Постановление от 10 марта 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-11855/2025(1, 2)-АК

Дело № А60-34490/2025
11 марта 2026 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 марта 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Гладких Е.О., Даниловой И.П.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ивановой К.А.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца общества с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» и ответчика общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская»

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 декабря 2025 года

по делу № А60-34490/2025


по первоначальному иску общества с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 2 693 600 руб.,


по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» (ИНН <***>, ОГРН <***>)


к обществу с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании недействительными пунктов 5.1, 5.3 договора поставки племенного суточного молодняка от 11.04.2025 № 53-2024,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» (далее – истец по первоначальному иску, общество «ППР «Свердловский») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» (далее – ответчик по первоначальному иску, общество «Птицефабрика Котласская») о взыскании неустойки в сумме 2 693 600 руб., расходов по уплате государственной пошлины в сумме 105 808 руб., которое принято к производству суда определением от 20.06.2025.

Определением от 01.09.2025 к производству суда принято встречное исковое заявление ответчика по первоначальному иску к обществу «ППР «Свердловский» о признании недействительным договора от 11.04.2025 № 53-2025 в части пунктов 5.1, 5.3.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2025 (резолютивная часть от 26.11.2025) первоначальные исковые требования удовлетворены частично; с общества «Птицефабрика Котласская» в пользу общества «ППР «Свердловский» взыскано 538 720 руб. неустойки, 21 162 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказано. В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом в части размера взысканной судом неустойки, истец по первоначальному иску общество «ППР «Свердловский» обжаловало его в апелляционном порядке, просит решение суда в обжалуемой части отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В апелляционной жалобе общество «ППР «Свердловский» приводит доводы о необоснованности выводов суда в части возможности применения к заявленной истцом санкции положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и снижения размера неустойки. Указывает, что заявляя в суде первой инстанции о несоразмерности неустойки, ответчиком не было представлено каких-либо доказательств наличия исключительных обстоятельств, обуславливающих возможность ее снижения. Полагает, что при рассмотрении дела судом не был учтен тот факт, что стороны при подписании договора поставки устанавливали штраф за отказ от партии цыплят в размере 50% не произвольно, а в качестве стимула исполнения обязательств, учитывали при этом существенные потери поставщика при возникновении соответствующих обстоятельств. Отмечает, что затраты


поставщика на получение племенного яйца несоизмеримы с затратами на производство товарного (столового) яйца. Обращает внимание, что общество «ППР «Свердловский» является исключительно производителем и поставщиком племенной продукции, которая служит в дальнейшем основой для производства птицеводческих предприятий. Вся продукция общества распределяется между покупателями до даты производства цыплят, поскольку в силу технологических особенностей процесса производства продукция в виде суточных цыплят не может быть помещена на складское хранение. Продажа племенного яйца финального гибрида в качестве товарного (столового) является для общества вынужденной мерой для уменьшения убытков от невозможности поставки цыплят финального гибрида вследствие отказа покупателя от принятых обязательств по договору. Настаивает, что в рассматриваемом случае общество «ППР «Свердловский» было вынуждено осуществить перевод запланированного к поставке обществу «Птицефабрика Котласская» племенного яйца финального гибрида в иную категорию и реализовать как столовое яйцо, что привело к убыткам. В обоснование приведенных доводов обществом в табличном варианте представлен расчет сопоставления выручки при реализации товарного яйца с затратами на производство племенного яйца финального гибрида, содержащий сведения о размере убытков от такой реализации, который составил 2 030 580 руб. Также общество «ППР «Свердловский» указывает, что помимо прямых убытков, понесенных в результате отказа ответчика от партии товара, у общества образовалась упущенная выгода в сумме 855 200 руб. Соответственно, взыскание неустойки в заявленном размере позволит обществу «ППР «Свердловский» уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения обязательств обществом «Птицефабрика Котласская».

Также не согласившись с решением суда, ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску общество «Птицефабрика Котласская» обратилось с апелляционной жалобой, по доводам которой просит обжалуемый судебный акт отменить в части удовлетворения первоначального иска и отказа в удовлетворении встречного иска, встречный иск удовлетворить, отказать обществу «ППР «Свердловский» в удовлетворении требований о взыскании неустойки либо снизить размер взысканной судом неустойки до суммы, рассчитанной по статье 395 ГК РФ.

