Постановление от 24 октября 2023 г. по делу № А40-137926/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-52753/2023

Дело № А40-137926/21
г. Москва
24 октября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.А. Комарова, С.А. Назаровой,

при ведении протокола помощником судьи Р.М. Ханикаевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2023 о признании недействительным договор купли-продажи от 01.03.2021 между ФИО2 и ФИО1 по отчуждению жилого помещения и применении последствия недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,


при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3, по дов. от 21.06.2022

от ФИО4 – ФИО5, по дов. от 05.10.2022

от ФИО4 – ФИО6, по дов. от 05.10.2022

ФИО1, лично, паспорт

от ФИО1 – ФИО7 (по устному ходатайству в порядке ст. 62 АПК РФ)

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2022 в отношении гражданина-должника Зияевои? ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника суд утвердил арбитражного управляющего ФИО9.

В Арбитражныи? суд города Москвы 16.06.2022г. поступило заявление финансового управляющего должника об оспаривании сделки должника, а именно:

1. Признать недеи?ствительнои? сделку, Договор купли-продажи от 01.02.2021, совершенную между Зияевои? Т.Н. и ФИО1 по отчуждению жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенное по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103;

2. Применить последствия недеи?ствительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу, а именно перерегистрации жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенное по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103, на имя Зияевои? ФИО8 органами, осуществляющими государственную регистрацию права собственности на недвижимое имущество.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2023 удовлетворено заявление финансового управляющего должника о признании недеи?ствительным договора купли-продажи от 01.03.2021 между Зияевои? Т.Н. и ФИО1 по отчуждению жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенное по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103. Признан недеи?ствительным договор купли-продажи от 01.03.2021 между Зияевои? Т.Н. и ФИО1 по отчуждению жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенное по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103. Применены последствия недеи?ствительности в виде возврата имущества в конкурсную массу, а именно перерегистрации жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенное по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103, на имя Зияевои? ФИО8 органами, осуществляющими государственную регистрацию права собственности на недвижимое имущество.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2023 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

До заседания в апелляционный суд от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам спора в порядке статьи 262 АПК РФ. От финансового управляющего – письменные пояснения, как несоответствующие положениям статьи 81 АПК РФ.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представитель должника и ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Протокольным определением апелляционный суд возвратил дополнительные документы, приложенные к апелляционной жалобе ввиду того, что апеллянтом не заявлялось ходатайство об их приобщении, а также не представлены доказательства невозможности представить данные документы в суд первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Как следует из доводов заявления, жилое помещение, а именно квартира, кадастровыи? номер: 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенная по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103, отчуждено Зияевои? Т.Н. в пользу Хамзатова Зубаи?ра Ахмедовича, переход права собственности на нежилое помещение зарегистрирован 12.04.2021. В связи с тем, что сделка совершена в установленныи? Законом о банкротстве период подозрительности, когда ФИО2 отвечала признакам банкротства, поскольку имела задолженность перед ФНС России с 2019 г., превышающую 500 000 руб., по мнению финансового управляющего, указанная сделка может быть признана недеи?ствительнои? в соответствии со ст. 62.1 Закона о банкротстве.

Согласно полученным финансовым управляющим сведениям, договор купли-продажи квартиры был заключен 01.03.2021, цена объекта, согласованная сторонами, составила 30 000 000,00 руб. При этом рыночная стоимость такои? квартиры превышала на дату заключения договора 59 млн руб., кадастровая стоимость жилого помещения составляет 35 905 452,13 руб., то есть сделка заключена на невыгодных для должника и его кредиторов условиях, вследствие чего может быть признана арбитражным судом недеи?ствительнои? по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Как отметил финансовыи? управляющии?, в оспариваемом договоре имеются несоответствия по цене, что является существенным нарушением условии? договора, а именно: в п. 16 договора указано, что договор считается исполненным: «- передачи Покупателем указаннои? в п. 4 настоящего договора суммы денег за приобретаемую квартиру продавцу, что оформляется распискои? продавца, подтверждающеи? получения продавцом денежных средств в размере суммы, равнои? 27 000 000 (Двадцать семь миллионов) рублеи?», при этом ранее согласованная цена составляла 30 000 000 (тридцать миллионов) рублеи?.

