Постановление от 25 декабря 2023 г. по делу № А14-8198/2019

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

25.12.2023 года дело № А14-8198/2019

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 22.12.2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 25.12.2023 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Безбородова Е.А.

судей Ботвиникова В.В.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 30.11.2023,

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 10.11.2022,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 26.09.2023 по делу №А14-8198/2019 по заявлению финансового управляющего Назаретяна Микаела Вардани ФИО7 к ФИО5, третье лицо: ФИО8, о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 23.11.2017 и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Назаретяна Микаела Вардани,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 20.05.2019 принято к производству заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) Назаретяна Микаела Вардани (далее по тексту - ФИО9, должник) в связи с наличием просроченной задолженности в размере 2 400 000 руб. 00 коп.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 12.02.2020 заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО9 признано обоснованным, в отношении ФИО9 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано на сайте ЕФРСБ №4716647 от 17.02.2020.

Решением суда от 07.12.2020 (резолютивная часть от 19.11.2020) ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» №239(6960) от 26.12.2020.

Определением суда от 22.03.2022 финансовый управляющий ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Финансовый управляющий ФИО9 ФИО10 03.11.2021 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением к ФИО11, ФИО12, ФИО8, ФИО13 (далее - ответчики) о признании недействительными сделками договоров б/н и применении последствий недействительности сделок.

Определением суда 25.05.2022 принято к рассмотрению уточненное заявление финансового управляющего об оспаривании сделок должника; привлечены в качестве соответчиков по делу ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18; привлечены в качестве третьих лиц ФИО19, ФИО8, ФИО20; в порядке универсального правопреемства, положений статьи 47 АПК РФ, учитывая согласие заявителя, осуществлена замена ответчика с ФИО11 на ФИО5.

Определением суда от 19.09.2022 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Назаретяна Микаела Вардани в отдельное производство выделен обособленный спор к ФИО5 о признании договора купли-продажи нежилого помещения, зарегистрированного 05.12.2017 Рег. № 36:33:0002202:1985-36/034/2017-2, заключенного между Назаретяном Микаелом Вардани и ФИО11 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного объекта недвижимости - Здание, назначение: нежилое помещение, адрес: <...>, с кадастровым номером: 36:33:0002202:1985.

Определением суда от 07.02.2023 в качестве третьего лица, на заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 26.09.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего Назаретяна Микаела Вардани ФИО7 к ФИО5 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 23.11.2017 и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с данным определением, ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением, которые суд приобщил к материалам дела.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель ФИО5 с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО9 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 23.11.2017 (т.2 л.д.37), в соответствии с условиями которого продавец обязуется передать в собственность покупателя нежилое здание, Мастерская по ремонту автомобилей, расположенное по адресу: <...>, площадью 335,7 кв.м., кадастровый (или условный) номер: 36-3634/025/2012-561, а покупатель обязуется принять объект и оплатить его стоимость (п.1.1. договора).

Цена продаваемого объекта составляет 23 000 000 руб. (п.3.1. договора). Покупатель оплачивает продавцу стоимость объекта, указанную в п.3.1. договора в размере 3 000 000 руб. в день подписания договора, а оставшуюся сумму 20 000 000 руб. в срок до 28.02.2018. оплата производится безналичным расчетом на расчетный счет продавца или иным способом, не запрещенным действующим законодательством (п.3.3. договора).

Полагая, что договор купли-продажи от 23.11.2017 является недействительной сделкой, по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», финансовый управляющий обратился в арбитражный суд в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 с настоящим заявлением.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу п. 7 ст. 213.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Договор купли-продажи от 23.11.2017 совершен должником до принятия заявления о признании должника банкротом к производству (20.05.2019), таким образом, данный договор может быть оспорен на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 6 приведенного выше Постановления Пленума ВАС РФ от 23.10.2010 № 63 предусмотрено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац тридцать третий статьи 2 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.10.2010, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано.

Как следует из материалов обособленного спора, собственником Здания, назначение: нежилое помещение, адрес: <...>, с кадастровым номером: 36:33:0002202:1985, являлся ФИО9

Продавцом по оспариваемому финансовым управляющим договору купли-продажи от 23.11.2017, покупателю - ФИО11, был продан спорный объект недвижимости.

