Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А36-3548/2023

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


25.09.2025 года                                                        дело № А36-3548/2023

г. Воронеж                                                                                                            


Резолютивная часть постановления объявлена 19.09.2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено  25.09.2025 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи                                        Безбородова Е.А.

судей                                                                                   Ботвинникова В.В.

                                                                                             Ореховой Т.И.


при ведении протокола судебного заседания секретарем Кобозевой Д.Е.,


при участии:


от акционерного общества «Россельхозбанк»: ФИО1 представитель по доверенности от 21.04.2023, паспорт гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Россельхозбанк», Банка ВТБ (публичное акционерное общество) на определение Арбитражного суда Липецкой области от 17.04.2025 по делу № А36-3548/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Гражданка Российской Федерации ФИО2 (далее – заявитель) 28.04.2023 обратилась в Арбитражный суд Липецкой области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом). 

Также заявитель указал Ассоциацию «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», из числа членов которой должен быть утвержден финансовый управляющий.

Определением от 15.06.2023 (резолютивная часть которого                     объявлена 07.06.2023) заявление ФИО2 о признании ее                несостоятельной (банкротом) признано судом обоснованным, в отношении должника введена процедура банкротства – реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». 

Решением суда от 27.10.2023 года, резолютивная часть которого объявлена 23.10.2023 года, ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина.  

Определением суда от 27.10.2023 года, резолютивная часть которого объявлена 23.10.2023, на должность финансового управляющего ФИО2 утвержден ФИО3, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». 

30.10.2023 г. на сайте ЕФРСБ опубликовано сообщение финансового управляющего № 12826052, а 11.11.2023 г. в соответствии со статьей 213.7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение финансового управляющего                      № 77235527794 о введении процедуры банкротства – реализация имущества гражданина в отношении ФИО2           

От финансового управляющего в материалы дела поступило ходатайство о завершении в отношении ФИО2 процедуры банкротства – реализация имущества должника.  

От АО «Россельхозбанк» и Банка ВТБ (ПАО) поступили ходатайства о неприменении в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств перед данными кредиторами.  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 17.04.2025 завершена процедура реализации имущества гражданина в отношении гражданки Российской Федерации ФИО2. В отношении гражданки Российской Федерации ФИО2 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств.

Не согласившись с данным определением в части применения в отношении гражданки Российской Федерации ФИО2 правил об освобождении от обязательств перед АО «Россельхозбанк» и Банком ВТБ (ПАО), АО «Россельхозбанк», Банк ВТБ (ПАО) обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции в обжалуемой части отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Учитывая, что в материалах дела отсутствуют возражения лиц, участвующих в деле, по поводу проверки законности и обоснованности определения только в обжалуемой, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Представитель АО «Россельхозбанк» поддержал доводы апелляционных жалоб, считает определение в обжалуемой части незаконным и необоснованным, просил его отменить.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 14 часов 00 минут 19.09.2025 г.         

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (http://19aas.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва в 14 часов 13 минут 19.09.2025г. судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

В судебное заседание явились:

акционерного общества «Россельхозбанк»: ФИО1 представитель по доверенности от 21.04.2023, паспорт гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

Представитель АО «Россельхозбанк» дополнил свое выступление, поддержал свою правовую позицию, высказанную им ранее.

Выслушав представителя АО «Россельхозбанк», изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе процедуры банкротства в отношении ФИО2  управляющим выполнены все необходимые мероприятия.

Так, согласно отчету от 07.03.2024 г. финансовым управляющим направлены запросы в регистрирующие и контролирующие органы, в газете «Коммерсантъ» и на сайте ЕФРСБ опубликовано информационное сообщение о введении в отношении ФИО2 процедуры банкротства - реализация имущества гражданина.  

В результате проведения процедуры банкротства – реализация имущества гражданина в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на сумму 3 682 117 руб. 42 коп. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

Требования кредиторов удовлетворены в размере 26 649 руб. 42 коп.

Расходы управляющего на проведение процедуры банкротства составили 17 425 руб. 58 коп.

