Решение от 15 сентября 2022 г. по делу № А70-25455/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-25455/2021
г. Тюмень
15 сентября 2022 года
Резолютивная часть решения оглашена 08 сентября 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 15 сентября 2022 года


Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Соловьева К.Л. рассмотрел дело по иску общества с ограниченной ответственностью СК «ПАРТНЕРЫ» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибстройинвест» о взыскании суммы основного долга по договору от 28.04.2015 №3ТЗ\15 и Соглашению об инвестировании строительства от 28.04.2015 в размере 44553019,82 рублей, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 7927005,52 рублей, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требования относительно предмета спора, ФИО1, ФИО10 ФИО2,

при ведении протокола судебного заседания ФИО3,

при участии в заседании представителей:

от истца: ФИО4 – на основании доверенности,

от ответчика: ФИО5 – на основании доверенности,

от третьего лица: ФИО10, ФИО6, ФИО7 – на основании доверенности (до перерыва, после перерыва не явились),

установил:

общество с ограниченной ответственностью СК «ПАРТНЕРЫ» (далее - истец, ООО СК «ПАРТНЕРЫ») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибстройинвест» (далее - ответчик, ООО «Сибстройинвест») о взыскании суммы основного долга по договору от 28.04.2015 №3ТЗ/15 и Соглашению об инвестировании строительства от 28.04.2015 в размере 44553019,82 рублей, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 7927005,52 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требования относительно предмета спора, привлечены ФИО1, ФИО10 ФИО2

Исковые требования со ссылками 309, 310, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мотивированы неисполнением ответчиком договорных обязательств.

В ходе производства по делу, истец уточнил заявленные требования, просит взыскать сумму основного долга по договору от 28.04.2015 №3ТЗ\15 по соглашению об инвестировании строительства от 28.04.2015 в размере 44553019,82 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 7920681,67 рублей.

Руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд принял изменение иска, поскольку оно не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражает, считает, что срок оплаты предъявленной истцом задолженности не наступил.

В ходе производства по делу ответчиком за подписью генерального директора ООО «Сибстройинвест» ФИО8, предоставлено Дополнение к Отчетам Технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 на сумму 34390 415.34 руб. от 31.12.2017 на сумму 8697786,92 руб. от 20 05.2019 на сумму 17560070,08 руб. от 20.05.2019 на сумму 8554747,48 по договору №3ТЗ\15 о привлечении технического заказчика от 28.04.2015 на строительства объекта капитального строительства Жилой комплекс в квартале улиц: 8 Марта-Советская-Ленинградская-набережная в п. Боровский Тюменского района, Тюменской области, 1-я очередь II-этап «Магазин смешанных товаров» (далее по тексту - документ), исходя из которого, срок оплаты, взыскиваемой в настоящем споре, задолженности был перенесен сторонами и определен по истечению шести месяцев после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Конкурсным управляющим ООО СК «Партнеры» ФИО9 заявлено о фальсификации документа - Дополнение к Отчетам, как сфабрикованного в настоящее время к данному процессу, в целях искажения фактов, являющихся предметом доказывания по делу.

Учитывая указанные обстоятельства, принимая во внимание, что для разъяснения вопросов относительно принадлежности имеющихся в документах подписи конкретному лицу, определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.07.2022 по делу назначена почерковедческая судебная экспертиза, производство по делу приостановлено.

22.07.2022 в суд поступило заключение эксперта, в связи с чем, определением от 25.07.2022 суд назначил судебное заседание для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по делу.

После ознакомления с экспертным заключением истец с выводами эксперта не согласился, указав, что эксперт не дал однозначного ответа относительно принадлежности подписи ФИО10 на спорном документе.

В свою очередь ответчик, напротив, выводы экспертного заключения поддержал.

В ходе производства по делу ответчик заявил ходатайство о проведении в рамках дела повторной судебной экспертизы, однако, впоследствии, отказался от заявленного ходатайства, просил суд его не рассматривать.

Учитывая волеизъявление стороны, заявленное ответчиком ходатайство о проведении в рамках дела повторной судебной экспертизы, судом не рассматривается.

Третьими лицами даны пояснения относительно заявленных исковых требований.

Истец волеизъявление, несмотря на указание суда, о возможности проведения повторной экспертизы, не выразил, соответствующего ходатайства не заявил.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 08.09.2022, информация о котором размещена в карточке дела № А70-25455/2021 в сервисе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте: http://kad.arbitr.ru/.

После перерыва, судебное заседание продолжено 08.09.2022 в назначенное время, в том же составе суда, с участием представителей истца и ответчика.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 08.09.2022, суд возобновил производство по делу.

В судебном заседании представители истца и ответчика поддержали правовые позиции, приведенные в иске и отзыве на него.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 28 апреля 2015 года между ООО «Сибстройинвест» (заказчик) и ООО СК «ПАРТНЕРЫ» (технический заказчик) был заключен договор о привлечении Технического Заказчика №3Т3/15.

