Постановление от 25 сентября 2023 г. по делу № А40-124239/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-55978/2023

Дело № А40-124239/18
г. Москва
25 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности (РПРАЭП) на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2023 по делу №А40-124239/2018 (70-154 Б) о признании обоснованными требования Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности (РПРАЭП) в размере 1 450 000 руб. с удовлетворением в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «Аква-Ерино»

при участии в судебном заседании:

от РПРАЭП: ФИО2 по дов. от 30.06.2023

иные лица не явились, извещены



У С Т А Н О В И Л:

Решением от 14.06.2022 в отношении ЗАО «Аква-Ерино» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим ЗАО «Аква- Ерино» утвержден ФИО3 (член Ассоциация СРО «ЦААУ», ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 129090, г. Москва, а/я 49).

03.06.2021 в Арбитражный суд города Москвы в электронном виде поступило заявление Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности (РПРАЭП) о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 1 450 000 руб.

Определением от 21.07.2023 Арбитражный суд города Москвы признал обоснованными требования Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности (РПРАЭП) в размере 1 450 000 руб. с удовлетворением в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с указанным судебным актом, Российский профессиональный союз работников атомной энергетики и промышленности (РПРАЭП) обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части установления очередности погашения требования и принять новый судебный акт, включив требование кредитора в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего должника поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе, которые приобщены судом к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель РПРАЭП доводы жалобы поддержал.

В соответствии с п.5 ст.268 Арбитражного процессуального кодекса РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно п.27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений по проверке только части судебного акта до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Поскольку от лиц, участвующих в деле, до начала судебного разбирательства возражения по проверке только части судебного акта не заявлены, законность и обоснованность решения проверяется апелляционным судом только в обжалуемой части.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ №35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно ч 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено судом первой инстанции, требования кредитора основаны на задолженности ЗАО «Аква-Ерино», возникшей в результате ненадлежащего исполнения обязательств по Договору займа от 01.07.2019 № 44/19, заключенному с кредитором.

Обоснованность требования не оспаривается.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом, согласно указанному Закону аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4 Закона), лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 статьи 4 Закона), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4 Закона), юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 7 статьи 4 Закона).

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как установлено судом первой инстанции, на момент заключения договора беспроцентного займа № 44/2019 от 01.07.2019 РПРАЭП являлся мажоритарным участником ЗАО «Аква-Ерино», что подтверждается Списком зарегистрированных лиц в реестре владельцев ценных бумаг по состоянию на 09.06.2015 (данные АО «Независимая регистрационная компания Р.О.С.Т.»).

Согласно договору купли-продажи ценных бумаг «Аква-Ерино» №111/2019 от 26.12.2019 РПРАЭП продал ЗАО «Санаторий «Ерино» ценные бумаги в количестве 40 800 штук, что составляет 51 % уставного капитала эмитента.

Согласно Списку зарегистрированных лиц в реестре владельцев ценных бумаг по состоянию на 23.01.2020 РПРАЭП перестало быть владельцем ценных бум ЗАО «Аква- Ерино».

Таким образом, на дату заключения Договора займа, кредитор являлся аффилированным по отношению к должнику лицом через участие в уставном капитале Общества.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии обстоятельств, свидетельствующих о фактической аффилированности кредитора и должника.

При представлении доказательств аффилированное должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305- ЭС16- 20992(3) указано, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении.

Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно.

Согласно положениям статей 71, 100 Закона о банкротстве, а также сложившейся судебной практике рассмотрения требований аффилированных к должнику лиц, рассмотрение заявлений о замене кредитора в реестре требований кредиторов и рассмотрение требования о включении в реестр производится судом по аналогичным правилам (строгий стандарт доказывания, определенное распределение бремени доказывания и так далее).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

При этом в соответствии с принятым в судебной практике толкованием и целями законодательства о банкротстве из вышеуказанного общего правила есть ряд исключений, в том числе следующие.

Во-первых, при установлении фиктивности обязательств (отсутствие реальных обязательств) между аффилированным лицом и должником требование такого лица (как и требование любого иного, в том числе и неаффилированного лица) не может быть включено в реестр требований кредиторов (статья 170, 168 ГК РФ). При этом наличие аффилированности между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную массу - само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между такими лицами.

