Постановление от 11 октября 2017 г. по делу № А63-12805/2015

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А63-12805/2015
11 октября 2017 года
г. Ессентуки



Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 октября 2017 года.


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сомова Е.Г., судей Бейтуганова З.А., Макаровой Н.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.03.2017 (судья Жолудева В.Ф.) о включении требований в реестр, принятое в рамках дела о банкротстве ФИО3; при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО2 (лично), ФИО4 (по устному заявлению), от ФИО5 - ФИО6 (доверенность от 11.09.2017), ФИО7 (доверенность от 17.03.2017), от ФИО3 - ФИО3 (лично), ФИО8 (доверенность от 26.11.2015), от финансового управляющего ФИО9 – ФИО10 (доверенность от 29.08.2017),



УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). Определением от 07.12.2015 заявление признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов.

ФИО5 обратился в суд с заявлением об установлении и включении требований в сумме 58 404 094,35 руб. в реестр требований кредиторов.

Определением от 11.03.2016, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.05.2016, требования ФИО5 включены в третью очередь реестра.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.06.2016 определение от 11.03.2016 и постановление от 20.05.2016 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд округа указал, что суды не оценили представленные в дело договоры займа и дополнительные соглашения к ним на предмет реальности займа; не проверили надлежащим образом заявление кредитора ФИО2 о фальсификации этих договоров; наличие у ФИО5 возможности предоставить заем должнику в 2014 году в размере более 11 млн. руб., в 2015 году – более 8,8 млн. руб.; не выяснили, на какие цели должником потрачены заемные средства; не проверили действия ФИО5 и должника на предмет добросовестности и разумности с учетом всех обстоятельств спора, поведения сторон, условий договоров займа (значительное превышение средних ставок по процентам за пользование займов, предоставляемых кредитными организациями, двойные санкции (неустойка, штраф), условий дополнительных соглашений, которыми стороны изменили валюту займа, чем значительно увеличили задолженность по договорам непосредственно перед банкротством должника. Решения судов общей юрисдикции, которыми подтверждено наличие и размер задолженности должника перед ФИО5, не имеют для не участвовавшего в этих делах ФИО2 преюдициального значения.

При новом рассмотрении спора определением от 27.03.2017 признаны обоснованными требования ФИО5 в сумме 58 404 094,35 руб., из которых 34 409 956 руб. - основной долг, 13 610 758,56 руб. – проценты, 8 662 881,99 руб. – неустойка, 1 720 497,80 руб. – штрафы. Финансовому управляющему предписано включить требования в сумме 48 020 714,56 руб. в третью очередь реестра, в сумме 10 383 379,79 руб. - в третью очередь после погашения основного долга.

Суд исходил из того, что наличие и размер задолженности подтверждены решением Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга от 28.10.2015, решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 29.10.2015. С учетом дохода заявителя за период 2009-2013 годы (по сведениям из налоговых деклараций), средств от продажи акций в 2011 году, а также снятых с расчетных счетов, у ФИО5 имелось достаточно средств для предоставления займа. Должником средства были израсходованы на приобретение и обслуживание сельскохозяйственной техники, предоставление займов, иную хозяйственную деятельность (приобретение расходных материалов, средств защиты растений). Обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении правом, судом не установлены.

ФИО2 обжаловал определение от 27.03.2017 в апелляционном порядке. По мнению подателя жалобы, суд надлежащим образом не проверил и не оценил все обстоятельства дела, что привело к вынесению неправомерного судебного акта.

В отзывах ФИО5 и ФИО3 просили оставить определение в силе как законное и обоснованное; финансовый управляющий ФИО11 просил отменить судебный акт.

Определением апелляционного суда от 22.06.2017 удовлетворено ходатайство ФИО2 о назначении судебной экспертизы, производство по делу было приостановлено до получения результатов экспертизы.

После поступления экспертного заключения в суд, производство по делу подлежит возобновлению.

От ФИО5 поступили следующие ходатайства:

- о назначении повторной экспертизы;

- о вызове эксперта Плетень О.И.;

- об истребовании у Арбитражного суда Свердловской области оригинала экспертного заключения по делу №А60-39613/2014;

- о приобщении рецензии ФИО12 (без даты и номера) на заключение эксперта от 21.08.2017 №2017/07-127/П.

- о вызове специалиста;

- об отводе эксперта.

От ФИО3 поступило ходатайство о приобщении рецензии от 29.09.2017 №125 на заключение эксперта от 21.08.2017 №217/07-127/П.

Ходатайства о приобщении рецензий удовлетворены.