По условиям вышеназванного договора технический заказчик обязуется своими силами с привлечением по своему усмотрению третьих лиц, при полном иждивении заказчика осуществить строительство объекта на земельном участке, предназначенном для строительства объекта и ввести объект в эксплуатацию.

28 апреля 2015 года между ООО «Сибстройинвест» (инвестор) и ООО СК «ПАРТНЕРЫ» (технический заказчик) было заключено соглашение об инвестировании строительства на выполнение строительно-монтажных работ при строительстве объекта капитального строительства: «Жилой комплекс в квартале улиц: 8 Марта-Советская-Ленинградская-набережная в п. Боровский Тюменского района, Тюменской области , 1 -я очередь II-этап «Магазин смешанных товаров» (далее-объект).

Инвестор обязуется осуществлять инвестирование строительства объекта по мере его возведения техническим заказчиком.

Соглашение заключено во исполнение условий договора № 3Т3/15, данные сделки объединены единым экономическим смыслом, в связи с чем, их условия толкуются в совокупности как взаимодополняющие друг друга.

Согласно пункту 2 Соглашения общая стоимость инвестирования строительства объекта, определяется исходя из ресурсной сметы, являющейся Приложением №1 к соглашению, и составляет 37796739,64 рублей.

Окончательная сумма инвестирования формируется на основании отчета технического заказчика по соответствующему этапу строительства объекта и утверждается сторонами (пункт 3 соглашения).

В соответствии с пунктом 12.1 договора средства, привлекаемые Техническим Заказчиком в рамках данного договора, состоят из средств заказчика и технического заказчика. Затраты, понесенные техническим заказчиком на строительство объекта, компенсируются заказчиком на основании отчета технического заказчика, утвержденного сторонами.

С момента утверждения сторонами отчета технического заказчика по соответствующему этапу строительства объекта заказчик (инвестор) обязуется осуществить финансирование инвестиционных средств на строительство объекта в срок, определенный в отчете технического заказчика.

Как следует из материалов дела, во исполнение принятых обязательств, в подтверждение размера понесенных затрат, связанных со строительством объекта, сторонами были подписаны отчеты технического заказчика на общую сумму 69203019,82 руб., в том числе, от 30.05.2017 на сумму 34390415,34 руб.; от 31.12.2017 на сумму 8697786,92 руб.; от 20.05.2019 на сумму 17560070,08 руб.; от 20.05.2019 на сумму 8554747,48 руб.

В соответствии с отчетом технического заказчика №1 от 30 мая 2017 года на сумму 34390415,34 руб. выполненные истцом и с привлечением третьих лиц подрядные работы на объекте составили на сумму 30911146,91 руб.

Для исполнения принятых обязательств по договору № 3Т3/15 истец заключил следующие договоры для выполнения строительно-монтажных работ на объекте: договор подряда на благоустройство строительной площадки №0010 от 15.04.2016 с ООО ПСФ «Прогресс»; договор подряда на общестроительные работы №1/15 от 20.10.2015 с ООО «ТюменьСтройКапитал»; договор подряда на общестроительные работы №15 от 02.09.2016 с ООО «ТюменьСтройКапитал»; договор подряда на общестроительные работы (строительство кабельной линии 0.4. квт №5 от 23.05.2016 с ОАО «Тюменьэлектромонтаж»; договор подряда на общестроительные работы (устройство фасада из сэндвича-панелей) №12/16 от 14.10.2016 с ООО «СибСтройСервисремонт»; договор подряда на работы по устройству инженерных систем от 24.04.2016 с ООО «Ромистр»; договор поставки №116U6 от 18.10.2016 с ООО «ПрофМодуль»; договор аренды строительной техники с экипажем от 11.09.2015 с ИП ФИО11; договор на работу механизмов , транспортные услуги №3 от 14.04.2016 с ФИО12; договор на проведение негосударственной экспертизы проектной документации №29\15э от 19.02.2015 с ООО Геопроект»; договор на проведение испытаний №14-12U5 от 09.12.2015 с ООО «Завод ЖБИ5»; договор на проведение испытаний №57\л от 05.05.2016 с ООО «Бетонспецсервис»; договора аренды №1523\16-АП от 18.05.2017 с ООО «Монолит ПСК-17»; договора аренды №1650U6 от 15.07.2016 с ООО «Монолит ПСК -17»; договор поставки №02-10М4 от 10.10.14 с ООО «Завод ЖБИ-5»; договор поставки №03-01U6 от 01.01.2016 с ООО «Завод ЖБИ 5»; договор поставки продукции №75 от 01.11.2015 ООО «АПК»; договор поставки от 28.10.2015 с ООО «Инвест - силикат-строение»; договор поставки №302X15 от 23.01.2015 с ООО «СтальПлюс»; договор поставки №030X16 от 02.03.2016 с ООО «СтальПлюс»; договор поставки №236 от 27.01.2016 с «Тюменская фанера»; договор поставки от 15.02.2016 с ЗАО «Пышмаавтодор», а также для выполнения подрядных работ, оформленных вышеуказанными договорными отношениями на объекте, произвел затраты на приобретение товаров на сумму 3479268,43 руб.

