Постановление от 4 мая 2025 г. по делу № А40-102926/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-11332/2025

Дело № А40-102926/23
г. Москва
05 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2025 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.В. Ивановой,

судей Ж.В. Поташовой, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретаря судебного заседания Е.А. Кузнецовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 23 января 2025 года по делу № А40-102926/23

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании агентского договора на привлечение финансирования № 8 от 01 августа 2019 года, заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО1 недействительной сделкой и применении последствий недействительности,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Славянский экспорт»

при участии представителей: согласно протоколу судебного заседания.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09 февраля 2024 года должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В судебном заседании подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего должника о признании агентского договора на привлечение финансирование № 8 от 01 августа 2019 года, заключенного между должником и ИП ФИО1 недействительной сделкой и применении последствий недействительности в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу должника 13 929 096,06 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 января 2025 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника (далее - апеллянт) обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на нарушение норм процессуального и материального права. 

В материалы дела от ФИО1 поступил отзыв по доводам жалобы, который приобщён к материалам дела.

Апеллянт поддерживает доводы жалобы.

Ответчик - возражает.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев и оценив все представленные по делу доказательства, полагает обжалуемый судебный акт Арбитражного суда города Москвы не подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 01 августа 2019 года между ООО «Славянский экспорт» и ИП ФИО1 заключен агентский договор на привлечение финансирования № 8, в соответствии с  условиями (п. 1.1.) которого, «Славянский экспорт» (Принципал) поручает, а ИП ФИО1 (Агент) принимает на себя обязательство приложить усилия для привлечения финансирования с целью реализации проектов Принципала. Агент обязуется осуществить мероприятия по привлечению финансирования для осуществления проектов Принципала, в этих целях: - предпринять все необходимые действия по доведению до сведения потенциальных инвесторов и кредиторов информацию об инвестиционных и кредитных проектах Принципала; - подготовить (при необходимости) комплект информационных материалов и экономической документации в виде ТЭО, предназначенной для предоставления от имени Принципала в кредитные организации для принятия решения о кредитовании проектов; - вступать с кредиторами и инвесторами в переговоры от имени Принципала с целью выработки наиболее приемлемых условий участия первых в проектах принципала; - оказывать содействие в проведении переговоров между Принципалом и кредиторами и/или инвесторами.

В соответствии с пунктом 3.1, вознаграждение Агента по Договору составляет 1 % от суммы привлечения финансирования с целью реализации проекта Принципала.

ООО «Славянский экспорт» перечислило ИП ФИО1 в качестве оплаты по Агентскому договору: за период с 09 сентября 2019 года по 26 декабря 2019 года денежные средства в общем размере 13 929 096, 06 руб. с учётом частичной оплаты по договору денежных средств в размере 3 328 119 рублей.

По мнению конкурсного управляющего должника, оспариваемый агентский договор является недействительной сделкой на основании статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельствам.

Согласно учредительным документам должника, выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника, основным видом деятельности ООО «Славянский Экспорт» являлось торговля оптовая зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных (п. 46.21 ОКВЭД). Иными видами деятельности, кроме закупки зерновых культур на внутреннем рынке и их последующей поставки на экспорт ООО «Славянский Экспорт» не занималось.

В период заключения Агентского договора у должника имелись действующие договоры займа №2-3/18 от 13 сентября 2018 года и № 4-3/19 от 14 января 2019 года, заключенные между должником и ООО «АйТиАй Коммодитиз».

Должник и ООО «АйТиАй Коммодитиз» заключали договоры займа № КО20- 08/19 от 20 августа 2019 года, № КО-04-10/19 от 04 октября 2019 года, № 1607-1 от 16 июля 2020 года, № 2907-1 от 29 июля 2020 года.

Все указанные займы являлись целевыми и предоставлялись для исполнения - должником обязательств по закупке и поставке зерна в рамках текущих торговых операций (пункты 1.2 указанных договоров займа). У ООО «Славянский экспорт» отсутствовал какой-либо инвестиционный проект с обоснованием экономической целесообразности, объемами и сроками осуществления капитальных вложений, подтвержденный необходимой проектной документацией, разработанной в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также описанием практических действий по осуществлению инвестиций (бизнес-план).

Конкурсный управляющий указывает, что представленные акты/отчеты агента по агентскому договору носят обобщенный формальный характер без указания того, какие фактические услуги были оказаны ИП ФИО1 должнику.

Таким образом, по мнению заявителя, по агентскому договору услуги ответчиком должнику фактически не оказывались, обязательств по их оплате не возникло. Намерения должника и ответчика не были направлены на создание отношений по оказанию услуг, а были направлены на вывод денежных средств должника без предоставления встречного исполнения, что повлекло уменьшение имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, в материалы дела ответчиком представлены доказательства реального исполнения взятых на себя обязательств по оспариваемому договору. Судом установлено, что до заключения агентского договора должник не мог увеличить объемы закупок и продаж зерна. До заключения оспариваемой сделки поступление должнику денежных средств от импортера происходило не одновременно с исполнением ООО «Славянский экспорт» своих обязательств по оплате сельхозпроизводителям за приобретенное зерно. При этом суд первой инстанции отклонил заявление о пропуске срока исковой давности.

Апеллянт, обращаясь с жалобой, повторно ссылается на доводы заявления.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьей 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статье 10 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статье 10 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход, оспаривание сделки по статье 10 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий в обоснование недействительности сделки указывает на совершение сделки в период неплатежеспособности должника, в условиях осведомленности об этом ответчика, с целью вывода денежных средств должника в пользу аффилированного лица.

