Постановление от 4 мая 2021 г. по делу № А72-11385/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А72-11385/2020
г. Самара
04 мая 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 04 мая 2021 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Александрова А.И., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,


рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу временного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 02.03.2021 по заявлению временного управляющего ФИО2 о признании сделки должника недействительной

по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Барышский мясокомбинат», ИНН <***>, ОГРН <***>


при участии в судебном заседании:

представитель временного управляющего ФИО2 – ФИО3, доверенность от 11.01.2021.

представитель ООО «БМК» - ФИО4, доверенность от 12.01.2021.



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 20.11.2020 заявление ООО «АгроХолод» признано обоснованным, в отношении ООО «Барышский мясокомбинат» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2.

Временный управляющий ФИО2 01.12.2020 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании недействительным договора о новации долга в заемное обязательство № 1/0005-ФИД-19 от 11.09.2019, заключенного между АО «Военторг» и ООО «БМК».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 08.12.2020 к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены АО «Военторг», ФИО5

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Ульяновской области вынес определение от 02.03.2021 следующего содержания:

«Заявление временного управляющего ООО «Барышский мясокомбинат» ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.».

Временный управляющий ООО «БМК» ФИО2 обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 02.03.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 27.04.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От представителя ООО «БМК» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела апелляционного определения суда Московского городского округа от 26.03.2021

Какие-либо возражения по указанному вопросу от участвующих в деле лиц не поступили. Согласно части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Учитывая, что непринятие судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств в данном случае может привести к вынесению неправильного судебного акта, представленные доказательства имеют существенное значение для правильного разрешения данного спора, относятся к предмету рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что представленные доказательства могут повлиять на законность принятого судебного акта, в связи с чем они подлежат приобщению (пункт 29 постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Также от ООО «БМК» поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

Представитель временного управляющего ФИО2 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Ульяновской области от 02.03.2021 отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ООО «БМК» не возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь с заявлением о признании сделки недействительной, временный управляющий указывал, что между АО «Военторг» (Кредитор), ООО «БМК» (Должник) и ФИО5 (Гарант) заключен договор о новации №1 от 11.09.2019 г.

По мнению временного управляющего, указанный договор заключен сторонами при злоупотреблении правами (ст. 10 ГК РФ).

Как установил суд первой инстанции, по состоянию на 20.05.2019 АО «Военторг» было участником ООО «Барышский мясокомбинат» с долей в уставном капитале в размере 26%. Вторым участником ООО «Барышский мясокомбинат» был ФИО5 с долей участия 76%.

На основании нотариального заявления участника о выходе из общества от 20.05.2019 АО «Военторг» вышло из состава участников ООО «Барышский мясокомбинат» в соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и разделом 7 Устава ООО «Барышский мясокомбинат» в редакции, утвержденной протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «БМК» №7 от 26.02.2019.

Указанное заявление АО «Военторг» получено представителем ООО «Барышский мясокомбинат» 22.05.2019. Данное обстоятельство лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Согласно подпункту 2 пункта 7 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

В силу пункта 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 Закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Суд первой инстанции указал, что в материалы дела представлена копия письма руководителя ООО «Барышский мясокомбинат», поименованного «Расчет чистых активов компании на 31.12.2018», адресованного руководителю АО «Военторг», согласно которому стоимость чистых активов должника на указанную дату составила 116 483 229,98 руб., действительная стоимость доли АО «Военторг» (26%) составила 29 785 639,80 руб.

Пунктом 7.3 Устава ООО «Барышский мясокомбинат» в редакции, утвержденной протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «БМК» №7 от 26.02.2019, предусмотрено, что Общество обязано выплатить участнику Общества, подавшему заявление о выходе из Общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

В дальнейшем между АО «Военторг» (Кредитор), ООО «БМК» (Должник) и ФИО5 (Гарант) заключен договор о новации долга в заемное обязательство №1 от 11.09.2019 г.

Согласно п. 1.1. договора в связи с выходом АО «Военторг» из состава участников ООО «Барышский мясокомбинат» (заявление кредитора от 20.05.2019) у Должника на дату заключения настоящего договора существует задолженность перед Кредитором по выплате действительной стоимости его доли в связи с выходом из состава ООО «Барышский мясокомбинат» в размере 29 785 639,80 руб. (далее – Долг).