В обоснование своей апелляционной жалобы истец по встречному иску указывает, что отклоняя встречные требования, суд не принял во внимание совокупность признаков, свидетельствующих о заведомой неисполнимости и кабальности условий пунктов 5.1 и 5.3 договора для общества «Птицефабрика Котласская». Настаивает на том, что условия пункта 5.1 договора, предусматривающего уведомление поставщика об отказе от партии продукции не менее чем за 180 календарных дней до ее отгрузки, учитывая дату заключения данного договора, являлись заведомо неисполнимыми. Поскольку


договор был заключен 11.04.2025, начало периода отгрузки было определено с 29.06.2025 по 02.07.2025, соблюдение названного срока уведомления для общества «Птицефабрика Котласская» не представлялось возможным в принципе. Период с даты заключения договора до даты начала отгрузки составлял всего 78 календарных дней. Указывает на необоснованность выводов суда об отсутствии признаков кабальности, поскольку оспариваемая сделка совершена ответчиком на крайне невыгодных для него условиях, объективно обременительного и неисполнимого характера, что поставило ответчика в заведомо проигрышное положение. Условие, которое изначально невозможно было выполнить (уведомить за 180 дней при общем сроке с момента заключения сделки в 78 дней), а его нарушение влечет колоссальную санкцию в 50% стоимости всей партии (пункт 5.3), является по своей правовой природе не добровольно принятым риском, а скрытой ловушкой. Такой механизм лишает сторону, принявшую условие, реальной возможности избежать ответственности и превращает договор из инструмента сотрудничества в инструмент гарантированного получения неустойки. Настаивает, что включение в договор условия, заведомо неисполнимого одной из сторон, является злоупотреблением правом и нарушением принципа добросовестности. Таким образом, при оценке взаимосвязи пунктов 5.1 и 5.3 договора подлежал исследованию и оценке вопрос законности и справедливости санкции, размер которой привязан к нарушению неисполнимого условия.

Также ссылается на нарушения, допущенные судом при определении размера неустойки, поскольку отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между отказом заказчика от товара и финансовыми потерями общества «ППР «Свердловский» как поставщика. Размер неустойки, определенный судом, считает чрезмерным. Настаивает, что истцом по первоначальному иску не были представлены доказательства закладки инкубационного яйца именно под заказ общества «Птицефабрика Котласская» и перевода данной партии товара в товарную категорию или реализации по заниженной цене; товарные накладные не содержат данных, позволяющих идентифицировать продукцию как предназначенную именно для ответчика, в том числе по объему поставки. Полагает, что суд при взыскании неустойки не принял во внимание доказательства отсутствия у истца убытков и не принял во внимание доводы о явной несоразмерности неустойки и необходимости ее снижения до суммы 1722 руб. 35 коп. с учетом применения положений статьи 395 ГК РФ. Определенный судом размер ответственности не мотивирован. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства судом не были учтены положения о недопустимости извлечения преимущества из незаконного поведения стороны сделки, не был установлен баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

До судебного заседания от сторон поступили следующие документы:


29.01.2026 от общества «Птицефабрика Котласская» отзыв на апелляционную жалобу общества «ППР «Свердловский»,

17.02.2026 от общества «ППР «Свердловский» отзыв на апелляционную жалобу общества «Птицефабрика Котласская»,

17.02.2026 от общества «Птицефабрика Котласская» возражения на отзыв общества «ППР «Свердловский»,

24.02.2026 от общества «ППР «Свердловский» дополнительная позиция к ранее представленному отзыву на апелляционную жалобу общества «Птицефабрика Котласская»,

24.02.2026 от общества «Птицефабрика Котласская» поступили возражения на дополнения к отзыву общества «ППР «Свердловский».

Также 15.01.2026 и 25.02.2026 от сторон поступили ходатайства о рассмотрении апелляционных жалоб в отсутствие их представителей.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, что в соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Ходатайства апеллянтов о рассмотрении их апелляционных жалоб в отсутствие их представителей судом апелляционной инстанции рассмотрены и удовлетворены в порядке части 2 статьи 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность решения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между обществом «ППР «Свердловский» (поставщик) и обществом «Птицефабрика Котласская» (покупатель) 11.04.2025 заключен контракт на поставку племенного суточного молодняка № 53-2024 (далее – договор), по условиям которого поставщик обязуется продать, а покупатель принять и оплатить рассортированный по полу, провакцинированный вакцинами Нобилис Рисмавак +СА 126 и Инфекционного бронхита кур (сокращенно ИБК Н-120), суточный молодняк финального гибрида кросса «Хайсекс Браун» (далее – продукция, товар), в количестве, по ценам и в сроки, предусмотренные договором.