По результатам процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий ФИО3 представил в материалы дела отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина от 07.03.2024 г., а также иные документы о деятельности финансового управляющего в процедуре реализации имущества. 

Из представленного в материалы дела отчета следует, что управляющим в соответствии со ст. 213.9 Закона о банкротстве осуществлялись функции по анализу финансового состояния должника, принятию мер, направленных на поиск, выявление имущества должника, при этом наличия какого-либо имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, не установлено.

Доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы, в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции, руководствуясь нормами статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями, содержащимися в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», пришел к выводу о том, что финансовым управляющим представлены достаточные доказательства, подтверждающие совершение всех необходимых мероприятий процедуры реализации имущества должников, в связи с чем, процедура банкротства подлежит завершению с применением к должнику правил об освобождения от  обязательств.

Как следует из п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве должник освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением требований, определенных федеральным законом (п.п. 5, 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» сформулировано, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.10.2017 № 310-ЭС17-13807, по общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац 4 пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, в том числе предоставление заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений, указанных в Постановлении № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, о чем указывается судом в судебном акте.      

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 29.07.2022 года между АО  «Россельхозбанк» и ФИО2 было заключено кредитное соглашение <***>, по условиям которого должнику были предоставлены заемные денежные средства в размере 706 754 руб. 49 коп., подлежащие возврату не позднее 29.07.2027 года.    

На основании определения от 27.07.2023 года арбитражный суд             признал обоснованными и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования АО «Россельхозбанк» в размере 662 870 руб. 44 коп., в том числе 626 506 руб. 59 коп. – срочная задолженность по основному долгу, 18 460 руб. 11 коп. – просроченная задолженность по основному долгу, 270 руб. 26 коп. – неустойка за неисполнение обязательств по возврату основного долга, 17 416 руб. 19 коп. – проценты за пользование кредитом, 217 руб. 29 коп. – неустойка за неисполнение обязательств по оплате процентов.

29.07.2022 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО2 был заключен кредитный договор № V625/0051-0001876, по условиям которого должнику были предоставлены заемные денежные средства в размере                     1 308 261 руб., подлежащие возврату не позднее 29.07.2027 года.    

На основании определения от 01.08.2023 года арбитражный суд             признал обоснованными и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 284 357 руб. 03 коп., в том числе 1 211 695 руб. 93 коп. – основной долг, 68 676 руб. 70 коп. – плановые проценты, 3 984 руб. 40 коп. – пени.

В ходе рассмотрения дела от АО «Россельхозбанк» и Банка ВТБ (ПАО) поступили ходатайства о неприменении в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств перед данными кредиторами.  

В обоснование своих позиций АО «Россельхозбанк» и Банк ВТБ (ПАО)  ссылались на то, что в течение одного дня ФИО2 было заключено сразу несколько кредитных договоров, в связи с чем, должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательств, что свидетельствует о его недобросовестности.   

Оценив представленные в материалы дела доказательств судом первой инстанции правомерно установлено, что доводы кредиторов АО «Россельхозбанк» и Банка ВТБ (ПАО), изложенные в ходатайствах от 29.03.2024 года, не нашли своего подтверждения в материалах дела, в связи с чем правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание в качестве основания для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств исходя из следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.24 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утвержденного Президиумом ВС РФ 27.11.2019 г., по смыслу п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Наличие кредитных обязательств перед АО «Россельхозбанк», Банком ВТБ (ПАО) и иными кредиторами в данном случае указывает не на недобросовестное поведение должника, а на нахождение должника в тяжелом положении, так как должник не рассчитал свои финансовые возможности при принятии на себя обязательств.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не свидетельствует об умысле должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В материалы дела не представлено доказательств противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств.   

Признаки преднамеренного или фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлены.

Какие-либо сделки, подлежащие оспариванию, финансовым управляющим также не установлены.

Доказательств  наличия у должника скрытых источников дохода и их                  использование по собственному усмотрению в материалах дела также не                 имеется.

Факты сокрытия должником принадлежащего ему имущества также не установлены.           

В материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие, что должник уклонялся от представления в суд документов, или сообщал суду       (финансовому управляющему) недостоверные сведения.