В соответствии с п.1.2. договора стороны пришли к соглашению полностью прекратить первоначальное обязательство должника по уплате долга в качестве действительной стоимости доли Кредитора при его выходе из состава участников должника путем новации указанного обязательства в заемное обязательство должника перед кредитором на следующих условиях:

1.2.1. Должник обязуется вернуть кредитору сумму долга в размере 29 785 639,80 руб. в срок не позднее 20.12.2012 включительно (далее – Сумма займа);

1.2.2. На сумму займа начисляются проценты за пользование заемными денежными средствами (далее заемные проценты) в размере 7,95% годовых. Начисление заемных процентов производится ежемесячно за календарный месяц (на последнюю дату календарного месяца) по формуле: П = З * 7,95% / 365 * Д, где:

П – сумма начисленных процентов,

З – остаток Суммы займа на последнюю отчетную дату календарного месяца,

7,95% – процентная ставка заемных процентов,

365 – количество дней в 2019 году (не изменяется, ели срок возврата Суммы займа придется на другой год, в котором количество дней будет большим),

Д – количество дней в отчетном календарном месяце, за которых начисляются заемные проценты,

* – знак умножения,

/ – знак деления.

1.2.3. Уплата заемных процентов производится ежемесячно до 10 числа месяца, следующего за месяцем, за который начислены заемные проценты. Возврат заемных процентов за месяц, в котором совершается факт полного или окончательного возврата Должником Суммы займа, производится одновременно с возвратом Суммы займа, при этом при рассвете заемных процентов за такой месяц берется фактическое количество дней в этом календарном месяце (показатель «Д»), предшествующих дате полного или окончательного возврата Суммы займа.

1.2.4. Сумма займа может погашаться частями в течение периода времени до истечения установленного п. 1.2.1. договора срока возврата Суммы займа.

Обязательство должника, указанное в п.1.1. договора, прекращается в момент подписания сторонами настоящего договора (п. 1.2.6. договора).

Надлежащее исполнение должником обязательств по указанному договору о новации обеспечено поручительством ФИО5 на основании нотариально заверенного договора поручительства от 11.09.2019.

Оспаривая договор о новации долга в заемное обязательство №1 от 11.09.2019 г., временный управляющий указывал, что он заключен сторонами со злоупотреблением права.

Суд первой инстанции сослался на то, что в соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

На основании пункта 4 статьи 421 Кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Как разъяснено в пункте 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» следует, что арбитражный суд должен оценивать обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ. Обратное не отвечает интересам стабильности гражданско-правового регулирования и устойчивости экономических отношений и гражданского оборота, нарушает баланс прав и законных интересов его участников.

В результате спорной сделки сторонами полностью прекращено первоначальное обязательство должника (ООО «БМК») по уплате долга в качестве действительной стоимости доли Кредитора (АО «Военторг») при его выходе из состава участников должника путем новации указанного обязательства в заемное обязательство должника перед кредитором на сумму невыплаченного размера этой доли.

В силу требований статьей 23 и 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество обязано выплатить действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать в натуре имущество такой же стоимости.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 16 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае несогласия сторон с размером действительной стоимости доли участника, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

Суд первой инстанции указал, что в рассматриваемом случае действительная стоимость доли определена сторонами сделки на основании сведений бухгалтерской отчетности за 2018 год, предшествующий году подачи заявления АО «Военторг» о выходе из состава участников ООО «Барышский мясокомбинат».

При этом рассмотрении спора данный расчет никем из участников спора не оспорен, контррасчет действительной стоимости доли АО «Военторг» в ином размере не представлен, ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы не заявлено.

В этой связи расчет действительной стоимости доли АО «Военторг», содержащийся в письме руководителя ООО «Барышский мясокомбинат», поименованном «Расчет чистых активов компании на 31.12.2018» и адресованном руководителю АО «Военторг», судом первой инстанции был проверен и признан соответствующим пункту 2 статьи 14, пункту 2 статьи 23, пункту 2 статьи 30 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, разъяснениям пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», абзаца 3 подпункта «в» п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 90 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», утвержденному приказом Минфина РФ от 28.08.2014 № 84н Порядку определения стоимости чистых активов, статьям 13, 14 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

В отсутствие доказательств недостоверности сведений бухгалтерской отчетности, ходатайств о проведении по делу экспертизы и контррасчета со стороны участников спора суд первой инстанции признал обоснованным определенный сторонами сделки размер действительной стоимости доли АО «Военторг» на момент выхода последнего из состава участников ООО «БМК» в сумме 29 785 639,80 руб.