Согласно спецификации (приложение № 1 к договору) поставка продукции была запланирована на 29.06.2025-02.07.2025 в количестве 80 000 голов.

Вместе с тем, 28.05.2025 от ответчика в адрес истца поступило уведомление об отказе от запланированной продукции в связи с невозможностью реализовать товар в кратчайшие сроки.

Поскольку указанное уведомление об отказе от партии продукции поступило с нарушением условий пункта 5.1 договора, истцом в адрес ответчика была направлена претензия об уплате неустойки, которая была оставлена последним без удовлетворения.


Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым первоначальным иском о взыскании неустойки.

Обращаясь с встречными требованиями, ответчик по первоначальному иску указал, что договор поставки от 11.04.2025 № 53-2024, положенный истцом в обоснование заявленных первоначальных требований, является недействительным в части положений пунктов 5.1 и 5.3 договора, поскольку общество «Птицефабрика Котласская» заключая указанный договор, действовало в крайне невыгодных для себя условиях, так как условия пункта 5.1 договора, предусматривающего уведомление поставщика об отказе от партии продукции не менее чем за 180 календарных дней до ее отгрузки, учитывая дату заключения данного договора, являлись заведомо неисполнимыми. Совокупность условий пунктов 5.1 и 5.3 договора для общества «Птицефабрика Котласская» носит объективно обременительный и неисполнимый характер, ставит ответчика в заведомо проигрышное положение. Включение данных условий в договор поставки со стороны общества «ППР «Свердловский» является злоупотреблением правом и нарушением принципа добросовестности.

Частично удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречных требований, суд первой инстанции исходил из действительности условий договора, доказанности факта нарушения ответчиком условий договора в части отказа от партии продукции, правомерности начисления истцом неустойки, а также наличия оснований для ее снижения в порядке статьи 333 ГК РФ.

При этом суд не усмотрел оснований для признания оспариваемых положений договора недействительными, приняв во внимание, что встречное требование о недействительности сделки заявлено ответчиком не как самостоятельный иск, а лишь при обращении истца с требованием о взыскании неустойки, что в материалы дела не представлены доказательства, позволяющие признать оспариваемый договор кабальной сделкой, по приведенным обществом основаниям со ссылкой на положения пункта 3 статьи 179 ГК РФ.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов и дополнений сторон, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик- продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности


или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 509 ГК РФ поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.

Покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки (пункт 1 статьи 513 ГК РФ).

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. По своей правовой природе неустойка является мерой имущественной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пени) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Соглашение о неустойке должно быть заключено в письменной форме (абзац 1 статьи 331 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5.1 договора стороны предусмотрели обязательства покупателя об уведомлении поставщика в случае отказа от партии продукции не менее чем за 180 календарных дней до отгрузки продукции.

В пункте 5.3 договора стороны согласовали, что в случае действий покупателя, повлекших за собой перевод продукции в товарную (отказа от партии цыплят или несвоевременной оплаты цыплят), покупатель, по требованию поставщика, уплачивает неустойку в размере 50 процентов от стоимости партии продукции.

В рассматриваемом случае письменная форма соглашения о договорной неустойке сторонами соблюдена.

Соответственно, удовлетворение требования истца о взыскании с ответчика предусмотренной договором неустойки зависит от установления


факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств, исполнение которых обеспечено неустойкой.

Судом установлено, что 11.04.2025 между истцом и ответчиком был заключен договор на поставку племенного суточного молодняка, в спецификации к которому стороны согласовали срок отгрузки продукции «Суточные цыплята финального гибрида кросса «Хайсекс Браун», в количестве 80 000 голов, на 29.06.2025-02.07.2025.

Одновременно, 11.04.2025 стороны подписали протокол согласования цены № 1, в котором установили цену за 1 голову суточного молодняка для партии в количестве 80 000 голов, со сроком отгрузки 29.06.2025-02.07.2025 в сумме 67 руб. 34 коп., в т.ч. НДС (в стоимость включена вакцинация, тара, ветеринарные свидетельства, стоимость транспортных услуг).

