Постановление от 30 мая 2018 г. по делу № А32-43982/2014

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-43982/2014
город Ростов-на-Дону
30 мая 2018 года
15АП-5498/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.

судей Николаева Д.В., Стрекачёва А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

бывший руководитель ФИО2, лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края

от 02.03.2018 г. по делу № А32-43982/2014 о привлечении к субсидиарной ответственности

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Паритет» Бугаева Валерия Сергеевича

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Паритет» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

принятое в составе судьи Шевцова А.С.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Паритет», конкурсный управляющий ООО «Паритет» ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Паритет» в размере 8 209 559, 84 руб. (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ)

Определением от 02.03.2018 заявление удовлетворено. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Взыскано с ФИО2 в пользу ООО «Паритет» 8 209 559, 84 руб.

Определение мотивировано тем, что руководителем должника первичная документация предоставлена не в полном объеме, что повлекло причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов.

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не учел, что действия арбитражного управляющего направлены на перенос ответственности на руководителя, фактическим руководителем ФИО2 не являлся.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

В составе суда произведена замена в порядке статьи 18 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.


Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением от 28.11.2014г. по заявлению кредитора.

Определением от 03.02.2015г. в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.10.2015 г. в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В обоснование требования заявитель ссылается на следующие обстоятельства.

Действиями бывшего руководителя должника ФИО2 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки.

20.07.2016 г. решением Кущевского районного суда Краснодарского края взыскана с Чаги Е.А. в пользу ООО «Паритет» сумма неосновательного обогащения в размере 1 574 600 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 234 959, 84 руб. Решение вступило в законную силу.

В период осуществления должником платежей, признанных неосновательным обогащением Чаги Е.А., то есть с 23.06.2014г. по 28.10.2014г., руководителем и единственным участником должника являлся ФИО2, что также установлено указанным решением суда Взысканная дебиторская задолженность была включена в конкурсную массу должника и реализована на торгах по цене 100 000 руб.

Таким образом, заявитель ссылается на действия контролирующего должника лица, которыми причинен вред имущественным правам кредиторов на сумму 1 709 559, 84 руб.

Далее, заявитель указывает, что согласно бухгалтерской документации должника имеется дебиторская задолженность в размере 6 500 000 руб., возникшая из договора поставки от 20.05.2014г., заключенного между должником и ООО «Партнер». Данная задолженность подтверждается также актом сверки за период 2014г. между ООО «Партнер» и ООО «Паритет».

Однако во взыскании дебиторской задолженности в рамках дела А32-27260/16 было отказано 28.09.2016г. по причине отсутствия первичной документации по сделке (накладных), которая не была передана ФИО2 конкурсному управляющему.

Таким образом, заявитель ссылается на бездействие бывшего руководителя, которым причинен вред имущественным правам кредиторов на сумму невзысканной дебиторской задолженности 6 500 000 руб.

Заявитель определяет размер субсидиарной ответственности исходя из данных эпизодов в сумме 8 209 559, 84 руб.


В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве.

Поскольку заявление конкурсным управляющим подано 05.10.2017, оно подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

Пунктом 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при условии, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

ФИО2 устно пояснил, что являлся лишь номинальным директором и участником общества, фактическое управление осуществлялось бухгалтером Чага Е.А.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

С целью установления обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, суд апелляционной инстанции определением от 27.04.2018 предложено представить:

бывшему руководителю ФИО2: письменные пояснения относительно наличия фактического руководителя должника с приложением подтверждающих документов.

ФИО2 представил пояснительную записку, в которой указал, что Чага Е.А. фактически сотрудничала с контрагентами, заведовала складом, у нее хранилась вся первичная документация.

При этом, конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу пояснил, что Приказом № 2 от 03.04.2013 в связи с отсутствием в штате ООО «Паритет» бухгалтерского работника, обязанности главного бухгалтера возложены на ФИО2 с 03.04.2013 г.

Кроме того, в решении Кущевского районного суда Краснодарского края от 20.07.2016 указано, что учредителем и руководителем ООО «Паритет» являлся ФИО2 В ходе рассмотрения дела в суде общей юрисдикции ФИО2 указанный факт не оспаривался.