Согласно абзацу 2 пункта 6.1. статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью оно обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

При этом пункт 8 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью устанавливает максимальный годичный срок, исчисляемый с момента перехода доли к обществу с ограниченной ответственностью, в течение которого это общество обязано выплатить участнику действительную стоимость доли. Согласно данной норме меньший срок может быть предусмотрен Законом или уставом общества с ограниченной ответственностью.

Пунктом п.7.4. Устава должника в редакции, утвержденной протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «БМК» №7 от 26.02.2019, установлена обязанность Общества выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение шести месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности.

Как указал суд первой инстанции, с учетом даты выхода АО «Военторг» из состава участников ООО «БМК» (22.05.2019 – дата получения должником заявления участника о выходе из общества) действительная стоимость части доли в уставном капитале должника должна была быть выплачена не позднее 22.11.2019.

Согласно четвертому абзацу пункта 8 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если на момент этих выплаты или выдачи имущества в натуре оно отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве либо в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества.

Как установлено судом первой инстанции, из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности ООО «Барышский мясокомбинат» следует, что по итогам 2018 года совокупный размер активов общества составил 1 189 897 тыс. руб., при кредиторской задолженности 879 097 тыс. руб.; по итогам 2019 года совокупный размер активов общества составил 703 172 тыс. руб., при кредиторской задолженности 518 550 тыс. руб.

С учетом изложенного судом первой инстанции сделан вывод о том, что из приведенных показателей финансово-хозяйственной деятельности должника не усматривается, что на момент возникновения у Общества обязательства по выплате АО «Военторг» действительной стоимости доли в уставном капитале Общества должник отвечал признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве, или в результате исполнения данного обязательства у него могли бы появиться такие признаки.

В этой связи по мнению суда первой инстанции, оснований для неисполнения обязанности общества по выплате действительной стоимости доли участнику в связи с его выходом из общества на момент такого выхода АО «Военторг» из состава участников ООО «БМК» (22.05.2019) не имелось.

Судом первой инстанции установлено, что обязанность ООО «БМК» по выплате АО «Военторг» действительной доли на момент совершения оспариваемой сделки не была исполнена, в связи с чем на момент совершения оспариваемой сделки (11.09.2019) ООО «БМК» имело неисполненное денежное обязательство перед АО «Военторг» в размере 29 785 639,80 руб.

Согласно статье 818 Гражданского кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды имущества или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. Замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (статья 414 Гражданского кодекса Российской Федерации) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа (статья 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», следует, что обязательство прекращается новацией, если воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 ГК РФ).

Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства.

Обязательство может быть прекращено соглашением о новации, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений (пункт 1 статьи 414 ГК РФ).

Действующее законодательство, в том числе нормы Гражданского кодекса РФ и Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственности», не содержит прямых запретов для совершения сделок по новации в отношении обязательств, вытекающих из обязанности Общества по выплате действительной стоимости доли участника общества при его выходе из состава участников.

Суд первой инстанции указал, что доказательств злоупотребления правом при согласовании условий оспариваемой сделки в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции отклонил, доводы временного управляющего о том, что в результате совершения данной сделки произошла трансформация долга по обязательству ООО «БМК» перед бывшим участником (АО «Военторг»), вытекающим из такого участия, в денежное обязательство по гражданско-правовой сделке, а действия сторон при заключении оспариваемого договора были направлены на включение в реестр требований кредиторов ООО «БМК» требований АО «Военторг», вытекающих не из корпоративного, а уже из гражданско-правового обязательства (заём), или тех же требований, но уже от имени формально независимых кредиторов в результате возможной уступки в их пользу прав требования к должнику на сумму неисполненного обязательства по выплате действительной стоимости доли АО «Военторг».

