Постановление от 13 февраля 2025 г. по делу № А41-87682/2022

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-25364/2024

Дело № А41-87682/22
14 февраля 2025 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  13 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 февраля 2025 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3: ФИО4 по доверенности от 15.08.2024,

от ФИО5: ФИО6 по доверенности от 18.11.2023,

ФИО5 – лично, предъявлен паспорт,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 27 ноября 2024 года по делу №А41-87682/22,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 25.05.2023 в отношении ФИО2 (ИНН <***>) введена процедура реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 03.06.2023 №98(7543).

            Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с жилым домом от 10.06.2022, заключенного между ФИО2 и ФИО7, и договора купли-продажи земельного участка с жилым домом от 09.08.2022, заключенного между ФИО7 и ФИО5

Также управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО2 недвижимое имущество: земельный участок, площадью 1000 кв.м. с кадастровым номером 50:20:0040702:1022, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Знаменское поле, земельный участок 482 (четыреста восемьдесят два), категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем ЖИЛОЙ ДОМ, площадью 255 кв.м., с кадастровым номером 50:20:0040611:64, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Знаменское поле, дом 482 (четыреста восемьдесят два), количество этажей, в том числе подземных этажей: 2 (два), в том числе подземных 0 (ноль), назначение: Жилое, наименование: Жилой дом.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.11.2024 заявление финансового управляющего удовлетворено частично. Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом от 10.06.2022, заключенный между ФИО2 и ФИО7 Применены последствия недействительности сделки. С ФИО7 в конкурсную массу должника ФИО2 взыскано 39 000 000 руб. С ФИО7 в конкурсную массу должника ФИО2 взыскано 9 000 руб. госпошлины. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что в подтверждение заявленных требований и недействительности цепочки сделок управляющим представлены надлежащие доказательства.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

ФИО5 и его представитель возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в споре, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)", а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

Как следует из материалов дела, 10.06.2022 между должником ФИО2 и ФИО7 заключен договор купли-продажи земельного участка с жилым домом (далее - Договор 1), предметом которого является: земельный участок, площадью 1000 кв.м. с кадастровым номером 50:20:0040702:1022, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Зиаменское поле, земельный участок 482, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом, площадью 255 кв.м., с кадастровым номером 50:20:0040611:64, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Зиаменское поле, дом 482, количество этажей, в том числе подземных этажей: 2 (два), в том числе подземных 0 (ноль), назначение: Жилое, наименование: Жилой дом, (далее Имущество).

Согласно п. 2.1 договора 1 стоимость земельного участка составляет 9 700 000 рублей, жилого дома 29 300 000 рублей. Общая стоимость Имущества составила 39 000 000 рублей.

В соответствии с п. 2.3. покупатель уплачивает цену договора наличными денежными средствами и подтверждается распиской продавца о получении денежных средств.

В последующем 09.08.2022 между ФИО7 и ФИО5 заключен договор купли-продажи земельного участка с жилым домом (далее - договор 2), предметом которого является: земельный участок, площадью 1000 кв.м. с кадастровым номером 50:20:0040702:1022, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Знаменское поле, земельный участок 482, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом, площадью 255 кв.м., с кадастровым номером 50:20:0040611:64, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Одинцовский городской округ, поселок Горки-2, территория Знаменское поле, дом 482, количество этажей, в том числе подземных этажей: 2 (два), в том числе подземных 0 (ноль), назначение: Жилое, наименование: Жилой дом.

Согласно п. 2.1. Договора 2 общая стоимость имущества составила 500 000 долларов США, исчисляемых по курсу 70 рублей за 1 доллар США.

В соответствии с п. 2.2.1. окончательный расчет между сторонами производится через индивидуальный сейф банка АКБ «ФОРА-БАНК» (АО), с закладкой денежных средств до подписания настоящего договора, но с правом получения денежных средств ФИО7 после государственной регистрации перехода права по настоящему договору и предъявления банку документов, подтверждающих регистрацию права собственности ФИО5 на объекты недвижимости.

Согласно выписке из ЕГРН о переходе прав на имущество, переход прав от ФИО7 к ФИО8 произведен 12.08.2022, после чего ФИО7 могла бы получить денежные средства в оплату договора 2.

Однако к договору 2 приложена расписка от 09.08.2022 о получении ФИО7 от ФИО8 денежных средств в размере 35 000 000 рублей наличными.

