Постановление от 17 июня 2018 г. по делу № А53-37536/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-37536/2017
город Ростов-на-Дону
17 июня 2018 года
15АП-8062/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Емельянова Д.В.,

судей Н.В. Сулименко, Н.В. Шимбаревой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на решение Арбитражного суда Ростовской области

от 02.04.2018 по делу № А53-37536/2017

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование»

(ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ОАО «ВЭБ - лизинг» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), о взыскании 1 344 000 руб.,

принятое в составе судьи Корха С.Э.,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование» (далее - ответчик) с требованием о взыскании 1 344 000 руб. неустойки за период с 01.11.2016 по 02.10.2017 по договору ОСАГО.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2018 по делу № А53-37536/2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда от 02.04.2018 по делу № А53-37536/2017, индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом не в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не доказаны имеющие для дела значение обстоятельства, которые суд счел установленными, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального и процессуального права.

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2018 по делу № А53-37536/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 26.09.2016 по адресу: г. Ростов-на-Дону,ул. Черкасская, 22 произошло ДТП с участием транспортного средства Рено Логан, гос. номер С087СА 161 и автомобиля Киа Сид, гос. номер <***> что подтверждается справкой о ДТП от 26.09.2016, протоколом об административном правонарушении от 05.10.2016, постановлением по делу об административном правонарушении от 05.10.2016.

Виновником ДТП признан водитель ТС Рено Логан, гос. номер С087СА 16, гражданская ответственность которого застрахована по полису ОСАГО ЕЕЕ№ 0373936773 в ОСАО «РЕСО-Гарантия».

В результате ДТП причинены повреждения транспортному средству Киа Сид, гос. номер <***> принадлежащему ИП ФИО2 на основании договора лизинга от 10.03.2016, заключенного с ОАО «ВЭБ - лизинг». Гражданская ответственность ИП ФИО2 застрахована в ООО «АльфаСтрахование» по полису ЕЕЕ № 0358153469.

11.10.2016 страховщиком принято заявление от ИП ФИО2 о прямом возмещении убытков, с приложением пакета документов, необходимого для страховой выплаты, а также распорядительное письмо ОАО «ВЭБ - лизинг» от 10.10.2016, которое просило произвести страховую выплату ИП ФИО2

Письмом от 27.10.2016 страховая компания отказала в выплате ИП ФИО2 по причине не соответствия характера и расположения повреждений автомобиля Киа Сид обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия.

ИП ФИО2 обратился к ООО «Областная лаборатория судебной экспертизы» для установления, могли ли повреждения, зафиксированные в административном материале, образоваться в результате ДТП от 26.09.2016, а также установления стоимости восстановительного ремонта автомобиля.

В соответствии с заключением эксперта повреждения автомобиля Киа Сид соответствуют заявленным обстоятельствам и могли быть получены в результате ДТП, произошедшего 26.09.2016. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила с учетом износа - 407 322 руб. 60 коп.

ООО «Областная лаборатория судебной экспертизы» от истца принято 9 000 руб. за проведение экспертизы, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 869.

16.11.2016 в адрес ответчика была направлена досудебная претензия по факту нарушения сроков по выплате суммы страхового возмещения.

18.11.2016 претензия истца была получена ответчиком, однако, письмом исх. № 0204/8508 от 23.11.2016 страховщик отказал потерпевшему в удовлетворении требований претензии в добровольном порядке, что явилось основанием для обращения в суд.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2017 по делу № А53-471/2017 с ОАО «АльфаСтрахование» в пользу истца взыскано страховое возмещение в сумме 400 000 рублей.

Истец произвел начисление пени по состоянию на 02.10.2017. Срок просрочки выплаты страхового возмещения в сумме 400 000 рублей за период с 01.11.2016 (21-й день после обращения о выплате) по 02.10.2017 составил 336 дней, а сумма неустойки - 1 344 000 (один миллион триста сорок четыре тысячи) рублей, исходя из следующего расчета: 400 000 руб. х 1% х 336 дней = 1 344 000 руб.