К ходатайству о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств не были приложены какие-либо доказательства, свидетельствующие об указании должником при получении кредита недостоверных сведений о его доходе либо совершении им иных недобросовестных действий.  

Из представленной в суд анкеты-заявления на предоставление кредита, оформленной 29.07.2022 г. в рамках кредитного соглашения <***> (АО «Россельхозбанк»), в разделе 3.8 «Информация о доходах и расходах» должником был указан размер среднемесячного дохода по основному месту работы, который составлял 51 590 руб. 32 коп.

В свою очередь в подразделе «ежемесячные расходы» заемщику было предложено сообщить сведения о наличии (отсутствии) у него следующих видов расходов:

1) Обязательные выплаты (арендные, коммунальные, страховые, за обучение);

2) Алименты;

3) Расходы на ведение ЛПХ (совокупные за последние мес.);

4) Прочие выплаты.

Не указание должником данных о наличии (отсутствии) у заемщика каких-либо иных кредитных обязательств, а также о размере ежемесячного платежа по ним не свидетельствует о недобросовестности должника, а свидетельствует об ошибочном понимании существа вопросов.   

В свою очередь, в представленной анкете-заявлении на получение кредита, оформленной 29.07.2022 г. в рамках кредитного договора                               № V625/0051-0001876 (Банк ВТБ (ПАО)), в принципе не содержался вопрос о наличии (отсутствии) у заемщика каких-либо ежемесячных расходов, а равно кредитных обязательств и о размере ежемесячного платежа по ним.

Поскольку обязательства перед кредитными организациями АО «Россельхозбанк», Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Росбанк» и АО «Райффайзен банк» возникли в один день, т.е. 29.07.2022 года и просрочек по ним на дату заполнения анкеты (29.07.2022 года) не могло возникнуть, в связи с этим на десятый вопрос анкеты со стороны должника был получен отрицательный ответ.     

Заемщик, не являющийся профессиональным участником кредитных правоотношений, при заполнении анкеты, в большинстве случаев представляющем собой техническую процедуру, мог не предусмотреть, что под прочими расходами (помимо аренды, обучения, алиментов) необходимо было отразить сведения о размере ежемесячного платежа по кредитам.

При этом, у банков отсутствовали объективные препятствия для четкой, понятной неопределенному кругу физических лиц и недвусмысленной формулировки вопроса в анкете относительно наличия либо отсутствия у заемщика иных кредитных обязательств и о размере ежемесячных платежей по ним.

Квалификация поведения должника как недобросовестного зависит от совершения должником именно умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора.

АО «Россельхозбанк» указывал, что должник представил заведомо ложные (недостоверные) сведения о своих кредитных обязательствах, а это свидетельствует о недобросовестности и наличии признаков злоупотребления правом.

Отклоняя вышеуказанный довод, содержащийся также в апелляционных жалобах, арбитражный суд первой инстанции правомерно указал на то, что под предоставлением заведомо ложных (заведомо недостоверных) сведений понимается умышленное указание в документах недостоверных данных с целью получения каких-либо выгод путем обмана, сопряженное, как правило, с нарушением прав и (или) законных интересов других лиц.

Предоставление же недостоверных сведений без квалифицирующего признака «заведомой ложности» не носит характера умышленных действий, направленных на получение выгод путем обмана. Недостоверные сведения могут предоставляться и неумышленно (в результате заблуждения, ошибок, использования непроверенных данных и т.п.). Лицо, предоставившее недостоверные сведения, может в их отношении добросовестно заблуждаться, считая их достоверными. Лицо же, предоставившее заведомо ложные (заведомо недостоверные) сведения, действует умышленно, т.е. знает об их недостоверности и желает или сознательно допускает их предоставление (Определение ВС РФ от 28.01.2025 г. № 301-ЭС24-13995). 