28.05.2025 от ответчика в адрес истца поступило уведомление об отказе от запланированной партии суточных цыплят в июне 2025 года, в связи с изменившейся финансовой ситуацией на предприятии и снижением доходности по причине падения цены на яйцо по рынку сбыта.

Таким образом, факт отказа от партии продукции со стороны общества «Птицефабрика Котласская» подтверждается материалами дела и сторонами не оспаривается (уведомление об отказе от 28.05.2025).

Поскольку ответчик по первоначальному иску направил отказ от планируемой к отгрузке продукции с нарушением срока, предусмотренного пунктом 5.1 договора, что повлекло для истца по первоначальному иску необходимость принятия вынужденных мер по переводу запланированной к поставке обществу «Птицефабрика Котласская» продукции в товарную категорию с последующей реализацией как столовое яйцо, общество «ППР «Свердловский» в соответствии с пунктом 5.3 договора исчислило и предъявило ответчику неустойку, размер которой составил 2 693 600 руб., что соответствует 50% от стоимости запланированной к отгрузке продукции (из расчета: 80 000 * 67,34 : 2).

Представленный истцом расчет неустойки судом проверен и признан арифметически верным, соответствующим условиям договора.

Учитывая, что факт нарушения договорных обязательств со стороны ответчика по первоначальному иску установлен, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что истец вправе рассчитывать на взыскание с общества «Птицефабрика Котласская» договорной неустойки.

При этом, принимая во внимание положения статьи 333 ГК РФ, суд заключил, что выставленный истцом по первоначальному иску размер неустойки в рассматриваемом случае является чрезмерным относительно сложившегося в предпринимательской деятельности процента штрафных санкций за нарушение, влечет явное неосновательное обогащение истца, в связи с чем, подлежит уменьшению до суммы 538 720 руб., из расчета 10% от стоимости партии продукции.


Вместе с тем, рассмотрев приведенные в апелляционной жалобе общества «ППР «Свердловский» доводы, апелляционная коллегия не может согласиться с выводом суда в части наличия оснований для применения в рассматриваемой ситуации положений статьи 333 ГК РФ, руководствуясь следующим.

Обжалуя решение суда в порядке апелляционного производства, истец по первоначальному иску ссылался на отсутствие оснований для применения в рассматриваемом случае положений статьи 333 ГК РФ, указывая, что общество «ППР «Свердловский», являясь исключительно производителем и поставщиком племенной продукции, не имея технологической возможности хранения товара, с целью минимизации убытков, было вынуждено после отказа общества «Птицефабрика Котласская» от запланированной к поставке партии продукции осуществить перевод запланированного к поставке племенного яйца финального гибрида в товарную категорию и реализовать его как столовое яйцо. Поскольку затраты поставщика на получение племенного яйца несоизмеримы с затратами на производство яйца товарного, отказ покупателя от принятых обязательств по договору (от запланированной к отгрузке партии) привел к убыткам общества «ППР «Свердловский».

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 указанной статьи).

Согласно пункту 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 73, 74, 75 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной


неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1, 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам.

Применение такой меры как взыскание договорной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить лицу убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств, направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае


могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

В силу статьи 65 АПК РФ ответчик должен обосновать явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В настоящем споре ответчик по первоначальному иску является коммерческой организацией и наряду с другими участниками гражданского оборота несет коммерческие риски при осуществлении предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли (статья 2 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Стороны свободны в определении условий договора (статья 421 ГК РФ).


В данном случае, заключая договор, стороны самостоятельно и добровольно согласовали его условия, в том числе условия пунктов 5.1 и 5.3, предусматривающих наличие на стороне покупателя возможности отказаться от планируемой к отгрузке партии продукции с уведомлением поставщика за 180 календарных дней до отгрузки продукции, а также право требования поставщика к покупателю уплаты неустойки в размере 50 % от стоимости партии продукции, в случае действий покупателя, повлекших за собой перевод продукции в товарную (отказа от партии продукции или несвоевременной оплаты продукции).

Заключая рассматриваемый договор, общество «Птицефабрика Котласская» было осведомлено о размере ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства по соблюдению сроков отказа от партии продукции и согласилось с его условиями. Соответственно, договор между истцом и ответчиком выражает действительную общую волю сторон; о каких-либо разногласиях по договору сторонами не заявлялось, иное из материалов дела не следует.