Кроме того, у финансового управляющего имеются обоснованные сомнения в возможности ФИО1 располагать столь крупными денежными суммами, которые он мог передать Зияевои? Т.Н. банкнотами в наличнои? форме.

С учетом того, что после совершения сделки ФИО2 и члены ее семьи продолжают быть зарегистрированными в отчужденнои? квартире, оплачивать коммунальные платежи и обслуживать имущество, финансовыи? управляющии? приходит к выводу о фиктивном заключении договора купли-продажи с целью либо вывести имущество из конкурснои? массы, либо прикрыть иную сделку.

В материалы дела представлен отзыв представителя Зияевои? Т.Н., в соответствии с которым должник считает заявление финансового управляющего законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Так, между должником и ответчиком заключен договор купли-продажи квартиры (ДКП) от 01.03.2021 в соответствии с договором должник (продавец) передала в собственность ответчика (покупателя) квартиру, расположенную по адресу: <...>, кв. 103, собственником которои? являлась. Стороны согласовали стоимость квартиры в размере 30 000 000 (тридцать миллионов) рублеи?.

Однако, как следует из доводов должника, договор заключен Зияевои? Т.Н. и ответчиком лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия. В деи?ствительности ФИО2 не была намерена прекратить принадлежащее еи? право собственности на квартиру и получить от ответчика денежные средства, а ответчик не имел намерения приобрести право собственности на квартиру и передать должнику денежные средства за квартиру. Более того, указанная сделка прикрывает собои? другую сделку – залог квартиры по договору заи?ма. Сделка по отчуждению Зияевои? Т.Н. ответчику квартиры является и мнимои?, и притворнои?, поскольку: должник и ответчик не осуществили расчеты по договору, ответчик не передавал непосредственно Зияевои? Т.Н. денежные средства за квартиру, расписка и все документы, в том числе сам договор купли-продажи квартиры были составлены под влиянием заблуждения. Таким образом, указанная сделка является притворнои? – совершеннои? с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом.

В обоснование своеи? позиции ФИО2 пояснила, что такое существенное условие договора, как стоимость объекта недвижимости – не согласовано. В п. 4 оспариваемого договора указана стоимость квартиры в 30 000 000 (тридцать миллионов) рублеи?, в то время как в п. 16 договора указано, что договор считается исполненным: «- передачи Покупателем указаннои? в п. 4 настоящего договора суммы денег за приобретаемую квартиру продавцу, что оформляется распискои? продавца, подтверждающеи? получения продавцом денежных средств в размере суммы, равнои? 27 000 000 (Двадцать семь миллионов) рублеи?.». Кроме того, указала, что для должника экономически нецелесообразно было продавать квартиру за такую сумму, поскольку согласно отчету № 11042022/313Ю от 11.04.2022 об оценке рыночная стоимость 4-комнатнои? квартиры, назначение: жилое, общая площадь 92,5 кв.м., этаж № 6, адрес объекта: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103 на дату заключения сделки – 01.03.2021 составляла: 59 623 000 (пятьдесят девять миллионов шестьсот двадцать три тысячи) рублеи?. При этом, по мнению должника, доказательства наличия у ответчика финансовои? возможности оплатить приобретенную квартиру отсутствуют.

Далее пояснила относительно притворного характера оспариваемои? сделки, указав, что сделка прикрывает собои? договор залога квартиры, которые стороны подразумевали при ее заключении. В свою очередь, указанныи? залог квартиры должен был обеспечить исполнение договора заи?ма, полученного ФИО10 – сыном должника.

В ноябре 2019 году ФИО10 попросил свою мать – ФИО2 заключить договор заи?ма с микрокредитнои? организациеи? ООО МКК «Кредди» (ИНН <***>) по адресу Москва, бульвар Энтузиастов дом 2 этаж 3 комната № 50. Заключение данного договора заи?ма было необходимо для осуществления коммерческои? деятельности ООО «Далер» – компании сына, которая занималась пассажирскими перевозками.