Указанные обстоятельства охватываются критериями подозрительной сделки, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие у сделки дефектов, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, заявителем не обосновано, доказательства таких дефектов не представлены.

При таком положении оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ не имеется.

Заявитель также просил признать сделку недействительной на основании статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23 июня 2015 года "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обязанность доказать наличие оснований для признания сделки недействительной лежит на лице, оспаривающем сделку.

Вместе с тем в ходе рассмотрения настоящего спора мнимый характер сделки не подтвержден, обстоятельства встречного представления подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылается на то, что в период деятельности в качестве агента по привлечению средств в ООО «Славянский экспорт» ФИО1 работал генеральным директором в ООО «Управляющая компания «Аврора Капитал Менеджмент», лицензия на осуществление деятельности по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами от 10 марта 2011 года № 21-000-1-00803 (ЦБ РФ).

После заключения агентского договора и проведенного анализа ФИО1 разработал предложения по выбору механизмов финансирования ООО «Славянский экспорт». Агент предложил следующие варианты инвестиционных продуктов для привлечения инвесторов и финансирования ООО «Славянский экспорт» для ликвидации кассового разрыва и увеличения объёмов экспорта должника: продажа паев ЗПИФ (закрытый паевой инвестиционный фонд) - вариант структурирования сделки через ЗПИФ прорабатывался совместно со специализированным депозитарием «Инфинитум», в качестве управляющей компании проводились переговоры с УК «ТЭТИС Капитал»; продажа структурных облигаций СФО (специализированного финансового общества) под управлением УК «Тринфико»; продажа коммерческих облигаций ООО «АйТиАй Коммодитиз» с последующей выдачей займов в пользу ООО «Славянский экспорт» в сумме средств, полученных от продажи коммерческих облигаций.

Со стороны ООО «АйТиАй Коммодитиз», ООО «Славянский экспорт» и агентом был утверждён вариант финансирования через механизм продажи инвесторам коммерческих облигаций и выдачи займов. Для реализации агентского договора с должником ФИО1 заключил договоры и с ООО «АйТиАй Коммодитиз».

Агентом ФИО1 для привлечения средств инвесторов и финансирования кассового разрыва ООО «Славянский экспорт» дополнительно проводились переговоры и с иными инвесторами.

Для приобретения коммерческих облигаций привлеченные ФИО1 инвесторы непосредственно обращались в ООО «АйТиАй Коммодитиз» и заключали договоры купли-продажи в офисе компании. В процессе исполнения оспариваемого агентского договора ФИО1 обращался в ООО «АйТиАй Коммодитиз» за письменным подтверждением фактически проданных коммерческих облигаций, с просьбой уведомить ООО «Славянский экспорт» о заключенных сделках.

Подтверждения покупки облигаций поступали ФИО1 на электронную почту, копии писем ООО «АйТиАй Коммодитиз» направляло и в ООО «Славянский экспорт». После получения подтверждения от ООО «АйТиАй Коммодитиз» и зачисления средств, полученных от продажи облигаций, на свой расчётный счёт, ООО «Славянский экспорт» подписывало с ФИО1 акты выполненных работ и выплачивало агентское вознаграждение.

В материалы дела ответчиком представлены доказательства реального исполнения взятых на себя обязательств по оспариваемому договору.

Как верно установлено судом первой инстанции, до заключения агентского договора должник не мог увеличить объемы закупок и продаж зерна. До заключения оспариваемой сделки поступление должнику денежных средств от импортера происходило не одновременно с исполнением ООО «Славянский экспорт» своих обязательств по оплате сельхозпроизводителям за приобретенное зерно. Имел место кассовый разрыв, который мешал ООО «Славянский экспорт» расширить объёмы закупок и как следствие экспорта.

По условиям агентского договора агент ФИО1 принимал обязательства по привлечению финансирования с целью реализации проектов принципала ООО «Славянский экспорт». Размер, привлеченных ФИО1 в качестве агента денежных средств составил 1 348 559 475,20 руб. и позволил ликвидировать имеющийся разрыв.

ФИО1 привлек реальное финансирование, которое повлекло существенное улучшение финансовых результатов ООО «Славянский экспорт», что следует из бухгалтерского баланса должника за 2019. Следовательно, действия агента ФИО1 были направлены на преодоление кризиса должника, а не на причинение ущерба кредиторам.

Фактическое поступление денежных средств на расчетный счет ООО «Славянский экспорт» конкурсный управляющий не оспаривает.

Таким образом, заключение и исполнение сторонами агентского договора носило реальный характер и не причинило вреда кредиторам ООО «Славянский экспорт», поскольку деятельность агента ФИО1 повлекла кратное увеличение стоимости и размера имущества должника.

Доказательств того, что действия должника и ответчика не имели разумной деловой цели, на момент совершения сделки, ее стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий, в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом случае суд также не установил факт злоупотребления правом как со стороны должника, так и со стороны ответчика, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ судом не установлено.

Суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, имеющиеся в материалах дела доказательства ни в отдельности, ни в совокупности не являются достаточными для вывода о мнимом характере оспариваемой сделки и совершении ее обеими сторонами во вред должнику и кредиторам.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23 января 2025 года по делу №А40-102926/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                      Е.В. Иванова

Судьи:                                                                                               Ж.В. Поташова

                                                                                                           Ю.Н. Федорова