Постановление от 18 августа 2025 г. по делу № А60-57222/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4175/2025(1)-АК

Дело № А60-57222/2023
19 августа 2025 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 19 августа 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 19 августа 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Даниловой И.П., судей Зарифуллиной Л.М., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хасаншиной Э.Г., при участии:

иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 апреля 2025 года

о завершении реализации имущества гражданина и неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-57222/2023

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом).


Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Евросиб».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.06.2024 финансовым управляющим должника ФИО1 утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих Саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Финансовым управляющим в арбитражный суд 13.01.2025 представлен отчет о своей деятельности с приложениями, заявлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении его от обязательств. Кроме того, финансовым управляющим заявлено ходатайство о распределении денежных средств, внесенных на депозитный счет Арбитражного суда Свердловской области в размере 25 000,00 рублей между ФИО2 и ФИО3 за процедуру реализации имущества гражданина.

От кредиторов АО «Газпромбанк» (далее - банк), ПАО «Совкомбанк» (далее – банк) поступили письменные позиции по ходатайству финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества, кредиторы указывают о наличии оснований для не освобождения должника от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2025 года (резолютивная часть оглашена 25.03.2025) завершена процедура реализации имущества ФИО1. Не применены в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами. Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО3. Перечислены арбитражному управляющему ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области денежные средства в размере 8 793 руб. 10 коп. в качестве вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества гражданина при предоставлении соответствующих реквизитов. Перечислены арбитражному управляющему ФИО3 с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области денежные средства в размере 16 206 руб. 90 коп. в качестве вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества по представленным реквизитам.

Не согласившись с указанным судебным актом, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части отказа неприменении правил об освобождении гражданина от исполнения обязательств, принять по делу новый судебный акт об освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств.


Должник в своей апелляционной жалобе просит определение отменить в части неосвобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, разрешить вопрос в указанной части по существу, указав в судебном акте на применение в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств по требованиям кредиторов. Отмечает, что суд необоснованно не принял представленные расписки по займам, а также неправомерно пришел к выводу о том, что представленные расписки не подтверждают факта получения заёмных денежных средств, а иных доказательств в обоснование своей позиции должником не представлено. Ссылается, что из материалов не следует и судом не установлено, что должник привлечен к уголовной и административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. Банки, будучи профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина. По результатам проверок в каждом конкретном случае банк решает вопрос о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может учитываться для целей применения положений неприменении относительно должника освобождения от исполнения обязательств. Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денег в различных кредитных организациях, само по себе, не может быть квалифицировано как недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, поскольку на момент получения кредита должник не предполагал, что его финансовое состояние ухудшится. Течение жизненных обстоятельств должника, нерациональное ведение домашнего хозяйства, а также неразумность поведения физического лица не является злостным уклонением от погашения задолженности и не может исключать применение правила освобождении об гражданина - должника от долговых обязательств. Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения


физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Письменные отзывы от лиц, участвующих в деле не поступили.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Частью 5 статьи 268 АПК РФ предусмотрено, что в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку возражений против рассмотрения судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы не поступило, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ только в обжалуемой части (в части не освобождения от обязательств).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что по завершении процедуры реализации имущества должника, финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры банкротства и о возможности применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, завершая процедуру банкротства в отношении должника без применения к ней правила об освобождении от исполнения обязательств, исходил из установления в действиях должника недобросовестного поведения, то есть обстоятельств, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, заслушав в судебном заседании представителя Банка, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).


Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим заявлено ходатайство о необходимости завершения процедуры реализации имущества.

В ходе процедуры реализации имущества должника выявлено наличие недвижимого имущества: квартира, площадь 24,8 кв.м., назначение: жилое, адрес (местонахождение): Россия, Свердловская обл., г.Екатеринбург, <...> дом **, квартира ***. Решением финансового управляющего данное имущество исключено из конкурсной массы как единственное пригодное для проживания жилое помещение.

Кроме того, в ходе реализации имущества был продан автомобиль, марки: HyundaiSolaris, год выпуска – 2016, находящийся в залоге у АО «ТБанк». Автомобиль был реализован в ходе торгов на этапе публичного предложения. Договор с победителем торгов заключен 10.12.2024, цена составила 510 520,00 руб. Иного имущества за должником не зарегистрировано.

В связи с отсутствием кредиторов 1-й и 2-й очереди 90% от стоимости реализации залогового имущества было направлено на погашение требований АО «ТБанк».

Требования кредиторов, включенные в реестр, составили 12 813 916,01 рубля, погашение произведено на 459 468,00 руб. Из них требования залогового кредитора АО «ТБанк» составили 1 006 616,12 руб., погашено требований на 459 468,00 руб.