При заключении договора, равно как и при направлении отказа от всей партии продукции, покупатель (ответчик), действуя разумно и добросовестно, должен был осознавать возможность наступления неблагоприятных для него последствий в виде применения меры гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств по получению запланированного к поставке товара.


Также следует учитывать, что подобные договоры, содержащие аналогичные условия пунктов 5.1 и 5.3 неоднократно заключались сторонами ранее, что лицами, участвующими в деле не оспаривается (в частности, договоры поставки от 06.03.2023 № 55-2023, от 14.06.2023 № 64-2023, от 09.10.2023 № 24-2024 представлены обществом «ППР «Свердловский» с отзывом на встречный иск 27.08.2025; л.д.25).

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, учитывая, что установленный договором размер ответственности сторонами согласован, ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих, что заявленный к взысканию размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера неустойки. В ходе рассмотрения спора ответчик заявил о необходимости снижения размера неустойки, фактически только сославшись на несоразмерность ее размера, и не обосновав, с учетом особенностей правоотношений сторон по поставке суточного молодняка финального гибрида, ни несоразмерность размера неустойки, ни явный характер такой несоразмерности.

Между тем, как последовательно указывал истец по первоначальному иску, вся продукция общества распределяется между покупателями до даты производства цыплят, закладка каждой партии цыплят планируется с учетом запланированной даты поставки, поскольку в силу технологических особенностей продукция в виде суточных цыплят не может быть помещена на хранение, а подлежит доставке покупателю в кратчайшие сроки с соблюдением соответствующих требований. Продажа племенного яйца финального гибрида в качестве товарного является для общества вынужденной мерой для уменьшения убытков от невозможности выполнения запланированной поставки вследствие отказа покупателя от принятых обязательств по договору, общество «ППР «Свердловский» вынуждено было осуществить перевод племенного яйца финального гибрида в товарную категорию и реализовать его как столовое яйцо, что привело к убыткам.

В рассматриваемом случае, получив 28.05.2025 отказ ответчика от партии суточных цыплят, истец был вынужден 29.05.2025 осуществить производство племенного яйца финального гибрида (инкубационного яйца) и его перевод в категорию товарное (столовое яйцо), о чем составлен соответствующий акт и осуществить его реализацию по цене значительно отличающейся от планируемой выручки.

Так, из протокола согласования цены от 11.04.2025 № 1 следует, что сторонами была согласована цена за 1 голову суточного молодняка для планируемой к поставке партии в сумме 67 руб. 34 коп., общая сумма запланированной выручки от поставки 80 000 голов цыплят составила бы 5 387 200 руб.

При этом, как указал истец по первоначальному иску, при реализации


продукции в качестве 216 000 шт. товарного (столового) яйца его стоимость не превышала 1,8 руб. – 2,9 руб. за 1 штуку; общая сумма выручки составила 639 000 руб. в подтверждение чего были представлены товарные накладные от 02.06.2025 № 001904, от 04.06.2025 № 001945, от 05.06.2025 № 001948 (л.д.28-29).

Опровергая позицию общества «Птицефабрика Котласская» о несоответствии количества яйца, переведенного в товарную категорию (216 000 шт.), количеству запланированного к поставке суточного молодняка (80 000 голов), общество «ППР «Свердловский» поясняло, что расчет планируемого к закладке количества яйца произведен на основании ОСТ 321-2003 по соответствующему нормативу (на 1 голову цыпленка берется 2,7 инкубационного яйца). Соответственно, именно запланированное к закладке в инкубатор яйцо в количестве 216 000 шт. с целью исполнения обязательств в рамках договора поставки с ответчиком было переведено в товарную категорию и реализовано.

Представленные в материалы дела пояснения и документы свидетельствуют о том, что общество «ППР «Свердловский» осуществляет вывод племенной продукции финального гибрида суточного молодняка непосредственно под того или иного покупателя партии и планирует технологический процесс, исходя из сформированных объемов планируемой поставки, соответственно, нарушение покупателем продукции условий по приемке (отказ от партии продукции) приводит к необходимости принятия экстренных мер со стороны поставщика с целью минимизации размера убытков обусловленных таким отказом, поскольку истец вынужден экстренно изменять производственный цикл, прекращая процесс производства суточного молодняка в определенном объеме, принимая меры либо к производству иного товара (товарного яйца), либо к утилизации гибрида.