На основании отчета технического заказчика от 30 мая 2017 года, ответчик обязался возместить понесенные расходы в пользу истца в срок до 30.09.2017 (п. 3 отчета).

Как утверждает истец, ООО «Сибстройинвест» произведено частичное возмещение затрат, в связи с чем, задолженность ответчика за выполненные истцом работы составила 9740415,34 руб.

В соответствии с отчетом технического заказчика №2 от 31 декабря 2017 года на сумму 8697786,92 руб., выполненные истцом и с привлечением третьих лиц подрядные работы на объекте составили 8242296,44 руб.

Для исполнения принятых обязательств по договору № 3Т3/15 истец заключил следующие договоры для выполнения строительно-монтажных работ на объекте: договор подряда по монтажу систем пожарной сигнализации, порошкового пожаротушения в паркинге и системы оповещения о пожаре, а также системы вентиляции №21 от 02.07.2017 с ООО «ПОЖСТРОЙЗАЩИТА»; договор подряда на работы по устройству инженерных систем от 20.04.2016 с ООО «Ромист»; договор подряда по изготовлению и монтажу оконных блоков из ПВХ, наружных откосов, витражей, нащельников входных групп от 26.07.2017 с ООО «Центр Фасадов»; договор подряда №04\17 от 10.02.2017 с ООО «ТюменьСтройКапитал», а также для выполнения подрядных работ, оформленных вышеуказанными договорными отношениями на объекте, истец произвел затраты на приобретение товаров на сумму 455490,48 руб.

На основании отчета технического заказчика от 31 декабря 2017 года, ответчик обязался возместить понесенные расходы в пользу истца в срок до 30.09.2018 (п. 3 отчета).

Как утверждает истец, задолженность ответчика за выполненные истцом работы составила 8697786,92 руб.

В соответствии с отчетом технического заказчика №3 от 20 мая 2019 года на сумму 17560070,08 руб., выполненные истцом и с привлечением третьих лиц подрядные работы на объекте составили 17560070,08 руб.

Для исполнения принятых обязательств по договору № 3Т3/15 истец заключил следующие договоры для выполнения строительно-монтажных работ на объекте: договор с ИП ФИО13 от 19.01.2018; договор с ООО «СтройТехИнновации» от 27.07.2017; договора с ООО «ПОЖСТРОЙЗАЩИТА» № 21 от 02.07.2017; договор на оказание услуг №06\05-2018 от 14.05.2018 с СК «Алмазные технологии»; договор с ООО «РАТЭК» 04.06.2018; договор от 28.05.2018 с ООО «Воскресенье»; договор с ООО «Инвест-проект»; договор №008U8 от 05.06.2018 с ИП ФИО14; договор ООО АС ресурс на сумму; договор на выполнение кровельных работ от 5.08.2018 с ООО «На высоте»; договор №20\05 от 30.05.2018 с ООО «Спектр»; договор с ООО «Пластконструкция» №127 от 13.09.2018; договор подряда на работы по устройству крышных котельных от 31.05.2018 с ООО «Ромист»; договор №ЛМ 09-04-18 от 04.2018 с ООО «Лифт Модерн»; договор от 03.05.2018 с ООО «Лаурель»; договор от 27.07.2017 с ООО «СтройТехИнновации».

На основании отчета технического заказчика от 20 мая 2019 года, работы были исполнены в период с 01.01.2018 года по 20.05.2019, следовательно, ответчик обязан возместить понесенные расходы истцу с 21.05.2019.

В соответствии с отчетом технического заказчика №4 от 20 мая 2019 года на сумму 8554747,48 руб., выполненные истцом и с привлечением третьих лиц подрядные работы на объекте составили 8554747,48 руб.

Для исполнения принятых обязательств по договору № 3Т3/15 истец заключил следующие договоры для выполнения строительно-монтажных работ на объекте: договор подряда на работы по устройству крышных котельных от 31.05.2018 с ОО Ромист»; договор от 27.07.2017 с ООО СтройТехИнновации»; договор поставки №94 от 23.08.2018 с ООО ТД «Урал-К»; договор №48X18 от 19.04.2018 с ООО «Геопроект»; договор от 06.08.2018 с ООО «Строймагнат»; договор от 27.08.2018 с ООО «Строймагнат»; договор от 29.08.2018 с ООО «Строймагнат»; договор от 26.09.2018 с ООО «Строймагнат»; договор от 28.05.2018 с ООО «Воскресенье»; договор с ООО «Инвестпроект»; договор на выполнение кровельных работ от 15.08.2018г с ООО «На высоте»; договор подряда на работы по устройству крышных котельных от 31.05.2018 с ООО «Ромист»; договор с ООО «Луарель» от 03.05.2018; затраты, подтвержденные требованиями - накладными; договор с ООО «Строймагнат»; договор с ООО «ПОЖСТРОЙЗАЩИТА».