В договоре купли-продажи от 23.11.2017 определено, что цена продажи нежилого помещения составляет 23 000 000 руб.

Договор не содержит условия о безвозмездности отчуждаемого имущества, что в силу пункта 3 статьи 432 ГК РФ презюмирует их возмездность; данная презумпция заявителем не опровергнута.

Кроме того, определением суда от 02.09.2021 (резолютивная часть от 27.07.2021) при рассмотрении требований ФИО8 об установлении требований кредитора, имеющим для настоящего дела преюдициальное значение с учетом положений статьи 69 АПК РФ, судом установлено следующее:

«между ФИО11 (покупатель) и ФИО9 (продавец) заключен договор купли-продажи нежилого помещения от 23.11.2017, в соответствии с которым продавец обязуется передать в собственность покупателя нежилое здание Мастерская по ремонту автомобилей, расположенное по адресу: <...>, площадью 335,7 кв.м., кадастровый (или условный) номер: 36-36-34/025/2012-561, а покупатель обязуется принять объект и оплатить его стоимость (п.1.1. договора).

Цена продаваемого объекта составляет 23 000 000 руб. Покупатель оплачивает продавцу стоимость объекта, указанную в п.3.1.1 договора в размере 3 000 000 руб. в день подписания договора, а оставшуюся сумму 20 000 000 руб. 00 коп. в срок до 28.02.2018. оплата производится безналичным расчетом на расчетный счет продавца или иными способами, не запрещенными действующим законодательством (п.3.1., 3.2. договора).

Актом приема-передачи от 23.11.2017 ФИО9 передал ФИО11 вышеуказанный объект недвижимости.

В целях исполнения обязательств по договору купли-продажи нежилого помещения от 23.11.2017 ФИО11 по распискам от 23.11.2017, 20.12.2017, 26.12.2017, 29.12.2017 и платежным поручениям за период с 16.01.2018 по 15.06.2018 были перечислены ФИО9 денежные средства в общем размере 35 423 46 8 руб. 00 коп.

Также согласно распискам от 10.01.2017, 28.01.2017, 14.02.2017, 12.08.2017 ФИО11 передал ФИО9 денежные средства в общем размере 11 900 000 руб. 00 коп, под 2% в месяц.»

«Из заявления и правовой позиции кредитора следует, что платежи в общей сумме 12 423 468 руб. 00 коп., совершенные с 22.03.2018 в пользу должника являются неосновательным обогащением ФИО9

Вместе с тем, исследуя представленные в материалы обособленного спора расписки от 23.11.2017, 20.12.2017, 26.12.2017, 29.12.2017 и доводы заявителя, указывающие на передачу денежных средств должнику в размере 7 230 000 руб. 00 коп., суд приходит к выводу о невозможности принятия расписок от 23.11.2017 (3 000 000 руб. 00 коп.), 20.12.2017 (1 000 000 руб. 00 коп.), 26.12.2017 (1 900 000 руб. 00 коп.) в качестве надлежащих доказательств оплаты по договору купли-продажи нежилого помещения от 23.11.2017, поскольку в материалы дела не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о фактическом наличии денежных сумм у ФИО11 на момент передачи денег, так как кредитором не представлены доказательства снятия денежных средств в вышеуказанные даты либо фактического наличия денежных средств/их сбережения, а также каких-либо иных дополнительных документов, свидетельствующих о наличии у ФИО11 иных доходов в спорный период, позволяющих сделать вывод о возможности передачи денежных средств.

В связи с чем, с учетом согласованной сторонами цены договора купли-продажи нежилого помещения от 23.11.2017 и фактической передачи денег по распискам от 26.12.2017, 29.12.2017, перечислении по платежным поручениям, размер неосновательного обогащения ФИО9 составляет 6 863 468 руб. 00 коп.».

Таким образом, судом была установлена реальность совершения сделки по продажи спорного объекта недвижимости, получения встречного представления от ФИО11 и возможность его предоставления.

