Постановление от 14 января 2018 г. по делу № А40-86553/2016

№ 09АП-54246/2017

Дело № А40-86553/16
г. Москва
15 января 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2018 года


Постановление изготовлено в полном объеме 15 января 2018 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Клеандрова

судей С.А. Назаровой, О.Г. Мишакова

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.И. Матетой

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

ФИО2, ФИО3,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2017

по делу № А40-86553/16, вынесенное судьей П.А. Марковым

о признании недействительным договора от 25.07.2014 купли-продажи квартиры площадью 152,9 кв.м. расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:41:0000000:11916, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и применении последствия недействительности сделки

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2

(ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Алапаевск, Свердловской обл.)

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО4, дов. от 03.07.2017, ФИО5, дов. от 23.10.2017.

от ФИО3 – ФИО6, ФИО7, дов. от 29.09.2017,

от финансового управляющего – ФИО8, дов. от 27.07.2017,

от ООО «Торговый дом «НКМЗ» - ФИО9, дов. от 07.11.2017.  



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.05.2016 принято к производству заявление ФИО2 о признании его банкротом.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2017 гражданин признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО10

Сообщение о признании гражданина банкротом опубликовано финансовым управляющим в газете «Коммерсантъ» № 21 от 04.02.2017, стр. 125.

В материалы дела поступило заявление ООО «Торговый дом «НКМЗ», финансового управляющего ФИО10 о признании недействительной сделки между ФИО2 и ФИО3 по отчуждению квартиры (площадью 152.9 кв.м., расположенной по адресу: Россия, <...>. кадастровый (условный номер) 66:41:0000000:11916); признании недействительной сделки между ФИО2 и ФИО3 по отчуждению гаражного бокса (площадью 17.9 кв.м., расположенного по адресу: Россия, <...>, подвал - помещение № 68, кадастровый (условный номер) 66:41:0000000:49362), применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2017 признан недействительным договор от 25.07.2014 купли-продажи квартиры площадью 152,9 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:41:0000000:11916, заключенный между ФИО2 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ФИО2 25 000 000 рублей. Признан недействительным договор от 25.07.2014 купли-продажи гаражного бокса площадью 17.9 кв.м., расположенного по адресу: Россия, <...>, подвал - помещение № 68, кадастровый (условный номер) 66:41:0000000:49362, заключенный между ФИО2 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ФИО2 3 000 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2, обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2017 по делу №А40-86553/2016.

В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции не учел всех фактических обстоятельств дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, суд неправильно применил нормы материального права, судом нарушены нормы процессуального права.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2017 по делу № А40-86553/16 и отказать в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции не учел всех фактических обстоятельств дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, суд неправильно применил нормы материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Заявил ходатайство о приобщении в материалы дела дополнительных документов.

Представители финансового управляющего ФИО2, ООО «ТД «НКМЗ» возражали на доводы апелляционных жалоб, указывая на ее необоснованность.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в его отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев ходатайство ФИО3 о приобщении дополнительных доказательств, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных доказательств, в соответствии со ст. 268 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как видно из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.07.2017 ФИО2 осуществил отчуждение квартиры площадью 152,9 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 66:41:0000000:11916 в пользу ФИО3

ФИО2 25.07.2017 осуществил отчуждение гаражного бокса площадью 17.9 кв.м., расположенного по адресу: Россия, <...>, подвал - помещение № 68, кадастровый (условный номер) 66:41:0000000:49362.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимого имущества № 77-00-4001/5006/2016-4132 от 19.09.2016 ФИО2 принадлежали: - квартира в период с 10.01.2008 по 31.07.2014 на основании договора о долевом строительстве квартиры в жилом доме № 12 от 09.03.2005, дополнительного соглашения № 1 от 27.12.2006 к договору о долевом строительстве квартиры в жилом доме № 12 от 09.03.2005, дополнительного соглашения от 10.04.2005 к договору о долевом строительстве квартиры в жилом доме № 12 от 09.03.2005; - гаражный бокс в период с 07.12.2007 по 11.08.2014 на основании договора № 10 о долевом инвестировании строительства подземного парковочного комплекса от 20.12.2005, Дополнительного соглашения № 1 от 27.12.2006 к договору № 10 от 20.12.2005 о долевом инвестировании строительства подземного парковочного комплекса, договору № 1 уступки прав (цессии) от 20.12.2006, договора № 1 уступки прав (цессии) от 20.12.2006.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимого имущества № 77-00-4001/5006/2016-4132 от 19.09.2016 и ответа УФНС России по Свердловской области исх. № 21-17/01546 дсп от 14.03.2017 ФИО2 осуществил отчуждение квартиры в пользу ФИО3

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

В п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что в силу п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Поскольку спорные договоры заключены, то есть до 01.10.2015, должник на момент сделки не являлся индивидуальным предпринимателем, по своему характеру сделка предпринимательской не является, спорная сделка может быть оспорена только на основании ст. 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес; установить факт заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу; установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение должником сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы, является злоупотреблением правом.