В обоснование приведенных доводов, обществом в табличном варианте представлены расчеты сопоставления выручки при реализации товарного яйца с затратами на производство, содержащий сведения о размере убытков от такой реализации в сумме 2 030 580 руб. и упущенной выгоды в сумме 855 200 руб.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции признает, что начисленная истцом в соответствии с условиями договора неустойка в сумме 2 693 600 руб. является обоснованной, справедливой и соразмерной, соответствует принципам гражданского законодательства, направленным, прежде всего, на защиту и восстановление нарушенного права.

Вопреки приведенным доводам общества «Птицефабрика Котласская» об отсутствии на стороне истца по первоначальному иску убытков, чрезмерности определенного судом размера неустойки и необходимости его снижения, какие- либо надлежащие и достаточные доказательства данных утверждений, в материалы дела представлены не были, в том числе в суд апелляционной инстанции.


При том, что истцом, напротив, несмотря на отсутствие такой обязанности (пункт 1 статьи 330 ГК РФ, пункт 74 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), раскрыты и аргументированы обстоятельства, свидетельствующие о возникновении у него убытков вследствие действий истца.

Оснований полагать, что взыскание в рамках первоначального иска с ответчика в пользу истца договорной неустойки может повлечь неосновательное обогащение последнего, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушения баланса интересов сторон, учитывая обстоятельства рассматриваемого спора, послужившие основанием для обращения истца по первоначальному иску в суд, коллегия судей не усматривает.

Выводы суда первой инстанции о достаточности неустойки в размере 10% от стоимости партии продукции для компенсации возможных потерь поставщика, доказанности факта неосновательного обогащения продавца при получении неустойки в определенном договором размере, следует признать ошибочными.

Как указано выше, неустойка как способ обеспечения исполнения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором; иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения, что судом первой инстанции учтено не было.

Приведенные в апелляционной жалобе общества «Птицефабрика Котласская» доводы об отсутствии правовых оснований для начисления договорной неустойки, о необходимости ее снижения, подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, а также как основанные на неверном толковании норм материального права.

Оспаривая возможность применения штрафных санкций в заявленном в первоначальном иске размере, обществом «Птицефабрика Котласская» подано встречное исковое заявление о признании пунктов 5.1 и 5.3 спорного договора от 11.04.2025 № 53/2025 недействительными по основаниям пункта 3 статьи 179 ГК РФ.

В обоснование встречного заявления общество «Птицефабрика Котласская» указывало на наличие признаков, свидетельствующих о заведомой неисполнимости и кабальности условий пунктов 5.1 и 5.3 договора для общества «Птицефабрика Котласская», поскольку оспариваемая сделка совершена обществом на крайне невыгодных для него условиях, объективно обременительного и неисполнимого характера.

По мнению истца по встречному иску, условия пункта 5.1 договора,


предусматривающего уведомление поставщика об отказе от партии продукции не менее чем за 180 календарных дней до ее отгрузки, учитывая дату заключения данного договора (11.04.2025) и дату начала периода отгрузки (с 29.06.2025 по 02.07.2025), являлись заведомо неисполнимыми (период с даты заключения договора до даты начала отгрузки составлял всего 78 календарных дней). Включение в договор условия, заведомо неисполнимого одной из сторон, является злоупотреблением правом и нарушением принципа добросовестности. Соответственно применение санкции в качестве меры ответственности за нарушение заведомо неисполнимого условия свидетельствует о наличии у поставщика цели поставить покупателя в невыгодное и бесправное положение.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы общества «Птицефабрика Котласская», аналогичные приведенным в суде первой инстанции о недействительности пунктов 5.1 и 5.3 спорного договора, апелляционная коллегия признает их несостоятельными, поскольку фактически приведенная в ходе рассмотрения дела позиция представляет собой лишь несогласие истца по встречному иску с первоначальными требованиями и выводами суда о наличии оснований для применения к нему меры ответственности за нарушение условий договора поставки.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с пунктом 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что соответствии со статьей 179 ГК РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем наличие этого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы


или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Из указанной нормы следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно – вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

При этом под тяжелыми обстоятельствами следует понимать такие обстоятельства, которые сторона не могла преодолеть иначе как посредством заключения данной сделки.

Кроме того, отличительным признаком кабальных сделок является отсутствие у лица, заключающего договор, свободной воли на ее совершение.