13.10.2017 истец нарочно вручил ответчику претензию от 06.10.2017 с требованием в течение 10-ти дней с момента получения претензии выплатить неустойку.

Письмом исх. № 0205/23860 от 18.10.2017 ответчик отказал в удовлетворении претензии.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ИП ФИО2 с исковым заявлением о взыскании неустойки в размере 1 344 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Согласно норме статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу положений статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Пунктом 1 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации. К страховому риску по обязательному страхованию относится наступление гражданской ответственности по обязательствам, указанным в пункте 1 статьи 6 указанного закона.

В силу пункта 21 статьи 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - ФЗ «Об ОСАГО») в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с указанным Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Как следует из материалов дела, автомобиль «Киа JD (CEED)» государственный номер Х110УС161 принадлежал на праве собственностиАО «ВЭБ-лизинг» и находился во владении и пользовании лизингополучателя - индивидуального предпринимателя ФИО2 на основании договора лизинга № Р16-04132-ДЛ от 10.03.2016г.

Во исполнение требований договора лизинга ОАО «ВЭБ - лизинг» заключил с ООО «Страховая компания «Согласие» договор добровольного имущественного страхования (полис) № 0003340-200611354/16-ТЮЛ (КАСКО).

Также истец ИП ФИО2 застраховал свою гражданскую ответственность в ОАО «АльфаСтрахование» на основании страхового полиса серии ЕЕЕ № 0358153469 от 28.03.2016. Собственником транспортного средства являлся ОАО «ВЭБ - лизинг».

В результате наступления страхового случая - ДТП от 26.09.2016 ИП ФИО2 обратился с заявлением о страховой выплате по договору ОСАГО, не воспользовавшись своим правом на получение страхового возмещения по договору КАСКО (ремонт СТОА по направлению страховщика или, факультативно, выплаты с согласия лизингодателя).

При рассмотрении спора в суде первой инстанции истец в судебных заседаниях пояснил, что обращение к страховщику по договору ОСАГО, а не КАСКО никаких норм права не нарушает, а приоритетность обращения к страховщику, заключившему договор КАСКО, нормативно не закреплена, также как и обязанность заключать договоры КАСКО и ОСАГО у одного страховщика.

Между тем, выплата по договору ОСАГО производится в пределах лимита 400 000 руб. и рассчитывается с учетом износа, тогда как возмещение по договору КАСКО производится без учета износа и позволяет восстановить нарушенное право (целостность АТС) полностью в отсутствие нормативно установленных пределов.

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» потерпевший - лицо, жизни, здоровью или имуществу которого был причинен вред при использовании транспортного средства иным лицом, в том числе пешеход, водитель транспортного средства, которым причинен вред, и пассажир транспортного средства - участник дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» право на получение страхового возмещения в связи с повреждением имущества принадлежит потерпевшему - лицу, владеющему имуществом на праве собственности или ином вещном праве. Лица, владеющие имуществом на ином праве (в частности, на основании договора аренды) либо использующие имущество в силу полномочия, основанного на доверенности, самостоятельным правом на страховую выплату в отношении имущества не обладают (абзац шестой статьи 1 ФЗ «Об ОСАГО»).

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 9 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016.

Права потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования могут быть переданы другому лицу только в части возмещения ущерба, причиненного его имуществу при наступлении конкретного страхового случая в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (статья 383 ГК РФ).

Передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая (пункт 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Таким образом, выгодоприобретателем по договору ОСАГО всегда является потерпевший в ДТП собственник автомобиля. Имея право на получение страховой выплаты в качестве возмещения ущерба и право оспаривания данной выплаты в случае, если она перечислена не в полном объеме, выгодоприобретатель по собственной воле вправе передать данное право третьему лицу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», в случае если лизингодатель отказывается (уклоняется) от совершения действий, необходимых для получения страхового возмещения, лизингополучатель, поскольку на нем лежит риск случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга, вправе требовать от лизингодателя уступить ему право требования выплаты страхового возмещения, а в случае отказа лизингодателя от такой уступки вправе приостановить внесение лизинговых платежей (статья 328 ГК РФ).

