Постановление от 25 марта 2024 г. по делу № А53-26864/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-26864/2018
город Ростов-на-Дону
25 марта 2024 года
15АП-20687/2023

15АП-1927/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 марта 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 25.04.2023;

от финансового управляющего ФИО4, посредством системы веб-конференции ИС «Картотека арбитражных дел»: представитель ФИО5 по доверенности от 27.07.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО6, ФИО2

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.11.2023 и дополнительное определение от 16.01.2024 по делу № А53-26864/2018

по заявлению финансового управляющего ФИО4

о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

ответчик: ФИО6,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительными сделками платежей, совершённых супругой должника ФИО2 за период с 16.09.2019 по 08.04.2020 в пользу ФИО6 (далее – ответчик) на сумму 1 228 000 руб., и взыскании с последней 614 000 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.11.2023 по делу № А53-26864/2018 признано недействительной сделкой перечисление со счета ФИО2 на счет ФИО6 денежных средств в сумме 1 088 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 544 000 руб. С ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствам, подлежащие начислению на сумму долга по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с момента вступления в законную силу определения до фактического погашения задолженности.

Дополнительным определением от 16.01.2024 по делу № А53-26864/2018 признано недействительной сделкой перечисление со счета ФИО2 на счет ФИО6 денежных средств в сумме 140 000 руб. от 16.09.2019. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 70 000 руб. С ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствам, подлежащие начислению на сумму долга по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с момента вступления в законную силу определения до фактического погашения задолженности.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6 обжаловала определение суда первой инстанции от 30.11.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

ФИО2 обжаловала дополнительное определение суда первой инстанции от 16.01.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционные жалобы мотивированы тем, что суд первой инстанции не дал оценки доводам о том, что денежные средства перечислены в качестве возврата займа.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО4 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без изменения.

В связи с нахождением судьи Сулименко Н.В. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Сулименко Н.В. на судью Сурмаляна Г.А.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили правовые позиции по спору.

От ФИО6 поступило ходатайства об истребовании доказательств.

Руководствуясь статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из фактических обстоятельств рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для рассмотрения настоящего спора по существу.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзыва, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «БиС Консалтинг» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.09.2018 заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО4

При выполнении своих обязанностей финансовый управляющий установил, что за период с 16.09.2019 по 08.04.2020 в пользу ФИО6 перечислены денежные средства на сумму 1 228 000 руб.

Полагая, что в результате совершения супругой должника сделок по перечислению денежных средств в пользу ответчика на общую сумму 1 228 000 руб. должнику причинен имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые могли участвовать в формировании конкурсной массы, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом супругов.

Как следует из материалов дела, 17.10.2017 ФИО7 и ФИО9 заключили брак, о чем в тот же день составлена актовая запись № 753.

Брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 4 Неклиновского судебного района Ростовской области от 19.06.2020.

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника с 16.09.2019 по 08.04.2020, после принятия судом заявления о признании должника банкротом (21.09.2018) и введения процедуры реализации имущества в отношении должника (13.11.2018).

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

На момент совершения оспариваемой сделки в отношении должника было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), что свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Как установлено судом и следует из материалов дела, брак между должником и ФИО9 зарегистрирован 17.10.2017.

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника с 16.09.2019 по 08.04.2020, после введения процедуры реализации имущества в отношении должника (13.11.2018).

Сведений о том, что супругами был произведен раздел совместно нажитого имущества или о том, что брачным договором между ними установлен иной режим этого имущества, сторонами не представлено, такие доводы не заявлены.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу на праве общей собственности. Распределение выручки от реализации общего имущества супругов зависит от того, включены в реестр требований кредиторов только личные обязательства супруга-должника либо совокупность его личных обязательств и общих обязательств обоих супругов. Однако различия заключаются в том, что в первом случае супруг получает в деньгах стоимость общего имущества супругов, приходящуюся на его долю; во втором случае выручка, приходящаяся на долю супруга, дополнительно уменьшается на сумму, необходимую для покрытия общих долгов супругов.

Таким образом, при несостоятельности одного из супругов погашение долговых обязательств в любом случае осуществляется и за счет общего имущества супругов.

При обращении с настоящим заявлением финансовым управляющим было указано следующее.

Согласно банковской выписке по счету супруги должника, с 16.09.2019 по 08.04.2020 ФИО2 произвела перечисления денежных средств в пользу ФИО6 на общую сумму 1 228 000 руб.

Назначение платежей отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В том числе к общему имуществу супругов относится заработная плата, полученная одним из супругов во время брака, но перечисленная ему работодателем в период после прекращения брака (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022).

Указанная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.10.2021 № 5-КГ21-101-К2, Апелляционном определении Московского городского суда от 14.11.2022 по делу № 33-44975/2022.