07 декабря 2019 года между ООО МКК «Кредди» и Зияевои? Т.Н. был заключен договор заи?ма № 12/07122018 на сумму 16 000 000 рублеи? с процентнои? ставкои? 56% годовых ежемесячно. Заем был обеспечен залогом в виде квартиры, расположеннои? по адресу, <...>, квартира 103. Заемные денежные средства были получены на расчетныи? счет должника и потрачены ФИО10 частично на покупку автомашин такси и погашения имеющихся задолженностеи?. В течение восьми месяцев ФИО10 оплачивал задолженность и проценты по заи?му, однако примерно с августа 2020 года возможность оплачивать задолженность перед кредитнои? организациеи? была утрачена. На январь 2021 года сложилась значительная задолженность перед ООО МКК «Кредди» в размере 24 000 000 рублеи?.

В целях погашения указаннои? задолженности ФИО10 обратился к ответчику – ФИО1 Зубаи?ру Ахмедовичу, которыи? обязался выплатить за него задолженность. Стороны договорились о том, что ответчик погашает имеющуюся задолженность перед ООО МКК «Кредди» своими собственными средствами, а ФИО10 должен будет в течение одного года возместить его затраты в размере 29 000 000 рублеи?, о чем была составлена расписка.

Не дождавшись наступления срока возврата денежных средств по расписке с ФИО10, ответчик потребовал досрочного погашения задолженности, и, поскольку сын Зияевои? Т.Н. не имел собственности, он обратился к матери – Зияевои? ФИО8. Ответчик и ФИО10 убедили должника, что договор купли-продажи квартиры от 01.03.2021 носит исключительно формальныи? характер и подготовлен в целях обеспечения оплаты по договору заи?ма. Ответчик забрал все документы по указаннои? сделке и сообщил, что регистрация перехода права собственности не состоится.

При этом, как пояснила ФИО2, ответчик не оплачивает коммунальные услуги и другие платежи по содержанию квартиры в надлежащем состоянии, а также налог на недвижимость, что подтверждается квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг; ответчик не вселялся в квартиру, не проживает и не зарегистрирован в неи?, что подтверждается выпискои? из домовои? книги; финансово-лицевои? счет на квартиру не переоформлялся в связи со сменои? собственника на ответчика, что подтверждается финансовым лицевым счетом; должник продолжает нести расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг, осуществляет техобслуживание квартиры, сдает квартиру по договору наи?ма, что подтверждается квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг.

При указанных обстоятельствах должник просит суд признать недеи?ствительнои? сделку, а именно договор купли-продажи от 01.02.2021, совершенную между Зияевои? Т.Н. и ФИО1 по отчуждению жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенного по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103, и применить последствия недеи?ствительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Из представленного в материалы дела представителем ответчика отзыва следует, что в опровержение доводов финансового управляющего ФИО1 денежные средства передавались наличными, что подтверждается распискои? должника, а также нотариально заверенными показаниями лиц, находящихся у нотариуса в день совершения сделки. В подтверждение наличия у ФИО1 денежнои? суммы, переданнои? в счет оплаты по договору, ответчиком представлены выписки по расчетному счету физического лица на дату совершения сделки. Также, по мнению ответчика, подтверждением реального исполнения условии? сделки является факт того, что данная квартира по договору купли-продажи фактически выбыла из владения должника, что подтверждается оплатои? ФИО1 налогов за квартиру, что, в свою очередь, подтверждается соответствующими квитанциями. Как полагает ответчик, указанные обстоятельства в совокупности говорят о том, что спорная квартира фактически выбыла из должника и находится в фактическом владении ФИО1 Полученные денежные средства от ФИО1 были направлены должником на погашение имеющеи?ся задолженности перед кредиторами, что находит подтверждение в снятии обременения со спорнои? квартиры в день регистрации договора купли-продажи между должником и ответчиком, то есть 02.03.2021.

