Решение от 6 февраля 2024 г. по делу № А21-12375/2022

Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2-4, г. Калининград, 236040

E-mail: kaliningrad.info@arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


город Калининград Дело № А21-12375/2022

« 06 » февраля 2024 года


Резолютивная часть решения оглашена « 30 » января 2024 года

Решение изготовлено в полном объеме « 06 » февраля 2024 года


Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Любимовой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2

к Публичному акционерному обществу «МТС-Банк»

о взыскании 44 004 344,20 руб.


при участии в судебном заседании: согласно протоколу




установил:

установил: Индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 320392600032421) (далее – Предприниматель, истец) обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением о взыскании с Публичного акционерного общества «МТС-Банк» (ОГРН <***>, место нахождения: 115432, <...>) (далее – Банк, ответчик) денежных средств в размере 44 004 344,20 руб., перечисленных Обществом с ограниченной ответственностью «Западно-региональная транспортно-промышленная компания сервиса» (далее – ООО «Зап-Транс») Банку по договору купли-продажи от 26.02.2014 и договору аренды от 26.02.2014.

В ходе судебного разбирательства от Общества с ограниченной ответственностью «Телефункен» (ОГРН <***>, место нахождения: 236017, <...>, пом. IХ) (далее – ООО «Телефункен») поступило заявление о замене истца на правопреемника – ООО «Телефункен» ввиду заключения договора уступки права требования от 13.01.2023.

Решением суда первой инстанции от 27.02.2023 произведена замена предпринимателя на его правопреемника – ООО «Телефункен»; с Банка в пользу ООО «Телефункен» взысканы денежные средства в размере 44 004 344,20 руб., с Банка в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 200 000 руб.

Постановлением апелляционного суда от 08.06.2023 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.09.2023 решение Арбитражного суда Калининградской области от 27.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А21-12375/2022 отменены, дело передано на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калининградской области.

Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, указал на то, что поскольку возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником. Кроме этого, суд кассационной инстанции указал на необоснованное отклонение нижестоящими судами, со ссылкой на обособленный спор по делу № А21-9294-14/2020, на доводов Банка на то, что арендная плата, уплаченная ООО «Зап-Транс» по договору аренды, признанному ничтожной сделкой, не подлежит возврату, поскольку это противоречит пункту 2 статья 167 ГК РФ. При этом суд кассационной инстанции указал на то, что в рамках обособленного спора по делу № А21-9294-14/2020 не были предметом исследования правоотношения сторон, связанные с последствиями недействительности договора аренды или обстоятельства возникновения на стороне Банка неосновательного обогащения в связи с исполнением недействительной сделки, следовательно, выводы судов, сделанные в указанном деле, не относятся к предмету настоящего спора. При новом рассмотрении дела суд кассационной инстанции указал на то, что суду надлежит установить превышает ли сумма арендной платы, полученная Банком по недействительному договору аренды, стоимость встречного представления, произведенного Банком при исполнении недействительной сделки, исходя из этого оценить обоснованность исковых требований.

Определение Верховного Суда РФ от 17.11.2023 № 307-ЭС23-22811 по делу № А21-12375/2022 в передаче кассационной жалобы ООО «Телефункен» для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

При новом рассмотрении дела, представитель ООО «Телефункен» требования поддержала в полном объеме.


Представитель Банка возражал против исковых требований, указав на то, что на стороне Банка не возникло неосновательное обогащение, поскольку между сторонами фактически сложились арендные отношения, в результате которых в период с 26.02.2014 по 04.12.2020, ООО «Зап-Транс» осуществляло владение и использование имущества Банка. При этом, Банк повторно заявил о пропуске срока исковой давности, полагая, что истец является правопреемником ООО «Зап-Транс» и для него не изменяется течение срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности сделки. Кроме этого, Банк полагает, что истец не обладает правом на иск, поскольку условиями договоров цессии от 13.01.2020 и от 13.01.2023 передается реституционное требование (из признания сделок ничтожными/незаключенными), требования из неосновательного обогащения (кондиционное требование) истцу не передавалось.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил.

