Постановление от 4 августа 2021 г. по делу № А41-96688/2018

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-8018/2021

Дело № А41-96688/18
04 августа 2021 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 августа 2021 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Шальневой Н.В., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Восход» ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности от 01.09.2020; ФИО4, представитель по доверенности от 18.01.2021; от ФИО5 – ФИО6, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 3549656 от 18.02.2021, зарегистрированной в реестре за № 26/3237-н/77-2021-5-202;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 на определение Арбитражного суда Московской области от 26 марта 2021 года по делу № А41-96688/18 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Восход», по заявлению конкурсного управляющего ООО «Восход» ФИО2 о признании недействительной сделки должника с участием ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 03.06.2019 общество с ограниченной ответственностью «Восход» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи имущества №ТС/2/12-18 от 20.12.2018 г., заключенного между ООО «Восход» и ФИО5, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5, в конкурсную массу ООО «Восход» 725 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 26 марта 2021 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО5 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

Конкурсный управляющий ООО «Восход» ФИО2 представил отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Восход» ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что определение суда первой инстанции подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 20.12.2018 года между должником ООО «Восход» и ФИО5 заключен договор купли-продажи имущества № ТС/2/12-18, на основании которого должник продал ФИО5 транспортное средство Вольво ХС 70 2010 года выпуска, модель № двигателя D5244Т 804295, категория В, VIN <***>, цвет – черный.

Согласно п.п. 2.1 спорного договора стоимость автомобиля стороны определили в сумме 200 000 рублей.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что сделка была совершена при неравноценном встречном исполнении со стороны ФИО5, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Восход».

Удовлетворяя требование конкурсного управляющего, суд первой инстанции посчитал доказанной совокупность условий, необходимых для признания оспариваемого договора недействительным.

В частности суд указал, что договор купли-продажи заключен после возбуждения дела о банкротстве должника; на дату его совершения у должника имелись неисполненные обязательства перед контрагентами, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника; стоимость автомобиля Вольво ХС 70 существенно занижена.

При этом в обоснование вывода о заниженной стоимости автомобиля, предусмотренной договором (200 000 рублей) суд сослался на заключение эксперта 0300/2/2020 от 16.12.2020, выполненное ООО «Московская служба экспертизы и оценки» на основании определения суда от 28.09.2020 г., согласно которому рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 20.12.2018 г. составляла 710 000 рублей.

Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции взыскал с ФИО5 в конкурсную массу ООО «Восход» размере 710 000 рублей.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что при разрешении заявления конкурсного управляющего не были приняты во внимание следующие обстоятельства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 8, 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61. 2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного Постановления).

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве, вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 18.12.2018 г., то есть спорная сделка по отчуждению имущества совершена после возбуждения дела о банкротстве должника.

Суд первой инстанции указал, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные требования кредиторов, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника, в частности требование ПАО Банк «ТРАСТ» (правопреемник АО БАНК АВБ), просрочка перед которым допущена на момент совершения спорной сделки.

В результате спорной сделки из собственности должника выбыло ликвидное движимое имущество при неравноценном встречном предоставлении.

Указанное обстоятельство свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Делая вывод о неравноценном встречном исполнении со стороны ФИО5, суд основывался на заключении эксперта 0300/2/2020 от 16.12.2020, выполненном на основании определения суда от 28.09.2020 г., согласно которому рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 20.12.2018 г. составляла 710 000 рублей.

Однако, ни конкурсным управляющим должником, ни судом не были учтены данные о существенных характеристиках спорного автомобиля и об обстоятельствах, в которых находились стороны договора на момент заключения сделки.

Как следует из материалов дела, спорный автомобиль использовался ООО «РАМФУД» с 2010 года на основании договора выкупного лизинга для целей коммерческой эксплуатации.

В 2015 году имущество было выкуплено ООО «РАМФУД» у лизингодателя по остаточной стоимости в размере 1 000 рублей.

Решением арбитражного суда от 19 мая 2016 года ООО «РАМФУД» признано судом несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

В ходе конкурсного производства имущество было реализовано на открытых торгах, покупателем имущества являлся должник – ООО «Восход».