Далее ответчик пояснил относительно стоимости отчужденнои? квартиры. Согласно п. 2.1 Договора стороны определили цену недвижимого имущества в 27 000 000 рублеи?. Аналогичная оценка данного жилого помещения была произведена кредитнои? организациеи?. При этом согласно решению Таганского раи?онного суда г. Москвы от 30.10.2020 по делу №02-1675/2020 ликвидационная стоимость составляет 27 000 000 руб., более того, спорная квартира выставлялась на торги по стоимости 27 239 000 руб. Обстоятельств несоответствия данного отчета нормам деи?ствующего законодательства финансовым управляющим не представлено. Учитывая изложенное, ФИО1 считает, что мнение о несоответствии рыночнои? стоимости не подтверждено надлежащими доказательствами и является ошибочным.

Полагает, поскольку при отчуждении должником спорнои? квартиры сделка носила возмездныи? характер, денежные средства поступили в распоряжение продавца в полном объеме, условия сделки соответствовали рыночным, соответственно, причинение вреда кредиторам в результате совершения даннои? сделки истцом не доказано. Мнение финансового управляющего о том, что реализация данного имущества привела в том числе и к последствиям, согласно которому должник перестал обладать признаками платежеспособности, ответчик считает необоснованным, поскольку должник по указаннои? сделке получил равноценное встречное исполнение, а к уменьшению конкурснои? массы привели его дальнеи?шие деи?ствия по распоряжению денежными средствами по его усмотрению.

В опровержение позиции ответчика ФИО1 от представителя должника в порядке ст. 81 АПК РФ в материалы дела поступили письменные возражения, согласно которым должник считает изложенные ответчиком в отзыве доводы несостоятельными по следующим основаниям.

По мнению должника, в материалы дела не представлено доказательств наличия финансовои? возможности передачи денежных средств должнику на дату заключения договора купли-продажи. Документы, представленные ФИО1 в обоснование наличия у него финансовои? возможности по передаче Зияевои? Т.Н. денежных средств в размере 30 000 000 (тридцать миллионов) рублеи?, не являются финансовыми документами, отражающими движение денежных средств, снятие со счета и получение адресатом, зачисление на расчетныи? счет, отражение в налоговом учете. Выписка из лицевого счета по вкладу Сбербанка содержит информацию о наличии на дату заключения договора – 104 100 руб. 18 коп. Выписка по движению денежных средств по счету по карте «Visa Platinum Премьер» на 31.12.2020 - 67 405 руб. 18 коп.

Как полагает ФИО2, выписка по движению денежных средств по счету по карте «Visa Platinum Сбербанка России» на 28.02.2020 не может быть принята ко вниманию, поскольку содержит информацию о движении денежных средств за год до заключения договора купли-продажи. По состоянию на 28.02.2020 остаток средств по неи? составлял 5 094 руб. 22 коп. Считает, что выписка по движению денежных средств по счету по карте «Visa Platinum Сбербанка России» на 06.05.2020 также не может быть принята ко вниманию, поскольку содержит информацию о движении денежных средств за год до заключения договора. По состоянию на 06.05.2020 остаток денежных средств на указанную дату отсутствует. Выписка, представленная за период с 16.03.2021 по 23.06.2022 не может быть принята в качестве доказательства наличия финансовои? возможности заключения сделки, поскольку период, указанныи? в выписке не соответствует дате заключения договора – 01.03.2021. Таким образом, по выпискам представлена сумма в размере 176 599 руб. 58 коп.

Далее ФИО2 отметила, что в материалы дела было представлено два нотариальных заявления на имя финансового управляющего должника: ФИО11 и Баи?хатова ФИО12 Асрудиновича. Как указывают свидетели, именно в их присутствии 01.02.2021 в нотариальнои? был заключен договор купли-продажи и переданы денежные средства Зияевои? Т.Н. Вместе с тем, как указал должник, данные показания являются недостоверными, так как спорны договор был заключен 01.03.2021, а не 01.02.2021, простая письменная форма договора является доказательством того, что нотариус не принимал участие в оформлении указаннои? сделки. Следовательно, свидетельские показания не соответствуют фактическим обстоятельствам заключения договора купли-продажи, не подтверждают получение денежных средств должником. В спорном договоре и расписке отсутствует указание на заключение сделки в присутствии свидетелеи?, их подписи.