На основании отчета технического заказчика №4 от 20 мая 2019 года, работы к были исполнены в период с 01.01.2018 года по 20.05.2019 года, следовательно, как считает истец, ответчик обязан возместить понесенные расходы истцу с 21.05.2019.

Таким образом, как утверждает истец, задолженность ООО «Сибстройинвест» перед ООО СК «Партнеры» по договору № 3 Т3/15 о привлечении технического заказчика от 28.04.2015 и соглашению об инвестировании строительства от 28.04.2015 года составила 44553019,82 руб.

В порядке досудебного урегулирования спора, истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием возмещения расходов, неудовлетворение которой, послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

В силу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем", при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 (купля-продажа), 37 (подряд), 55 (простое товарищество) Гражданского кодекса Российской Федерации и т.д. Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимости.

Таким образом, определенный в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем" круг гражданско-правовых договоров не является исчерпывающим. При этом согласно букве и смыслу постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем" правовая природа инвестиционного договора должна определяться судами, исходя из оценки существа принятых на себя сторонами такого договора обязательств (их взаимных прав и обязанностей) и сопоставления этих обязательств с характером и существом обязательств сторон по тем или иным видам гражданско-правовых договоров, указанных в Кодексе. На основании такого анализа должно быть выявлено, имеются ли между сторонами инвестиционного договора такие обязательства, которые согласно правилам главы 30 Кодекса существуют между сторонами договора купли-продажи, правилам главы 37 Кодекса - между сторонами договора строительного подряда, правилам главы 55 Кодекса - между сторонами договора простого товарищества, или между сторонами инвестиционного договора существуют иные обязательства, регулируемые правилами гражданского законодательства об иных договорах.

Принимая во внимание то, что спор по настоящему делу вытекает из инвестиционного договора, этот спор не может быть разрешен без правильного определения норм права, подлежащих применению к отношениям сторон по такому договору, что в свою очередь невозможно сделать без правильного определения гражданско-правовой природы инвестиционного договора.

Следует учесть, что пунктом 7 названного Постановления Пленума ВАС РФ прямо установлено, что в случаях, когда из условий договора усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения общей цели, а именно, создания объекта недвижимости, то соответствующий договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, а также условий договора № 3Т3/15 от 28.04.2015 года, в совокупности с соглашением об инвестировании в строительство от 28.04.2015 года, суд, что данные сделки объединены единым экономическим смыслом и подлежат регулированию указанными нормами права в совокупности с положениями главы 37 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, с учетом требований ст. 68 АПК РФ, устанавливающей, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу частей 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, истец в обоснование заявленных требований ссылается на то, что в соответствии с принятыми условиями вышеназванного договора и соглашения, ответчик обязан произвести возмещение понесенных расходов истцом в сроки, указанные в отчетах технического заказчика.

Между тем, ответчиком, в ходе производства по делу, за подписью генерального директора ООО «Сибстройинвест» ФИО8, предоставлена копия Дополнения к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 на сумму 34390415,34 руб. от 31.12.2017 на сумму 8697786,92 руб. от 20 05.2019 на сумму 17560070,08 руб. от 20.05.2019 на сумму 8554747,48 руб. по договору №3ТЗ/15 о привлечении технического заказчика от 28.04.2015 на строительства объекта капитального строительства Жилой комплекс в квартале улиц: 8 Марта-Советская-Ленинградская-набережная в п. Боровский Тюменского района, Тюменской области, 1-я очередь II-этап «Магазин смешанных товаров» (далее по тексту - документ), исходя из которого, срок оплаты, взыскиваемой в настоящем споре задолженности, был перенесен сторонами и определен по истечению шести месяцев после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим ООО СК «Партнеры» ФИО9 заявлено о фальсификации документа - дополнения к отчетам, как сфабрикованного в настоящее время к данному процессу, в целях искажения фактов, являющихся предметом доказывания по делу.

Согласно ст. 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

Таким образом, исходя из изложенного, под фальсификацией доказательств по рассматриваемому арбитражным судом делу понимается подделка либо фабрикация вещественных доказательств и (или) письменных доказательств (документов, протоколов и т.п.).

На основании изложенного, суд, в соответствии с абзацем 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ, принял соответствующие меры для проверки заявления о фальсификации доказательства.

В связи с рассмотрением заявления истца о фальсификации доказательств, в судебном заседании суд разъяснил представителям сторон право на исключение оспариваемых доказательств по делу и уголовно-правовые последствия фальсификации доказательств по делу и возможность исключения представленных доказательств из числа доказательств по делу.

Представитель ответчика отказался от исключения представленного документа из числа доказательств по делу.

В целях соблюдения положений ст. 161 АПК РФ, судом были отобраны подписки о разъяснении уголовно-правовых последствий лицу, заявившему о фальсификации доказательств по делу, а также лицу, представившему доказательства, о фальсификации которых заявлено стороной.