Таким образом, передача указанного права иному лицу согласно положениям Гражданского кодекса Российской Федерации возможна в силу договора цессии. Однако, доказательств наличия договора уступки права требования между истцом и ИП ФИО2 ни в страховую компанию, ни в материалы настоящего дела не представлено.

При этом право на получение выплаты не может быть передано ни на основании доверенности, ни на основании распорядительного письма, а только по гражданско-правому договору, доказательства заключения которого в материала дела не предоставлены. При этом собственник транспортного средства может передать конкретное право в определённом объеме по определённому страховому случаю, а не в принципе предоставить абстрактное право на обращение к страховщику и получение любых выплат.

Предъявляя в рассматриваемом деле требования о взыскании неустойки, истец исходит из того, что его право на получение страхового возмещения по договору ОСАГО установлено в деле № А53-471/2017. Также истец ссылается на преюдициальность данного акта, якобы освобождающую его от необходимости доказывания оснований для получения страхового возмещения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 N 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» факты, установленные решениями судов, имеют преюдициальное значение. Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение (постановление ФАС СЗО от 23.11.2006 по делу N А44-214/2006-1). Таким образом, никаких исключений в отношении преюдициальности установленных вступившим в законную силу решением суда фактов, которые не входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу, закон не содержит.

Таким образом, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что преюдициальное значение имеют именно факты, а не выводы суда, которые им сделаны на основании оценки фактов.

В соответствии со статьей 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 г. N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Само транспортное средство, как предмет лизинга застраховано по договору КАСКО, по договору ОСАГО застрахована ответственность лица, управляющего автомобилем, но, не зависимо от того по какому из договоров заявлено о получении страховой выплаты, денежные средства во всех случаях имеют целевое назначение - восстановление транспортного средства, собственником которого является лизингодатель и именно он является лицом, уполномоченным принимать решения относительно судьбы принадлежащего ему имущества.

У страховщика, как стороны договора страхования не только не возникает обязанности, но и отсутствует право на совершение страховой выплаты в пользу лизингополучателя при отсутствии согласия собственника транспортного средства - лизингодателя.

Особенности страхового правоотношения, связанные с имущественным страхованием объектов прав, находящихся в лизинге являются следствием особенностей соотношения вещных и обязательственных прав лизингодателя и лизингополучателя в рамках договора лизинга.

Главным условием, определяющим особенности правоотношений, как в рамках лизинговой сделки, так и в рамках сопутствующих обязательств в т.ч. страховых является длящийся вещный статус объекта лизинга и его трансформация при исполнении договора.

До момента выплаты всех лизинговых платежей и внесения выкупной (остаточной) стоимости объекта именно лизингодатель является собственником объекта лизинга. В силу указанных абсолютных прав именно лизингодатель и никто другой вправе определить порядок совершения действий в пределах любой сделки, в т.ч. лизинговой или страховой и ограничен только их условиями.

Право лизингодателя относительно объекта следует из абсолютного вещного титула и не предполагает возможности его изменения, трансформации или прекращения вне прямо выраженной его воли как собственника.

Таким образом, только лизингодатель при заключении договоров страхования вправе определить порядок возмещения имущественных рисков, поскольку как собственник он имеет преимущественное право и первоначальную заинтересованность в сохранении объекта лизинга до момента его полной оплаты.

В связи с чем, условия страхового обязательства, заключенного между лизингодателем и страховщиком с определением порядка выплаты в пользу иного выгодоприобретателя (лизингополучателя) предполагают возможность их реализации строго в соответствии с буквальным их содержанием.

