в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Конкурирующий кредитор, как правило, не является стороной сделки или участником иных правоотношений, положенных в основу требований к должнику, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора.

Следовательно, предъявление к нему высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. В случае наличия возражений конкурирующего кредитора на требования о включении в реестр и представлении в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений.

При этом заявителю требований не должно составить затруднений, опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В силу стати 506 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Статьей 516 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на кредитора.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции установлены следующие фактические обстоятельства.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО7 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 18.06.2020 (ГРН 320527500051039).

ИП ФИО7 в качестве основного вида деятельности заявлен ОКВЭД 46.90 «Торговля оптовая неспециализированная», в качестве дополнительных видов деятельности указаны ОКВЭД: 15.11 «Дубление и выделка кожи, выделка и крашение меха»; 17.29 «Производство прочих изделий из бумаги и картона»; 18.12 «Прочие виды полиграфической деятельности»; 43.29 «Производство прочих строительномонтажных работ»; 46.16 «Деятельность агентов по оптовой торговле текстильными изделиями, одеждой, обувью, изделиями из кожи и меха»; 46.24 «Торговля оптовая шкурами и кожей»; 46.41 «Торговля оптовая текстильными изделиями»; 46.62 «Торговля оптовая станками»; 46.73 «Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарнотехническим оборудованием»; 46.75 «Торговля оптовая химическими продуктами».

Договор № 0610/2020 от 06.10.2020 между ИП ФИО7 и ООО «БКЗ» заключен  спустя четыре месяца после регистрации ФИО7 в качестве индивидуального предпринимателя.

Суд первой инстанции верно установил, что представленные в материалы дела ИП ФИО7 документы (договоры, акты сверки, выписки из расчетных счетов о перечислении в адрес ООО «Легхим» денежных средств и т.д.) сами по себе не могут свидетельствовать о наличии реальных хозяйственных отношений между ним и должником.

Пунктом 2.1. договора поставки предусмотрено, что поставка продукции осуществляется сторонами по универсально-передаточным документам (УПД), содержащим наименование продукции, количество, цену, дату поставки, сумму НДС и иные необходимые условия. Количество, ассортимент и сумма отгрузки на каждую отдельно отгруженную партию товара определяется УПД.

В пункте 2.2 договора поставки указано, что отгрузка продукции производится самовывозом или автотранспортном продавца либо покупателя (по соглашению сторон). Получение товара производится уполномоченным лицом, либо лицом по доверенности.

По сведениям ИП ФИО7, для приобретения товаров, поставленных ООО «БКЗ» он заключил договоры поставки продукции с  ООО «Саваж», ООО «Легхим», ООО «Азимут» и ООО «Форест».

Проанализировав представленные документы в совокупности с иными доказательствами по делу, суд первой инстанции пришел к выводу, что сами по себе указанные документы не подтверждают реальность сделки, заключенной Предпринимателем и Обществом.

Исследовав условия договора поставки № 0610/2020 от 06.10.2020, заключенного между ООО «БКЗ» и ИП ФИО7, а транспортные накладные и договоры на перевозку груза, суд первой инстанции установил, что адресом поставки являлись арендованные ООО «БКЗ» помещения, расположенные по адресу: <...>. Таким образом, после поставки товаров от ООО «Саваж», ООО «Легхим», ООО «Азимут» и ООО «Форест» в адрес ИП ФИО10, последний обязан был поставить эти товары ООО «БКЗ по адресу: <...>. Из представленных ИП ФИО7 УПД по договору поставки № 0610/2020 от 06.10.2020 следует, что он являлся грузоотправителем, а в качестве адреса поставки указано: <...>. Вместе с тем ни ИП ФИО7, ни ООО «БКЗ» не представили транспортные накладные или заказ-договоры на перевозку груза, которые могли бы подтверждать перевозку поставляемого ИП ФИО7 товара в адрес ООО «БКЗ».

В результате анализа банковских выписок движения денежных средств по расчетным счетам ИП ФИО7 судом первой инстанции установлено, что указанное лицо не оплачивало расходы, характерные для организаций (предпринимателей), ведущих реальную финансово-хозяйственную деятельность, а именно: оплата аренды офисных и складских помещений, коммунальных услуг, общехозяйственных расходов, телефонная связь, интернет, отсутствие по расчетному счету операций по перечислению заработной платы.