Учитывая указанные обстоятельства, истцом заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы по делу в целях установления принадлежности подписи от имени бывшего генерального директора ООО «СК «Партнеры» ФИО10 на вышеуказанном документе по отношению к подписям, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности общества.

В качестве экспертной организации истцом предложено ООО «ЭКСПЕРТ и К», срок производства экспертизы от трех до 10 рабочих дней с момента предоставления необходимых материалов и документов, стоимость 12000 рублей, возможность проведения почерковедческой экспертизы по копии документов.

Платежным поручением от 06.06.2022 №153 истцом перечислено на депозитный счет суда 12000 рублей.

Ответчик против удовлетворения ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы по делу не возражал, представил перечень вопросов для постановки перед экспертами, просил суд поручить проведение экспертизы ООО «ЗапСибЭкспертиза», срок производства экспертизы 25 календарных дней, стоимость 25000 рублей (1 реквизит исследования).

ФИО1 против удовлетворения ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы по делу не возражал, представил перечень вопросов для постановки перед экспертами, просил суд поручить проведение экспертизы следующим экспертным учреждениям:

- Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, срок производства экспертизы до 3-х месяцев, стоимостью 31500 рублей. При этом лабораторией отмечено, что экспертиза может проводиться только по оригиналам документов;

- Тюменской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, срок производства экспертизы 8-9 месяцев (с учетом загруженности), стоимостью 90160 рублей (2 вопроса);

- ООО «Решение», срок производства экспертизы 30-40 календарных дней, стоимостью 150000 рублей.

Таким образом, между сторонами возник спор относительно действительности Дополнения к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 на сумму 34390415.34 руб. от 31.12.2017 на сумму 8697786,92 руб. от 20 05.2019 на сумму 17560070,08 руб. от 20.05.2019 на сумму 8554747,48 по договору №3ТЗ/15.

В связи с отсутствием подлинного экземпляра документа, а также смертью ФИО10, как лица, подписавшего спорный документ, суд, с учетом ходатайства истца, принимая во внимание отсутствие возражений иных лиц, участвующих в деле, определил возможным провести почерковедческую экспертизу по копии спорного документа.

При этом, суд отмечает, что иной копии указанного документа, не тождественной представленной копии документа, сторонами в материалы дела представлено не было.

Учитывая указанные обстоятельства, принимая во внимание, что для разъяснения вопросов относительно принадлежности имеющейся в документе подписи конкретному лицу необходимы специальные познания, суд, руководствуясь положениям ст. 65, 67, 68, 71, 82 АПК РФ, удовлетворил ходатайство истца о проведении почерковедческой экспертизы по делу.

С учетом требований, установленных постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23, а также согласия экспертной организации на проведения экспертизы по копии документа, суд поручил производство почерковедческой экспертизы ООО «ЭКСПЕРТ и К», эксперту ФИО15

При этом, представители сторон отводов эксперту в порядке, установленном ст.ст. 21, 23 АПК РФ, не заявили.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Соответствует ли подпись бывшего генерального директора ООО СК «Партнеры» ФИО10 в двух местах на документе - Дополнение к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 года на сумму 34390415,34 рублей, от 31.12.2017 года на сумму 8697786,92 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 17560070,08 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 8554747,48 рублей по договору №ЗТЗ/15 от 28.04.2015 года, подписям, содержащимся на копии документов юридического досье клиента, копии по ДБО, копии карточек с образцами подписей и оттиска печати?

2) Имеются ли в документе - Дополнение к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 года на сумму 34390415,34 рублей, от 31.12.2017 года на сумму 8697786,92 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 17560070,08 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 8554747,48 рублей по договору №ЗТЗ/15 от 28.04.2015 года, признаки фальсификации, включающие в себя, в том числе, изменение его отдельных частей путем подчистки или дописки, искажающее его действительное содержание, либо изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения и т.д.?

3) Имеется ли подражание в документе - Дополнение к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 30.05.2017 года на сумму 34390415,34 рублей, от 31.12.2017 года на сумму 8697786,92 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 17560070,08 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 8554747,48 рублей по договору № ЗТЗ/15 от 28.04.2015 года, подписи бывшего генерального директора ООО СК «Партнеры» ФИО10?

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.03.2022 стоимость проведения экспертизы установлена в размере 20000 рублей, продлен срок проведения экспертизы.

22.07.2022 экспертное заключение поступило в суд.

Согласно экспертному заключению, эксперт пришел к следующим выводам:

Подписи, изображения которых представлены в двух строках «Генеральный директор ФИО10» в копии Дополнения от 20.05.2019 к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 20.05.2017 года на сумму 34390415,34 рублей, от 31.12.2017 года на сумму 8697786,92 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 17560070,08 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 8554747,48 рублей по договору №ЗТЗ/15 от 28.04.2015 года – вероятно выполнены ФИО10.