Таким образом, доходы от трудовой деятельности каждого из супругов относятся к имуществу, нажитому ими во время брака. То есть это их совместная собственность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Применительно к рассматриваемому случаю, в материалах дела отсутствует соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов, судебный акт, вступивший в законную силу о разделе совместно нажитого имущества супругов. Также отсутствуют доказательства заключения между должником и ФИО2 брачного договора.

Ввиду чего, доли супругов в отношении имущества, включая денежные средства, полученные, в том числе от трудовой деятельности одного из супругов, признаются равными.

Поскольку спорные денежные средства, согласно представленным выпискам, были получены ФИО2 в период брака с должником и доказательств установления в отношении них режима раздельной собственности супругов не представлено, указанные денежные средства считается общим имуществом супругов, которым они обладают в равных долях.

Из материалов дела следует, что с 17.10.2017, должник ФИО7 состоял в зарегистрированном браке с ФИО2, соответственно, оспариваемые сделки по перечислению денежных средств были совершены ею в период брака с должником в отношении совместно нажитого имущества, иного не доказано.

Таким образом, поскольку сделка по отчуждению общего имущества должника и его супруги, совершенная супругой должника, затрагивает имущественные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на погашение своих требований и за счет общего имущества, она может быть оспорена в рамках дела о банкротстве как подозрительная.

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 для признания сделки недействительной не требуется установление наличие признаков неплатежеспособности у должника, а также осведомленности контрагента по сделке, единственным достаточным основанием для признания договора недействительным является установление факта неравноценности встречного предоставления.

Оспаривая сделку, финансовый управляющий сослался на то, что супруга должника перечислила в пользу ответчика денежные средства в общей сумме 1 228 000 руб. в отсутствие встречного исполнения.

Учитывая, что в обоснование предъявленного заявления финансовый управляющий ссылается на перечисление денежных средств в размере 1 228 000 руб. в отсутствии оснований для совершения таких операций, по данному спору юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством является вопрос о получении встречного предоставления со стороны ответчика.

В отзыве ФИО6 пояснила, что между ней (займодавец) и ФИО2 (заемщик) был заключен договор займа от 20.07.2016, согласно которому ФИО6 передала ФИО2 наличные денежные средства в размере 1 200 000 руб.

Вместе с тем, оригинал договора займа от 20.07.2016 на обозрение суда не представлен; документы, подтверждающие факт перевода денежных средств, отсутствуют.

В рассматриваемом случае договор займа не предусматривает какой-либо обеспечительной гарантии. Дополнительные соглашения, а также отдельно заключенные договоры поручительства, залога не предоставлены в материалы дела. Также не представлено доказательств обращения к ФИО2 с требованием об уплате задолженности по договору займа (до возбуждения дела о банкротстве). Какие-либо претензии кредитором в адрес контрагента по возврату долга не направлялись, судебное производство по взысканию задолженности не инициировалось.

Таким образом, доказательств наличия гражданско-правовых отношений между ответчиком и должником или его супругой не представлено.

В рассматриваемом случае, реальность выдачи займа на сумму 1 200 000 руб. документально не подтверждена. Вся совокупность представленных доказательств в подтверждение передачи денежных средств ответчику направлена на создание видимости реальных заемных отношений по договору займа. Сведения о том, как (на какие конкретные цели) полученные средства были истрачены супругой должника, в материалы дела также не представлены

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В суд первой и апелляционной инстанции лицами, участвующими в деле, не представлено доказательств в обоснование равноценности встречного предоставления по оспариваемым перечислениям. Доказательств наличия гражданско-правовых отношений между ответчиком и супругой должника не представлено.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые платежи произведены в отсутствие каких-либо оснований, что свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.

Совершение данной сделки фактически является действием, направленным на предотвращение возможности обращения взыскания кредиторов на совместно нажитое имущество.

Таким образом, супругой должника произведены платежи без предоставления встречного исполнения обязательств.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, сам факт неравноценного встречного исполнения обязательств, т.е., в частности, установленного судом, рассматривающим иск о признании сделки недействительной, существенного превышения рыночной стоимости переданного должником имущества над стоимостью полученного им встречного предоставления, определенной с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств, в контексте начавшейся процедуры банкротства (либо принятия мер по предупреждению банкротства), по существу, означает, что имущество должника уменьшилось, а другая сторона такой сделки получила имущественную выгоду в ущерб интересам кредиторов.

В результате совершения безвозмездной сделки должником утрачено имущество - его доля в совместно нажитом с супругой имуществе (денежные средства), что значительно ухудшило его имущественное положение.