Удовлетворяя требования о признании оспариваемых сделок по отчуждению ФИО2 квартиры и гаражного бокса недействительной на основании ст. 10, 168 ГК РФ, суд первой инстанции исходил как раз из представленных доказательств: осведомленности ФИО2 на момент совершения сделок о финансовых сложностях подконтрольного ему основного заемщика (ООО «Управляющая компания «Терра»); об осведомленности ФИО2 об отсутствии у ООО «Управляющая компания «Терра» возможности самостоятельно и в полном объеме исполнять обязательства по кредитному договору; предугадывании ФИО2 действий Банка по предъявлению ему, как поручителю требований; направленности действий ФИО2 по отчуждению основного принадлежащего ему имущества на причинение вреда кредиторам посредством лишения их возможности обращения взыскания на данное имущество.

Отчуждению недвижимого имущества предшествовало возникновение у ФИО2 признаков неплатежеспособности.

<***> ООО «КБ «Кольцо Урала» и ООО «УК «Терра» заключили кредитный договор № <***> клв-13 в виде кредитной линии с лимитом выдачи в сумме 592 988 088,58 рублей.

В целях обеспечения исполнения обязательств по данному кредитному договору <***> между ООО «КБ «Кольцо Урала» и ФИО2 был заключен договор поручительства № <***> прч-2-13 (вид поручительства: солидарное).

При этом, ФИО2 на дату совершения оспариваемых сделок являлся собственником 50% долей в уставном капитале ООО «Екб-Профит», которое владеет 100% долей в уставном капитале ООО «УК «Терра».

Факт осуществления хозяйственной деятельности ООО «УК «Терра» под контролем ФИО2 установлен Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП- 9995/2015-ГК от 20.03.2017 по делу №А60-21733/2015 (абзац 7 стр. 14).

Согласно анализу финансового состояния ООО «Управляющая компания Терра», подготовленного временным управляющим ФИО11, ООО «УК «Терра» являлось неплатежеспособной организацией и не могло исполнять обязательства по кредитному договору перед ООО «КБ «Кольцо Урала» уже с 01.01.2013.

Из вышеизложенного следует, что ФИО2 являясь контролирующим лицом ООО «УК «Терра» и солидарным поручителем по кредитному договору ООО «УК «Терра», знал о невозможности исполнения обязательств по кредитному договору № <***> клв-13 от <***> и осознавал неизбежность предъявления к нему, как к солидарному поручителю, требования об оплате задолженности в размере превышающем 500 000 000 рублей.

Заявления ФИО2 об отсутствии у него сведений о невозможности исполнения ООО «УК «Терра» обязательств по кредитному договору, по которому он является поручителем, противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам.

Даже при отсутствии фактического контроля над ООО «УК «Терра», ФИО2 как добросовестный участник гражданского оборота, поручитель по кредитному договору и участник корпоративных отношений, должен был и мог получать сведения о финансовом состоянии ООО «УК «Терра».

На момент совершения оспариваемой сделки по отчуждению автомобиля ФИО2 отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, так как имел неисполненные обязательства перед ООО «Коммерческий банк «Кольцо Урала» в размере 584 821 421,90 рублей.

Поскольку сделки оспариваются на основании ст. 10, 168 ГК РФ, то наличие у ФИО2 при заключение оспариваемых сделок сведений о неизбежности предъявления к нему денежного требования, которое он не может исполнить, является достаточным (при наличии других признаков) для признания сделок недействительными. Установление формального факта просрочки исполнения обязательств, равно как и установление точной даты просрочки, не имеет правового значения для настоящего дела.

В связи с изложенным, довод ФИО2 об отсутствии установленной судом первой инстанции точной даты возникновения просрочки исполнения должником обязательств по кредитному договору является несостоятельным.

Кроме того, на дату заключения оспариваемых сделок ФИО2 отвечал признакам неплатежеспособности в связи с тем, что ему было предъявлено требование ООО КБ «Кольцо Урала» от 28.07.2014 (исх. № 1.1-19/9793-3) об исполнении денежных обязательств в размере 586 840 257,49 рублей в срок до 04.08.2014, что подтверждается материалами дела.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что по состоянию на 31.07.2014 и 11.08.2014 (даты государственной регистрации перехода права собственности на квартиру и гаражный бокс) у ФИО2 имелись денежные обязательства, которые он не мог исполнить, т.е. имелись признаки неплатежеспособности.

Кроме того, формальное указание в п. 3 договора купли-продажи от 25.07.2014 на передачу денежных средств не свидетельствует об исполнении ФИО3 обязанностей покупателя.

Передача денежных средств ФИО3 за приобретенную квартиру вообще ничем не подтверждается.

Доказательства, подтверждающие перечисление ФИО3 в пользу ФИО2 3 000 000 рублей за гаражный бокс и денежных средств за квартиру в дело не представлены.

Из ответа ФИО2 от 08.02.2017 следует, что на его банковских счетах денежных средств не имеется.