Дать категорический вывод не представляется возможным, в связи с недостаточно четкой копией исследуемого документа (уменьшение формата), а также, скорее всего, это не первоначальная копия (т.е. копирование с копии, в результате чего отдельные элементы «забиваются», «теряются» и в дальнейшем при увеличении плохо читаются (просматриваются)).

Провести исследование и ответить на вопрос №2 «Имеются ли в представленном документе – копии Дополнения от 20.05.2019 к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах от 20.05.2017 года на сумму 34390415,34 рублей, от 31.12.2017 года на сумму 8697786,92 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 17560070,08 рублей, от 20.05.2019 года на сумму 8554747,48 рублей по договору №ЗТЗ/15 от 28.04.2015 года – признаки подделки?» - не представляется возможным, в связи с недостаточно четкой копией исследуемого документа (уменьшение формата);

Данная копия является скорее всего не первоначальной (после многократного копирования), поэтому выявить какие-либо конкретные признаки технической подделки нельзя, так как, при многократном копировании могут появиться признаки уже от последующего копирующего печатающего устройства.

В соответствии со ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В силу п.5 ст. 71 АПК РФ заключение эксперта по настоящему делу, как и любое другое доказательство, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно ч. 1, 2, 3 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Исходя из буквального толкования указанной нормы права, в совокупности с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Из материалов дела усматривается, что отводов эксперту сторонами не заявлено. Документы, подтверждающие квалификацию эксперта, в материалах дела имеются. Из материалов дела следует, что эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения.

Проанализировав экспертное заключение, суд полагает, что оно соответствуют требованиям, предъявляемым законом, экспертом полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на его разрешение.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательств наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлено. Противоречий выводов эксперта иным, имеющимся в деле доказательствам, судом не усмотрено.

При этом, суд отмечает, что выбор способов и методов исследования входит в компетенцию эксперта. Экспертом описана методика проведенного исследования, указаны используемые справочно-нормативные и научно-технические документы, обосновано их применение. В заключении даны обоснование и пояснения с описанием методики проведения экспертизы.

Относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы эксперта, истцом в материалы дела не представлено. Несогласие последнего с результатами судебной экспертизы не дает оснований считать выводы эксперта недостоверными.

Таким образом, суд, проверив, относимость, допустимость, достоверность указанного экспертного заключения, в свете норм права, установленных ст. 67, 68, 71, 82, 86 АПК РФ, считает, что данное экспертное заключение, в совокупности с иными пояснениями сторон, подтверждает, что подпись в копии Дополнения от 20.05.2019 к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах выполнена ФИО10

Далее, как следует из материалов дела, после ознакомления с экспертным заключением, истец с выводами эксперта не согласился, указав, что эксперт не дал однозначного ответа относительно принадлежности подписи ФИО10 на спорном документе, заключение эксперта содержит вероятностный вывод, при этом, несмотря на указание суда о возможности проведения повторной экспертизы по делу, либо дополнительной, истец указанным правом не воспользовался, что применительно к положениям ст. 9 АПК РФ, позволяет отнести на него соответствующие риски, связанные с несовершением указанных процессуальных действий.

Кроме того, рассмотрев указанные возражения истца, суд, при отсутствии иных доказательств о недействительности дополнения от 20.05.2019 к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах, находит их необоснованными и подлежащими отклонению, в том числе, и по следующим основаниям.

В данном случае, вероятность - это характеристика знания, описывающая степень его обоснованности, доказанности. Если из имеющихся посылок можно сделать несколько различных выводов, то наиболее обоснованный из них называют наиболее вероятным, наименее обоснованный - наименее вероятным. При увеличении степени обоснованности (доказанности) знания его вероятность увеличивается и может превратиться в достоверность.

Понятие "обоснованность знания (суждения)" следует отличать от понятия "уверенность". Последнее выражает субъективно-психологическое отношение субъекта к знанию (суждению). Степень уверенности зависит от логической обоснованности, но на степень уверенности, помимо этого, влияют и другие, внелогические факторы (субъективные склонности, пристрастия, привычки, интересы и т.д.).

Таким образом, степень уверенности складывается в результате действия двух составляющих - объективной и субъективной.

Поэтому задача эксперта - оценить степень вероятности предполагаемого факта исходя из результатов проведенного им исследования.

Вероятный вывод эксперта - это предположение, в той или иной степени уже обоснованное какими-то доводами, аргументами, подтвержденное результатами проведенного экспертом исследования представленных ему объектов, причем сама величина (степень) вероятности должна быть определена экспертом. Величина вероятности может быть выражена численно, например: 0,9; 0,95; 0,998 и т.д.

Однако приемлемы и иные характеристики, сравнительные понятия, например категорический положительный; вероятный положительный; НПВ (не представляется возможным ответить); вероятный отрицательный; категорический отрицательный.