Судом первой инстанции учтено, что в качестве основного вида деятельности Предпринимателя является «Торговля оптовая неспециализированная» (ОКВЭД 46.90), в качестве дополнительных видов деятельности указаны ОКВЭД: 15.11 «Дубление и выделка кожи, выделка и крашение меха»; 17.29 «Производство прочих изделий из бумаги и картона»; 18.12 «Прочие виды полиграфической деятельности»; 43.29 «Производство прочих строительно-монтажных работ»; 46.16 «Деятельность агентов по оптовой торговле текстильными изделиями, одеждой, обувью, изделиями из кожи и меха»; 46.24 «Торговля оптовая шкурами и кожей»; 46.41 «Торговля оптовая текстильными изделиями»; 46.62 «Торговля оптовая станками»; 46.73 «Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием»; 46.75 «Торговля оптовая химическими продуктами».

Договор № 0610/2020 от 06.10.2020 заключен между ИП ФИО7 и ООО «БКЗ» на поставку химических товаров. Данный договор по предмету нехарактерен для соответствующего вида деятельности Предпринимателя, в соответствии пунктом 5 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» при отсутствии надлежащего ОКВЭД ИП ФИО7 не имел права заниматься поставкой химических товаров.

Судом первой инстанции при оценке действительности заключенного ООО «БКЗ» договора поставки с ИП ФИО7 также учтено следующее.

В материалах дела деловая и преддоговорная переписка между ООО «БКЗ» и ИП ФИО7 отсутствует, кроме того, договором поставки не предусмотрена ответственность сторон в виде штрафных санкций за несвоевременную оплату поставленного товара (для покупателя) и за несвоевременную поставку товара (для продавца).

ООО «БКЗ», действуя как добросовестный участник гражданского оборота, обязано было провести правовую и финансовую экспертизу состояния Предпринимателя, оценить комплекс имеющихся рисков, после чего запросить у ИП ФИО7 документальное подтверждение возможности поставки химических товаров (с учетом относительно недавней регистрации ФИО7 в качестве индивидуального предпринимателя) и предусмотреть в договоре ответственность предпринимателя в виде штрафных санкций за несвоевременную поставку товара (для продавца).

Несмотря на наличие задолженности ООО «БКЗ» перед ИП ФИО7 по договору поставки, последним не предпринято никаких мер по взысканию указанной задолженности. Данное обстоятельство установлено судом первой инстанции в том числе в результате анализа сведений сайта kad.arbitr.ru, согласно которому отсутствуют иски, предъявленные ИП ФИО7 к ООО «БКЗ» по взысканию спорной задолженности. Доказательства, которые могли бы подтверждать принятие ИП ФИО7 мер по принудительному взысканию вышеуказанной задолженности, в материалы дела не представлены.

ИП ФИО7 03.06.2021 направлена досудебная претензия с требованием погасить ООО «БКЗ» задолженность в размере 23 126 433 руб. 47 коп. В ответе на указанную претензию ООО «БКЗ» письмом 08.06.2021 сообщило ИП ФИО7, что ООО «НАППА» (арендодатель по договору аренды нежилых помещений от 21.10.2019) ограничило ООО «БКЗ» доступ в арендуемые помещения, воспрепятствовало в вывозе готовой продукции и материальных ценностей из арендуемых помещений, в связи с чем парализовало хозяйственную деятельность ООО «БКЗ».

Как следует из представленных материалы дела доказательств, 21.10.2019 между ООО «НАППА» (арендодатель) и ООО «БКЗ» (арендатор) был заключен договор аренды нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>, в целях  использования  под   офис  и  производство  (указанный  договор   представлен ООО «НАППА» 27.09.2024).

Судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что материалами дела № А43-18392/2023 не подтверждается факт нахождения имущества ООО «БКЗ» по спорному договору поставки, в арендуемых помещениях.

Указанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о мнимости договора поставки, ИП ФИО7 в действительности не осуществлял поставку соответствующих товаров в адрес ООО «БКЗ».