Между ФИО2 и ООО «Зап-Транс» 13.01.2020 заключен договор уступки права требования долга к Банку в размере 44 004 344 руб. 20 коп.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 24.09.2020 по делу № А21-16224/2019, к отношениям сторон применены положения пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (реституция), суд обязал ООО «Зап-Транс» возвратить Банку имущество, переданное по договору купли-продажи.

Имущество фактически возвращено Банку по акту приема-передачи от 04.12.2020.

ФИО2 30.08.2022 направила в адрес Банка претензию и договор цессии от 13.01.2020.

Ссылаясь на неисполнение Банком претензии, ФИО2 обратился в арбитражный суд с указанными требованиями.

В ходе первоначального рассмотрения настоящего дела ФИО2 заменена на правопреемника ООО «Телефункен».

Оценка доводам Банка о недействительности договора уступки права требования долга от 13.01.2020, заключенного между ФИО2 и ООО «Зап-Транс» давалась тремя инстанциями судов при первоначальном рассмотрении дела, которые были отклонены.

По существу рассматриваемого спора, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить и полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пунктах 80 и 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) разъяснено, что, по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ, взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. В случае недействительности договора, по которому полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее.

Денежные средства, уплаченные за пользование имуществом, предоставленным по недействительному договору, могут считаться неосновательно полученными лишь в части, превышающей размер причитающегося собственнику имущества возмещения (пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

Согласно абзацу второму пункта 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если недействительная сделка исполнена обеими сторонами, то при рассмотрении иска о применении последствий ее недействительности необходимо учитывать, что, по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ, произведенные сторонами взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное, и их возврат должен производиться одновременно. В то же время при наличии доказательств, подтверждающих, что полученная одной из сторон денежная сумма явно превышает стоимость переданного другой стороне, к отношениям сторон могут быть применены нормы о неосновательном обогащении (подпункт 1 статьи 1103, статья 1107 ГК РФ). В таком случае на разницу между указанной суммой и суммой, эквивалентной стоимости переданного другой стороне, начисляются проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Материалами дела установлено и Банком не оспорено, что ООО «Зап-Транс» Банку во исполнение договора купли-продажи от 26.02.2014 и договора аренды от 26.02.2014, признанного судами в рамках дел № А21-13797/2019 и № А21-16224/2019 недействительным, была оплачена сумма в общем размере 44 004 344,2 руб.

Поскольку вопрос о возврате денежных средств не был рассмотрен при указанных дел, то требования истца по настоящему делу обоснованны.

В данном случае сделка купли-продажи признана судом недействительной, в связи с чем взыскание неосновательного обогащения на основании пункта 1 статьи 1103 ГК РФ являются правомерными.

В указанных делах недействительным был признан договор купли-продажи, правовое регулирование которого определено главой 30 ГК РФ, поэтому разъяснения, касающиеся недействительности договоров, по которым полученное одной из сторон выражалось во временном пользовании к рассматриваемым правоотношениям не применимы. Предметом договора, признанного недействительным, являлась купля-продажа недвижимости, по которому продавец обязался передать в собственность покупателя недвижимое имущество (статья 130), при этом передача недвижимого имущества во временное пользование не предусматривалась условиями недействительного договора.

Временное возмездное пользование индивидуально-определенной вещью осуществляется на основании договора аренды, правовое регулирование которого определено главой 34 ГК РФ.

В данном случае требование о взыскании неосновательного обогащения основано на ничтожности договора купли-продажи таможенно-логистического терминала, земельный участок под которым не может выступать самостоятельным объектом аренды в силу принципа единства судьбы объектов недвижимости и земельного участка, занятого такой недвижимостью, что подтверждено в том числе Определением Верховного Суда РФ от 24.01.2022 № 307-ЭС21-26691 по делу № А21-9294/2020, что с учетом статьи 69 АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что доводы ответчика о необходимости внесения платы за пользование земельным участком не могут быть предметом повторного судебного исследовании, поскольку, как указал Верховный Суд РФ в Определении от 24.01.2022 № 307-ЭС21-26691 по делу № А21-9294/2020, у банка отсутствует право требования платы за использование земельного участка, поскольку этот участок не мог использоваться в качестве самостоятельного объекта.