Таким образом, как следует из представленной в материалы дела экспертизы, по мнению эксперта, наиболее обоснованным является вывод о том, что подпись на спорном документе вероятно выполнена ФИО10, то есть вывод "вероятно положительный", исключающий следующие выводы категорический положительный; НПВ (не представляется возможным ответить); вероятно отрицательный; категорический отрицательный.

При этом, эксперт отметил, что дать категорический вывод не представляется возможным, в связи с недостаточно четкой копией исследуемого документа (уменьшение формата), а также скорее всего, это не первоначальная копия (т.е. копирование с копии, в результате чего отдельные элементы «забиваются», «теряются» и в дальнейшем при увеличении плохо читаются (просматриваются)).

Таким образом, форма экспертного вывода (категорическая или вероятная) сама по себе не имеет решающего значения и при оценке заключения эксперта с точки зрения достоверности. Если вывод эксперта категоричен, но противоречит другим доказательствам, то субъект оценки доказательств может усомниться в достоверности такого заключения эксперта. Если же вывод эксперта дан в вероятной форме и согласуется с другими доказательствами, то такое заключение эксперта может быть признано достоверным.

Также суд считает необходимым отметить, что в настоящее время следует констатировать, что Конституционный Суд Российской Федерации стоит на твердой позиции возможности использования вероятного (вероятностного) заключения судебного эксперта в процессе доказывания.

Так, в Определении от 21.10.2008г. за №566-О-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что требование о недопустимости основывать обвинительный приговор на предположениях, к которому апеллирует заявитель, обосновывая свою позицию, не тождественно запрету на использование в процессе доказывания отдельных доказательств, имеющих вероятностный характер».

Аналогичную позицию занял Конституционный Суд Российской Федерации и в Определении от 21.12.2011г. № 1682-О-О, где отмечено, что «Статья 204 УПК Российской Федерации, определяя содержание заключения эксперта, не регламентирует использование такого заключения в качестве доказательства. Требование же о недопустимости основывать обвинительный приговор на предположениях не тождественно запрету на использование в процессе доказывания отдельных доказательств, имеющих вероятностный характер».

В принятом в 2017 году Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.01.2017г. № 63-О содержится практически тождественное толкование ««Статья 204 УПК Российской Федерации, определяя содержание заключения эксперта, не регламентирует использование такого заключения в качестве доказательства. Требование же о недопустимости основывать обвинительный приговор на предположениях не тождественно запрету на использование в процессе доказывания отдельных доказательств, имеющих вероятностный характер».

Таким образом, Конституционным Судом Российской Федерации уже на протяжении длительного времени проводится линия на возможность использования вероятного (вероятностного) заключения эксперта в процессе доказывания. При этом Конституционный Суд ставит четкие различия между нормативным регулированием содержания заключения эксперта (ст.204 УПК РФ) и нормативным регулированием его использования и оценки в качестве доказательства (ст.ст.17 и 88 УПК РФ).

На такой же позиции твердо стоит и судебная практика Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам.

Так, в определении Верховного Суда Российской Федерации от19.06.2007г. по делу №55-007-4 отмечено, что «То обстоятельство, что в заключении эксперта указано на вероятность выполнения подписи в судебных документах, не свидетельствует о его недопустимости как доказательства, поскольку заключение эксперта получено с соблюдением уголовно-процессуального закона, соответствует требованиям ст.204 УПК РФ и правильно оценено судом в совокупности с иными приведенными в приговоре доказательствами».

Таким образом, представляется, что аналогичным образом должен быть разрешен исследуемый вопрос и в гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве.

Нормы соответствующих кодексов, касающиеся оценки доказательств, аналогичны нормам УПК РФ. В связи с этим при рассмотрении гражданских, арбитражных или административных дел никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, а суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая изложенное, вопреки доводам истца, сам по себе вероятностный характер выводов эксперта не свидетельствует о том, что экспертное заключение не может являться относимым и допустимым доказательством по делу. Данное обстоятельство не обуславливает наличие в экспертном заключении каких-либо пороков и несоответствий требованиям действующего законодательства. При этом, суд учитывает, что вероятностный характер выводов эксперта является в достаточной степени мотивированным.

Гарантиями прав участвующих в деле лиц выступает установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (абзац третий части 4 статьи 82 АПК Российской Федерации, статья 307 УК Российской Федерации), предусмотренная частью 2 статьи 87 АПК Российской Федерации возможность ходатайствовать перед судом - в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах - о назначении повторной экспертизы, проведение которой поручается другому эксперту, а также установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 27 октября 2015 г. N 2382-О).

В соответствии с ч. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В данном случае ходатайство о проведении повторной экспертизы истцом не заявлено, а ответчик, считая заключение эксперта надлежащим доказательством по делу, от проведения по делу повторной экспертизы отказался.

Таким образом, суд, с учетом позиции сторон суд рассматривает дело по имеющимся в нем доказательствам.

В данном случае, поскольку экспертом проведен необходимый анализ и обоснование выводов, у суда отсутствуют сомнения либо противоречия в обоснованности заключения эксперта, в связи с чем, суд не усматривает оснований для признания экспертного заключения недостоверным доказательством.

