Постановление от 6 июля 2023 г. по делу № А40-192823/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-192823/2022
06 июля 2023 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 06 июля 2023 года


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Кочергиной Е.В.,

судей Кольцовой Н.Н., Цыбиной А.В.,

при участии в заседании:

от истца: акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» - ФИО1, по доверенности от 23.06.2023г., ФИО2, по доверенности от 07.02.2023г.,

от ответчика: публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» - ФИО3, по доверенности от 21.12.2020г.,

рассмотрев 29 июня 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности»,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2023 года по делу № А40-192823/2022,

по исковому заявлению акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности»

к публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб»

о признании недействительными сделками: Соглашения от 05.08.2021, Страхового полиса,


УСТАНОВИЛ:


акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности» (далее – АО «СОГАЗ», истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб» (далее - ПАО «Банк Уралсиб», ответчик) о признании недействительными (ничтожными) сделками: Соглашения от 05.08.2021, страхового полиса от 17.02.2020 N 19-29-PR0001/113.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2022 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2023 года решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления о признании недействительными (ничтожными) сделками: Соглашения от 05.08.2021, страхового полиса от 17.02.2020 N 19-29-PR0001/113, отказано.

Не согласившись с принятым апелляционным судом постановлением, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на несоответствие выводов указанного суда фактическим обстоятельствам дела, просит постановление отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе.

Истец полагает, что выводы Арбитражного суда города Москвы соответствуют нормам действующего законодательства. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела судом первой инстанции установлены, однако судом апелляционной инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, а выводы прямо противоречат фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационных жалоб к производству размещена на официальном Интернет-сайте суда: www.fasmo.arbitr.ru.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ответчика поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании суда кассационной инстанции 29 июня 2023 года представители истца изложенные в поданной жалобе доводы и требования поддержали, представитель ответчика против удовлетворения жалобы возражал, ссылаясь на соблюдение норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта; пояснил, что, по его мнению, доводы, изложенные в кассационной жалобе, не основаны на нормах права, а направлены на переоценку обстоятельств и доказательств, представленных в материалы дела, что не отнесено к компетенции суда кассационной инстанции в силу положений ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу..

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, изучив материалы дела и проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела судами нижестоящих инстанций при рассмотрении спора по существу установлено, что 04.09.2019 между АО «СОГАЗ» (страховщик) и ПАО «Банк Уралсиб» (страхователь) был заключен договора страхования предпринимательских рисков N 19-29-PR0001.

17.02.2019 на основании указанного договора страховщик выдал страхователю полис № 19-29-PR0001/113, на основании которого был принят на страхование следующий объект - не противоречащие законодательству Российской Федерации имущественные интересы страхователя, связанные с возмещением ему убытков, возникающих в результате неисполнения (ненадлежащего исполнения) своих обязательств ЗАО «Иртыш» (клиент страхователя).

В полисе предусмотрена страховая премия в размере 1 350 743 руб. 49 коп.

05.08.2019 между страховщиком и страхователем было заключено соглашение, в рамках которого страховщик признал, что наступил страховой случай в рамках договора и на основании полиса.

Обращаясь с иском по настоящему делу, истец указывает на то, что соглашение и полис являются ничтожными сделками, совершенными при злоупотреблении правом со стороны страхователя.

Удовлетворяя заявленные требования суд первой, что исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) пришел к выводу, что на преддоговорном этапе ответчик умолчал о фактах, являющихся существенными для заключения договора, тогда как умышленное, сознательное и целенаправленное поведение лица является злоупотреблением правом, принципал имел очевидное финансовое неблагополучие, с тенденцией к ухудшению. Ответчик, располагая информацией о ненадлежащем финансовом состоянии и существующих нарушениях при исполнении обязательств по договору подряда представил при заключении договора страхования письмо Бенефициара об отсутствии нарушений, когда как Бенефициар в действительности данное письмо не выдавал.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, руководствовался положениями статей 210, 271 Гражданского кодекса Российской Федерации и статей 10, 168, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 9, 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2003 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса РФ», абзацем 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и исходил из того, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимых доказыванию для признания договора недействительной сделкой.

При этом апелляционным судом не учтено следующее.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что на преддоговорном этапе Ответчик умолчал о фактах, являющихся существенными для заключения Договора страхования, тогда как умышленное, сознательное и целенаправленное поведение лица скрывшего от Страховой компании существенные факты о неисполнении ЗАО «Иртышь» обязательств по госконтракту, является злоупотреблением правом.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Следовательно, исходя из принципа добросовестности, Страхователь обязан максимально полно раскрывать информацию о риске, который он передает, а Страховщик принимает на страхование, поскольку при заключении договора страхования его стороны неодинаково информированы о существенных обстоятельствах, влияющих на вероятность наступления страхового случая и размер возможных убытков.