Расходы на проведение процедуры реализации имущества должника составили: 15 682,69 руб. – расходы ФИО2, погашены в полном объеме; 9 740,58 руб. – расходы ФИО3, погашены в полном объеме.

Также судом первой инстанции установлено, что должник не трудоустроен, иных источников дохода не имеет.

Согласно документам, имеющимся в деле, должник не состоит в браке, иждивенцев нет.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния, по результатам которого сделан вывод о том, что должник является неплатежеспособным и не в состоянии погасить имеющеюся кредиторскую задолженность.


Признаки фиктивного (преднамеренного) банкротства в отношении ФИО1 отсутствуют.

Сделки по продаже имущества, транспортных средств, не соответствующие законодательству и (или) причинившие ущерб должнику, в анализируемом периоде не выявлены. Сделки, подлежащие оспариванию, отсутствуют.

Имущество и денежные средства, подлежащие включению в конкурсную массу, не выявлены, источники пополнения конкурсной массы отсутствуют, кредиторская задолженность не погашена.

Доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения иного имущества должника и формирования конкурсной массы, не представлены. Доказательств наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества гражданина, суду не представлено.

Доказательств наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества гражданина, арбитражному суду также не представлено.

Согласно статье 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Поскольку пополнение конкурсной массы должника являлось невозможным, суд первой инстанции признал, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, и завершил эту процедуру в отношении должника на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В части завершения процедуры определение суда и связанные с этим выводы не обжалуются.

В отношении не применения правил об освобождении обязательств суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для применения в отношении пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве не имеется.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.


Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Так, согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с ходатайством об освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами по результатам завершения процедуры реализации имущества должника.

АО «Газпромбанк» (далее – банк), ПАО «Совкомбанк» (далее – банк) представили письменные возражения против освобождения должника от обязательств.

Банки приводит доводы о том, что при получении кредитов должник в заявлении не отразил информацию о наличии у него действующих обязательств по кредитным договорам, заключенным с другими банками, тем самым при получении кредитов предоставил кредитным организациям заведомо ложные сведения, что исключило возможность достоверно проанализировать финансовое состояние должника и оценить риски, связанные с возвратом кредитов, при этом обращают внимание на то, что они не обладают возможностью самостоятельно осуществлять проверку кредитных обязательств перед другими банками, возникших в день заключения договора, о таких обязательствах должен указывать клиент в заявлении на получение кредита. Банки ссылаются на то, что такое поведение должника является недобросовестным, поскольку ФИО1 принял на себя заведомо неисполнимые обязательства, а, обращаясь с заявлением о признании себя банкротом, – преследовал цель освобождения себя от долгов. Доказательства того, что должник, принимая на себя обязательства перед кредиторами, имел реальную возможность исполнить их в последующем надлежащим образом, а ухудшение финансового состояния должника вызвано обстоятельствами, не зависящими от должника, в материалах дела отсутствуют.

Судом первой инстанции установлено недобросовестное поведение должника, являющееся основанием для не применения правил освобождения от обязательств, которое выражается в следующем:

В период с 19.07.2023 по 10.08.2023 ФИО1 было оформлено 10 кредитных обязательств на общую сумму свыше 12 миллионов рублей в семи кредитных организациях:

19.07.2023 ГПБ (ОАО) на сумму 2 211 400 руб., ВТБ (ПАО) на сумму 2 000 000 руб., АО «Альфа-Банк» на сумму 2 994 400 руб.

20.07.2023 АО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» на сумму 300 000 руб., ПАО «Совкомбанк» на сумму 166 047,08 руб.


21.07.2023 ПАО «МТС-Банк» на сумму 227 087 руб., АО «Альфа-Банк» на сумму 58 000 руб.

26.07.2023 в АО «Альфа-Банк» на сумму 3 003 000 руб. 04.08.2023 в АО «Тинькофф Банк» на сумму 959 000 руб. 10.08.2023 в ГПБ (ОАО) на сумму 180 000 руб.

Размер ежемесячного платежа ФИО1 перед всеми кредиторами в том случае, если бы он имел намерение добросовестно исполнять их в соответствии с условиями заключенных договоров, составляет 271 258 рублей (сведения о размере ежемесячного платежа согласно сведениям отчета из БКИ и кредитным договорам, приложенных кредиторами в материалах дела).

В пояснениях от 28.02.2025 должник указывал, что в период с 21.01.2020 по 20.04.2022 у ФИО1 образовалась задолженность перед физическими лицами на общую сумму более 10 миллион рублей. Кредитные обязательства перед Банками были взяты с целью погашения действующих долговых расписок, что подтверждается документами, приложенными к данному ходатайству. Должник понимал, что к указанной дате вернуть денежные средства не предоставляется возможным, тогда ему не оставалось ничего, как обратиться в кредитные организации для получения денежных средств. Должник предпринимал попытки для увеличения своих доходов путем поиска дополнительный работы или улучшения условий основной работы, однако, во всех организациях получал отказ. Остальные денежные средства были потрачены на личные нужды должника.