При изложенных обстоятельствах, дополнения от 20.05.2019 к отчетам технического заказчика о заключенных договорах и произведенных затратах является надлежащим доказательством по делу.

При этом, суд принимает во внимание, что документ скреплен печатью ООО «СК «Партнеры», оттиск которой сомнению не подвергался. При этом ранее руководитель общества ФИО10, как и уполномоченные лица общества не сообщали об утрате печати, о возможности ее использования неустановленными лицами.

Суд отмечает, что юридическое значение печати общества заключается в удостоверении его оттиском, подлинности (подписей) лиц (лиц), управомоченного представлять общество, а так же того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуального определенного общества, как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2013 по делу N А70-445/2013).

Печать является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте. При этом, печать организации является не просто реквизитом документа, а дополнительно удостоверяет подлинность и действительность документа и содержащейся в ней информации. Риск последствий распоряжению печатью юридического лица лицом, у которого печать не должна находиться, несет за это юридическое лицо. Ответственность за действия, в том числе по использованию печатью общества, а также за надлежащее хранение печати несет само юридическое лицо.

Поскольку печать юридического лица не может находиться в свободном доступе для лиц, не имеющих полномочия на совершение спорных действий, ее проставление на соответствующих документах, в отсутствие доказательств утраты последней, свидетельствуют о совершении действий в интересах такого юридического лица.

Таким образом, факт скрепления спорного документа печатью ООО «СК «Партнеры» свидетельствует об одобрении истцом сделки.

С учетом изложенного имеются основания полагать, что при подписании спорного документа, печать, как реквизит юридического лица, использовалась уполномоченным лицом истца, а именно ФИО10

Относительно довода истца о том, что экспертиза проведена по копии документа в отсутствии подлинного экземпляра, суд отмечает следующее.

Согласно статье 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности» эксперт обязан составить мотивированное письменное сообщение о невозможности дать заключение и направить данное сообщение в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу, если объекты исследований и материалы дела непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если объектом исследования является не сам документ, а содержащиеся в нем сведения, в распоряжение эксперта в силу положений части 6 статьи 71 и части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, могут быть предоставлены надлежаще заверенные копии соответствующих документов после того, как они были приобщены к материалам дела.

Суд также учитывает, что императивные требования АПК РФ связаны с правилами назначения судебной экспертизы.

Поскольку действующее законодательство не предусматривает запрета на проведение почерковедческой экспертизы на основании копий документов, а также не содержит запрета на возможность признания судом заключения такой экспертизы доказательством, допускаемым в качестве доказательства, в соответствии со ст. 89 АПК РФ.

При этом, суд также отмечает, что вопрос о возможности или невозможности проведения экспертизы по копиям документов находится в компетенции эксперта, который мог отказаться от дачи заключения, если предоставленные ему материалы являлись недостаточными.

Кроме того, при разрешении вопроса о возможности проведения экспертизы по делу по копиям документам, у истца отсутствовали какие-либо возражения относительно данного факта.

Помимо этого, сам истец заявил ходатайство о назначении экспертизы по делу и перечислил денежные средства.

Довод истца о том, что документ – Дополнение к отчетам не обладает юридической силой на изменение договорных отношений, является несостоятельным.

Реквизиты - обязательные сведения, которые должен содержать официальный документ, чтобы обладать юридической силой.

Под реквизитами документа понимают оттиски печатей и штампов, рукописные и графические изображения, а также дату документа.

Дата документа - один из основных реквизитов, обеспечивающий юридическую силу документа.

Без реквизитов, которые законодательно определены как обязательные, документ не имеет юридической силы и не дает право сторонам выполнять юридически значимые операции.

В данном случае, документ - Дополнение к отчетам содержит подпись руководителя общества, оттиск печати, а также дату совершения сделки.

На основании изложенного, вышеуказанный довод истца судом отклоняется.

Довод истца о том, что срок исполнения обязательства ответчика наступил на основании нормы п. 1 ст. 126 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)», судом отклоняется, поскольку указанная норма относится к обязательствам должника, то есть банкрота.

Помимо этого, суд обращает внимание, что истец, с учетом нахождения его в стадии банкротства, не лишен возможности реализации указанного права на взыскание задолженности в будущем, иным лицам, в порядке осуществления процедуры торгов.

Таким образом, оценив представленные в материалы доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд, принимая во внимание результаты проведенной судебной экспертизы, факт удостоверения подлинной печатью ООО «СК «Партнеры» спорного документа, приходит к выводу, что исковые требования ООО «СК «Партнеры» являются необоснованными и удовлетворению не подлежат, поскольку являются преждевременными.

Поскольку в рамках настоящего спора судом установлено отсутствие задолженности ответчика перед истцом, требования последнего о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы по уплате госпошлины суд распределяет в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области.


Судья



Соловьев К.Л.