Пояснив, что оценка, представленная ответчиком, не соответствует рыночнои?. Ссылка ответчика на решение Таганского раи?онного суда г. Москвы от 30.10.2020 по делу № 02-1675/2020 о том, что стоимость квартиры составляет 27 000 000 (двадцать семь миллионов) рублеи? является несостоятельнои?: как верно указал ответчик, указанная стоимость является ликвидационнои?. При этом «рыночная стоимость» и «ликвидационная стоимость» являются различными и раскрываются в ст. 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочнои? деятельности в России?скои? Федерации». Таким образом, по мнению должника, установленная судом ликвидационная стоимость объекта не отвечает ситуации квартиры по рыночнои? цене.

Вместе с тем, как указала ФИО2, представленные ответчиком документы косвенно подтверждают позицию должника о недеи?ствительности сделки.

Согласно представленному в материалы дела уточненному отзыву представителя конкурсного кредитора Захаровои? М.А. следует, что кредитор считает доводы заявления финансового управляющего законными и обоснованными, а оспариваемыи? договор от 01.03.2021 – недеи?ствительным в соответствии с п.1 ст.61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

По мнению Захаровои? М.А., в материалах дела имеются достоверные доказательства существенного превышения рыночнои? стоимости квартиры (51,6 млн. руб.) над ценои? сделки (30,0 млн. руб.). Так, согласно заключению эксперта № А40-137926-2021-164-375ОЭ, выполненному в рамках назначеннои? судом экспертизы, рыночная стоимость квартиры по адресу: <...>, кв.103 на 01.03.2021 с учетом обременении? составляет 51 603 800 руб., что на 72% превышает цену оспариваемои? сделки. При определении стоимости квартиры экспертом была применена корректировка (-7,5%) на объем передаваемых прав, применяемая при наличии ограничении? на право собственности или иных обременении?. При этом по условиям оспариваемои? сделки ее предметом являлась квартира, свободная о каких-либо обременении? и ограничении? (п.7 Договора купли-продажи от 01.03.2021). Согласно материалам регистрационного дела Росреестра имевшаяся на 01.03.2021 запись о наличии обременения (ипотеки) была погашена 04.03.2021, переход права собственности по договору зарегистрирован 12.04.2021.

Таким образом, в соответствии с условиями оспариваемои? сделки покупатель должен был получить и получил объект недвижимости, свободным от каких-либо обременении?. Рыночная стоимость квартиры на 01.03.2021 без учета обременении? составляет 59 623 000 руб., что на 99% превышает цену оспариваемои? сделки, что подтверждается имеющимся в материалах дела отчетом об оценке ООО «Инвест Консалтинг» от 11.04.2022 № 11042022/313Ю. Доказательства инои? величины рыночнои? стоимости квартиры на 01.03.2021 (без учета обременении?), кроме указаннои? в отчете ООО «Инвест Консалтинг» от 11.04.2022 № 11042022/313Ю, в материалах дела отсутствуют. Представленные ответчиком ФИО1 отчеты об оценке ООО «ДиАнМакс» № О1299.22ДС от 04.08.2022 и № 01298.22ДС от 04.08.2022 не обладают признаками относимости к настоящему спору, поскольку устанавливают рыночную стоимость объекта оценки на 09.06.2020 и на 04.08.2022, что существенно отстает по времени от даты совершения оспариваемои? сделки 01.03.2021.

Как полагает кредитор, в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства оплаты ответчиком цены сделки в размере 30 млн. руб. Представленные ответчиком выписки по счетам ФИО1 не содержат никаких сведении? о снятии им наличных денежных средств в какои?-либо сумме и никак не могут свидетельствовать о наличии у ответчика 01.03.2021 финансовои? возможности оплатить 30 000 000 руб. наличными. Более того, выписки свидетельствуют только лишь об однои? операции с наличными денежными средствами – 06.07.2021 через кассу банка на счет ответчика № 40817810438041344658 были внесены наличные средства в сумме 23 900 000 руб., которые были списаны 18.08.2021 в безналичном порядке на счет 40901810738000145608 (лицевои? счет на балансовом счете банка № 40901 «Аккредитивы к оплате» является счетом для учета сумм, поступивших для оплаты аккредитива). Таким образом, если ответчик и располагал когда-либо какими-либо наличными средствами в существеннои? сумме, они были использованы им не для наличных расчетов с Зияевои? Т.Н. 01.03.2021, а для расчетов по аккредитиву с другими лицами 18.08.2021.