С учетом обстоятельств, установленных определением суда от 02.09.2021 (резолютивная часть от 27.07.2021), положений статьи 69 АПК РФ, судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные, ссылка заявителя апелляционной жалобы на отсутствие преюдициального значения обстоятельств, установленных определением суда от 02.09.2021, а также ссылка на характер подписи ФИО11 на спорном договоре и доверенности, выданной 04.09.2020.

Ходатайств о назначении по делу экспертизы на предмет определения рыночной стоимости указанного нежилого помещения в целях оспаривания действительной стоимости имущества финансовым управляющим должника не заявлялось.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что сама по себе реализация имущества должника не свидетельствует о причинении имущественного вреда кредиторам, поскольку в данном случае должник получил денежные средства, вырученные от его продажи.

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО9 и ФИО11, заключая оспариваемый договор, действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, в материалы дела не представлены.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что договор купли-продажи от 23.11.2017 не имел своей целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, вывод активов должника во избежание обращения взыскания на него по требованиям кредиторов.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

В соответствии с положениями пункта 7 разъяснений Постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для целей признания сделок недействительными по заявленному финансовым управляющим основанию он обязан доказать осведомленность ответчика о том, что в момент совершения сделок он знал или должен был знать о недобросовестном поведении должника в отношении своих кредиторов, совершении им сделок явно в ущерб законных интересов этих кредиторов.

В действительности, на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи от 23.11.2017 у ФИО9 имелась задолженность перед иными кредиторами, в т.ч. впоследствии включенными в реестр требований кредиторов должника.

Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что ФИО11 был осведомлен о признаках неплатежеспособности должника.

В материалы обособленного спора не представлены доказательства того, что у ФИО11 имелись какие-либо сведения и документы, свидетельствующие о материальном положении должника, из анализа которых ясно вытекает, что он отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении добросовестности контрагента недопустимо отождествлять осведомленность контрагента о наличии у должника признаков неплатежеспособности с его осведомленностью о неоплате конкретного долга отдельному кредитору.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце седьмом пункта 12 Постановления № 63, наличие судебных актов о взыскании задолженности не свидетельствует об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника, поскольку даже размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом.

Кроме того, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 указано на недопустимость отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

Заключение оспариваемой сделки не имело целью причинить вред кредиторам, вывести имущество должника из актива либо увеличить кредиторскую задолженность.

ФИО11 не является заинтересованным лицом должника исходя из критериев, предусмотренных ст. 19 Закона о банкротстве, в том числе и по критерию аффилированности, что позволяло бы исходить из презумпции осведомленности о наличии признаков неплатежеспособности должника.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе о недоказанности факта причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Учитывая вышеизложенное, а так же то, что ФИО11 (в настоящее время его наследник ФИО5) пользовался спорным имуществом, судом первой инстанции правомерно установлено, что отсутствуют основания для признания оспариваемого договора недействительным по основаниям ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно принят довод ответчика о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве определено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Как профессиональный участник процедуры банкротства арбитражный управляющий должен знать о положениях законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Действуя разумно и осмотрительно, финансовый управляющий должен осознавать, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исполняя свои обязанности, финансовый управляющий должен своевременно направить соответствующие запросы в регистрирующие органы.

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе об имущественных правах, и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов и органов самоуправления. Запрашиваемая информация предоставляется в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы. С учетом сроков, необходимых на подготовку надлежащего запроса в соответствующий орган (10 дней), получения ответа (в течение 7 дней со дня получения запроса), анализа поступивших документов (10 дней), финансовый управляющий, действуя добросовестно в месячный срок со дня своего утверждения должен располагать достаточными сведениями о сделках, совершенных должником с имуществом.

Как следует из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9, первоначально финансовый управляющий ФИО9 ФИО10 обратился в арбитражный суд с требованием о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок, подав соответствующее заявление через систему «Мой Арбитр» 19.03.2021.

К указанному заявлению была приложена копия выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах ФИО9 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимого имущества по состоянию на 07.10.2020, отражающая в том числе, сведения об оспариваемом объекте недвижимости - Здание, назначение: нежилое помещение, адрес: <...>, с кадастровым номером: 36:33:0002202:1985.