Пробег спорного автомобиля на момент его продажи ФИО5 составлял 460 000 километров, спорное имущество с 2016 года находилось на открытой стоянке и не эксплуатировалось, у покупателя отсутствовала возможность проверить техническое состояние автомобиля, гарантии на автомобиль не имелось.

Автомобиль требовал значительного ремонта и восстановления целостности его кузова, работоспособности узлов и агрегатов.

ФИО5 в материалы дела представлен Отчет оценщика № 1465 от 02.03.2017 года, на основании которого имущество ООО «РАМФУД», в том числе спорный автомобиль, было выставлено конкурсным управляющим на открытые торги.

Согласно этому отчету стоимость автомобиля была определена в размере 342 876 руб. 07 коп. (позиция № 432 в т. 2, л.д. 108).

Отчет об оценке не был кем-либо оспорен, сведения, содержащиеся в этом отчете, не признаны недостоверными.

ФИО5 в материалы дела представлен также Акт передачи автомобиля от 20.12.2018 г. (т. 1, л.д. 7), из которого следует, что стоимость автомобиля определялась путём осмотра автомобиля покупателем, по результатам которого стороны не имели каких-либо разногласий относительно технического состояния автомобиля.

Также представлены заказ-наряды на ремонт спорного автомобиля от 24.12.2018 г. на сумму 116 120 руб. (т. 3, л.д. 27-28) и от 16.01.2019 г. на сумму 133 630 руб. (т. 3, л.д. 29-30).

В наряд-заказах имеется ссылка на пробег автомобиля, который составлял 460 000 километров на 24.12.2018 г. и 461 000 километров на 16.01.2019 г.

Представлена диагностическая карта автомобиля (т. 3, л.д. 96, л.д. 104), из которой следует, что пробег автомобиля на момент технического осмотра составляет 462 000 километров.

После проведения ремонта автомобиль был реализован ФИО5 третьему лицу за 500 000 рублей, что свидетельствует о том, что за вычетом затрат на приобретение автомобиля 200 000 рублей и его ремонт на сумму 149 750 рублей, ФИО5 получил прибыль в сумме 50 250 рублей.

Однако сама по себе последующая сделка на подтверждает того факта, что рыночная стоимость автомобиля на момент её покупки ответчиком была сторонами намеренно занижена.

В деле нет доказательств того, что за период с 2010 года по февраль 2019 спорный автомобиль мог быть реализован на свободном рынке дороже 500 000 рублей.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ заключение эксперта №0300/2/2020 от 16.12.2020, арбитражный апелляционный суд не может признать его доказательством, достоверно подтверждающим реальную рыночную стоимость спорного автомобиля, поскольку экспертиза проводилась без осмотра и без учета технического состояния автомобиля на момент его продажи ответчику.

Из экспертного заключения следует, что цена определена экспертом лишь путем сравнения с рекламными объявлениями в Интернете, без учета реального состояния автомобиля.

Оценщиком не был принят во внимание значительный пробег автомобиля - 460 000 километров, условия эксплуатации и технического обслуживания.

Приложенные к заявлению конкурсного управляющего сведения об аналогах автомобилей имеют пробег 160 000 километров, то есть на 300 000 километров меньше пробега исследуемого автомобиля.

Кроме того, экспертом не были учтены заказ-наряды на ремонт автомобиля, которые свидетельствуют о его техническом состоянии, диагностические карты с указанным в них пробегом автомобиля 462 000 километров, а также сведения о стоимости автомобиля, содержащиеся в договоре купли-продажи № 32/1 от 06.03.2018 г., заключенном по результатам открытых торгов.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что стоимость автомобиля Вольво ХС 70 2010 года выпуска, VIN <***>, по которой ООО «Восход» продало его ФИО5 (200 000 рублей), с учетом его технического состояния и условий эксплуатации, соответствовала рыночной, доказательства того, что именно в результате оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов в материалы дела не представлены.