У суда первой инстанции также обоснованно возникли сомнения в реальности заключения взаимоотношений между ИП ФИО9 и ООО «БКЗ». В материалы дела также не представлены документы, подтверждающие длительные взаимоотношения между ИП ФИО9 и ООО «БКЗ» по поставке соответствующих товаров.

Кроме того, изучив материалы, представленные ООО «БКЗ» в рамках дела № А43-18392/2023, суд первой инстанции установил, что в спорные периоды реальным поставщиками товаров являлись иные организации, которые осуществляют соответствующую деятельность на долгосрочной основе.

Совокупность фактов, установленных выше, свидетельствуют о том, что ИП ФИО7 и ИП ФИО9 не поставляли в адрес ООО «БКЗ» химические товары, указанными лицами создан формальный документооборот с целью создания видимости ведения финансово-хозяйственной деятельности и искусственной задолженности кредитора. Данные сделки носят мнимый характер.

Судом первой инстанции принято во внимание, что в отношении ФИО7 Городецким городским судом Нижегородской области вынесен приговор от 10.02.2021 по делу № 1 -30/2021, согласно которому ФИО7 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 150, пункта «а» части 2 статьи 161 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок 6 лет. Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления,   личность   виновного,   в   том   числе   смягчающие   и   отягчающие обстоятельства, в соответствии со статьей 73 УК РФ назначил ФИО7 наказание в виде условного осуждения с установлением испытательного срока - 3 года. ФИО7 приговором 30.06.2021          Ленинского районного суда г. Нижнего Новгорода признан виновным по пункту «а» части 2 статьи 161 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев с назначением наказания в виде условного осуждения сроком на 2 года.Постановлением Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода от 21.07.2017 условное осуждение отменено, ФИО7 направлен для отбывания наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев в исправительную колонию общего режима.

ФИО7 был признан виновным в связи с совершением 06.09.2020 преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 150, пункта «а» части 2 статьи 161 УК РФ. В приговоре отражено, что ФИО7 10.09.2020 обеспечил явку с повинной.

Таким образом, в период осуществления поставок в адрес ООО «БКЗ» ИП ФИО7 уже находился под следствием в связи с совершением им преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 150, пункта «а» части 2 статьи 161 УК РФ.

Приговором Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода от 26.04.2022 по делу № 1-253/2022 ФИО7  признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 УК РФ, суд назначил ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года. При этом, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающие обстоятельства, а также принимая во внимание приговор Городецкого городского суда Нижегородской области от 10.02.2021 по делу № 1-30/2021 в соответствии со статьей 73 УК РФ,  ФИО7 назначено наказание в виде условного осуждения с установлением испытательного срока - 2 года.

В процессе рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции на основании представленных в материалы дела документов было установлено, что отделом полиции № 5 Управления МВД России по г. Н. Новгороду (далее - ОП № 5) проводилась доследственная проверка по факту противоправной деятельности ИП ФИО7 (КУСП № 34286 от 25.10.2023). Из постановления старшего уполномоченного ОП № 5 майора полиции ФИО11  о передаче сообщения о преступлении по подследственности от 12.12.2023 следует, что в ОП № 5 поступил материал проверки, зарегистрированный в КУСП № 39182 от 03.12.2023, по заявлению генерального директора ООО «Велло» ФИО12, в отношении возможности противоправных действий ИП ФИО7, и иных неустановленных лиц из числа руководителей ООО «БКЗ» в ходе процедуры банкротства ООО «БКЗ». В ходе проведения проверочных мероприятий был опрошен ФИО7, который пояснил, что зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя за денежное вознаграждение по просьбе ФИО13, а также ФИО14 (бывший главный бухгалтер ООО «БКЗ»), ФИО15 Никаких договорных отношений с ООО «БКЗ» ФИО7 не имел. Заявление в Арбитражный суд Нижегородской области о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «БКЗ» не направлял.

От УМВД России по г. Н.Новгороду поступил ответ на запрос суда за исх. 35/8764 от 25.03.2024, согласно которому заявление, зарегистрированное в КУСП № 34286 от 25.10.2023 за исходящим № 1/33887 от 23.11.2023, направлено по территориальности в ОП № 5 и зарегистрировано в КУСП № 39182 от 03.12.2023.

