Постановление от 12 сентября 2024 г. по делу № А02-1933/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело №  А02-1933/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2024 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Иванова О.А.,

судей                                                                       Дубовика В.С.,

                                                                                 Михайлова А.П.,          

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бакаловой М.О.   с  использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-5003/2023 (10)) на определение от 22.05.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1933/2021 (судья Борков А. А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Водбурмонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными:

- договора купли - продажи от 19.05.2020 заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1 по продаже транспортного средства: ГАЗ – А22R33, идентификационный номер (VIN) <***>, 2016 года выпуска;

- соглашения о зачете встречных однородных требований от 19.05.2020 заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Водбурмонтаж» 800 000 руб.,

третье лицо - ФИО3,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 06.06.2023),

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение

УСТАНОВИЛ:

решением от 29.06.2022 общество с ограниченной ответственностью «Водбурмонтаж» (далее - ООО «Водбурмонтаж») признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Определением от 16.03.2023 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Водбурмонтаж», 25.04.2023 новым конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

15.05.2023 в суд поступило заявление (с учетом уточнений от 24.08.2023) конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными:

-        договора купли - продажи от 19.05.2020 заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1 по продаже транспортного средства: ГАЗ - A22R33, идентификационный номер (VIN) <***>, 2016 года выпуска;

-        соглашения о зачете встречных однородных требований от 19.05.2020 заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1.

При этом заявитель просит применить последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Водбурмонтаж» 800 000 руб.

К участию в обособленном споре привлечен ФИО3.

Определением от 30.07.2024 Арбитражного суда Республики Алтай суд признал недействительной сделкой договор купли - продажи от 19.05.2020 заключенный между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1 по продаже транспортного средства: ГАЗ - А22Я33, идентификационный номер (VIN) <***>, 2016 года выпуска, а также соглашение о зачете встречных однородных требований от 19.05.2020 заключенное между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО1; в порядке применения недействительности сделки взыскал с ФИО1 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Водбурмонтаж» денежные средства размере 720 000 (семьсот двадцать тысяч) рублей. Взыскал с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6000 (шесть тысяч) рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Алтай от 22.05.2024 г. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу №А02-1933/2021 отменить и принять по делу новый судебный акт, в соответствии с которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО2, заявленных по данному обособленному спору, отказать в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на отсутствие доказательств аффилированности должника и ФИО1 Указывает на возмездный характер договора купли - продажи от 19.05.2020 и реальность встречного исполнения - соглашения о зачете встречных однородных требований от 19.05.2020 г., в соответствии с которым был произведен зачет встречных требований ФИО1 к должнику, возникших в связи с оказанием услуг грузового и специального транспорта для выполнения должником работ по капитальному ремонту крыши учебного корпуса ТГАСУ по адресу: г. Томск, пл. Соляная, д.2 стр.2, в рамках контракта №44/19/4/-09 от 28.08.2019 г. Заявителем представлены в материалы дела документы, свидетельствующие об оказании им данных услуг, в том числе акты выполненных работ, путевые листы, доказательства наличия права использования транспортных средств и специальной техники, нотариально заверенные показания водителей, осуществлявших управление транспортными средствами.

В порядке статьи  262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 отказать полностью. Указывает, что не раскрыта целесообразность заключения договора на вывоз снега в сентябре 2019 г. (п.7 приложения №1 к договору на оказание услуг специализированной техники) с учетом отсутствия постоянного снежного покрова в этот период года. Не представлено сведений о водителях, работающих на спецтехнике и т.п. У должника имелась необходимая специализированная техника, в связи с чем, для выполнения работ не было необходимости привлечения техники ФИО1 Согласно определения Арбитражного суда Томской области от 13.12.2023 г. по делу №A67-14531-2018 в деле о банкротстве ООО «Стройсервис» оспаривается большое количество сделок по отчуждению грузовых автомобилей и специальной техники в пользу ООО «Водбурмонтаж», что подтверждает наличиеу ООО «Водбурмонтаж» специализированной техники для выполнения строительных работ.

В судебном заседании представитель  ФИО1 поддержал апелляционную жалобу. Пояснил, что суд не исследовал того, чьей техникой производились работы по контракту от 28.08.2019. Суд не оценил квитанции к путевым листам.

В судебное заседание апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя апеллянта, проверив в соответствии  со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что 19.05.2020 года между ООО «Водбурмонтаж» (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства: ГАЗ - A22R33, идентификационный номер (VIN) <***>, 2016 года выпуска.