ПАО «МТС-Банк» посчитав, что даже по недействительной сделке, за фактический период времени ООО «Зап-Транс» пользовался земельным участком и последний обязан уплатить соответствующую плату, то Банк в суд с требованиями к ООО «Зап-Транс» в рамках дела о банкротстве № А21-9294/2020, указав на остаток долга 72 211 204,50 руб. состоянию на 10.12.2020.

Отказывая Банку в удовлетворении вышеуказанных требований по указанному делу судебные инстанции, учли обстоятельства, установленные судебными инстанциями в рамках арбитражных дел № А21-13797/2019, № А21-16224/2019, № А21-15803/2019, об основаниях недействительности договора купли-продажи и договора аренды с имуществом и земельным участком, повторность части требований (часть периода пользования), в котором было отказано, также не установил обстоятельств для возможности определения неосновательного обогащения на стороне Общества за следующий период. Суда также установили, что при отсутствии у Банка права на передачу Обществу земельного участка на правах аренды (как было установлено судами при констатации сделок ничтожными), исключает и право требовать с Общества арендной платы за него.

Суд кассационной инстанции по делу № А21-9294/2020 также указал на то, что в рамках ранее рассмотренного спора между Банком и Обществом в деле № А21-13797/2017 было установлено, что спорный Земельный участок занят объектами недвижимости, сооружениями и оборудованием, которые представляют собой таможенно-логистический терминал (комплекс зданий, сооружений, территорий, объединенных в единое целое, в пределах которого оказываются услуги, связанные с таможенным оформлением товаров и транспортных средств, и их хранением). При этом весь Земельный участок используется исключительно для размещения и эксплуатации указанного выше терминала, что не оспаривается участвующими в деле лицами.

Таким образом, земельный участок и расположенный на нем упомянутый имущественный комплекс представляет собой, в силу положений статьи 133 ГК РФ неделимую вещь, которая должна выступать в гражданском обороте как единый объект гражданских прав, что собственно было предусмотрено и признанным недействительным договором купли-продажи,

В данном конкретном случае использование Земельного участка как самостоятельного объекта гражданских прав не имеет потребительской ценности и невозможно физически, поскольку он занят имущественным комплексом и может использоваться только при его эксплуатации.

Исходя из этого, в статье 273 ГК РФ и статье 35 Земельного кодекса Российской Федерации заложен принцип единства судьбы объектов недвижимости и земельного участка, занятого указанными объектами и необходимого для его использования, который был нарушен, как установлено судом, Банком и Обществом, что повлекло за собой признание указанных сделок ничтожными.

Для данного спорного случая, в пункте 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, сформулирована правовая позиция, в силу которой принадлежащие одному собственнику объекты недвижимости и земельный участок, на котором они расположены, не могут выступать в обороте раздельно, и к приобретателю расположенного на земельном участке недвижимого комплекса у собственника земельного участка, на котором он расположен, также переходит право на соответствующую часть земельного участка, при этом, включение платы за земельный участок в плату за объекты недвижимости презюмируется (статья 555 ГК РФ).


В случае принадлежности объектов недвижимости и земельного участка, на котором они расположены, одному лицу, в обороте объекты недвижимости и участок выступают совместно.

Такой же правовой подход высказан в пункте 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, в котором сказано о презумпции включения арендной платы за пользование земельным участком, на котором расположен арендуемый объект недвижимости, в состав арендной платы за объект недвижимости.

По смыслу пунктов 1, 2 статьи 652 ГК РФ, арендатор здания может пользоваться земельным участком, занятым арендуемым зданием, без соответствующего договора в силу закона в течение срока аренды недвижимости; вопросы арендной платы за пользование в данном случае решаются с учетом положений пункта 2 статьи 654 ГК РФ, исходя из буквального толкования которой по общему правилу плата за пользование земельным участком включена в размер арендной платы за пользование зданием.

Таким образом, спорный Земельный участок не мог использоваться Обществом в качестве самостоятельного объекта, а Банк не имел права требования платы за такое использование. Ничтожность сделок купли-продажи названного терминала и Договора аренды занятого указанным имуществом Земельного участка, при таких обстоятельствах, вопреки доводам подателя жалобы, не повлекла возникновения на стороне Общества неосновательного обогащения в виде платы за пользование Земельным участком.