В удовлетворении остальных ходатайств судом отказано, так как в деле достаточно доказательств для рассмотрения жалобы по существу. Экспертиза проведена экспертом Плетень О.И., имеющим квалификацию судебного эксперта в соответствующей области (сертификат ОСЭ 2016/08-2062/3 от 30.08.2016), стаж экспертной деятельности более 20 лет, который предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение от 21.08.2017 №2017/07-127/П соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, является обоснованным, не содержит противоречий. Заявитель аргументировано не обосновал целесообразность проведения повторной экспертизы в экспертной организации (ООО ЭУ «Воронежский центр экспертизы»), использующей метод установления давности выполнения реквизитов документа, не позволяющий ответить на поставленные в рамках настоящего дела вопросы (отражено в заключении ФБУ ЮРЦСЭ Минюста России от 06.02.2017 №4044/05-3).

Заявление об отводе эксперта судом не рассматривалось, поскольку по смыслу части 3 статьи 82 АПК РФ, пункта 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" такое заявление может быть сделано до завершения экспертизы, после окончания экспертного исследования, лица, участвующие в деле, вправе выдвигать свои возражения по заключению эксперта.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 2 статьи 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Согласно статье 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Кодексом, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление Пленума №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы (пункт 1).

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума №35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Обосновывая свои требования, ФИО5 сослался на договор займа от 07.02.2014, дополнительное соглашение к нему от 14.02.2014, договор займа от 14.02.2014, дополнительное соглашения к нему от 20.03.2014, договор займа от 17.02.2015, дополнительное соглашение к нему от 04.09.2015, платежные поручения от 11.03.2014, от 19.02.2015, расписки в получении денежных средств от 07.02.2014, 17.02.2015.

Ссылаясь на фиктивность указанных договоров и расписок, ФИО2 заявил о фальсификации.

В целях определения давности подписания документов суд первой инстанции назначил проведение судебной технической экспертизы. Согласно заключению эксперта ФБУ ЮРЦСЭ Минюста России ФИО13 от 06.02.2017 №4044/05-3 решить вопрос о времени выполнения ФИО3 подписей в разделе «подписи сторон» договора займа от 07.02.2014, в расписке на получение денежных средств от 07.02.2014, в разделе «подписи сторон» договора займа от 14.02.2014, в разделе «подписи сторон» дополнительного соглашения от 20.03.2014 к договору займа от 14.02.2014, в разделе «адреса и реквизиты сторон» договора займа от 17.02.2015, не представляется возможным. Эксперт указал, что для установления времени выполнения реквизитов документа в системе государственных судебно-экспертных учреждений Минюста России используется единый методический (комплексный) подход, основанный на изучении остаточного содержания растворителей в штрихах материалов письма, которыми они выполнены. На момент производства экспертизы в части документов отсутствуют летучие компоненты (растворители) в составе материалов письма, которыми выполнены подписи ФИО3, что делает их непригодными для проведения исследования. В других документах, фаза активного старения материала письма завершена, и установить время её выполнения в настоящее время и в будущем, невозможно.

Поскольку эксперт не ответил на поставленные вопросы и указал на отсутствие возможности определить время выполнения реквизитов документов методом изучения остаточного содержания растворителей в штрихах материалов письма, апелляционный суд по ходатайству ФИО2 назначил проведение экспертизы в другой экспертной организации - некоммерческом партнерстве экспертных организаций «Кубань-Экспертиза» (эксперт Плетень О.И.), использующей для определения давности создания объекта метод импульсной ядерной магнитно-резонансной спектрометрии.

Согласно заключению эксперта от 21.08.2017 №2017/07-127П, фактическая дата выполнения ФИО3 подписи в договоре займа от 07.02.2014, в расписке от 07.02.2014, в договоре займа от 14.02.2014, в дополнительном соглашении от 20.03.2014 к договору займа от 14.02.2014, в договоре займа от 17.02.2015, указанным в них датам не соответствует. Подписи выполнены в сентябре-октябре 2015 года.

Поскольку судебная экспертиза подтвердила факт изготовления документов в преддверии банкротства должника (дело возбуждено 03.11.2015), следовательно, эти документы не могут быть признаны надлежащими доказательствами наличия заемных правоотношений в феврале 2014 и 2015 годов.

Расписка от 17.02.2015 на сумму 2 880 000 руб. (т.1 л.д.28) выдачу займа по договору от 17.02.2015 не подтверждает. В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о фактическом расходовании денежных средств должником. В отчете от 27.09.2016 (т.3 л.д.1-2) ФИО3 указал, что средства, полученные по договору от 17.02.2015, были предоставлены в заем ЗАО «Маяк» и ООО «Аргус» в сумме 3 240 200 руб., остальные – израсходованы на обслуживание сельскохозяйственной техники, иную хозяйственную деятельность. В подтверждение указанных расходов представлены только квитанции к приходному кассовому ордеру от 20.02.2015, 27.02.2015, 02.03.2015 (т.3 л.д.34, 37, 38, 41), которые с учетом разъяснений, данных в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума №35, факт передачи денежных средств не подтверждают. Документы бухгалтерского и (или) налогового учета, в которых бы отражались правоотношения по спорным договорам, в деле отсутствуют.