Относительно показании? свидетелеи? ФИО4 пояснила, что заявления граждан Баи?хатова Н.А. и ФИО11 содержат их заверения о том, что расчет по договору, а также подписание должником договора и расписки, состоялись в их присутствии 01.02.2021, при этом дата 01.02.2021 не имеет никакого отношения к деи?ствительным обстоятельствам настоящего спора, зато полностью соответствует случаи?нои? опечатке, допущеннои? финансовым управляющим в просительнои? части своего заявления об оспаривании сделки в которои? ошибочно в качестве даты договора вместо 01.03.2021 указана дата 01.02.2021. Данное обстоятельство дает кредитору основания полагать, что Баи?хатов Н.А. и ФИО11 очевидцами каких-либо событии?, относящихся к спору, в деи?ствительности не являлись, а их представление об обстоятельствах дела ограничивается лишь сведениями (в том числе ошибочными), содержащимися в заявлении финансового управляющего.

Далее кредитор ФИО4 дала пояснения относительно расписок ФИО13 от 03.03.2021 и ФИО14 от 01.03.2021.

Так, расчеты должника с ФИО13 осуществлялись за счет средств, полученных должником от Захаровои? М.А. (а не от ответчика) в соответствии с п.4.1, п.4.2 Соглашения об условиях сделки от 05.03.2021, заключенного между должником и Захаровои? М.А. относительно порядка купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу: Московская обл., Одинцовскии? р-н, с/о Назарьевскии?, <...> (факт оплаты Захаровои? М.А. должнику суммы задатка 8 000 000 руб. до 05.03.2021 подтвержден вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о банкротстве при рассмотрении обоснованности требования Захаровои? М.А.).

Из условии? оспариваемого договора купли-продажи от 01.03.2021 следует, что при его заключении стороны исходили из отсутствия факта оплаты цены договора по состоянию на дату его подписания:

- согласно п.5 договора оплаты квартиры производится покупателем в течение 1 дня после государственнои? регистрации перехода права собственности на квартиру к покупателю;

- согласно п.6 договора стороны договорились о том, что право залога продавца в соответствии с п.5 ст.488 ГК РФ не возникает.

Ответчиком не представлены какие-либо разумные объяснения относительно цели включения им в договор указанных условии?, являющихся бессмысленными и прямо противоречащими факту оплаты цены квартиры, якобы имевшему место в день подписания договора.

Таким образом, факт составления ФИО14 расписки именно в дату заключения договора купли-продажи от 01.03.2021 свидетельствует не о том, что расчеты с ФИО14 осуществлены за счет средств, поступивших от ответчика в оплату по договору от 01.03.2021, а об обратном – о том, что расчеты с ФИО14 никак не могли быть осуществлены за счет средств, которые должны были поступить должнику от ответчика по договору от 01.03.2021.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, по мнению конкурсного кредитора, имеется вся совокупность обстоятельств, предусмотренных п.1 ст.61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», достаточных для признания судом договора купли- продажи квартиры от 01.03.2021 недеи?ствительным.

Признавая спорную сделку недействительной, суд первой инстанции, учтя положения статей 2. 61.2 Закона о банкротстве, статьи 170 ГК РФ, исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что заявление о признании гражданина-должника Зияевои? ФИО8 несостоятельнои? (банкротом) принято Арбитражным судом города Москвы 23.09.2021, тогда как оспариваемыи? договор заключен 01.03.2021, то есть за семь месяцев до принятия данного заявления к производству. Следовательно, оспариваемая сделка совершена в течение годичного периода до принятия заявления о признании должника Зияевои? Т.Н. несостоятельнои? (банкротом), то есть в период подозрительности, предусмотренныи? п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, оспариваемая сделка совершена должником при неравноценном встречном исполнении со стороны ответчика. При этом в оспариваемом договоре имеются несоответствия по цене, что является существенным нарушением условии? договора купли- продажи.

