Постановление от 15 апреля 2024 г. по делу № А40-49809/2020

, № 09АП-17998/2023

Дело № А40-49809/2020
г. Москва
15 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2024 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 15 апреля 2024 года.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дурановского А.А.,

судей Нагаева Р.Г., Гажур О.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника, ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 по делу № А40-49809/2020 о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц (заинтересованные лица с правами ответчиков – ФИО2, ФИО3, ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – АО «Фипрон», ИНН <***> (судья Свирин А.А.).


В судебном заседании приняли участие представители: от ФИО2 – ФИО5 (доверенность); от ФИО3 – ФИО6 (доверенность). Иные лица, участвующие в деле, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (статьи 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путём размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru»), явку представителей в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) дело рассмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.


Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.05.2021 общество «Фипрон» (ИНН <***>) признано банкротом, открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (ИНН <***>), член союза АУ «Возрождение». Сообщение о введении процедуры банкротства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» №91 от 29.05.2021.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 (резолютивная часть определения от 13.02.2023) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества-должника «Фипрон» солидарно привлечены ФИО3 и ФИО2. Основания – неисполнение обязанности по передаче документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») и совершение незаконных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о несостоятельности). В удовлетворении остальной части заявления арбитражный суд первой инстанции отказал.

В апелляционных жалобах ФИО3 и ФИО2 (ответчики) просят определение отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать в полном объёме, настаивая на отсутствии предусмотренных законом оснований для привлечения указанных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В свою очередь, конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе просит определение отменить в части отказа в привлечении ФИО3, ФИО2, ФИО8 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника). Просит привлечь ФИО3, ФИО2, ФИО8 к субсидиарной ответственности по указанному основанию в размере 19 949 032 руб. 40 коп. применительно к статье 61.12 Закона о несостоятельности.

В судебном заседании 05.03.2024 представители ответчиков – ФИО2 и ФИО3 доводы и требования, изложенные в своих апелляционных жалобах, поддержали.

Законность и обоснованность судебного акта проверены Девятым арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, руководителями АО «Фипрон» являлись: ФИО2 с 09.12.2013 по 20.06.2018; ФИО3 с 20.06.2018 и до даты признания должника банкротом.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в части, арбитражный суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что заявителем доказаны основания для привлечения ФИО3 (за совершение недействительных сделок) и ФИО2 (за не передачу документации должника) к субсидиарной ответственности. В отношении ФИО8 суд не установил оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело (обособленный спор) в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве, Закон о несостоятельности) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства) (часть 1). Определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения (часть 3).

Согласно п. 1 ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Выводы суда первой инстанции в части рассмотрения требования конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за не обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным следует признать верными.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: - неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; - возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; - неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; - возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в частности в том случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Пунктом 2 указанной статьи установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Заявитель указывает, что признаки неплатежеспособности возникли у должника в период 15.10.2017 (для ФИО2 и для ФИО3). Указанное связывает с невозможностью исполнения обязательств должника перед ООО «Дельрус-Сибирь», ИФНС России № 5 по г. Москве, ООО «ЮКАТЭС».

Между тем, заявителем не определена конкретная дата наступления обязанности для каждого из ответчиков по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в срок, установленная пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Кроме того, заявитель не доказал, когда истек установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срок для подачи такого заявления для каждого из ответчиков.

Также, исходя из содержания требования конкурсного управляющего, невозможно определить размер обязательств перед кредиторами, которые возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве для каждого из ответчиков, тогда как согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание то обстоятельство, что только решением совета директоров от 26.06.2018 ФИО4 был избран председателем совета директоров должника. Состав обязательств, возникших после указанной даты, не раскрыт и не подтверждён.

Более того, постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2023 и от 21.09.2023, постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 04.12.2023 и от 05.12.2023 установлено то обстоятельство, что неисполненные обязательства перед кредиторами у должника возникли не ранее 02.10.2018. Перед обществом «ДельрусСибирь» обязательства возникли не ранее 04.10.2018. Перед налоговым органом обязательства возникли не ранее марта 2019 года. Перед обществом «ЮКАТЭС» обязательства возникли не ранее сентября 2018 года. Перед ФИО9 обязательства возникли не ранее 02.10.2018.

Следует также учитывать то обстоятельство, что размер кредиторской задолженности на момент признания должника несостоятельным составлял 91 757 000 рублей, а размер дебиторской задолженности составлял 82 025 472 рубля. Указанное свидетельствует о том, что общество-должник осуществляло активную хозяйственную деятельность, руководитель должника обоснованно рассчитывал на произведение расчётов с кредиторами за счёт положительных результатов финансово-хозяйственной деятельности, предшествующей возбуждению дела о несостоятельности (прежде всего, за счёт поступления денежных средств от дебиторов). Отметить также следует то обстоятельство, что основным видом деятельности должника являлось инвестирование денежных средств в различные проекты, при реализации которых фактическое получение прибыли инвестором зависело от множества факторов.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает ошибочными выводы суда первой инстанции, сделанные в отношении ответчиков ФИО10 и ФИО3

В отношении ФИО10 коллегия судей исходит из следующего.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о несостоятельности).

