Постановление от 23 марта 2021 г. по делу № А15-2401/2017

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А15-2401/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 16.03.2021

Постановление изготовлено в полном объёме 23.03.2021

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Годило Н.Н., судей: Джамбулатова С.И., Жукова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Крепость» ФИО2 (доверенность от 20.01.2021), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Крепость» на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 25.01.2021 по делу № А15-2401/2017, принятое по заявлению ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (г. Буйнакск, СНИЛС <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) умершего должника ФИО4 (далее – ФИО4) ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору займа от 07.07.2015 в размере 32 820 000 руб. Требования заявлены на основании решения Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015.

Определением суда от 24.10.2017 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требования ФИО3 в размере 32 820 000 руб.

Ссылаясь на апелляционное определение Верховного Суда Республики Дагестан от 17.08.2020, которым отменено решение Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015, ООО «Крепость», ФИО5 и финансовый управляющий должника обратились с заявлениями о пересмотре определения суда от 24.10.2017 по новым обстоятельствам.

Решением суда от 20.10.2020, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2020, определение суда от 24.10.2017 отменено по новым обстоятельствам.

При новом рассмотрении, определением от 25.01.2021 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требования ФИО3 в размере 32 820 000 руб. Судебный акт мотивирован тем, что требования заявителя основаны на решении суда, вступившем в законную силу и подтверждаются материалами дела.

Не согласившись с принятым определением, конкурсный кредитор - ООО «Крепость» обратилось с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО3, указывая, что требования заявителя основаны на договоре займа от 07.07.2015 по которому должнику переданы денежные средства в сумме 32 820 000 руб. на срок в три дня. Между тем, ФИО3 не представлено достоверных доказательств передачи денежных средств должнику, а также получения и расходования их последним. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставления займа должнику в столь значительной сумме. При этом, судебные акты общей юрисдикции не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, поскольку в рамках дела о банкротстве подлежит применению повышенный стандарт доказывания. При таких обстоятельствах, по мнению апеллянта, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований ФИО3

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника также просит отменить определение суда, дополнительно представив постановление о прекращении уголовного дела от 04.03.2016 в отношении ФИО4

Представленные документы приобщены к материалам дела в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ООО «Крепость» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва, заслушав представителя лица, участвующего в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 25.01.2021 по делу № А15-2401/2017 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 обратился в Советский районный суд г. Махачкалы с иском к ФИО4 о взыскании долга по договору займа в размере 32 820 000 руб.

Решением Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу №2-6085/2015 с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскано 32 820 000 руб..

Ссылаясь на наличие задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о включении в реестр требований кредиторов суммы, взысканной судебным актом.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции указал, что требования заявителя основаны на решении суда, вступившем в законную силу и подтверждаются материалами дела, текущими не являются, предъявлены 21.09.2017, то есть в пределах двухмесячного с даты опубликования сообщения о признании банкротом (опубликовано 20.07.2017). Доказательства того, что должник принимал меры для исполнения решения в добровольном порядке, в материалы дела не представлены. Постановлением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 23.12.2020 отменено апелляционное определение Верховного Суда Республики Дагестан от 17.08.2020, которым отменено решение Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015, дело направлено на новое рассмотрение в Верховный Суд Республики Дагестан. Таким образом, на дату рассмотрения настоящего обособленного спора отсутствует действующий судебный акт, которым отменено решение Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу №2-6085/2015.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями статей 71, 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований заявитель ссылается на судебный акт - решение Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015.

Данным решением установлено, что 07.07.2015 между ФИО3 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передал ФИО4 наличные денежные средства в размере 32 820 000 руб. с обязательством возврата 10.07.2015.

В ходе судебного процесса суда общей юрисдикции представителем ФИО4 подтвержден факт передачи денег, а также признан факт просрочки исполнения обязательств по возврату денежных средств.

С учетом признания иска ФИО4 решением Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015 с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскано 32 820 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что судебным актом, принятым по гражданскому делу № 2-7139/2015, не давалась оценка фактам и доказательствам, подтверждающим возможность истца представить займ в указанном размере, использовании денежных средств ответчиком, то само по себе состоявшееся решение суда общей юрисдикции не свидетельствуют о наличии экономической возможности предоставления значительной суммы денежных средств.

Согласно пункту 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из решения Советского районного суда г. Махачкалы от 22.09.2015 по делу № 2-6085/2015, на которое ссылается ФИО3, следует, что суд не давал оценку фактам и доказательствам, подтверждающим возможность истца представить займ в указанном размере, использовании денежных средств ответчиком, также не представлены в материалы дела сведения о том, каким образом полученные денежные средства были израсходованы. Таким образом, суд не проверял наличие реальной передачи заемных средств, и данный факт не устанавливал.