Во-вторых, обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ; определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

В-третьих, при заявлении требований лицом, исполнившим перед внешним кредитором обязательство должника (по схеме поручительства, либо по статье 313 ГК РФ, либо через схему уступки), при вхождении исполнившего и должника в одну группу компаний - правила о суброгации не применяются, если отношения между исполнившим и поручителем регулируются договором о покрытии (для этого надо исследовать внутригрупповые отношения; данные о перемещении внутри группы денежных потоков), даже если договор о покрытии надлежаще юридически не оформлен (пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее - Обзор).

В-четвертых, при предоставлении должнику аффилированным лицом компенсационного финансирования (предоставление в состоянии имущественного кризиса, то есть при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве либо неизбежности их наступления) - требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой (пункты 3.1, 6.2 Обзора).

В-пятых, если при создании контролирующее должника лицо наделило юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировало займами (то есть бенефициар перераспределил риск утраты крупного вклада на случай возможного банкротства) - требования такого лица также подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой (пункт 9 Обзора).

Кроме того, правила компенсационного финансирования распространяются и на ситуации приобретения требования у внешнего кредитора (если договор купли-продажи права был заключен уже в ситуации объективного банкротства - пункт 6.2 Обзора) и на ситуации включения в реестр требований кредиторов суммы вознаграждения по договору покрытия.

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование заинтересованным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на заинтересованное лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на дату заключения Договора займа с РПРАЭП, у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами на значительную сумму.

Так, 09 июня 2018г было принято к производству заявление ФНС в лице ИФНС России № 51 по г. Москве о признании ЗАО «Аква-Ерино» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40-124239/18-70-154 «Б».

18 декабря 2018г. утверждено мировое соглашение от 17 декабря 2018г., заключенное между ФНС № 51 по г. Москве с одной стороны и ЗАО «Аква-Ерино», в лице Генерального директора ФИО4, действующего на основании Устава, с другой стороны, по которому были согласованы график и условия погашения сформировавшейся задолженности ЗАО «Аква-Ерино» перед ИФНС № 51 по г. Москве в общей сумме 17 864 344,08 рубля 08 копеек.

05.12.2019 г. в Арбитражный суд города Москвы поступило ходатайство МИФНС России № 51 по г. Москве о расторжении мирового соглашения. Заявление подано по причине невыполнения должником финансовых обязательств, взятых на себя в соответствии с условиями мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2020 по настоящему делу Мировое соглашение, утвержденное 17.12.2018 года по делу №А40- 124239/18-70-154 «Б», расторгнуто. Возобновлено производство по делу №А40-124239/18-70-154 «Б» по рассмотрению заявления ФНС в лице ИФНС России № 51 по г. Москве о признании ЗАО «Аква-Ерино» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом).

РПРАЭП как лицо, аффилированное с должником, не могло знать о наличии у должника обязательств по исполнению Мирового соглашения на дату заключения Договора займа. Однако, несмотря на это, выдало займ на сумму 1 500 000 руб., направленный на погашение обязательств перед поставщиками и АО «Мосэнергосбыт».

Учитывая указанные обстоятельства, пояснения относительно экономической целесообразности заключения Договора займа с РПРАЭП кредитором не представлено, в связи с чем сделать вывод об отсутствии признаков компенсационного финансирования в условиях имущественного кризиса не представляется возможным. Доказательств обратного, в порядке ст.65 АПК РФ, в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание изложенное, порядок удовлетворения требования аффилированного с должником лица обоснованно субординирован судом первой инстанции по отношению к требованиям иных независимых кредиторов применительно к пункту 4 статьи 142, пункту 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункта 8 статьи 63 ГК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 3.1, 6.2, 9 Обзора.

На основании статей 8, 9 АПК РФ, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В данном обособленном споре мотивы поведения по рассматриваемым обязательствам, а также экономические разумные цели не были раскрыты, документально обоснованные пояснения не представлены.

Таким образом, в условиях недостаточности денежных средств у должника, действия кредитора по отсрочке оплаты задолженности, позволили должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, что позволяет признать такое финансирование деятельности должника компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Иных доводов, не исследованных судом первой инстанции, апеллянт не приводит, выражает лишь несогласие с выводами суда первой инстанции, однако, не опровергает их, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с п. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2023 по делу №А40-124239/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: О.В. Гажур



Судьи: А.Н. Григорьев



ФИО5


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.