Критерии определения активной роли ответчика в возникновения на стороне банка признаков банкротства: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2)).

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения настоящего дела о несостоятельности вступившими в законную силу судебными актами отказано в удовлетворении требований о признании недействительными сделок (платежей), совершённых должником в отношении следующих ответчиков: за период с 17.04.2018 по 19.02.2019 в пользу ООО «Восток Инфраструктура» на сумму 1 180 000 рублей; за период с 11.07.2017 по 06.12.2017 в пользу ООО «Тимано-Печорская буровая компания» на сумму 3 985 656 рублей; за период с 29.12.2017 по 11.02.2019 в размере 8 347 116 руб. в пользу ФИО11; за 07.12.2017 в пользу ООО «Марвелленд» на сумму 1 780 000 рублей; от 25.05.2017 и 01.06.2017 в пользу ООО «Черноморская рыбодобывающая компания» на сумму 2 650 000 рублей; за период с 21.08.2017 по 10.09.2018 в пользу ООО «СеверСтройКомплект» на сумму 21 675 500 рублей.

Кроме того, отказано в признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства № 21-08-10 от 21.08.2019.

В отношении денежных средств в сумме 19 025 000 рублей следует отметить то обстоятельство, что согласно выписке по расчётному счёту должника ФИО2 перечислил должнику денежные средства в сумме 20 390 000 рублей, в период с 02.06.2016 по 19.04.2017. Действия ФИО2 в данной части не могут быть квалифицированы как повлекшие за собой существенное ухудшение финансового положения должника.

Кроме того, за период с 25.05.2018 по 19.02.2019 на расчётный счёт должника поступили денежные средства в общей сумме 84 580 627 руб. 14 коп., что составляет более 45% от размера реестра требований кредиторов должника.

Доказательства совершения ФИО2 недействительных сделок, которые привели к существенному для общества «Фипрон» изменению (ухудшению) финансового положения, создали препятствия для текущих и запланированных расчётов с кредиторами, в рамках настоящего обособленного спора не представлены.

Тем самым, не имеет достаточных правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за совершение недействительных сделок.

В отношении ФИО3 коллегия судей исходит из следующего.

Согласно пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (п. 6 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.11.2021 у ФИО3 истребованы бухгалтерская и иная документацию АО «Фипрон», печати, штампы, материальные и иные ценности.

Исполнительное производство в отношении ФИО3 не возбуждено.

ФИО3 передал конкурсному управляющему по акту приема-передачи документы по списку, содержащему 313 пунктов.

Как утверждает ответчик, ранее возможность передать данные документы конкурсному управляющему отсутствовала, поскольку проводилась работа по восстановлению документов. Такие документы, как договоры займа между АО «Фипрон» и контрагентами (ООО «Марвеллэнд», ООО «Северстройкомплект», ООО «Черноморская-рыбодобывающая компания»), у ФИО3 отсутствовали, но были представлены в обособленные споры по оспариванию сделок ФИО2

В данном случае конкурсный управляющий не представил доказательства, свидетельствующие о том, что в результате несвоевременной передачи ФИО3 документации должника утрачена возможность пополнения конкурсной массы за счёт определённой дебиторской задолженности либо розыска и истребования какого-либо имущества, которое принадлежит / ранее принадлежало должнику.

Основания для вывода о том, что ответчик передал не все имеющиеся в его распоряжении документы, отсутствуют.

Следует также отметить то обстоятельство, что в преддверии банкротства со стороны контрагентов должника поступили денежные средства в общей сумме более 80 000 000 рублей, что свидетельствует об уменьшении размера дебиторской задолженности, ранее отражённой в бухгалтерской документации.

Поскольку конкурсный управляющий не подтвердил то обстоятельство, что несвоевременная передача либо неполная передача документации должника негативным образом сказались на ведении дела о несостоятельности, на пополнении конкурсной массы, на рассмотрении споров с контрагентами, привели к ухудшению материального положения кредиторов должника, заявление о привлечении ФИО3 за не передачу документации удовлетворению не подлежит.

Только лишь подозрений в виновности ответчика недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8).

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции надлежит отменить в части удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ), в удовлетворении заявления в указанной части следует отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 надлежит оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – без удовлетворения.

Безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 266-270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 по делу № А40-49809/2020 отменить в части удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – АО «Фипрон».

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – АО «Фипрон» отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 по делу № А40-49809/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья А.А. Дурановский



Судьи Р.Г. Нагаев



О.В. Гажур