Соответствующие выводы судов в рамках дела № А21-9294/2020 поддержаны Верховным Судом РФ в определении от 24.01.2022 г. № 307-ЭС21-26691.

В пункте 9 постановления Пленума № 25 разъяснено, что по смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (абзац третий).

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (пункт 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

При этом судом отклоняется довод банка о том, что ФИО2 права требования к банку из неосновательного обогащения не приобретала и не передавала по договору цессии обществу, на основании следующего.

В соответствии с условиями договоров уступки прав требования ЦЕДЕНТ передаёт, а ЦЕССИОНАРИЙ принимает право требования ЦЕДЕНТА к ПАО «МТС-Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 115432, <...>) (далее по тексту - ДОЛЖНИК) в размере 44 004 344,2 (сорок четыре миллиона четыре тысячи триста сорок четыре) рубля 20 копеек, возникшее из обязательств по договору купли-продажи от 26.02.2014 и договору аренды с правом преимущественного выкупа от 26.02.2014, заключенных между ЦЕДЕНТОМ и ДОЛЖНИКОМ и признанных недействительными/ незаключенными в соответствии с решением Арбитражного суда Калининградской области от 16.12.2019 по делу № А21-13797/2019. Право требования задолженности принадлежит ЦЕДЕНТУ в связи с признанием недействительными/ незаключенными договора купли-продажи от 26.02.2014 и договора аренды с правом преимущественного выкупа от 26.02.2014, в связи с чем у ЦЕДЕНТА возникло право требовать возврата ранее исполненного но недействительным/незаключенным договорам (13 002 308 рублей арендных платежей и 31 002 036,2 рублей в рамках признанного недействительным договора купли-продажи).

Исходя из предмета указанных договоров уступки права требования усматривается, что стороны не определяли правовую квалификацию уступаемого права требования, то есть не указывали является оно реституционным или кондиционным.

Исходя из буквального толкования предмета договора является очевидным, что со стороны ООО «Зап-Транс» были уступлены все права требования суммы в размере 44 004 344,2 руб. При этом правовая квалификация указанных требований является выбором ИП ФИО2 и ООО «Телефункен» и свидетельствует о реализации прав данными лицами на основании заключенного договора уступки права требования.

Гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (пункты 1, 2 статьи 1 Гражданского кодекса), они по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (пункт 1 статьи 9 названного Кодекса).

Свобода осуществления своих прав подразумевает свободный выбор лицом наиболее эффективного, по его мнению, способа защиты нарушенного права из тех, что предусмотрены законом.

Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке (подпункт 1 статьи 1103 ГК РФ).

С учетом изложенного, в рассматриваемом деле является обоснованным требование Общества о взыскании денежных средств не только уплаченных по договору купли-продажи, но и внесенных по договору аренды, что соответствует объему прав, переданных в рамках договоров цессии.

В данном случае, ООО «Зап-Транс», посчитав, что после принятия решения Арбитражного суда Калининградской области от 16.12.2019 по делу № А21-13797/2019 у него возникло право на возврат уплаченных денежных средств в рамках договоров купли-продажи и аренды, уступило указанное право в пользу ИП ФИО2

Доводы ответчика о том, что такое право возникло у ООО «Зап-Транс» позднее не имеют правового значения для рассматриваемого спора, поскольку между ООО «Зап-Транс», ИП ФИО2 и ООО «Телефункен» отсутствует спор относительно объема переданных прав требования, договоры цессии исполнены сторонами, в установленном законом порядке не признаны недействительными.

При этом в рассматриваемом деле фактически не имеет правового значения на каком основании заявлен данный иск: как реституционный или кондиционный. В обоих случаях срок исковой давности истцом не пропущен, а правила статьи 181 ГК РФ о специфике определения исковой давности по реституционным требованиям по ничтожным сделкам здесь применяться не могут, поскольку ООО «Зап-Транс» могло узнать о недействительности договоров и о нарушении своего права лишь после принятия решения Арбитражного суда Калининградской области от 16.12.2019 и постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2020 г. по делу№А21-13797/2019.