Таким образом, ФИО2, состоя в браке с должником, не могла не понимать смысл осуществления оспариваемых платежей в отсутствие встречного предоставления, располагала всей необходимой информацией о состоянии дел супруга, в отношении которого была введена процедура банкротства, что само по себе достаточно для того, чтобы квалифицировать оспариваемые финансовым управляющим платежи, в качестве недействительных сделок по смыслу положения части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что оспариваемая сделка не может быть отнесена к сделкам совершенным в рамках обычной хозяйственной деятельности, ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Для правильного разрешения вопроса о совершении сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами.

Платежи совершены для ответчика безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного предоставления; доказательства того, что супруга должника, совершив платежи, или должник получил от ФИО6 какое-либо встречное имущественное предоставление суду не представлено; платежи совершены после введения процедуры реализации имущества гражданина, в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества должника. Безвозмездная сделка, совершенная в состоянии объективного банкротства должника, а тем более после признания его банкротом, не может быть отнесена к обычной деятельности должника - гражданина.

С учетом изложенного, оспариваемые сделки не могут быть отнесены к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для признания платежей недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку сведений о том, что между должником и ФИО2 заключен брачный договор, материалы дела не содержат, суд первой инстанции верно квалифицировал перечисленные денежные средства как совместную собственность супругов.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделок в виде взыскания ФИО6 ? от перечисленных 1 228 000 руб., то есть 614 000 руб.

Выводы суда соответствует правовому подходу, изложенному в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2023 № Ф08-12024/2022 по настоящему делу, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.02.2023 № Ф08-438/2023, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 19.04.2022 № Ф05-6985/2022.

Кроме того, финансовый управляющий просил о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

Как указано в пункте 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения предусмотрена в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В условиях признания платежа недействительным нормы о неосновательном обогащении (кондикции) применяются дополнительно (субсидиарно) по отношению к правилам о реституции, что, в частности, следует из подпункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, требование о взыскании процентов со ссылкой на пункт 29.1 постановления № 63 является частью реституционного требования и подлежит рассмотрению наряду с ним в рамках одного спора.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017 № 305 -ЭС17-3817.

Отклоняя заявление о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции верно руководствовался следующим.

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 № 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из изложенного следует, что направленность действий арбитражного управляющего в деле о банкротстве не ограничена интересами должника, арбитражный управляющий также в равной степени должен руководствоваться и интересами кредиторов, и общества в целом, которые, как правило, сводятся к пополнению конкурсной массы должника и к получению удовлетворения имущественных требований, что становится возможным, в том числе при реализации механизмов оспаривания сделок.

Финансовым управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), для выявления факта совершения оспоримых сделок ему предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными.

В течение такого срока финансовый управляющий должен принять меры к получению от регистрирующих органов и должника документов, отражающих его экономическую деятельность.

На основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение, в том числе и о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок.

Поэтому бездействие по неоспариванию сделок начинается не ранее момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у сделок должника пороков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.

Само по себе введение процедуры реструктуризации долгов гражданина не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 (резолютивная часть от 25.01.2021) арбитражный управляющий ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ввиду наличия заинтересованности с должником. Финансовым управляющим утвержден ФИО4

В определении от 03.02.2021 суд пришел к выводу о доказанности злоупотребления правом со стороны арбитражного управляющего ФИО8 и ФИО7 при их намерении причинить вред правам и законным интересам кредитора путем осуществления должником предпринимательской деятельности в период рассмотрения настоящего дела, и совершение действий с целью исключения обращения взыскания на имущество и доходы, а также с учетом попытки обойти правила об исполнительском иммунитете, в связи с чем отстранил финансового управляющего ФИО8

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности не может исчисляться с даты утверждения финансового управляющего ФИО8

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной части.

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013.

В связи с этим срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки должника в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», начинает течь с 25.01.2021.

Следует отметить, что срок исковой давности не может начать течь ранее даты, когда первый финансовый управляющий не только узнал о совершенной сделке, но и наличии правовых оснований для ее оспаривания.

Из информационной системы «Картотека арбитражных дел» следует, что с заявлением о признании сделки недействительной обратился 12.01.2022, то есть в пределах года после утверждения финансовым управляющим ФИО4

Изложенные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к правильному выводу о том, что пропуск исковой давности финансовым управляющим ФИО4 не пропущен.

Доводы апеллянта о том, что финансовый управляющий не вправе оспаривать сделку супруги должника, подлежат отклонению.

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

Изложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, не лишает финансового управляющего возможности в рамках дела о банкротстве должника оспаривания сделок и доказывания всех условий недействительности сделок, совершенных его супругой, в том числе, с денежными средствами, в отношении которых установлена их принадлежность к совместно нажитому имуществу и которые необоснованно израсходованы ею в противоправных целях, в отсутствие встречного предоставления.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО2 не доказан факт оплаты за счет собственных средств.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.11.2023 и дополнительное определение от 16.01.2024 по делу № А53-26864/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий М.Ю. Долгова


Судьи Я.А. Демина


Г.А. Сурмаляна