Напротив, из судебного акта следует, что в ходе судебного процесса представителем ФИО4 подтвержден факт передачи денег, а также признан факт просрочки исполнения обязательств по возврату денежных средств. Данные обстоятельства свидетельствуют о согласованности действий сторон сделки и создании искусственной кредиторской задолженности.

Таким образом, выводы суда общей юрисдикции (Советского районного суда г. Махачкалы), сделанные по результатам оценки представленных ФИО6 доказательств в рамках рассмотрения иска о взыскании долга с ФИО4, не имеют преюдициального значения для настоящего спора в смысле статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в настоящем обособленном споре о включении требований в реестр требований кредиторов устанавливается совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности договора займа по основаниям, предусмотренным статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации; а это является обстоятельствами, которые не проверялись судом общей юрисдикции (вопросы об источнике возникновения денежных средств у заимодавца, реальности их передачи), тем более с учетом повышенных стандартов доказывания в рамках дела о банкротстве при проверке обоснованности требований кредитора, разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума № 35.

При этом, апелляционная коллегия учитывает, что отменяя и направляя дело на новое рассмотрение Пятый кассационный суд общей юрисдикции в определении от 23.12.2020 по делу № 2-7139/2015 указал, что апелляционные жалобы поданы ФИО5 и ФИО7. При этом, на момент рассмотрения дела ФИО7 не обладал статусом конкурсного кредитора должника, а жалоба ФИО5 не подписана ни ею, ни ее представителем. То есть судом установлены процессуальные нарушения при рассмотрении дела.

Кроме того, кассационный суд указал на неверное применение судом повышенного стандарта доказывания, т.е. фактически в рамках данного гражданского дела не подлежит возложение на займодавца обязанности доказать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа. Как указал суд, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика.

Однако, как было указано ранее, ФИО4 факт заключения займа и наличие задолженности подтверждено, что исключает возможность проверки судом общей юрисдикции источника возникновения денежных средств у займодавца и реальности их передачи.

Таким образом, Пятым кассационным судом общей юрисдикции не только не устанавливались обстоятельства реальности заемных отношений между ФИО4 и ФИО3, но и сделан вывод об отсутствии необходимости исследования таких обстоятельств в рамках гражданского процесса.

Следовательно, с учетом выводов Пятого кассационного суда общей юрисдикции, ссылки сторон на судебные акты по гражданскому делу в данном случае не имеют преюдициального значения для установления обстоятельств реальности займа, наличия у займодавца финансовой возможности предоставить займ, поскольку данные обстоятельства не установлены данными судебными актами, в связи с чем, не принимаются апелляционным судом во внимание.

Данный правовой подход согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2019 № 304-308-25925 по делу № А27-8209/2017, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.11.2019 по № А20-3306/2018, от 28.08.2018 по делу №А32-5025/2017 и от 04.12.2017 по делу №А53-29023/2016.

Следовательно, выводы суда первой инстанции о том, что требования заявителя основаны на решении суда, вступившем в законную силу и подтверждаются материалами дела, основан не только на неверном толковании норм материального и процессуального права, но и не соответствует фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (абзац 3 пункт 26 постановления Пленума № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.).

Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Поскольку заявитель ссылается на передачу должнику наличных денежных средств, суду необходимо помимо прочего установить обстоятельства, связанные с тем, имелись ли у самого заявителя наличные денежные средства для внесения денежных средств в кассу должника, причем в размере, не меньшем, чем переданные суммы.

Учитывая вышеизложенное, суд не лишен права истребовать у заявителя документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо квитанции к приходному кассовому ордеру) доказательства передачи денежных средств должнику. Суд также не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета индивидуального предпринимателя), в том числе об их расходовании.

Таким образом, для подтверждения реальности совершенной операции по передаче суммы займа подлежат проверке факты, подтверждающие фактическое наличие у ФИО3 денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (банковские выписки, справки 2-НДФЛ, источники, подтверждающие реальный достаточный доход заимодавца для выдачи суммы займа, документы о снятии займа с банковских счетов, доказательства подтверждения целесообразности и экономической обоснованности выдачи суммы займа в спорный период и без предоставления какого-либо обеспечения, доказательства, подтверждающие действительность передачи указанной суммы займа заемщику и т.д.).

Из материалов настоящего дела следует, что обращаясь в суд с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов ФИО3 представлены только договор займа от 07.07.2015 и решение суда общей юрисдикции.