Для признания оспариваемой сделки кабальной необходимо: наличие обстоятельств, которые подтверждают ее заключение для истца на крайне невыгодных условиях, то есть на условиях, не соответствующих интересу этого лица, существенно отличающихся от условий аналогичных сделок; тяжелые обстоятельства возникли вследствие их стечения, то есть являются неожиданными, предвидеть которые или их предотвратить не представлялось возможным; контрагент потерпевшего, зная о таком тяжелом стечении обстоятельств у последнего, тем не менее, совершил с ним эту сделку, воспользовавшись этим положением, преследуя свой в этом интерес.

Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной как кабальной.

При этом обязательства по доказыванию признаков кабальности сделки лежат на лице, обратившемся с требованием о признании сделки недействительной по указанному основанию.

Как обоснованно указано судом, предпринимательская деятельность представляет собой самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, цель которой – систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Субъекты предпринимательской деятельности обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существует объективные пределы возможности судов выявить наличие деловых просчетов. В связи с изложенным, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

По мотиву кабальности не может быть оспорена сделка, заключенная вследствие легкомысленного поведения потерпевшего, незнания рыночной конъюнктуры либо экономического просчета потерпевшего.


Согласно части 1 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с частью 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу части 1 статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора, что означает свободный выбор стороны договора, условий договора, волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условий, а также выбор контрагента. Данный выбор является исключительной прерогативой субъекта гражданских правоотношений.

Сделки между юридическими лицами должны совершаться в письменной форме путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом, совершающим сделку (пункт 1 статьи 160, пункт 1 статьи 161 ГК РФ).

В соответствии со статьей 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Исходя из презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что противная процессуальная сторона употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом деле истец по встречному иску общество «Птицефабрика Котласская» является коммерческой организацией, осуществляет свою деятельность с 2015 года и с момента создания специализируется на разведении сельскохозяйственной птицы (основной вид экономической деятельности), дополнительными видами деятельности являются, в частности «производство и консервирование мяса птицы», «торговля оптовая консервами из мяса и мяса птицы» и т.д., что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Как видно из обстоятельств дела, содержание договора от 11.04.2025 № 53-2024 (в том числе пунктов 5.1 и 5.3) является обычным и стандартным для договоров поставки племенного суточного молодняка, заключаемых обществом


«ППР «Свердловский» с покупателями (иначе говоря, рамочным договором). Количество, цена, ассортимент, сроки поставки и прочие индивидуальные условия поставки устанавливаются в спецификации, протоколе согласования цены.

В данном случае срок поставки (с 29.06.2025 по 02.07.2025) был согласован сторонами фактически, исходя из потребностей ответчика общества «Птицефабрика Котласская» и образовавшихся возможностей общества «ППР «Свердловский».

При заключении 11.04.2025 договора с определенными сроками поставки племенного суточного молодняка общество «Птицефабрика Котласская» знало об условиях одностороннего отказа от договора, а именно что такой отказ может быть заявлен не позднее чем за 180 дней до планируемой даты поставки и что если отказ покупателя от партии товара влечет за собой перевод продукции в товарную, то покупател, по требованию поставщика уплачивает неустойку в размере 50% от стоимости партии продукции.

Согласовывая срок поставки (с 29.06.2025 по 02.07.2025), общество «Птицефабрика Котласская» не потребовало внесения каких-либо изменений в условия договора о правилах одностороннего отказа от поставки.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в настоящем споре отсутствует совокупность признаков, позволяющих признать оспариваемые обществом «Птицефабрика Котласская» условия пунктов 5.1 и 5.3 договора поставки племенного суточного молодняка от 11.04.2025 № 53-2024 кабальной сделкой, то есть совершенной вынужденно вследствие стечения тяжелых обстоятельств.

Каких-либо конкретных обстоятельств, очевидно подтверждающих злоупотребление правом со стороны ответчика по встречному иску, истцом не представлено.

Само по себе установление сторонами договора различного рода размера ответственности злоупотреблением правом не может быть признано.

Принцип свободы договора (статья 421 ГК РФ) предоставляет возможность участникам хозяйственного оборота в своем интересе определять условия заключаемой ими сделки.

Общество «Птицефабрика Котласская» имело возможность не заключать оспариваемый договор поставки.