С учетом изложенного, при отсутствии фактических действий, направленных на обращение в государственные органы, а также иных действий, свидетельствующих о наличии иного нежели ФИО2 руководителя, суд апелляционной инстанции отклоняет довод подателя жалобы как необоснованный., считает, что одного заявления ФИО2 о его номинальном статусе недостаточно для освобождения его от ответственности.


Согласно пунктам 1 и 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов.

После реализации конкурсной массы должника сумма непогашенных требований кредиторов составляет 31 468 583, 66 руб., включая требования, учитываемые за реестром.

Сумма непогашенных текущих требований составляет (по состоянию на декабрь 2017 г.) 2 344 636, 83 руб.

На сегодняшний день конкурсная масса реализована полностью, что подтверждается отчетом конкурсного управляющего.

Согласно данных ЕГРЮЛ, местом нахождения должника является: 352030, <...>.

26.03.2015г. временный управляющий провел осмотр помещения по указанному адресу, в результате которого было установлено, что ООО «Паритет» по юридическому адресу не находится, документация должника также по указанному адресу отсутствует, что подтверждается актом осмотра от 26.03.2015г.

Таким образом, судом первой инстанции сделан верный вывод, что руководителем должника не была исполнена обязанность по внесению обязательных сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ в части места нахождения юридического лица.

ФИО2 своевременно не передана арбитражному управляющему первичная документация должника. Документация передана не в полном объеме 15.10.2015 и 29.10.2015 по актам приема-передачи документов только истребования в принудительном порядке.

Из материалов дела следует, что в бухгалтерскому учете должника значилась дебиторская задолженность ООО «Партнер» в размере 6 500 000 рублей. По акту приема передачи документов от 29.10.2015 года конкурсному управляющему судебным приставом в отношении ООО «Партнер» переданы договор поставки от 20.05.2014г. и акт сверки за 2014 год. В рамках дела А32-27260/2016 конкурсный управляющий обратился в суд с иском к ООО «Партнер» о взыскании 6 500 000рублей. Решением суда от 28.09.2016 года в иске отказано поскольку истец не подтвердил поставку первичной документацией.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО2 не была исполнена обязанность по хранению и передаче первичной документации, подтверждающей дебиторскую задолженность ООО «Партнер», в результате чего утрачена возможность пополнения конкурсной массы путем ее принудительного взыскания.

Кроме этого, в период исполнения ФИО2 обязанности руководителя должника с расчетного счета должника в пользу Чага Е.И. были выведены денежные средства в размере 1 574 600 руб., якобы в счет возвратов ранее предоставленных займов. При этом, при рассмотрении иска конкурсного управляющего о взыскании неосновательного обогащения решением Кущевского районного суда Краснодарского края взыскана с Чаги Е.А. не установлен факт предоставления займов. В ходе исполнения данного решения в конкурсную массу поступили денежные средства в размере 100 000 рублей в результате реализации дебиторской задолженности на тогах. ФИО2 не представлено суду доказательств того, что выдача денежных средств Чага Е.А. находилась вне сферы его контроля, и происходило без его молчаливого согласия.

Возникновение признаков неплатежеспособности не во всех случаях свидетельствует о наступлении объективного банкротства должника. При этом, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Кроме того, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Указанные положения содержатся в п.п. 17, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении настоящего заявления уд первой инстанции неправильно квалифицировал заявленные управляющим требования, поскольку управляющий не ссылался на то обстоятельство, что вышеуказанными действиями ФИО2 должнику причинен столь существенный вред, в результате которого сложилась критическая ситуация очевидно свидетельствующая о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования, наступило объективное банкротство.

Однако, конкурсным управляющим достаточно обосновано, что действиями ФИО2 должнику причинены убытки в результате утраты возможности пополнения конкурсной массы. Доводы ФИО2 о том, что им деятельность должника не контролировалась, не освобождают его ответственности , поскольку им не предпринимались активные действия по выявлению фактического руководителя должника. Тем самым ФИО2 способствовал наступлению негативных последствий для имущественной сферы должника, в результате чего причинен вред кредиторам.

Исходя из вышеизложенного, судом первой инстанции правомерно взыскано с ФИО2 в пользу ООО «Паритет» 8 209 559, 84 руб.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.03.2018 г. по делу № А32-43982/2014 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.03.2018 г. по делу № А32-43982/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи Д.В. Николаев


А.Н. Стрекачёв