Пунктом 4 указанного договора определена стоимость транспортного средства в размере 800 000 руб., а также установлена обязанность покупателя оплатить приобретаемое имущество в течение 10 дней с момента подписания договора.

19.05.2020 между ООО «Водбурмонтаж» (сторона 1) и ФИО1 (сторона 2) подписано соглашение о зачете встречных однородных требования, в котором стороны подтвердили задолженность ООО «Водбурмонтаж» перед ФИО1 по договору оказания услуг специализированной техники от 01.08.2019 в размере 873 000 руб., а также задолженность ФИО1 перед ООО «Водбурмонтаж» по договору купли-продажи транспортного средства от 19.05.2020 в сумме 800 000 руб.

Полагая, что сделка заключена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, без встречного имущественного предоставления, с заинтересованным лицом, в период, когда должник уже имел не исполненные обязательства перед кредиторами, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 29.11.2021 года, а, следовательно, оспариваемые сделки (19.05.2020) заключены в период подозрительности, установленный частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из пункта 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом первой инстанции установлено, что на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи должник отвечал признаку неплатежеспособности, так как на дату совершения оспариваемой сделки ООО «Водбурмонтаж» имело значительную кредиторскую задолженность, образовавшуюся начиная с 2017 года, в том числе по уплате налогов и штрафных санкций, а также перед ООО «СтройСервис».

Доказательств и обоснования того, что неисполнение обязательств обусловлено иными причинами, чем недостаточность имущества, не представлено.

При этом с учетом анализа данных, содержащихся в выписках по расчетным счетам общества и его имущественного положения, с учетом заключенных сделок по отчуждению имущества, ООО «Водбурмонтаж» в рассматриваемый период, отвечало, признаку недостаточности имущества.

Доказательств, подтверждающих наличие у должника на момент совершения оспариваемых сделок денежных средств либо иных активов в размере, достаточном для погашения задолженности перед соответствующими кредиторами, не представлено.

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Учитывая изложенное, апелляционный суд исходит из того, что должник на момент совершения оспариваемых платежей отвечал признаку неплатежеспособности.

Суд первой инстанции исходил из того, что  спорные сделки заключены между фактически аффилированными лицами.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определения Верховного суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

При этом о наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества заинтересованного лица; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных  доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на заинтересованное лицо. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № А33-1677/2013).

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания сделки недействительной в условиях недоказанности аффилированности, судебная коллегия апелляционного суда исходит из следующего.

Вывод суда о фактической аффилированности ответчика и должника основан на следующих установленных обстоятельствах:

Вступившими в законную силу определениями от 31.05.2023 и от 29.06.2023 суд признал ФИО6 лицом, заинтересованным по отношению к должнику.

При этом в ходе рассмотрения заявления об оспаривании договора уступки прав требования (цессии) № 31/08/2020 от 31.08.2020 задолженности ООО «ЭМСО» в размере 2 544 080 руб. 84 коп., заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и индивидуальным предпринимателем ФИО6, суд, в том числе, пришел к выводу о недоказанности, как выполнения ФИО6 работ для должника, так и перевозки грузов, осуществленной ФИО1 для ФИО6 (определение от 31.05.2023).

Кроме того, из материалов дела усматривается, что ФИО6 реализован ФИО1 земельный участок с кадастровым номером 70:14:0312004:953 по договору от 05.03.2020 года, при этом сведения о выставлении на продажу указанного объекта недвижимости на специализированных сайтах размещены не были.

В ходе судебного разбирательства, ответчик затруднился раскрыть источник информации, из которого им была получена информация о продаже ФИО6 своего земельного участка.

Определением от 22.12.2023 года суд признал недействительной сделкой перечисления должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад» на общую сумму 175 500 рублей, которая в порядке реституции взыскана в конкурсную массу.

В рамках указанного выше спора установлено, что единственный участник и директор ООО «СтройГрад» до июня 2020 года - ФИО7 является супругой бывшего директора ООО «Водбурмонтаж» - ФИО3 (свидетельство о заключении брака от 29.03.2008), а, следовательно, лицом, заинтересованным по отношению к должнику.