Обстоятельства, приведенные обществом «Птицефабрика Котласская», предшествовавшие заключению сторонами договора поставки о заключении сделки на крайне невыгодных для покупателя условиях, не свидетельствуют.

В целом доводы общества «Птицефабрика Котласская» о характере и обстоятельствах совершения спорной сделки не принимаются во внимание с учетом того, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой


деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Невыгодность сделки, возникшая в ходе ее исполнения, экономический просчет, сами по себе не могут служить основанием для ее признания недействительной как кабальной.

По сути, позиция общества «Птицефабрика Котласская» о недействительности положений пунктов 5.1 и 5.3 договора поставки имеет цель ухода от предусмотренной ответственности за нарушение условий договора поставки.

Вопреки своей позиции, неоднократно заключая договоры поставки с обществом «ППР «Свердловский», истец по встречному иску был осведомлен об порядке отказа от планируемой к поставке партии продукции и о возможности наступления неблагоприятных последствий вследствие его нарушения, поскольку аналогичные условия содержатся в представленных и ранее исполненных сторонами договорах поставки от 06.03.2023 № 55-2023, от 14.06.2023 № 64-2023, от 09.10.2023 № 24-2024.

В данном случае, заключая договор, стороны самостоятельно и добровольно согласовали его условия, в том числе условия пунктов 5.1 и 5.3, предусматривающих наличие на стороне покупателя возможности отказаться от планируемой к отгрузке партии продукции с уведомлением поставщика за 180 календарных дней до отгрузки продукции, а также право требования поставщика к покупателю уплаты неустойки в размере 50 % от стоимости партии продукции, в случае действий покупателя, повлекших за собой перевод продукции в товарную (отказа от партии продукции или несвоевременной оплаты продукции).

Соответственно, в отсутствие разногласий по условиям заключаемого договора, следует признать, что согласованные сторонами условия выражают действительную общую волю обеих сторон.

Доказательств заключения сделки на крайне невыгодных условиях материалы дела не содержат.

Доводы о невозможности соблюдения (невыполнимость) установленного пунктом 5.1 договора срока отказа от партии продукции, со ссылками на обстоятельства того, что период с момент заключения договора до планируемой даты отгрузки продукции был значительно меньше предусмотренных 180 календарных дней, судом первой инстанции отклонены правомерно, поскольку подписание договора предполагает ознакомление с его условиями. Заключая договор, общество «Птицефабрика Котласская» действовало в своем коммерческом интересе, на свой риск и должно было оценивать возможность исполнения принимаемых на себя обязательств.

В данном случае оснований для квалификации действий общества «ППР «Свердловский» в качестве злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) и признания сделки в качестве совершенной на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых


обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка) исходя из критериев, установленных пунктом 3 статьи 179 ГК РФ, у суда не имелось.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности позиции суда первой инстанции в части выводов об отсутствии оснований для признания договора поставки племенного суточного молодняка от 11.04.2025 в части пунктов 5.1 и 5.3 недействительным.

По существу, доводы апелляционной жалобы общества «Птицефабрика Котласская» направлены на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу в части требований по встречному иску и не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального права, соответственно, правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы общества «Птицефабрика Котласская» отсутствуют.

Установленные арбитражным судом апелляционной инстанции обстоятельства настоящего спора служат основанием для изменения обжалуемого определения только в части удовлетворения первоначальных требований (о взыскании неустойки).

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта только в части размера подлежащих удовлетворению первоначальных требований, решение Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2025 по делу № А60-34490/2025 подлежит изменению в части, в связи с несоответствием выводов, изложенных в решении обстоятельствам дела, неправильным применением судом норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ), с изложением резолютивной части в иной редакции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Поскольку апелляционная жалоба истца по первоначальному иску удовлетворена, расходы общества «ППР «Свердловский» на оплату государственной пошлины за подачу иска и апелляционной жалобы подлежат отнесению на ответчика по первоначальному иску на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 декабря 2025

года по делу № А60-34490/2025 изменить, изложив пункт 1 резолютивной

части в следующей редакции:

«Первоначальные исковые требования удовлетворить.


Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку в сумме 2 693 600 рублей, в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска 105 808 рублей.».

В остальной части решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 декабря 2025 года по делу № А60-34490/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Котласская» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Племенной птицеводческий репродуктор «Свердловский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 30 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.С. Нилогова

Судьи Е.О. Гладких


И.П. Данилова