Между тем, как правомерно установлено судом первой инстанции, вышеизложенные обстоятельства настоящего дела не свидетельствуют о том, что при возникновении заемных обязательств в отношении АО «Россельхозбанк» и Банк ВТБ (ПАО), на которых кредиторы основывали свои требования, должник действовал незаконно, предоставил кредиторам заведомо ложные сведения при получении кредитов, что исключает применение в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

При этом судом первой инстанции правомерно установлено, что само по себе заключение нескольких кредитных договоров в течении одного или нескольких дней в отсутствии доказательств наличия вышеприведенных обстоятельств (сокрытия или искажения информации об имущественном положении и ранее полученных кредитах при условии ее затребования кредитором) может свидетельствовать о неразумности поведения должника и неверной оценке им собственных финансовых возможностей, но никак не о незаконности его действий и (или) недобросовестности последнего.  

Как следует из материалов дела, на дату оформления спорных Договоров <***> (АО «Россельхозбанк») и № V625/0051-0001876 (Банк ВТБ (ПАО)) от 29.07.2022 года должник имел постоянный источник дохода (осуществлял трудовую деятельность в АО «Данон Россия»), средний ежемесячный размер которого составлял 51 000 руб.

Достоверность указанных сведений, содержащихся, в том числе в оформленных должником анкетах, подтверждена представленными доказательствами.    

При этом, в результате заключения ФИО2 29.07.2022 года четырех кредитных договоров общий размер ежемесячных платежей составил 84 014 руб., в том числе 16 500 руб. – АО «Россельхозбанк», 28 700 руб. – Банк ВТБ (ПАО), 15 800 руб. – АО «Райффайзен банк», 23 014 руб. – ПАО «Росбанк».   

Таким образом, размер ежемесячных платежей по взятым должником кредитам превышал его официальный средний ежемесячный доход по основному месту работы на 33 014 руб. (84 014 руб. – 51 000 руб.) 

Между тем, на дату заключения спорных кредитных договоров у должника имелся дополнительный источник дохода в виде поступления платежей за оказанные услуги от клиентки ФИО4  

Из представленной в материалы дела выписи с расчетного счета, открытого на имя ФИО2 следует, что в течение шести месяцев, предшествующих заключению спорных кредитных договоров (29.07.2022 г.), т.е. в период с 10.01.2022 г. по 13.07.2022 г., от ФИО4 в пользу должника были перечислены денежные средства в общем размере                       2 750 206 руб.

Указанные платежи носили не разовый, а систематический характер и поступали ежемесячно. 

В связи с этим, совокупный средний ежемесячный доход ФИО2 на дату заключения спорных кредитных договоров (29.07.2022 г.) составлял чуть более 500 000 руб, в том числе 51 000 руб. – доход по основному месту работы, 458 367 руб. 66 коп. – дополнительный доход                                   (2 750 206 руб./6 мес.).  

С учетом изложенного, финансовое положение должника позволяло производить ему ежемесячные платежи по кредитам на сумму 84 014 руб.    

Как пояснила ФИО2, именно за счет дополнительных поступлений от ФИО4 она намеревалась осуществить своевременное и полное исполнение принятых на себя обязательств по заключенным кредитным договорам.           

Между тем, в последующем клиентка ФИО4, которой оказывались услуги, покинула территорию РФ и дополнительный доход должником был утрачен (последний платеж поступил 16.12.2022 г. в размере 100 000 руб.).

Несмотря на указанное обстоятельство, должником производилось исполнение обязательств по заключенным им кредитным договорам.    

Так, из представленных в материалы дела расчетов задолженности и            выписок со счетов применительно к каждому из кредитных договоров                        усматривается следующее:   

1) по кредитному Договору <***> от 29.07.2022 года, заключенному с АО «Россельхозбанк», общая сумма произведенных должником платежей составила 122 271 руб. 84 коп.;

2) по кредитному Договору № V625/0051-0001876 от 29.07.2022 г., заключенному с Банк ВТБ (ПАО), общая сумма произведенных должником платежей составила 277 387 руб. 93 коп.;

3) по кредитному Договору № PIL22072076352 от 29.07.2022 г., заключенному с АО «Райффайзен банк», общая сумма произведенных должником платежей составила 143 649 руб. 34 коп.;

4) по кредитному Договору № 8750I103KDN107806773 от 29.07.2022 г., заключенному с ПАО «Росбанк», общая сумма произведенных должником платежей составила 161 131 руб. 75 коп.