Кроме того, суд признал обоснованными доводы конкурсного управляющего, изложенные в письменных пояснениях от 20.11.2023 (сделка с ООО «СтройГрад»), о наличии признаков фактической афиллированности участников оспариваемой сделки черед ИП ФИО6 и ФИО8, которые, в свою очередь, признаны лицами, заинтересованными по отношению к должнику в рамках соответствующих обособленных споров.

При этом одним из основных контрагентов ООО «СтройГрад», отвечающего признакам номинальной структуры, являлось ООО «Стройтрансгрупп», директором и учредителем которой является ответчик - ФИО1.

Учитывая изложенное, является верным вывод суда о наличии признаков фактической заинтересованности у сторон оспариваемого договора.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о реальности отношений между ФИО1 и ООО «Водбурмонтаж», судебная коллегия исходит из следующего.

Как установлено судом из пояснений ответчика, в качестве встречного исполнения по оспариваемому договору купли-продажи было произведено погашение задолженности по договору на оказание услуг специализированной техники от 01.08.2019.

С учетом этого апелляционный суд проверяет также факт оказания услуг в интересах ООО «Водбурмонтаж», реальность наличия задолженности зачтенной по  соглашению от 19.05.2020.

В материалы обособленного спора представлены копии путевых листов, актов на выполнение работ-услуг с отчетами, а также паспорта транспортных средств.

Согласно представленных актов к указанному выше договору, ФИО1 оказал должнику услуги с предоставлением автокрана, грузоподъемностью 25 тонн, автомобиля КаМАЗ-полуприцеп, манипулятора 5 тонн, экскаватора-погрузчика, автокомпрессора.

При этом заявлены возражения относительно достоверности представленных документов.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления N 25).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

К отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (Постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, Определения от 17.07.2014 N 1667-О, № 1668-О, № 1669-О, № 1670-О, № 1671-О, № 1672-О, № 1673-О, № 1674-О).

По общему правилу повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3), от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 № 305-ЭС19-1539).

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность их совершения, а также фактическая исполнимость.

При оспаривании действий должника по осуществлению платежей, в том числе по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судам, прежде всего, необходимо установить наличие у должника гражданско-правового обязательства, на прекращение которого были направлены совершенные платежи.

С целью реализации повышенного стандарта доказывания в ходе судебного разбирательства, суд первой инстанции неоднократно указывал ФИО1 на необходимость представить документальное подтверждение изложенных в отзыве доводов.

В качестве доказательств наличия задолженности ООО «Водбурмонтаж» перед ФИО1 возможности выполнить работы по договору оказания услуг ответчиком предоставлены:

- договор на оказание услуг от 01.09.2019, заключенный между ИП ФИО1 и ФИО9, согласно которого, последний обязался оказывать услуги с помощью крана манипулятора;

-     договор безвозмездного пользования от 10.02.2019, по которому ФИО10 безвозмездно предоставляет ФИО1 автомобиль КАМАЗ-55111;

-     договор безвозмездного пользования от 22.11.2018, по которому ФИО11 безвозмездно предоставляет ФИО1 автомобиль КАМАЗ-53212 автокран;

-     договор № 9 от 15.01.2019, согласно условий которого ООО «Мотодор» оказывает ИП ФИО1 услуги по предрейсовому и послерейсовому медицинскому осмотру водителей транспортных средств.

Судом первой инстанции установлено, что путевые листы, предоставленные ответчиком, датированы октябрем - декабрем 2019 года, при этом содержат ссылки на приказ Минтранса РФ № 368 от 11.09.2020 года, в связи с чем, бланки путевых листов могли быть изготовлены после сентября 2020 года, а, следовательно, приобщенные доказательства не подтверждают реальность оказания транспортных услуг.

Кроме того, указанные выше путевые листы не содержат информацию, обязательную для внесения и подписаны от имени ООО «Водбурмонтаж» ФИО6, через которого, как отмечено выше, ответчик признан лицом, заинтересованным по отношению к должнику.

Судом критически оценены доводы ответчика и бывшего директора должника - ФИО3 о том, что путевые листы восстанавливались по запросу ФИО1 в конце 2020 года в связи с утратой первоначальных, что обуславливает их изготовление на бланках, содержащих ссылки на приказ Минтранса РФ № 368 от 11.09.2020 года.

Так, доводы о том, что представленные путевые листы фактически являются дубликатами приведены 25.01.2024 бывшим директором должника, а не ответчиком, лишь после соответствующих возражений конкурсного управляющего от 29.08.2023 года (том 1 л.д.63).