Право на судебную защиту включает в себя не только право на обращение в суд, но и гарантированную государством возможность получения реальной судебной защиты, целью предъявления любого иска (заявления) является восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица. Учитывая, что ничтожная сделка является таковой независимо от судебного решения, само по себе судебное признание недействительности сделки не защищает нарушенное право в полной мере и не влечет преследуемых заинтересованным лицом правовых последствий, а также не ведет к реальному восстановлению прав. К реальному восстановлению прав в таком случае ведет применение судом последствий недействительности ничтожной сделки, что неразрывно связано с рассмотрением вопроса о признании сделки недействительной в силу ее ничтожности.


Обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что от истца или ООО «Зап-Транс» можно было разумно ожидать предъявления к ответчику требования о возврате неосновательного обогащения ранее даты вынесения решения о признании сделки недействительной (16.12.2019). С учетом того, что иск поступил в суд 18.10.2022 г., то трехлетний срок исковой давности не пропущен ни для предъявления реституционного иска, ни для предъявления кондиционного иска.

Следует отметить, что согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 ст. 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом.

Возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).

Вопреки выводам ответчика о том, что истец имел реальную возможность узнать об обстоятельствах спорного договора и инициировать соответствующий иск своевременно, до вступления в законную силу судебного акта, которым признана сделка недействительная, истец не мог знать о характере спорной сделки и неосновательности полученных ответчиком денежных средств.

При этом кассационная инстанция, отменяя судебные акты нижестоящих инстанции по настоящему делу, посчитала правильными выводы судов об отсутствии оснований для применения исковой давности в отношении предъявленных истцом требований.

Заявляя о применении исковой давности Банк исходил из того, что поскольку договор купли-продажи и договор аренды являются ничтожными, то к требованиям о возврате полученного по недействительным сделкам подлежат применению положения пункт 1 статьи 181 ГК РФ о течении срока исковой давности с момента начала исполнения указанных сделок. Поскольку договоры начали исполняться сторонами сразу же после их заключения, то трехлетний срок исковой давности истек в 2017 году.

Между тем судебные акты по делу № А21-13797/2019 и делу № А21-16224/2019 подтверждают, что вплоть до 2019 года стороны считали указанные сделки действительными, возникшие между ними разногласия касались вопросов исполнения указанных сделок. Ничтожность договора купли-продажи от 26.02.2014 и договора аренды была окончательно констатирована в постановлении Тринадцатого апелляционного суда от 12.06.2020 при отсутствии соответствующих требований сторон. То есть ничтожность указанных сделок была установлена уже за пределами срока исковой давности, исчисляемого по правилам пункта 1 статьи 181 ГК РФ, что само по себе, по мнению Банка, должно исключить применение двусторонней реституции.

Однако имущество, отчужденное Банком по ничтожному договору купли-продажи, было возвращено ему 04.12.2020 на основании решения Арбитражного суда Калининградской области от 24.09.2020 по делу № А21-16224/2019, принятого по иску Банка о расторжении указанного договора. При этом суд по собственной инициативе применил пункт 2 статьи 167 ГК РФ, посчитав возможным возвратить Банку имущество в порядке применения последствий недействительности данной сделки.

Именно в результате возврата Банку указанного имущества у него возникло неосновательное обогащение в размере денежных средств, полученных в качестве оплаты по договору купли-продажи. При таких обстоятельствах к требованию о взыскании с Банка указанного неосновательного обогащения подлежат применению общие правила об исковой давности, а не положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ.

В связи с чем, заявление банка о пропуске обществом срока исковой давности судом отклоняется.

Таким образом, суд признает требования общества обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ, с учетом заявленного истцом ходатайства об отсрочке уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 200 000 руб.

Руководствуясь статьями 48, 184, 185, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Взыскать с Публичного акционерного общества «МТС-Банк» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Телефункен» денежные средства в размере 44 004 344,20 руб.

Взыскать с Публичного акционерного общества «МТС-Банк» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья С.Ю. Любимова