Таким образом, общая выплаченная должником сумма по четырем  кредитам в течение восьми месяцев (с 01.08.2022 г. по 01.04.2023 г.) составила 704 440 руб. 86 коп., т.е. ежемесячно ФИО2 производила оплату в размере 88 055 руб. 10 руб.

С учетом изложенного, несмотря на потерю дополнительного источника дохода в существенном размере должник на протяжении восьми месяцев продолжал ежемесячное погашение задолженности по указанным кредитным договорам. Причем размер данных платежей в указанном периоде (88 055 руб. 10 коп.) превышал ежемесячный заработок должника (51 000 руб.), разница возмещалась за счет денежных средств, полученных от супруга должника.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, указанное поведение должника позволяет прийти к выводу о том, что при заключении спорных кредитных договоров цель последующего невозврата полученных денежных средств у ФИО2 отсутствовала.     

При этом судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что должником ежемесячно осуществлялись  платежи по данным кредитам по март 2023 года включительно, т.е. до момента обращения в арбитражный суд с заявлением о признании                          несостоятельным (банкротом), которое имело место в апреле 2023 года.

Таким образом, указанные сведения свидетельствуют о том, что                         должником предпринимались попытки частичного погашения выданных  кредитов, что не позволяет сделать однозначный вывод о недобросовестности ФИО2 или о наличии у последний                намерений ввести банк в заблуждение относительно своего финансового             положения в целях последующего невозврата полученных денежных                   средств. 

В случае наличия у должника намерений ввести банк в заблуждение с      целью последующего невозврата полученных в кредит денежных средств            должником не производилось бы погашение задолженности на протяжении указанного периода времени в общей сумме более 700 000 руб.  

Более того, из представленных в материалы дела документов усматривается, что в предшествующие периоды времени должником производилось своевременное погашение задолженности по кредитным обязательствам, что также не позволяет говорить о недобросовестности последнего.

Доказательств того, что при оформлении кредитных договоров с АО «Россельхозбанк» и Банк ВТБ (ПАО) должник действовал явно с намерением причинить вред данным кредиторам, намеренно скрыл информацию о своем доходе и кредитных обязательствах, то есть действовал явно с умыслом, совершил мошенничество, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности, в материалы дела не представлено.

Реализация предусмотренного законом права на обращение в суд с                          заявлением о признании себя банкротом не может расцениваться как                        намеренное уклонение от погашения кредиторской задолженности и не может свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.

В письменных пояснениях должник указывал на то, что полученные заемные денежные средства предполагалось использовать для улучшения жилищных условий, так как планировалось пополнение в семье, а также погашения имевшихся долговых обязательств супруга, возникших в сфере предпринимательской деятельности.   

ФИО2 поясняла также, что в 2023 году она забеременела и планировала улучшить сложившуюся ситуацию по кредитам, в том числе с  помощью выплат по беременности и родам. Однако, 28.04.2023 года у должника произошел самопроизвольный выкидыш (см. выписной эпикриз из истории болезни № 7212). 

Ухудшение общего состояния здоровья ФИО2 послужило также одной из причин возникновения просроченной задолженности и принятия должником решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

С учетом вышеизложенного, судом первой инстанции правомерно установлено, что данные обстоятельства не позволяют прийти к выводу о том, что в рассматриваемом случае при заключении и исполнении обязательств по Договорам № <***> (АО «Россельхозбанк») и № V625/0051-0001876 (Банк ВТБ (ПАО)) от 29.07.2022 года ФИО2 действовала незаконно и (или) недобросовестно. 

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о применении к должнику правил об освобождении от обязательств перед АО «Россельхозбанк» и Банком ВТБ (ПАО).

Доводы заявителей апелляционных жалоб о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку не опровергают законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

 В остальной части определение Арбитражного суда Липецкой области от 17.04.2025 по делу № А36-3548/2023 не обжалуется.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Липецкой области от 17.04.2025 по делу № А36-3548/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                       Е.А. Безбородов


Судьи                                                                                В.В. Ботвинников


                                                                                           Т.И. Орехова