Постановление от 16 сентября 2024 г. по делу № А29-14240/2020

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-14240/2020
г. Киров
17 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года.           

Полный текст постановления изготовлен 17 сентября 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,


при участии в судебном заседании:

представителя ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 07.09.2023,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурснного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «А-Клиник» ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2024 по делу № А29-14240/2020, принятое


по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «А-Клиник» ФИО3

к ФИО4

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «А-Клиник» (далее – должник, ООО «А-Клиник») конкурсный управляющий должником ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в адрес ФИО4 (далее – ответчик, ФИО4) в период с 12.01.2018 по 11.07.2018 на общую сумму 5791080 руб., просил применить последствия недействительности ничтожной сделки: взыскать с ФИО4 5791080 руб., полученных от ООО «А-Клиник».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада», Ассоциация арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса», ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении требований конкурсного управляющего.

По мнению конкурсного управляющего, в материалах дела не имеется какого-либо документального подтверждения факта оказания юридических услуг (претензии, исковые заявления, постановления службы судебных приставов о возбуждении исполнительного производства и прочее), бухгалтерских услуг, услуг центра обработки вызовов и услуг сервиса, поэтому имеются основания для оспаривания сделок по перечислению должником ответчику денежных средств в общем размере 5791080 руб. по п.2 ст. 170 ГК РФ (притворная сделка). Перечислением денежных средств в размере 5791080 руб. стороны фактически оформили сделку дарения, без предоставления какого-либо встречного исполнения со стороны ответчика в пользу должника, направленную на уменьшение активов должника, с целью причинения ущерба имущественным правам должника и его кредиторов.

ФИО8 в отзыве указала, что договор оказания услуг по настоящему обособленному спору не оспаривается. При этом перечисления денежных средств по счету свидетельствуют о том, что платежи поступают в счет оплаты договора оказания услуг. Оценить наличие специальных оснований для оспаривания сделки невозможно в отсутствии финансовой и бухгалтерской документации должника, в связи с чем выводы суда первой инстанции о достаточности оснований для оспаривания сделки по специальным основаниям и о применении срока давности являются необоснованными.

В судебном заседании 26.08.2024 был объявлен перерыв до 04.09.2024, после перерыва судебное заседание продолжено.

Конкурсный управляющий, ответчик явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Коми от 20.07.2021 ООО «А-Клиник» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Определением арбитражного суда от 17.10.2022 конкурсным управляющим ООО «А-Клиник» утвержден ФИО3

Конкурсным управляющим установлено, что согласно выписке по расчетному счету ООО «А-Клиник» в период с 12.01.2018 по 11.07.2018 должником в пользу ИП ФИО4 совершены перечисления денежных средств на общую сумму 5791080 руб. с назначениями платежей: «оплата по договору на оказание бухгалтерских услуг», «оплата по договору на оказание юридических услуг», «оплата по договору на оказание услуг центра обработки вызовов от 01.06.2017», «оплата по договору на оказание услуг сервиса».

Посчитав, что данные перечисления являются недействительными сделками, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Коми с соответствующим заявлением.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу о том, что с рассматриваемым заявлением конкурный управляющий ФИО3 обратился в суд 10.01.2023, то есть с пропуском годичного срока исковой давности для оспаривания сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции также не установил оснований для признания платежей недействительными на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя третьего лица, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В пункте 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В рассматриваемом случае требования конкурсного управляющего основаны на положениях статей 10, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), указано, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 6 Постановления № 63 под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Срок исковой давности по иску о признании оспоримой сделки недействительной (применении последствий ее недействительности) составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. По аналогии закона вышеназванные положения распространяются также на конкурсных кредиторов и иных лиц, уполномоченных законом о банкротстве оспаривать сделки должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если утвержденное конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в наблюдении), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо учитывать, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Согласно пункту 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве, управляющий имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами России и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.

В рассматриваемом случае конкурсное производство в отношении должника открыто 20.07.2021, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Определением арбитражного суда от 17.10.2022 ФИО1 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании платежей, совершенных в адрес ФИО4, 10.01.2023г., то есть с пропуском годичного срока исковой давности, исчисляемого с даты открытия конкурсного производства.

В обоснование заявления конкурсным управляющим была приложена выписка банка о движении денежных средств по расчетному счету должника по состоянию на 29.11.2022, в которой содержалась информация об оспариваемых перечислениях.  

Между тем, материалами дела не подтверждено, что данная выписка не могла быть получена первоначально утвержденным конкурсным управляющим, что явилось препятствием для подачи заявления о признании сделки недействительной по специальным основаниям в пределах годичного срока исковой давности.

Учитывая изложенное суд первой инстанции пришел к верному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При данных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для оценки наличия признаков недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время трехгодичный срок исковой давности для оспаривания договора купли-продажи на основании статей 10, 170 ГК РФ конкурсным управляющим пропущен не был.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Однако такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении кредиторов, в частности, к сделкам, направленным на уменьшение конкурсной массы - так называемые подозрительные сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).

При этом совокупность одних и тех же обстоятельств не может быть квалифицирована как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, в частности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что определенная совокупность признаков сделки должника выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалификация сделки должника, причинившей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В рассматриваемом случае, оспаривая сделки как совершенные при злоупотреблении правом, конкурсный управляющий указал на совершение платежей без соответствующего встречного предоставления в целях причинения вреда кредиторам, что соответствует диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие иных обстоятельств, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсный управляющий документально не обосновал, не доказал совершение оспариваемой сделки при злоупотреблении правом сторонами сделки, в связи с чем основания для признания платежей недействительными сделками на основании статьи 10 ГК РФ отсутствовали.

Конкурсный управляющий также сослался на притворность оспариваемых сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, ключевым признаком притворной сделки является то, что при ее заключении все стороны осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, но действительный смысл и (или) условия сделки скрываются сторонами, в том числе в противоправных целях.

Конкурсный управляющий сослался на отсутствие документального подтверждения факта оказания юридических услуг (претензии, исковые заявления, постановления службы судебных приставов о возбуждении исполнительного производства и прочее), бухгалтерских услуг, услуг центра обработки вызовов и услуг сервиса, в связи с чем указал, что перечислением денежных средств стороны фактически оформили сделку дарения без предоставления какого-либо встречного исполнения со стороны ответчика в пользу должника, направленную на уменьшение активов должника с целью причинения ущерба кредиторам.

Однако сделки по перечислению денежных средств сами по себе не могут являться притворными сделками.

При перечислении денежных средств должник сослался на договоры, во исполнение которых произведены платежи. Копии данных договоров, актов оказанных услуг представлены в материалы дела. Данные договоры не оспорены и не признаны недействительными.

В материалах дела отсутствуют доказательства, которые позволяли бы утверждать о несоответствии указанного назначения платежей («оплата по договору на оказание бухгалтерских услуг», «оплата по договору на оказание юридических услуг», «оплата по договору на оказание услуг центра обработки вызовов от 01.06.2017», «оплата по договору на оказание услуг сервиса») действительному смыслу отношений, сложившихся между должником и ответчиком.

Как было указано ранее, приведенные конкурсным управляющим мотивы в обоснование притворности оспариваемых сделок в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства.

При данных обстоятельства основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего о признании оспариваемых платежей недействительными (ничтожными) сделками на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ также отсутствовали.

Учитывая изложенное суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя жалобы. В связи с предоставленной отсрочкой госпошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2024 по делу № А29-14240/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «А-Клиник» ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «А-Клиник» в доход федерального бюджета 3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.



Председательствующий

Т.М. Дьяконова


Судьи


Н.А. Кормщикова


Е.В. Шаклеина