Совершение таких действий страховщиком и лизингодателем без учета ограничивающих условий предполагает прямое нарушение права собственности лизингодателя на застрахованный объект. В спорном случае это выражается буквально в совершении действий по выплате страхового возмещения лицу, не имеющему права на его получение относительно объекта гражданских прав, ему не принадлежащего, приобретение которого было осуществлено за счет средств лизингодателя.

Из материалов дела следует, что неотъемлемой частью договора лизинга в силу пункта 4.1 являются общие условия договора лизинга №Р16-04132-ДЛ от 10.03.2016. Согласно пункту 4.2 общих условия договора лизинга выгодоприобретателем по договору страхования по рискам угон (хищение), тотал (конструктивная гибель предмета лизинга) назначается лизингодатель. По остальным рискам выгодоприобретателем назначается лизингополучатель.

При этом буквальные условия договора не содержат согласованного с лизингодателем ограничения его права собственника путем делегирования лизингополучателю возможности получения страхового возмещения в указанных обстоятельствах спора.

Согласованные условия возмещения по отношению к самому объекту (АТС), а не по отношению к владельцу (как вещному - лизингодателю, так и относительному - лизингополучателю) предполагает одновременно достижение таким способом как цели сохранения самого объекта, так и цели сохранения прав сторон лизингового и страхового правоотношения.

Достижение такого результата не обеспечивается в случае поступления страховых выплат лизингополучателю в нарушение согласованных условий.

Такие действия не могут быть безразличны лизингодателю, как собственнику АТС, в условиях незавершенности лизингового правоотношения, в т.ч. с учетом неизвестности намерений лизингодателя совершить восстановление поврежденного имущества в принципе, либо таким образом, который не соответствует сохранению его потребительских свойств и гарантийных обязательств завода изготовителя.

Указанная позиция согласуется с позицией Арбитражного суда Московского округа по делам № А40-96151/2016, А40-61497/2016.

Правовая структура отношений сторон связана и изначально формируется исходя из удовлетворяемой потребности в приобретении АТС истцом. Для этих целей истцом и АО "ВЭБ-лизинг" был заключен договор лизинга № Р16-04132-ДЛ от 10.03.2016 г., в соответствии с пунктом 1.1. которого лизингодатель на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавцаООО "Юг-Моторс" имущество АТС - Юа JD Сееd которое обязуется предоставить лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

В условиях финансовой аренды, в отличие от любой иной отчуждательной сделки в т.ч. с рассрочкой платежа не происходит переход права собственности на предмет лизинга. Для целей такого перехода, независимо от наличия лизинговой сделки, его стороны завершая такие отношения, заключают договор купли-продажи, с формальной суммой платежа. Такие действия совершаются и являются востребованными для формализации перехода вещного титула и определения момента возникновения абсолютных полномочий у приобретающего лица - лизингополучателя.

Во все иное время, до момента такого перехода права, полномочия лизингополучателя относительно предмета лизинга ограничиваются условиями относительного правоотношения - договора лизинга, а в том качестве, как они буквально согласованы его сторонами.

Указанная природа прав и положение каждого участника лизинговой сделки предполагают их безусловный учет и при ее исполнении сторонами и в отношениях с третьими лицами.

В частности, к таким лицам, с участием которых формируется самостоятельное обязательство, относится страховщик (страховщики), заключение соответствующих договоров с которыми предопределяется либо законом - ФЗ "Об ОСАГО", либо условиями лизингового соглашения. При этом, каждая из этих сделок предопределяется и должна прямо следовать и соответствовать регламентируемым правилам оснований их возникновения и исполнения.

В соответствии с пунктом 3.8. договора лизинга добровольное имущественное страхование предмета лизинга (в т.ч. первоначальное страхование) осуществляется лизингополучателем в соответствии с пунктом 4.3. Общих условий договора лизинга. Пункт 4.3. Общих условий определяет порядок оплаты лизингополучателем страховой премии. В соответствии с пунктом 4.1. Общих условий стороны договора лизинга пришли к взаимному соглашению, что в полисе добровольного имущественного страхования страхователем указывается лизингодатель.