Исследованные путевые листы не содержат отметок о том, что являются дубликатами. Обстоятельства безвозвратной утраты сразу всех путевых листов ответчиком не раскрыты.

В свою очередь, ФИО3, являвшимся директором общества в период с 30.08.2018 по 20.07.2020, не раскрыты причины нахождения у него квитанций к путевым листам и их не передачи вновь назначенному директору ООО «Водбурмонтаж».

Кроме того, ответчиком не раскрыта экономическая целесообразность для собственников транспортных средств (ФИО10, ФИО11) в их безвозмездном предоставлении ИП ФИО1

Доказательств фактического оказания ООО «Мотодор» и ФИО9 услуг ИП ФИО1 по предрейсовому и послерейсовому медицинскому осмотру водителей транспортных средств и услуг крана манипулятора а равно как расчетов, произведенных за указанные услуги, ответчиком не предоставлено.

Помимо этого, судом критически оценены представленные ответчиком нотариально заверенные заявления физических лиц, которые указали, что работали водителями при оказании транспортных услуг ФИО1, поскольку указанными лицами приведена информация, которую невозможно запомнить с учетом длительного периода времени, прошедшего с описываемых ими событий.

Так, указанные выше лица излагают события, произошедшие в сентябре - декабре 2019 года, при этом в январе 2024 четко помнят количество совершенных ими рейсов, количество отработанных часов, перечень и наименование перевезенных материалов, ФИО лиц, производивших учет рабочего времени (ФИО6) и т.д.

Иные, представленные ответчиком документы, также не подтверждают реальность оказания предпринимателем услуг специализированной техники по договору от 01.08.2019, что свидетельствует о его мнимости.

В том числе апелляционный суд отклоняет доводы апеллянта о том, что суд не исследовал того, чьей техникой производились работы по контракту от 28.08.2019.

Указанные доводы выходят за пределы обособленного спора. Сам по себе факт выполнения работ по контракту от 28.08.2019 не  означает, что для этого должна была привлекаться именно та техника, в отношении которой заключен договор оказания услуг специализированной техники от 01.08.2019.

Более того, данная ссылка апеллянта не снимает с него процессуальной обязанности представить достоверные первичные документы исполнения оказания услуг специализированной техники от 01.08.2019.

Апелляционный суд также отказал в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе свидетелей заявленного в судебном заседании. Заявитель ссылался, что свидетели выполняли работы  по капитальному ремонту крыши учебного корпуса ТГАСУ и могут указать,  принимали ли работники ООО «Водбурмонтаж» участие в выполнении этих работ. Указанные обстоятельства не могут подтверждать  оказания услуг ИП ФИО1 по договору  от 01.08.2019. 

С учетом изложенного апелляционный суд считает верным вывод суда первой инстанции о  наличии фактической заинтересованности ответчика по отношению к должнику и недоказанности реальности исполнения сторонами договора оказания услуг специализированной техники.

Поскольку материалами спора не подтверждается факт оплаты со стороны ответчика стоимости полученного от должника автомобиля по спорной сделке, указанное, безусловно, свидетельствует о причинении вреда ООО «Водбурмонтаж» и его кредиторам, а также о том, что ИП ФИО1, приобретая имущество без встречного исполнения, являясь фактически заинтересованным лицом, не мог не знать об указанной цели должника.

Таким образом, совокупность условий, предусмотренных частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительной оспариваемой сделки, заключенной между должником и ФИО1, нашла свое подтверждение материалами настоящего спора, в связи с чем, заявление правомерно удовлетворено.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки недействительной в конкурсную массу возвращается все полученное по данной сделке, а при невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре производится возмещение действительной стоимости этого имущества.

Учитывая, отсутствие доказательств наличия в распоряжении ответчика спорного имущества, суд первой инстанции обоснованно, в качестве последствий недействительности сделки взыскал с ответчика рыночную стоимость автомобиля на дату совершения оспариваемой сделки в размере 720 000 (семьсот двадцать тысяч) рублей, определенную в отчете об оценке, подготовленного Автономной некоммерческой организации «Томский центр экспертиз» 07.11.2023.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Несогласие апеллянта с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, иное толкование норм действующего законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   



ПОСТАНОВИЛ:

определение от .07.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1933/2021 оставить без изменения, а апелляционную  жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


          Председательствующий                                                          О.А. Иванов


          Судьи                                                                                        В.С.Дубовик


                                                                                                            А.П. Михайлова