Под рыночной стоимостью согласно ст. 3 Закона об оценочной деятельности следует понимать наиболее вероятную цену, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

Безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что встречное предоставление со стороны ФИО5 было неравноценным (то есть цена сделки существенно в худшую для должника сторону отличалась от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах, или не соответствовала действительной стоимости переданного товара) либо не являлось реальным, конкурсный управляющий должника в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд не представил.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Согласно ст. 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Под свободой договора подразумевается, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах.

Однако это не означает, что при заключении договора они могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (контрагентов), а также ограничений, установленных Гражданским кодексом РФ и другими законами (Постановление Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 N 17389/10 по делу N А28-732/2010-31/18).

Принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым принципом, основой для организации современного рыночного оборота. Отступления от этого принципа допускаются лишь в крайних случаях для защиты интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом.

Одним из случаев ограничения свободы договора является направленность сделки на причинение вреда должнику и его кредиторам.

Судом установлено, что доказательств направленности воли сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в материалы дела не представлено.

Злоупотребления правом в действиях сторон апелляционный суд не установил.

Аффилированность ФИО5 по отношению к ООО «Восход» не установлена.

Кроме того, апелляционным судом принято во внимание, что спорный автомобиль приобретен самом должником у ООО "Рамфуд" по результатам проведения открытых торгов в процедуре банкротства ООО "Рамфуд" по стоимости 103 817,83 руб.

При этом, судом отклоняются доводы конкурсного управляющего о том, что данная стоимость обусловлена порядком и условиями проведения торгов, ввиду того, что в состав Лота, помимо спорного имущества входило иное движимое имущество, поскольку бесспорно не может свидетельствовать о приобретении имущества должником по существенно заниженной цене.

При этом, проведение открытых торгов по продаже спорных автомобилей свидетельствует о реальной рыночной цене предложения, которая явно ниже и не сопоставима с указанной конкурсным управляющим стоимостью.

Торги, на которых приобретен спорный автомобиль, не оспорены, недействительными в установленном законом порядке не признаны.

Конкурсным управляющим не доказан факт возможности продажи спорного автомобиля по более высокой цене с учетом его технического состояния на дату сделки.

Кроме того, арбитражный апелляционный суд принимает во внимание, что покупатель при заключении договора купли-продажи и определения стоимости автомобиля, руководствовался, в том числе, отчетом, представленным самим должником, согласно которому его стоимость составила с учетом степени физического износа 103 817,83 руб..

Как отмечалось ранее, аффилированность или иная заинтересованность между сторонами сделки судом не установлена. В свою очередь, ФИО5 приобрел имущество по объявлению, размещенному в сети Интернет на свободном рынке.

Таким образом, заключая оспариваемый договор, покупатель действовал добросовестно и разумно.

Риск неблагоприятных последствий недобросовестных действий должника по отчуждению спорных автомобилей (при наличии таковых) по заниженной стоимости, в любом случае, не может быть возложен на покупателя – физическое лицо.

С учетом установленных обстоятельств по делу, принимая во внимание принципы добросовестности участников гражданских правоотношений и свободы договора, апелляционный суд считает, что ответчик, приобретая вышеуказанное транспортное средство, действовал разумно и добросовестно, таким образом, является добросовестным приобретателем по спорной сделке.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Как отмечалось выше, безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что встречное предоставление было неравноценным (то есть цена сделки существенно в худшую для должника сторону отличалась от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах, или не соответствовала действительной стоимости переданного товара) либо не являлось реальным, конкурсный управляющий должника в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд не представил.

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает, что в данном случае заявителем не доказано то, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, равно как и не доказано наступление для должника и для его кредиторов неблагоприятных последствий (убытков) в результате заключения сделки с учетом цены приобретения автомобилей самим должником.

Таким образом, определение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи имущества №ТС/2/12-18 от 20.12.2018 г., заключенного между ООО «Восход» и ФИО5, и применении последствий недействительности сделки.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 4 части 1 статьи 270, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26 марта 2021 года по делу № А41-96688/18 - отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Восход" - отказать.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

Н.В. Шальнева

В.А. Мурина