Все иные условия договора и общих условий детально регламентируют порядок поведения сторон в т. ч. при наступлении страхового случая, где главным критерием распределения бремени по совершению значимых действий и права на получение страхового возмещения является отношение сторон сделки по поводу предмета лизинга, как являющегося собственностью лизингодателя. Любые совершаемые сторонами действия, направлены на сохранение предмета лизинга, либо возмещение имущественной сферы собственника. Затраты лизингополучателя учитываются факультативно, только в определённых случаях (например гибель имущества, прекращение договора лизинга) и зависят от наличия задолженности по лизинговым платежам.

Именно в таком качестве возникли правоотношения сторон, в связи с чем положение и права каждого участника по отношению к спорному АТС заранее точно предопределены, имеет строго ограниченный объем непересекающихся, не налагаемых друг на друга прав его участников и предполагает однозначную осведомленность о неправомерности действий, выходящих за пределы определенных сделкой прав.

В условиях страхования имущества – транспортного средства по договору КАСКО в качестве страхователя указан АО «ВЭБ-лизинг» как собственник, при этом единственным согласованным вариантом страхового возмещения является ремонт на СТОА по направлению страховщика. В особых условиях предусматривается возможность выплаты страхового возмещения без учета износа по риску "ущерб" при условии письменного согласия лизингодателя.

Таким образом, все правоотношения по поводу страхового возмещения вреда в условиях использования АТС по договору лизинга возникают и реализуются в рамках добровольного страхования транспортного средства по договору КАСКО. Только в рамках этого правоотношения лизингополучателю предоставлено право по совершению действий по сбору доказательств и предъявление требований страховщику, как и получение страхового возмещения в случае частичного ущерба, по имеющемуся договору КАСКО серия 0003340№ 200611354/16ТЮЛ от 25.03.2016 в виде ремонта на СТОА по направлению страховщика.

Учитывая указанные условия договора КАСКО, действия лизингополучателя являются реализацией вещных прав лизингодателя и подлежат осуществлению с единственной целью - сохранение предмета лизинга, как объекта гражданских прав. Факультативное согласование выплаты зависит от наличия обстоятельств, предусмотренных особыми условиями, но при этом предполагает выплату лизингополучателю только с письменного согласия лизингодателя.

Из материалов дела следует, что истцом не подтверждается возникновение оснований применения особых условий договора КАСКО по денежной компенсации, истец не доказывает обоснованность отказа от совершения ремонтных воздействий, либо наличия препятствий со стороны страховщика.

Согласие на прямую денежную выплату лизингополучателю может быть дано лизингодателем исключительно в пределах договора страхования самого имущества (КАСКО), как сделки, не подчиняющейся нормативно-регламентируемым ограничениям и правилам (КАСКО).

Лизингодатель, как собственник, реализует свое право как по отношению к пользователю - лизингополучателю, так и по отношению к страховщику. Соотношение этих прав регламентировано основными условиями договора лизинга и в частности пунктами 4.6.1., 4.6.2. ,которыми определяется право лизингодателя не требовать возмещения убытков с лизингополучателя в части убытков, превышающих размер полученного лизингодателем страхового возмещения.

Таким образом, согласие собственника - лизингодателя на совершение страховщиком действий по отношению к лизингополучателю существует и может быть реализовано исключительно в пределах добровольного страхования имущества.

При этом, даже такое согласие может быть дано лизингодателем с учетом условий собственно договора страхования, т.е. с учетом прав в т.ч. и страховщика. Заявление лизингодателя о необходимости произведения выплаты в пользу лизингополучателя, как выгодоприобретателя не предполагает безусловной обязанности страховщика такую выплату произвести по всем тем основаниям, по которым он может возражать против такой выплаты по отношению к самому страхователю - лизингодателю. Таким основанием в частности может являться недоказанность соответствия действий в рамках договора страхования по получению возмещения в натуральной форме. Ограниченность распорядительных прав лизингодателя в данном случае касается не предмета лизинга, а порядка получения им, как собственником, страхового возмещения, являющегося обязанностью страховщика только в определенных случаях и на определённых условиях. Преодолеть эти ограничения договора страхования по отношению к страховщику любыми действиями, совершаемыми между лизингодателем и лизингополучателем невозможно, поскольку по отношению к страховщику они выступают в качестве выгодоприобретателей по различным страховым событиям. Так же как и не может быть преодолено страховщиком право лизингодателя по выплате лизингополучателю без соответствующего распоряжения.