В силу п. 1 ст. 555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. При отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменнои? форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 ГК РФ, не применяются.

Судом первой инстанции установлено, что стоимость объекта недвижимости как существенное условие договора не согласовано, учитывая, что в п. 4 оспариваемого договора указана стоимость квартиры в 30 000 000 (тридцать миллионов) рублеи?, тогда как в п. 16 договора указано, что договор считается исполненным: «- передачи Покупателем указаннои? в п. 4 настоящего договора суммы денег за приобретаемую квартиру продавцу, что оформляется распискои? продавца, подтверждающеи? получения продавцом денежных средств в размере суммы, равнои? 27 000 000 (Двадцать семь миллионов) рублеи?.».

В соответствии с отчетом № 11042022/313Ю от 11.04.2022 об оценке рыночная стоимость четырехкомнатнои? квартиры, назначение: жилое, общая площадь 92,5 кв.м., этаж № 6, адрес объекта: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103 на дату заключения сделки – 01.03.2021 составляла: 59 623 000 (пятьдесят девять миллионов шестьсот двадцать три тысячи) рублеи?, в то же время согласно заключению эксперта № А40-137926-2021-164-375ОЭ, выполненному в рамках назначеннои? судом экспертизы, рыночная стоимость квартиры по адресу: <...>, кв.103 на 01.03.2021 с учетом обременении? составляет 51 603 800 руб., что на 72% превышает цену оспариваемои? сделки.

Поскольку в соответствии с условиями оспариваемои? сделки покупатель должен был получить и получил объект недвижимости, свободным от каких-либо обременении? (п. 7 оспариваемого договора купли-продажи), рыночная стоимость квартиры на 01.03.2021 без учета обременении? составляет 59 623 000 руб., что на 99% превышает цену спорнои? сделки, что подтверждается вышеуказанным отчетом об оценке ООО «Инвест Консалтинг» от 11.04.2022 № 11042022/313Ю, содержащимся в материалах настоящего обособленного спора.

Таким образом, судом первой инстанции установлено значительное занижение выкупнои? цены. Представленная разница является критическои?, что свидетельствует о наличии неравноценного встречного исполнения сделки. Соответственно, рыночная стоимость переданного должником имущества существенно превышала стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условии? и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. Кроме того, отсутствуют какие-либо доказательства исполнения со стороны ответчика обязанности по оплате по договору.

Так, представленные ответчиком ФИО1 в материалы дела документы не подтверждают реальность оплаты им должнику наличных денежных средств в сумме 30 000 000 руб.

Соответственно, имеющаяся в материалах дела расписка не является достаточным доказательством оплаты ответчиком денежных средств должнику.

Между тем, суд первой инстанции критически оценил представленные ответчиком ФИО1 в материалы дела выписки по счетам, поскольку они не подтверждают наличие у него финансовои? возможности предоставить денежные средства в сумме 30 000 000 руб. по состоянию на дату совершения оспариваемои? сделки, то есть 01.03.2021. Из материалов дела не усматривается доказательств, подтверждающих снятие ответчиком со своего счета в банке спорную сумму для оплаты обязательств по договору купли-продажи наличными денежными средствами. Выписка с банковского счета может свидетельствовать в том числе о движении денежных средств, приходных и расходных операциях ответчика, среди которых не значится перечисление должнику. Суду первой инстанции в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлены допустимые и относимые доказательства, позволяющие констатировать факт того, что ответчиком производилось снятие наличных денежных средств в суммах, являющихся достаточными для оплаты по договорным обязательствам, при этом представленные ответчиком выписки с расчетных счетов лишь частично подтверждают оборот денежных средств в спорныи? период.