Согласно информации, предоставленной должником и предыдущим финансовым управляющим, а также данным, предоставленным ФНС России и иными государственными органами, дорогостоящее имущество в период с даты совершения оспариваемых сделок по настоящее время ФИО2 не приобреталось.

В соответствии с ответом ИФНС по Ленинскому району г. Екатеринбурга (исх. № 06-19/07426 от 02.03.2017) в базе данных Инспекции отсутствуют декларации ФИО2 по форме 3-НДФЛ за 2012-2015 годы, что свидетельствует об их непредставлении и об отсутствии у должника дохода в указанный период.

Кроме того, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что доказательства финансовой возможности приобретения ФИО3 объектов недвижимости являются существенным как при квалификации оспариваемых сделок по ст. 10 и 168 ГК РФ, так и при установлении мнимости указанных сделок.

Из сведений, полученных из Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области, у ФИО3 отсутствовал какой-либо доход за 2012 - 2016 годы, а общий совокупный доход за 2011 год составил менее 70 000 рублей.

Представленная в материалы обособленного спора копия договора займа не подтверждает наличие у ФИО3 возможности приобретения объектов недвижимости.

Сведения о доходах ФИО3 за период с 2011 по 2016 в информационных ресурсах налоговых органах отсутствуют. С учетом изложенного маловероятным представляется передача заимодавцем (ФИО12) в пользу ФИО3 столь существенной суммы денежных средств.

Материалы дела не содержат достаточных доказательств расходования ФИО2, полученных от ФИО3 денежных средств. Также в дело не представлено доказательств фактической передачи ФИО12 денежных средств в размере 28 000 000 рублей в пользу ФИО3

Кроме того, оригинал договора займа от 14.07.2014, заключенный между ФИО3 и ФИО13 не представлен.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 9 ст. 75 АПК РФ подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного, суд первой инстанции на основании имеющихся в материалах дела доказательствах обоснованно пришел к выводу о недоказанности  безвозмездности оспариваемых сделок.

Довод апеллянтов о недопустимости применения судом первой инстанции ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» является несостоятельным, поскольку положения данной статьи не являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Судом первой инстанции оспариваемые сделки признан недействительными на основании ст. 170 ГК РФ и ст. 10, 168 ГК РФ.

Заявление ФИО2 о необходимости прекращения производства по делу в части требований о признании сделки недействительной на основании ст. 170 ГК РФ является несостоятельным, поскольку основано на неправильном толковании положений АПК РФ и ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Иные указанные ФИО2 нарушения процессуального законодательства не находят своего подтверждения и противоречат материалам дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением своими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанное обстоятельство в совокупности с иными доводами и доказательствами, представленными в материалы обособленного спора, с точки зрения заявителя, подтверждает, как то, что оформление между ФИО2 и ФИО3 оспариваемых договоров было формальным действием, направленным на исключение обращения на данные объекты взыскания, так и отсутствие у ФИО3 какой-либо разумной цели совершения оспариваемых сделок.

Кроме того, суд обоснованно пришел к выводу о том, что представленные в материалы дела и установленные обстоятельства в полном объеме опровергают доводы ФИО3 об отсутствии между ней и ФИО2 взаимосвязи, согласованности и скоординированности действий.

Таким образом, действия ФИО3 являются недобросовестными и направлены на причинение вреда имущественным интересам кредиторов ФИО2 путем уменьшения конкурсной массы.

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Судом обоснованно применены последствия недействительности сделки исходя из того, что у ФИО3 отсутствует возможность возврата квартиры и гаражного бокса в конкурсную массу в натуре, то подлежат применению последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в сумме 28 000 000 рублей в пользу ФИО2, составляющих действительную стоимость переданного имущества.

Не вынесение судом первой инстанции определения об объединении споров в одно производство в установленном АПК РФ порядке, не привело к принятию неправильного судебного акта, не ограничило процессуальные права ФИО2, не нарушило чьих-либо прав и законных интересов, в связи с чем не является основанием для изменения или отмены решения суда по п. 3 ст. 270 АПК РФ.

Допущенные судом в определении описки не являются основанием для его отмены или изменения, так как не привели к принятию незаконного судебного акта.

Кроме того, допущенные описки могут быть исправлены в соответствии с правилами ст. 139 АПК РФ.

Доводы апелляционных жалоб отклоняются. Заявителями апелляционных жалоб не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательства в обоснование своей позиции.

Согласно статье 65 АПК РФ обязанность представления доказательств в обоснование доводов и возражений, на которые ссылается сторона по делу, лежит на стороне, заявляющей такие требования.

Доводы ФИО2 и ФИО3 о нарушении и неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании закона.

Иные доводы апелляционных жалоб сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд первой инстанции правомерно установил и учел все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, и принял законный и обоснованный судебный акт по заявленным основаниям и предмету. В этой связи, оснований для отмены обжалуемого судебного акта апелляционным судом не усматривается.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.09.2017 по делу № А40-86553/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                                 И.М. Клеандров

Судьи:                                                                                                                      С.А. Назарова

                                                                                                                      О.Г. Мишаков