Заключение договора ОСАГО, как имеющего своим предметом страхование риска ответственности, определяет право на получение страхового возмещения исключительно у вещного владельца.

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» право на получение страхового возмещения в связи с повреждением имущества принадлежит потерпевшему - лицу, владеющему имуществом на праве собственности или ином вещном праве. Лица, владеющие имуществом на ином праве (в частности, на основании договора аренды) либо использующие имущество в силу полномочия, основанного на доверенности, самостоятельным правом на страховую выплату в отношении имущества не обладают (абзац шестой статьи 1 Закона об ОСАГО).

Указанное нормативное ограничение связано с правовой природой данного вида страхового возмещения, как являющегося компенсацией за виновное поведение третьего лица по отношению к невиновному участнику страхового случая. Такое ограничение исключает возможность возникновения права на какие-либо выплаты у любых иных третьих лиц, поскольку их права в данном случае не нарушаются и не могут быть нарушены.

Наличие права на страховое возмещение в рамках ОСАГО, как и иное право может перейти к другому лицу. Однако переход такого права возможен только вследствие заключения договора цессии и не может быть связан с заключением отчуждательной сделки относительно самого транспортного средства, либо иной односторонней сделки (доверенности).

В таких условиях нормативно-правового регулирования лизингополучатель в принципе не может быть выгодоприобретателем.

В договоре страхования ОСАГО серия ЕЕЕ № 0358153469 от 28.03.2016 ИП ФИО2 указан в качестве страхователя, в качестве собственника указано АО «ВЭБ-лизинг». Именно указанное общество только вправе заявить о страховом возмещения вреда в режиме обязательного страхования гражданской ответственности владельцев ТС.

Доводы истца о том, что право выбора предоставлено также и ему, как страхователю, судом первой инстанции обоснованно отклонены, как не соответствующие нормативно-правовому регулированию данного вида страхования.

Судом первой инстанции правомерно отклонена ссылка истца на то, что действия им совершались в соответствии с пунктом 3.8. договора лизинга как несоответствующие действительному содержанию данного пункта.

Пунктом 3.8. договора предусмотрено, что лизингополучателем осуществляется добровольное имущественное страхование предмета лизинга, а не страхование риска ответственности. Указанное нормативное регулирование страхования риска ответственности не предполагает возможным преодоление его ограничений даже самим собственником, в связи с чем лизингодатель не вправе указать страховщику о необходимости выплаты в пользу лизингополучателя по договору ОСАГО в отсутствие перемены лиц в этом обязательстве.

Поскольку их материалов дела следует и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что договор цессии ими не заключался любое распорядительное письмо, данное лизингодателем относительно выплат по договору ОСАГО не имеет для страховщика правового значения и не определяет его обязанности и права по произведению выплаты. Сам страховщик в силу тех же ограничений также не вправе осуществлять выплаты лизингополучателю в рамках страхования ОСАГО.

Ссылка истца на письмо АО «ВЭБ-лизинг» от 10.10.2016 г., в котором содержится просьба произвести выплату по спорному страховому событию в пользу ИП ФИО2 со ссылкой на полис страхования серия ЕЕЕ № 0358153469 от 28.03.2016, являющегося полисом ОСАГО, не может быть принята во внимание, поскольку такое согласие является ничтожным и не создает правовых последствий для участников правоотношений, независимо от того, кем оно подписано.