В совокупности с установленными выше фактическими обстоятельствами, приняв во внимание характер совершенных ФИО7 преступлений, обстоятельства, изложенные в вышеуказанных приговорах судов общей юрисдикции, суд первой инстанции сделал верный вывод, что ФИО7 не осуществлял и не мог осуществлять предпринимательскую деятельность в период заключения спорной сделки, ИП ФИО7 и ИП ФИО9 не поставляли в адрес ООО «БКЗ» химические товары, указанными лицами создан формальный документооборот с целью создания видимости ведения финансово-хозяйственной деятельности и искусственной задолженности кредитора. Данные сделки носят мнимый характер.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции пришел к выводу о мнимости договора поставки № 0610/2020 от 06.10.2020, заключенного между ИП ФИО7 и ООО «БКЗ», и документов, подтверждающих передачу товара (УПД: № 1028 от 28.10.2020, № 1102 от 02.11.2020, № 1105 от 05.11.2020, № 1124 от 24.11.2020, № 1202 от 02.12.2020, № 1214 от 14.12.2020, № 1218 от 18.12.2020, № 1225 от 25.12.2020, № 114 от 14.01.2021, № 118 от 18.01.2021, № 119 от 19.01.2021, № 201 от 01.02.2021, № 202 от 02.02.2021, № 209 от 09.02.2021, № 222 от 22.02.2021, № 224 от 24.02.2021, № 323 от 23.03.2021, № 403 от 02.04.2021), а также договора уступки права (требования) от 07.10.2020, заключенного между ИП ФИО9 и ИП ФИО7, и документов, подтверждающих передачу товара (УПД № 28.24 от 14.06.2020, № 15.02. от 02.04.2020, № 15 от 30.03.2020).

С указанными выводами суда первой инстанции соглашается коллегия. В данном случае требование кредитора направлено на создание искусственной задолженности в деле о банкротстве.

Мнимая сделка не порождает правовых последствий, и стороны, заключая такую сделку, не имеют намерений ее исполнять либо требовать исполнения, вследствие чего подлежит признанию недействительной. Задолженность ООО «БКЗ» перед ИП ФИО7 отсутствует.

Судом первой инстанции учтена совокупность изложенных выше обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о необоснованности требования ИП ФИО7 и об отсутствии оснований для его включения в реестр требований кредиторов ООО «БКЗ».

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (пункты 1, 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Принимая во внимание, что требование ИП ФИО7 по договору поставки № 0610/2020 от 06.10.2020 и договору уступки права (требования) от 07.10.2020 на момент уступки прав ФИО1 требование не существовало и не существует в настоящее время, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что договором уступки прав требований от 26.07.2023 предусмотрена передача несуществующих прав (требований), в связи с чем отсутствуют основания для процессуального правопреемства.

Кроме того, определениями от 15.04.2024, 05.06.2024, 07.08.2024 суд  первой инстанции предлагал ФИО1 представить доказательства оплаты по договору цессии от 26.07.2023, подтвердить финансовую возможность в приобретении спорных требований, раскрыть экономическую целесообразность совершения указанной сделки. Проанализировав представленные ФИО1 документы, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии финансовой возможности на приобретение права требования к ООО «БКЗ» по вышеуказанному требованию ИП ФИО7

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о проведении процессуального правопреемства и замене заявителя по настоящему обособленному спору с индивидуального предпринимателя ФИО7 на ФИО1.

Доказательств, опровергающих указанные выводы суда первой инстанции, и позволяющих дать иную оценку перечисленным выше сделкам,  заявителями апелляционных жалоб не представлено и судом апелляционной инстанции таких обстоятельств не установлено.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия отмечает, что суд первой инстанции дал оценку доводам лиц, участвующих в деле,  и представленным в материалы дела документам при вынесении обжалуемого судебного акта по существу.

Вместе с тем, то обстоятельство, что в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки.

Доводы апелляционных жалоб сводятся к повторению позиций, изложенных в суде первой инстанции и обоснованно отклоненных судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.12.2024 по делу № А43-1135/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с  ограниченной  ответственностью  «БКЗ»  и ФИО1 – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий судья

         И.Ю. Митропан


Судьи

              Л.П. Новикова


              В.А. Танцева