Кроме того, из указанного заявления финансового управляющего ФИО9 ФИО10 следует, что 06.10.2020 в филиал ФГБЮ «Федеральная кадастровая палата ФС государственной регистрации, кадастра и картографии» по Воронежской области был направлен запрос о предоставлении информации о недвижимости, находящейся в собственности Назаретяна Микаела Вардани, при этом ответ на запрос поступил 07.11.2020 (при этом соответствующей отметки о получении ответа на запрос именно 07.11.2020 материалы дела не содержат).

Определением суда от 25.03.2021 заявление финансового управляющего ФИО9 ФИО10 оставлено без движения в срок до 30.04.2021.

Определением суда от 17.05.2021 продлен срок оставления заявления финансового управляющего ФИО9 ФИО10 без движения в срок до 07.06.2021 в целях надлежащего извещения заявителя об оставлении заявления без движения.

Определением суда от 08.06.2021 продлен срок оставления заявления финансового управляющего ФИО9 ФИО10 без движения в срок до 12.07.2021.

Определением суда от 13.07.2021 заявление финансового управляющего ФИО9 ФИО10 возвращено в связи с не устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения.

В последствии, финансовый управляющий ФИО9 ФИО10 повторно обратился в арбитражный суд с требованием о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок, подав соответствующее заявление через систему «Мой Арбитр» 03.11.2021.

Из пояснений финансового управляющего, отраженных в заявлении следует, что последним направлялся запрос в управление Росреестра по Воронежской области о получении копий договоров между ФИО9 и контрагентами, оставленный без удовлетворения, при этом указывает, что изначально иск о признании сделок недействительными подавался 19.03.2021, однако документы, обязательные для подачи такого иска не были предоставлены управлением Росреестра по Воронежской области, в связи с этим у заявителя появилась необходимость обратиться в Арбитражный суд Воронежской области с целью обязать управление Росреестра по Воронежской области представить документы, а именно выписки о переходе прав на объект недвижимости. Выписки были получены только 20.09.2021. Вследствие чего, иск о признании сделок недействительными мог подаваться только с нарушением норм законодательства о банкротстве.

Отклоняя правовую позицию арбитражного управляющего ФИО10, суд первой инстанции правомерно указал на то, что его пояснения содержат различные обоснования получения информации об имуществе должника.

Оценив в порядке ст.71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что о заключении должником оспариваемого договора и отчуждении объекта недвижимости, финансовому управляющему стало известно при рассмотрении обособленного спора по заявлению кредитора ФИО11 об установлении требований кредитора, поступившего в арбитражный суд 23.04.2020, и содержащее в приложении копию договора купли-продажи от 23.11.2017, принимая во внимание, что согласно протоколу судебного заседания от 14.07.2020 финансовый управляющий ФИО9 ФИО10 участвовал лично в судебном заседании.

С учетом изложенного, судом первой инстанции правомерно установлено, что заявление о признании сделки недействительной подано финансовым управляющим за пределами срока исковой давности (03.11.2021).

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Из материалов дела не усматривается наличия каких-либо объективных препятствий обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделки должника в пределах срока исковой давности.

С учетом изложенного, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 23.11.2017 и применении последствий недействительности сделки.

При обращении в суд финансовым управляющим оплачена государственная пошлина в размере 6 000 руб. (чек 18.08.2021).

Выделение арбитражным судом одного или нескольких соединенных требований в отдельное производство означает фактическое разъединение требований, соединенных одним участником спора и рассмотрение нескольких самостоятельных дел.

Следовательно, вопросы о распределении расходов по оплате государственной пошлины должны быть рассмотрены судом в каждом обособленном споре отдельно (принимая во внимание определение суда от 19.09.2022).

В соответствии со ст. 110 АПК РФ и правовой позицией ВАС РФ, изложенной в п. п. 19, 24 Постановления Пленума №63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», расходы по госпошлине правомерно отнесены на должника.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 26.09.2023 по делу №А14-8198/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.А. Безбородов

Судьи В.В. Ботвинников


ФИО1