По тем же основаниям отклонена ссылка истца на доверенность № 1 от 10.10.2016, выданную ему АО «ВЭБ-лизинг» на представление интересов общества. Кроме того, буквальное содержание доверенности ограничивается правом представления интересов общества имущественного страхования предмета лизинга, ОСАГО в ОАО «Альфастрахование» и не предполагает декларированные истцом права на выраженную волю АО «ВЭБ-лизинг» на выплату по ОСАГО в его пользу.

В представленной истцом копии письма АО «ВЭБ-лизинг» от 10.01.2017, подписанного главным специалистом ФИО3 не содержится упоминание о выплате в пользу истца по договору ОСАГО. Полномочия подписавшего лица также ограничиваются доверенностью от 24.10.2016 о подписании соглашений о порядке урегулирования убытка в случае частичного ущерба соответствующего отношениям страхования имущества КАСКО.

Аналогичные правовые подходы в части недопустимости выплаты по договору ОСАГО в пользу лизингополучателя в отсутствие доказательств заключения договора уступки права требования изложены в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.08.2017 N Ф04-3117/2017 по делу N А27-16411/2016, постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.06.2017 N Ф07-5808/2017 по делу N А66-6817/2016, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 14.06.2016 N Ф05-6318/2016 по делуN А40-66062/15, постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 04.05.2017 N Ф06-20012/2017 по делу N А55-18658/2016, постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.03.2018 N Ф07-16540/2017 по делу N А56-17819/2017.

Кроме того, подавая как иск о взыскании страхового возмещения по ОСАГО, так и о взыскании неустойки в сумме превышающей ее в 3,5 раза истец вышел за пределы нормативных ограничений и доброй совести.

Из отзыва АО «ВЭБ-лизинг» следует, что после ДТП от 26.09.2016 г., было последовательно совершено еще одно ДТП13.03.2017 г., в результате которого была признана конструктивная гибель предмета лизинга – АТС Киа JD Сееd. По указанному событию лизингодателем было получено страховое возмещение в размере 1 139 905 руб. (п/п № 205626 от 26.07.2017).

19.05.2017 между АО «ВЭБ-лизинг» и истцом было подписано соглашение о расторжении договора лизинга. Поскольку на день расторжения договора сумма неоплаченных лизинговых платежей составляла 570 777,93 руб. по условиям соглашения лизингодатель выплатил истцу по делу - ИП ФИО2 разницу между суммой выплаченного страхового возмещения и суммой неоплаченных лизинговых платежей в размере 569 127,07 руб. (п/п № 45407 от 09.08.2017).

Таким образом, на момент вынесения решения по делу № А53-471/17 от 02.10.2017 договор лизинга был расторгнут в связи с гибелью его предмета, а лизингополучатель - истец по делу получил причитающиеся платежи в связи с завершением лизинговых отношений.

В соответствии с п. 1 ст. 394 ГК РФ если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой. Законом или договором могут быть предусмотрены случаи: когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков; когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки; когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки.

Из материалов дела следует, уплатив АО «ВЭБ-лизинг» лизинговые платежи в размере 842 207,37 руб., вследствие получения лизингодателем страхового возмещения по договору КАСКО, из уплаченной суммы лизинговых платежей истцу были возвращены денежные средства в сумме 569 127,07 руб. Таким образом, за период действия договора лизинга, пользования транспортным средством ИП ФИО2 фактически оплатил АО «ВЭБ-лизинг» 273 080,3 руб.

В рамках дела № А53-471/2017 ИП ФИО2 получил страховое возмещение в размере 400 000 руб. Причиненные в следствие дорожно-транспортного происшествия убытки возмещены страховщиком в полном объеме.

При указанных обстоятельствах права истца восстановлены, взыскание неустойки приведет к неосновательному обогащению ИП ФИО2

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в дело доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность сделанных судом первой инстанции и подтвержденных материалами дела выводов.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2018 по делу № А53-37536/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Емельянов


Судьи Н.В. Сулименко


Н.В. Шимбарева