Единственными доказательствами реальности предоставления займов в указанный период (по договорам от 14.02.2014 и 17.02.2015) являются платежные поручения от 11.03.2014 №001134 на сумму 4 млн. руб. и от 19.02.2015 №002045 на сумму 6 млн. руб. (т.1 л.д.22, 25), в которых как на основание платежа имеются ссылки на соответствующие договоры. Однако тексты этих договоров (подписанных соответственно в феврале 2014 и 2015 годов) в деле отсутствуют, что не позволяет определить условия сделок, выяснить действительную волю сторон в тот период (процентный или беспроцентный заем, размер процентов, срок возврата).

При таких обстоятельствах, в отсутствие в деле первоначальной редакции договоров, требования кредитора следует признать обоснованными в размере 10 млн. руб., обоснованность требований в остальной части заявителем не доказана.

Условия договоров займа, подписанных ФИО3 в сентябре-октябре 2015, апелляционным судом не принимаются во внимание, поскольку предметом обособленного спора являются требования, основанные на сделках, совершенных в феврале 2014 и 2015 годов.

Кроме того, на основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Согласно пункту 2 этой статьи в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом, суд может отказать в защите принадлежащего ему права.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Обстоятельства дела, в том числе заключение договоров в преддверии банкротства должника, на очевидно невыгодных для него условиях (значительное превышение средних ставок по процентам, предоставляемых кредитными организациями (48% годовых), перевод обязательств в иностранную валюту, двойные санкции (неустойка, штраф), отсутствие досудебных претензий к заемщику, не предъявление взыскания к солидарному должнику - ООО «Агат» (на основании решений судов общей юрисдикции), последующее подписание должником договоров займа с третьими лицами (ЗАО «Маяк», ООО «Аргус») по ставке 8,25% годовых, свидетельствуют о недобросовестном поведении сторон, направленности сделок на увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение интересов добросовестных кредиторов.

Доводы ФИО5 и ФИО3 сводятся к несогласию с выводами эксперта, однако это не лишает заключение эксперта доказательной силы. Рецензирование заключения проведено заинтересованными лицами самостоятельно вне рамок судебного разбирательства, при проведении анализа рецензент не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оценка доводов рецензента, изложенных в рецензии, сама по себе требует специальных познаний, которыми суд не обладает. Из содержания рецензий усматривается, что для исследования были представлены копии заключения эксперта от 21.08.2017 №2017/07-127/П (в одном случае электронная), при этом указанные копии не подшиты к самим рецензиям, что не позволяет сопоставить содержание заключения, имеющегося в деле, и копий документов, предоставленных рецензентам.

Доводы о том, что используемая экспертом Плетень О.И. методика определения давности создания объекта неопробирована, а наличие патента не свидетельствует о достоверности результатов экспертизы, судебной коллегией отклоняются.

Условия патентоспособности изобретения перечислены в статье 1350 Гражданского кодекса. В качестве изобретения охраняется техническое решение в любой области, относящееся к продукту (в частности, устройству, веществу, штамму микроорганизма, культуре клеток растений или животных) или способу (процессу осуществления действий над материальным объектом с помощью материальных средств), в том числе к применению продукта или способа по определенному назначению. Изобретению предоставляется правовая охрана, если оно является новым, имеет изобретательский уровень и промышленно применимо (пункт 1). Изобретение является промышленно применимым, если оно может быть использовано в промышленности, сельском хозяйстве, здравоохранении, других отраслях экономики или в социальной сфере (пункт 4).

Из приведенных норм патентного права следует, что не являющееся промышленно применимым изобретение, не может быть патентоспособным.

Экспертом Плетень О.И. получен патент на изобретение №2478198 (дата приоритета 19.12.2011) «Способ определения давности события создания объекта, содержащего целлюлозу, метка давности события её создания на поверхности изделия и способ защиты изделия от фальсификации давности события его создания», что свидетельствует о применимости, используемой им методики в практической деятельности.

С учетом изложенного, определение от 27.03.2017 следует изменить, уменьшив подлежащую включению в реестр требований кредиторов сумму до 10 млн. руб.

Понесенные ФИО2 расходы на экспертизу в сумме 430 000 руб. подлежат возмещению за счет проигравшей стороны (пункт 1 статьи 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

возобновить производство по делу.

Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.03.2017 по делу №А63-12805/2015 изменить. Признать обоснованными требования ФИО5 в сумме 10 000 000 руб. и включить их в третью очередь реестра требований кредиторов. В остальной части в удовлетворении требований отказать.

В остальной части определение от 27.03.2017 оставить без изменения.

Перечислить с депозитного счета Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда на счет НП ЭО «Кубань-Экспертиза» (эксперт Плетень О.И.) 430 000 руб. за проведение экспертизы.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 430 000 руб. в счет возмещения расходов на экспертизу.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий Е.Г. Сомов

Судьи: З.А. Бейтуганов

Н.В. Макарова