При этом суд первой инстанции указал, что спорная сделка совершена сторонами 11.09.2019 года, а дело №А72-11385/2020 о банкротстве ООО «Барышский мясокомбинат» возбуждено определением суда от 01.10.2020, и достоверных доказательств того, что до и после совершения сделки стороны намеревались инициировать возбуждение дела о банкротстве ООО «Барышский мясокомбинат», материалы дела не содержат.

Поскольку, по мнению суда первой инстанции, по результатам отчетных периодов 2018 и 2019 г.г. должник не отвечал признакам недостаточности имущества и неплатежеспособности в соответствии с Законом о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности временным управляющим наличия в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом.

Также суд первой инстанции указал, что надлежащее исполнение должником обязательств по спорной сделке было обеспечено поручительством ФИО5 на основании нотариально заверенного договора поручительства от 11.09.2019, при этом решением Замоскворецкого районного суд г.Москвы от 07.09.2020 по делу №2-6757/20 с ООО «Барышский мясокомбинат» и ФИО5 в пользу АО «Военторг» в солидарном порядке взыскана задолженность в размере 29 785 639,80 руб., проценты за пользование суммой займа в размере 921 198,35 руб., неустойка просрочку возврата суммы займа в размере 726 769,61 руб., неустойка за просрочку оплаты заемных процентов в размере 9 086,12 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 60 000,00 руб.

Как указал суд первой инстанции АО «Военторг», как взыскателю, выданы исполнительные листы в отношении ООО «БМК» и ФИО5, при этом исполнительный лист по решению Замоскворецкого районного суд г.Москвы от 07.09.2020 по делу №2-6757/20 был предъявлен только в отношении ФИО5 (исполнительное производство №520893/20/78001-ИП от 02.12.2020), а в отношении ООО «БМК» на принудительное исполнение не предъявлялся.

Из представленного в материалы дела платежного поручения №268948 от 01.02.2021, следует, что на расчетный счет АО «Военторг» службой судебных приставов в счет исполнения вышеуказанного решения Замоскворецкого районного суд г.Москвы перечислено 21 039 775,81 руб. в результате исполнительных действий в отношении ФИО5

При этом 24.02.2021 посредством сервиса «Мой Арбитр» в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов ООО «БМК» в размере 18 658 948,14 руб. в связи с исполнением поручителем обязательства должника перед кредитором, основанное на положениях пункта 1 статьи 365 ГК РФ.

Суд первой инстанции отклонил, доводы временного управляющего о том, что указанные обстоятельства подтверждают намеренный характер действий участников сделки, направленных на получение контроля над процедурой банкротства ООО «БМК», посчитав, что они не опровергают выводов об отсутствии признаков злоупотребления правом сторонам оспариваемой сделки на момент ее совершения.

Арбитражный апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Согласно статье 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 30 Постановления N 63, Закон о банкротстве также предусматривает возможность оспаривания сделок, совершенных в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления, по специальным основаниям (в частности, абзац второй пункта 1 статьи 66, пункт 5 статьи 82 и абзац седьмой пункта 4 статьи 83 Закона о банкротстве). По указанным специальным основаниям сделки могут быть оспорены в ходе соответствующих процедур по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных статьями 63 и 64 Закона о банкротстве.

Положения статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о праве на обращение в арбитражный суд, действующие во взаимосвязи с иными нормами Кодекса и Закона о банкротстве (в частности, его пунктом 1 статьи 61.8, согласно которому заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника) и с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 17 Постановления № 63, дают право временному управляющему на подачу заявления об оспаривании сделки по общим основаниям в рамках дела о банкротстве.

Аналогичный правовой подход содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2017 № 305-ЭС17-10214 по делу № А40-93410/2016.

В рассматриваемом случае, временный управляющий оспаривал сделку должника по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством в связи с чем заявление временного управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки обоснованно рассмотрено судом первой инстанции по существу.

В то тоже время, определение денежного обязательства дано в статье 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которой денежное обязательство - это обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации основанию.

По правилам абзаца второго пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве для определения наличия признаков банкротства должника не учитываются денежные обязательства перед учредителями (участниками) должника, вытекающие из такого участия.

По смыслу статьи 7 Закона о банкротстве в круг лиц, обладающих правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, входят в том числе конкурсные кредиторы.

В силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования, вытекающие из факта участия.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 8 постановления от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом возможны ситуации, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определений договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии признаков злоупотребления правом и недоказанности неплатежеспособности должника на дату заключения оспариваемого договора не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Действительная стоимость доли не была выплачена должником своему участнику ни в трехмесячный срок, указанный в абзаце 2 пункта 6.1. статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ни позднее в пределах этого срока увеличенного Уставом должника до шести месяцев.

Вместо выплаты, заключением оспариваемого договора новации должник принял на себя заемные обязательства, обремененные также обязательствами по уплате заемных процентов. Указанное само по себе свидетельствует о затруднительности осуществления выплаты действительной стоимости доли АО «Военторг», повлекшей необходимость преобразования обязательства и получения дополнительной отсрочки его исполнения. При этом и новое обязательство не было исполнено должником в установленный для него срок, что свидетельствует об очевидной затруднительности такого исполнения, т.е. наличии признаков неплатежеспособности.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы временного управляющего о том, что оспариваемая сделка, по существу, имела цель трансформации долга по обязательствам перед участником должника, вытекающим из такого участия, в денежное обязательство по гражданско-правовой сделке, что само по себе свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника и кредитора при совершении данной сделки (Определение Верховного Суда РФ от 24.07.2015 № 301-ЭС15-8077 по делу № А31-13132/2013).

Доказательства наличия у сторон сделки иной, а именно правомерной цели не представлены. При этом необходимо принимать во внимание, что оспариваемая сделка предусматривала отсрочку исполнения обязательства на незначительный срок с даты новации (немногим более трех месяцев), тогда как не представлены доказательства, что имелся экономически обоснованный план по обеспечению осуществления такого исполнения по истечении упомянутого срока. Как указано выше, отсутствие такого плана фактически подтверждается неисполнением должником оспариваемого договора.

Результатом заключения оспариваемого договора стала попытка изменения правовой природы обязательства, вытекающего из участия в обществе, с последующей легитимизацией в судебном порядке требования, посредством передачи его второму участнику должника – ФИО5, в соответствии с положениями пункта 1 статьи 365 ГК РФ.

При этом, следует указать, что в соответствии с представленным апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26.03.2021 по делу №2-6757/20 решение Замоскворецкого районного суд г.Москвы от 07.09.2020 по делу №2-6757/20 отменено, спор передан по подсудности в Арбитражный суд г.Москвы.

При разъяснении практики применения восьмого абзаца статьи 2 Закона о банкротстве Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 определения от 27.01.2011 № 75-О-О указал, что непризнание учредителей (участников) должника конкурсными кредиторами не противоречит законодательству о банкротстве, поскольку характер обязательств учредителей (участников) должника непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Кроме того, закон не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Таким образом, учредители (участники) юридических лиц лишены права предъявлять какие-либо требования к должнику в процессе его банкротства. Обязательства перед учредителями (участниками) должника - юридического лица, вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью, и могут заявлять требования лишь на имущество, оставшееся после удовлетворения требований всех других кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Правила закрепленные в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускают действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 7-8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

В данном случае оспариваемая сделка фактически направлена на изменение характера обязательства в обход установленного законом запрета с целью придания требованию вида денежного обязательства, имеющего тот же порядок удовлетворения, что и требования независимых кредиторов.

С учетом изложенного, по мнению судебной коллегии, оспариваемая сделка подлежала признанию недействительной.

Различия в реквизитах оспариваемой сделки (от 11.09.2019 №1 либо от 11.09.2019 №1/0005-ФИД-19) объясняются сторонами различиями в делопроизводстве участников сделки и не влияют на содержание обязательства.

С учетом обстоятельств и характера сделки, оснований для применения последствий ее недействительности суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с принятием нового судебного акта.

Судебные расходы подлежат отнесению на стороны в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 02.03.2021 по делу № А72-11385/2020 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявление временного управляющего ООО «Барышский мясокомбинат» ФИО2 о признании сделки недействительной удовлетворить.

Признать недействительным договор о новации долга в заемное обязательство № 1 от 11.09.2019, заключенный между АО «Военторг» и ООО «Барышский мясокомбинат».

Взыскать с АО «Военторг» в пользу ООО «Барышский мясокомбинат» 9 000 руб. - расходов по государственной пошлине, в том числе по заявлению и по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Д.К. Гольдштейн



Судьи А.И. Александров



Н.А. Мальцев