Участники гражданского оборота должны действовать добросовестно на любом этапе существования обязательства, а также в период до его возникновения, например, при ведении переговоров о заключении договора.

Преддоговорный этап отношений, ориентированный, в первую очередь, на раскрытие потенциальному контрагенту информации, значимой для заключения договора, требует от стороны не умалчивать о тех фактах, которые настолько существенны для заключения договора, что их раскрытие может иметь решающее значения для принятия решения о заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Согласно пункту 7.3. Правил страхования страховщик проводит оценку страхового риска, исходя из условий сделки между страхователем и контрагентом и других факторов, влияющих на степень риска.

При необходимости страховщик запрашивает у страхователя дополнительные сведения, позволяющие судить о степени риска.

Исходя из пункта 5.2.1 Договора о выдаче Гарантии, Банк вправе проверять финансово-хозяйственное положение Принципала, а также осуществлять проверки достоверности предоставляемых Принципалом отчетных и плановых показателей финансово-хозяйственной деятельности Принципала (в том числе путем истребования у Принципала и/или третьих лиц необходимых для осуществления такой проверки сведений и документов).

В соответствии с пунктом 5.2.1. Договора страхования Банк был обязан перед заключением полисов к настоящему договору направить по электронной почте страховщику копии документов в отношении принципала.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции доказательств направления документов, предусмотренных пунктом 5.2.1. Договора страхования Ответчиком в материалы дела не представлено.

Однако в попытке нивелировать допущенный недочет процессуального поведения Ответчик заявил о приобщении доказательств в суде апелляционной инстанции.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статьи 268 АПК РФ).

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В силу части 3 статьи 41 АПК РФ непринятие стороной мер к надлежащей реализации своих процессуальных прав и обязанностей относит на эту сторону все негативные риски, связанные с ненадлежащей защитой собственных прав и законных интересов.

В нарушение упомянутых положений процессуального закона Ответчик не подтвердил невозможность представить доказательство в суд первой инстанции него (ходатайств об истребовании доказательств; ходатайств об отложении судебного заседания с целью предоставления документов Ответчиком заявлено не было).

Однако судом апелляционной инстанции указанные доказательства приняты.

Согласно части 2 статьи 268 АПК РФ документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 настоящего Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2021 № 301-ЭС21-21432 по делу № А11-10234/2020 «Вопреки мнению заявителя, процессуальный закон не запрещает апелляционному суду принимать дополнительные документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы, а обязывает суд сделать это (абзац 2 части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Аналогичная позиция изложена в Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.01.2016 № 305-ЭС15-18184 по делу № А40-146526/2014.

Таким образом, Истец был вправе представлять дополнительные доказательства при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, однако их представление не наделяет аналогичным правом лицо, подавшее жалобу.

Принципы состязательности и равноправия сторон были в полной мере реализованы в суде первой инстанции, однако своим правом представить доказательства в обоснование позиции по спору Ответчик не воспользовался, следовательно, должен нести риск неблагоприятных последствий как то предусмотрено частью 3 статьи 41 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции указал, что полис был выдан после сообщения Банком всех указанных в договоре существенных обстоятельств (документов), при этом никаких возражений или уточнений от страховщика не поступало.

Доказательств недостоверности такой отчетности не представлено, дополнительные сведения в отношении принципала страховщиком не запрашивались; страховщик лишь направил в адрес Банка согласованный полис, в котором, оценив риски, установил размер страховой премии, которая была оплачена Банком»

Вместе с тем указанные выводы суда апелляционной инстанции не соответствует имеющимся в материалах дела доказательствам, поскольку из имеющейся в материалах дела переписки должностных лиц Страховщика подтверждает, что информация об отсутствии претензий по выполнению контракта с учетом положений статьи 944 ГК РФ, пункту 7.3. Правил страхования являлась существенной для решения вопроса о страховании банковской гарантии.

Еще одним обстоятельством, указывающим на то, что Ответчик на момент предоставления Истцу документов для заключения договора страхования, знал о невыполнении ЗАО «ИРТЫШ» своих обязательств по контракту в установленные сроки, а ПАО «ОДК-Кузнецов» не мог предоставить письмо, в котором сообщается о выполнении работ в соответствии с графиком, являются КС-2 и КС-3.

Так, согласно графику выполнения строительно-монтажных работ по госконтракту срок исполнения этапа «подготовка территории» установлен периодом 17.05.2019 - 27.05.2019 года (л.д. 62 оборот, т. 1).