Поскольку представленные ответчиком выписки по счетам ФИО1 не содержат сведении? о снятии им наличных денежных средств в какои?-либо сумме и не могут свидетельствовать о наличии у ответчика по состоянию на 01.03.2021 финансовои? возможности оплатить 30 000 000 руб. наличными, при отсутствии указанных доказательств, с учетом повышенного стандарта доказывания в рамках дел о банкротстве, суд не может прии?ти к выводу о доказанности обстоятельств наличия у ответчика денежных средств в достаточнои? сумме для произведения расчетов с должником по возникшим из спорного договора купли-продажи обязательствам.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствуют основания, позволяющие констатировать факт встречного предоставления со стороны ответчика. Суд первой инстанции пришел к выводу, что имущество было отчуждено в преддверии банкротства, без надлежащеи? оплаты.

Судом первой инстанции установлено, что договор купли-продажи квартиры от 01.03.2021 носит исключительно формальныи? характер и подготовлен в целях обеспечения оплаты по договору заи?ма, что подтверждается содержащимися в материалы дела доказательствами, а именно: ответчик не оплачивает коммунальные услуги и другие платежи по содержанию квартиры в надлежащем состоянии, а также налог на недвижимость, что подтверждается квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг; ответчик не вселялся в квартиру, не проживает и не зарегистрирован в неи?, что подтверждается выпискои? из домовои? книги; финансово-лицевои? счет на квартиру не переоформлялся в связи со сменои? собственника на ответчика, что подтверждается финансовым лицевым счетом; при этом должник ФИО2 продолжает нести расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг, осуществляет техобслуживание квартиры, сдает квартиру по договору наи?ма, что подтверждается квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг.

Следовательно, с учетом того, что после совершения сделки ФИО2 и члены ее семьи продолжают быть зарегистрированными в отчужденнои? квартире, оплачивать коммунальные платежи и обслуживать имущество, суд приходит к выводу о фиктивном заключении договора купли-продажи, направленного на прикрытие инои? сделки, что, в свою очередь, носит противозаконныи? характер, а потому оспариваемыи? договор является ничтожным.

Между тем, на момент совершения сделки должник имел неисполненные требования перед кредиторами, а именно должник ФИО2 имела неисполненные обязательства перед ФНС России с 2019 г., задолженность по которым превышала 500 000 руб. Приведенные обстоятельства свидетельствуют, о том, что на момент заключения договора купли-продажи от 01.03.2021 должник имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Следовательно, материалами дела подтверждается, что на дату совершения оспариваемои? сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другои? сторонои? сделки, поскольку цена этои? сделки и иные условия существенно в худшую для должника сторону отличались от цены и иных условии?, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При этом уменьшение размера имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требовании? по обязательствам гражданина-должника Зияевои? ФИО8 за счет ее имущества, поскольку должником совершена сделка по отчуждению имущества при неравноценном встречном исполнении.

Таким образом, принимая во внимание, что договор купли-продажи заключен должником на условиях, существенно отличающихся в худшую для должника сторону, во время годичного периода подозрительности до принятия заявления о признании Зияевои? Т.Н. банкротом, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку к моменту заключения договора с 2019 г. у должника имелась непогашенная задолженность перед ФНС России, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии совокупности основании? для признания оспариваемои? сделки, а именно договор купли-продажи от 01.03.2021, совершенную между Зияевои? Т.Н. и ФИО1 по отчуждению жилого помещения, кад. № 77:01:0001077:2429, 92,5 кв. м., расположенного по адресу: Москва, Тверскои?, пер. Глинищевскии?, д. 5/7, кв. 103, недеи?ствительнои? и применении последствии? недеи?ствительности сделки.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Ответчик в своей апелляционной жалобе указывает, что оспариваемая сделка возмездная и заключена на рыночных условиях, денежные средства были переданы должнику наличными.

Апелляционный суд отклоняет данные доводы апеллянта, учитывая отсутствие в материалах спора безусловных доказательств наличия у ответчика финансовой возможности по покупке спорной квартиры. Более того, ответчик в своей жалобе не опровергает вывод суда первой инстанции об отсутствии у ответчика финансовой возможности по предоставлению спорных средств ответчику.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд




П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2023 по делу № А40-137926/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева

Судьи: А.А. Комаров


С.А. Назарова