В определениях от 23.11.2020 и от 16.12.2020 суд первой инстанции предлагал ФИО3 подтвердить обоснованность требований о включении в реестр и опровергнуть доводы конкурирующих кредиторов о недоказанности факт передачи денежных средств.

Однако, определения суда первой инстанции заявителем не исполнены, какого-либо документального подтверждения наличия у него финансовой возможности предоставить займ должнику наличными денежными средствами в сумме 32 820 000 руб. в материалы дела не представлено. При этом, финансовым управляющим также заявлены возражения относительно требования ФИО3, поскольку у него отсутствуют сведения как о получении данных денежных средств, так и их расходовании.

Сведений о своих банковских операциях ФИО3 в материалы дела настоящего обособленного спора не представил. Также заявитель не обосновал откуда у него появилась столь значительная сумма наличных денежных средств и в чем была экономическая целесообразность их передачи ФИО4

В целях установления обстоятельств, имеющих значение для дела, заявитель также не представил сведений о своих доходах и налоговых деклараций по НДФЛ за предшествующий период, сведений о своем имуществе, доходы от продажи которого могли бы подтверждать наличие у ФИО3 денежных средств, сопоставимых с заявленной суммой займа по договору – 32 820 000 руб.

В материалы дела не представлены достоверные доказательства платежеспособности ФИО3, в том числе достоверных письменных доказательств того, что кредитор фактически располагал наличными денежными средствами в разумный период, предшествующий дате предоставления займа в сумме 32 820 000 руб. наличными денежными средствами, в частности, трудовой договор, сведения о размере должностного оклада, справки по форме 2-НДФЛ, налоговые декларации, другие источники доходов, получение денежных средств в порядке наследования и т.п.

Таким образом, рассмотрев вопрос о финансовом состоянии ФИО3 (займодавца) на момент заключения спорного договора займа, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности факта платежеспособности кредитора (возможности кредитора предоставить займ в указанном размере).

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и имеющихся по делу обстоятельств, в т.ч. отсутствие доказательств реальности исполнения спорного договора, на основании статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсные кредиторы и финансовый управляющий указанную выше сделку считает ничтожной.

Пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) предусмотрено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно пунктам 1, 3, 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях. В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Договор займа является реальной сделкой, такой договор является заключенным с момента передачи денег или другого имущества, определяемого родовыми признаками, и на сумму переданных денег или вещей.

С учетом совокупности вышеизложенных обстоятельств, установленных апелляционным судом, коллегия приходит к выводу о том, что подлинная воля сторон договора займа не направлена на установление заемных отношений, подписанный договор займа является безденежным и имеет признаки мнимой сделки, направленной на искусственное создание необоснованной задолженности кредитора, и как следствие, совершена с целью нарушения прав и законных интересов кредиторов.

Кроме того, апелляционная коллегия учитывает, что в рамках настоящего дела также заявлялись требования иных кредиторов, основанные на договорах займа с должником: ФИО8 – займ на сумму 16 000 000 руб.; ФИО9 – займ на сумму 42 474 005 руб.; ФИО10 – займ на сумму 210 000 000 руб.; ФИО5 – займ на сумму 70 000 000 руб. Однако, во включении в реестр данных кредиторов было отказано, в связи с не предоставлением доказательств реальности заемных отношений с должником.

Также судом признаны недействительными договоры займа, заключенные должником с ФИО9 на сумму 22 000 000 руб. и с ИП ФИО11 на сумму 90 000 000 руб.

Финансовый управляющий пояснил, что в 2015 году должник обладал признаками неплатежеспособности, в отношении него возбуждено уголовное дело № 569180 от 07.08.2015 по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и в период с 08.08.2015 до своей смерти (19.02.2016) находился под домашним арестом.

Согласно постановлению от 04.03.2016 уголовное дело в отношении ФИО4 прекращено в связи с его смертью. Однако, ни ФИО3, ни иные кредиторы не обращались в правоохранительные органы с заявлениями о признании их потерпевшими.

Данные обстоятельства свидетельствуют о мнимости заключенной между ФИО4 и ФИО3 сделки, совершенной при явном злоупотреблении правом.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности факта реальности заемного обязательства, в связи с чем, заявление ФИО3 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника не подлежит удовлетворению.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 25.01.2021 по делу № А15-2401/2017, в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с нарушением норм материального права, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 25.01.2021 по делу № А15-2401/2017 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявление ФИО3 об установлении и включении требований в реестр требований кредиторов ФИО4(г. Буйнакск, СНИЛС <***>), отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через суд первой инстанции.

Председательствующий

Н.Н. Годило

Судьи

С.И. Джамбулатов

Е.В. Жуков