На основании пункта 3 статьи 944 ГК РФ если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как разъяснено в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на преддоговорном этапе Ответчик умолчал о фактах, являющихся существенными для заключения Договора, и признал Полис недействительным на основании статей 10 и статей 168 ГК РФ.

При этом судом первой инстанции надлежащим образом исследованы и учтены судебные акты, принятые по делам №№А40-234336/2021и А56-105901/2021.

Судебные акты по делам № А40-234336/2021 и № А56-105901/2021 не содержат сведений о том, что на момент выдачи Полиса признаки неплатежеспособности и неисполнения обязательств Принципалом отсутствовали.

Напротив, из судебных актов следует, что Ответчик не проявил должной осмотрительности, бездействовал и не проверил надлежащим образом финансовое состояние Принципала при предоставлении Гарантии.

Выдержки из судебных актов, на которые сослался суд апелляционной содержат лишь оценку представленных сторонами доказательств и их процессуального поведения, которые не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что подписав соглашение, истец подтвердил действительность полиса добровольно и безусловно, причем не только фактом подписания соглашения, подтверждающим его действительность, но даже признав наступление страхового случая (пункт 1.1 Соглашения) нельзя признать обоснованным, поскольку совокупность факторов, на основании которых Истец обратился с требованиями к ответчику стала известна только после вступления в силу судебных актов по делам №№А40-234336/2021 и А56-105901/2021.

В соответствии с пунктом 5 статьи 4 Закон РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» объектами страхования предпринимательских рисков могут быть имущественные интересы, связанные с риском возникновения убытков от предпринимательской деятельности из-за нарушения своих обязательств контрагентами предпринимателя или изменения условий этой деятельности по независящим от предпринимателя обстоятельствам, в том числе с риском неполучения ожидаемых доходов (страхование предпринимательских рисков).

В силу пункта 3.1 Договора страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования, с наступлением которого возникает обязанность Страховщика произвести страховую выплату Страхователю.

Договор являлся для сторон рамочным и Полис должен был опосредовать конкретную страховую сделку в отношении конкретного предпринимательского риска.

Фактически Полис был выдан в отношении несуществующего объекта страхования, поскольку на дату выдачи Полиса «объект страхования» не соответствовал пунктом 5 статьи 4 Закон РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», поскольку у Страхователя отсутствовали интересы, связанные с риском возникновения убытков от предпринимательской деятельности, иными словами, в отсутствии риска не возникло объекта страхования.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Однако, на момент выдачи Полиса для Страхователя, как профессионального участника рынка финансовых услуг и непосредственного контрагента клиента последнего, был очевиден факт неизбежности предъявления требований в отношении обеспечения, т.е. наступления страхового случая.

Следовательно, Страхователь фактически получил Полис при отсутствии объекта страхования соответственно, при таких фактических обстоятельствах Полис не является сделкой, обладающей правовой природой договора страхования. Такая сделка выходит за пределы специальной правоспособности Истца.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что выдача Полиса противоречит законодательству Российской Федерации, в связи с чем Полис является ничтожным на основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ как сделка, выходящая за пределы специальной правоспособности Истца, который является страховой организацией.

В силу статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции должны быть указаны мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства и не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Формальная ссылка на статьи 65, 71 АПК РФ, не может обеспечивать прав лиц, участвующих в рассмотрении спора на получение мотивированного акта, основанного на всестороннем исследовании доводов и имеющихся в материалах дела доказательств, с отражением мотивов суда.

При этом право суда не указывать все мотивы или отражать все представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон не может быть растолковано таким образом, что доводы и доказательства сторон остаются не исследованными в их существенной материально-правовой части, что в свою очередь позволяет сделать вывод о немотивированно выборочном исследовании судами доводов сторон без их проверки, в том числе применительно к принципу состязательности.

Постановление суда апелляционной инстанций подлежит отмене, поскольку Арбитражный суд города Москвы, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, пришел к обоснованному выводу о недействительности соглашения от 05.08.2021 и страхового полиса от 17.02.2020 №19-29-PR0001/113.

Суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, исследовав и оценив все обстоятельства по делу и представленные сторонами доказательства, в связи с чем, у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены решения Арбитражного суда города Москвы.

На основании изложенного суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт принят апелляционным судом при неправильном применении норм материального права, а также при неполном исследовании всех обстоятельств дела, что могло повлиять на результат рассмотрения дела, в связи с чем обжалуемое постановление а в соответствии с положениями статей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене.

С учетом того, что судом первой инстанции были установлены все обстоятельства спора, имеющие значение для правильного его разрешения, суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным, отменив постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2023 года по делу № А40-192823/2022 отменить.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 17 ноября 2022 года оставить в силе.


Председательствующий-судья Е.В. Кочергина


Судьи: Н.Н. Кольцова


А.В. Цыбина