Должником в материалы дела представлены следующие документы: долговая расписка от 21.01.2020 на сумму 4 000 000 руб., долг возвращен 01.09.2023г.; долговая расписка от 17.10.2020 на сумму 2000000руб., долг возвращен 21.08.2023г.; долговая расписка от 20.04.2022 на сумму 2000000руб., долг возвращен 20.04.2022. Кроме того, 02.03.2025 от должника дополнительно представлена долговая расписка от 10.02.202 на сумму 3 000 000руб., долг возвращен 05.09.2023г.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, согласно которой институт банкротства граждан иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.


Указанная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013.

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, зависит от добросовестности должника.

Принятие гражданином на себя значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, в связи с этим последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера возлагают на него встречную обязанность по раскрытию цели получения кредита (займа), его расходовании и иных сведений, необходимых для финансового анализа.

Таким образом, разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, во многом зависит именно от добросовестности должника.

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что именно должник обязан раскрыть суду в полном объеме всю информацию о своем имуществе, имущественных правах, денежных средствах и всех источниках его доходов за три года, предшествующих подаче заявления о признании должника банкротом, должен добросовестно сотрудничать с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований кредиторов и предпринимать все возможные меры по погашению кредиторской задолженности, в связи с чем бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.

Как указано выше, должником оформлены кредиты в разных банках на сумму более 12 миллионов рублей (19.07.2023г. – три банка на сумму более 7 млн. руб., 20.07.2023г. – два банка на сумму более 450т.р., 21.07.2023г. – два банка на сумму около 300т.р. и т.д.).

Судом первой инстанции в определении от 14.02.2025 предложено должнику обеспечить явку в судебное заседание/представить пояснения с конкретными доказательствами: На какие цели были израсходованы более 12 млн. кредитных денежных средств (с предоставлением доказательств фактического расходования/чеки, договоры, переводы, иное); за счет каких доходов и имущества планировалось погашение кредитных обязательств, учитывая средний доход за 2022 около 70000руб.; причины единовременного оформления кредитных обязательств в разных банках (19.07.2023г. – три банка


на сумму более 7 млн. руб., 20.07.2023г. – два банка на сумму более 450т.р., 21.07.2023 – два банка на сумму около 300т.р. и т.д.)

Из пояснений должника следует, что единовременное оформление кредитных обязательств в разных банках обусловлено тем, что у него образовалась задолженность перед физическими лицами на общую сумму более 10 миллионов рублей. Кредитные обязательства перед банками были взяты с целью погашения действующих долговых расписок.

В определении от 13.03.2025 суд первой инстанции указал должнику представить сведения о расходовании денежных средств, полученных в заём от физических лиц (2020г. – 6млн., 2021г. – 3млн., 2022г. – 2млн.) с предоставлением доказательств фактического расходования/чеки, договоры, переводы, иное; пояснить, за счет каких доходов и имущества планировалось погашение обязательств перед физическими лицами. Должник пояснил, что займы были взяты на личные нужды (6000000 руб. только в 2020г.).

Никаких документов, подтверждающих факт расходования денежных средств, полученных в заём от физических лиц, суду не представлено (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, должником не раскрыты обстоятельства финансовой возможности погашения обязательств перед физическими лицами, а в последующем перед Банками.

Суд обоснованно критически отнесся к представленным распискам, поскольку ранее (до возникновения у суда соответствующих вопросов) о соответствующих обязательствах должником не сообщалось, более того, финансовый управляющий в пояснениях от 24.03.2025 указал, что ему информация о возврате займов физическим лицам неизвестна, информация от должника, кредиторов не поступала.

В такой ситуации суд первой инстанции верно пришел к выводу, что представленные расписки не подтверждают факта получения заёмных денежных средств, а иных доказательств в обоснование своей позиции должником не представлено.

Суд первой инстанции также обратил внимание, что при обращении в суд с заявлением о собственном банкротстве, должник в списке кредиторов не указал физических лиц, перед которыми имеется (имелась) задолженность, не указал должник эти обстоятельства (возвраты займов) и в качестве совершенных в преддверии банкротства сделок.

Кроме того, в рассматриваемом случае примечательно, что должник обратился в суд с заявлением о признании банкротом уже спустя три месяца после практически единовременного оформления кредитных обязательств у разных банков и получения денежных средств в значительном размере.

Более того, материалы дела не содержат доказательств того, что получаемый должником в 2023 году доход позволял обслуживать полученные кредитные обязательства.


Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление № 45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства. Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 АПК РФ, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений


постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений указанного Постановления также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Данное законоположение направлено, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях,


когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 ГК Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4) .

Конституция Российской Федерации (статья 57) и общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы, а при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательства, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п. (пункт 3 статьи 307, статья 309, пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Как указывают кредиторы, должник при принятии на себя новых обязательств о наличии уже принятых на себя обязательств в известность новых кредиторов не ставил, представлял сведения, свидетельствующие о своем устойчивом финансовом положении.

Доказательства того, что должник, принимая на себя обязательства перед кредиторами, имел реальную возможность исполнить их в последующем надлежащим образом, а ухудшение финансового состояния должника вызвано обстоятельствами, не зависящими от должника, в материалах дела отсутствуют.

В то же время, хронология возникновения включенной в реестр требований кредиторов задолженности указывает на то, что должник одномоментно принял на себя обязательства, не имея намерения погашать при этом возникшие долги.

Так кредитные договоры с банками заключены в период с 19.07.2023 по 10.08.2023, а с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) должник обратился 24.10.2023 года.

В судебной практике выработан правовой подход, согласно которому принятие должником непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.


Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

В рассматриваемом случае заслуживают внимания доводы о том, что должником намеренно создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в один день.

При этом само по себе подписание должником в один день или короткий срок кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение и оказывавшему активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20- 20820).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При выдаче кредитов банки руководствуются разработанными ими правилами кредитования, в том числе устанавливают лимиты выдачи потребительских кредитов физическим лицам, требования к заемщикам,


применяют механизмы страхования и обеспечения (поручительство, залог) в качестве мер по снижению риска невозврата кредита.

ФИО1, заключая потребительские кредиты с семью банками в течение короткого временного промежутка, действовал в обход установленных правил и фактически получила потребительский кредит в размере, многократно превышающем установленный лимит исходя из доходов заемщика, без какого-либо обеспечения.

В этой связи поведение должника, осознающего невозможность принятия новых кредитных обязательств, в связи с чем принимающего меры для обхода требований банков при заключении кредитных договоров, не может быть признано добросовестным.

Все негативные последствия такого поведения несет лицо, действующее неправомерно при вступлении в обязательства.

В той ситуации, когда гражданин, принимая на себя финансовые обязательства, изначально недобросовестен (в отличие от случаев необъективной оценки своих финансовых возможностей или возникновения ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности), применение механизма освобождения должника от обязательств не представляется возможным.

Банки на момент одновременного обращения должника в несколько кредитных организаций за получением кредитов не могли заблаговременно предполагать о вероятности преднамеренного увеличения кредитной нагрузки заемщика в многократно большем размере, чем он указал в анкете с учетом предоставленной справки о доходах.

Поскольку в отсутствие таких сведений банк не мог реально оценить финансовое состояние должника и риски, связанные с возвратом кредита, суд признает поведение должника недобросовестным, что в свою очередь, исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Обстоятельства необходимости столь значительных денежных средств и их расходование в короткий промежуток времени должником ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не раскрыты, что не соответствует стандарту добросовестного поведения должника в процедуре банкротства.

Таким образом, следует признать, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимал на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге и привело к критическому моменту - моменту банкротства должника.


Как принципы потребительского банкротства, так и законодательно установленные требования к степени добросовестности должника-банкрота - таковой ситуации не допускают. Сложившаяся судебная практика применения законодательства о банкротстве граждан исходит из того, что подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, оно формирует у граждан-должников ложное представление об истинных целях и задачах института потребительского банкротства, о возможности безосновательного освобождения от своих обязательств и потому подлежит пресечению.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения к должнику ФИО1 механизма освобождения должника от обязательств, предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Доводы о том, что суд первой инстанции не увидел различия между недобросовестным и неразумным поведением должника, судом апелляционной инстанции отклоняются.

Собранными по делу доказательствами подтверждено недобросовестное поведение должника ФИО1 в ущерб кредиторам.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для освобождения указанного должника от обязательств признан правильным, соответствующим имеющимся в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам, не противоречит цели законодательно закрепленной привилегии потребительского банкротства в виде освобождения от долгов добросовестного лица, не допускающего злоупотребления правом и стремящегося совершить все необходимые действия в целях расчета с кредиторами.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не установил оснований для применения к должнику правил освобождения от обязательств, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве.

В ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017)», утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017).

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку всей совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ.


Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 апреля 2025 года по делу № А60-57222/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий И.П. Данилова

Судьи Л.М. Зарифуллина

Т.Н. Устюгова

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 31.05.2024 3:58:48

Кому выдана Данилова Ирина Петровна