Полагая, что сделки купли-продажи совершены с нарушением пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и в нарушение статьи 170 ГК РФ, финансовый управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Согласно сформировавшейся судебной практике (Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2020 по делу N А40-27329/2018) оспаривание цепочки сделок, в том числе сделок, стороной которых должник не является, не противоречит законодательству о несостоятельности (банкротстве) в случае, если для восстановления нарушенных прав должника недостаточно признания недействительной только первой из цепочки сделок.

В ситуации, когда отношения сторон являются сложно-структурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок. В связи с этим такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Правильным в таком случае является оспаривание всей совокупности сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678 по делу N А11-7472/2015, для признания в рамках дела о банкротстве недействительными сделками цепочку взаимосвязанных сделок, опосредующих переход права собственности от должника к приобретателю по последней сделке, управляющий должен доказать, что сделки были направлены на отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, а спорное имущество находилось под контролем одного лица.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 27 от 26.06.18 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", о взаимосвязанности сделок помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности управляющим совокупности условий для признания договора от 10.06.2022 недействительной сделкой, установив отсутствие факта оплаты цены договора и отсутствие доказательств финансовой возможности ФИО7 приобрести спорное имущество.

Отказывая в удовлетворении заявления управляющего в части признания недействительной сделкой последующее отчуждение спорного имущества ФИО7 в пользу ФИО8, суд установил факт оплаты цены договора, а также наличия финансовой возможности ФИО5 приобрести спорное имущество, признав последнего добросовестным приобретателем имущества, ввиду отсутствия бесспорных доказательств того, что сделки были направлены на отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, а спорное имущество находилось под контролем одного лица (в данном случае должника).

Апелляционная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы заявителя апелляционной жалобы, исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве ФИО2 возбуждено определением суда от 15.11.2022, спорные сделки совершены 10.06.2022-09.08.2022 (переход права собственности зарегистрирован 12.08.2022), то есть в пределах трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с пунктом 6 Постановления N 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве).

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве).

Как указывалось выше, договор купли-продажи спорного имущества между должником ФИО2 и ФИО7 был заключен 10.06.2022, в связи с чем, может быть оспорен на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Московской области от 25.03.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.09.2022 суд признал недействительными сделками перечисления должником денежных средств в пользу ФИО2 в размере 56 799 043,72 руб.

Применены последствия недействительности сделки, с ФИО2 в пользу ООО «Фирма «Мортадель» взысканы денежные средства в размере 56 799 043,72 руб.

Задолженность не погашена, судебные акты не исполнены.

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.05.2023 указанные выше требования включены в реестр требований кредиторов должника Кроме того, определением Арбитражного суда Московской области от 27.02.2024 требование Межрайонной ИФНС России №22 по Московской области в размере 704 417,39 руб., из которых 609 965,72 руб. – основной долг, 94 451,67 руб. – пени, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Таким образом, на момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства, которые в последующем были включены в реестр требований кредиторов, а, следовательно, должник на момент совершения сделок обладал признаками неплатежеспособности.

Если в спорный период у должника имелись обязательства перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, и данные обязательства впоследствии исполнены не были, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов, то по смыслу абз. 36 ст. 2 Закона о банкротстве и абз. 3 п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 указанные обстоятельства подтверждают факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Как следует из материалов дела, сторонами в договоре купли-продажи от 10.06.2022 согласована стоимость объектов недвижимости в сумме  39 000 000 рублей (9 700 000 рублей за земельный участок и 29 300 000 рублей за дом).

При этом доказательств проведения расчетов между сторонами не представлено.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (в действующей на дату рассмотрения спора редакции), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Аналогичный подход применяется и при рассмотрении судом заявлений об оспаривании сделок.

Доказательств, опровергающих факт заключения договора в отсутствие встречного предоставления, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

В материалы дела и апелляционному суду не представлено каких-либо доказательств того, что ФИО7 имела финансовую возможность оплатить в пользу ФИО2 денежную сумму в размере 39 000 000 рублей за приобретенное имущество.

ФИО7 не представлено надлежащих и допустимых доказательств, подтверждающих снятие или получения крупных сумм денежных средств в период, предшествующий дате заключения сделки, движения достаточной суммы денежных средств по ее счету, доказательства исполнения за нее обязательств третьими лицами, а также доказательств того, что денежные средства, полученные ей по иным сделкам аккумулировались им и впоследствии были направлены на оплату договора.

Доказательств получения денежных средств должником в оплату спорного договора в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств наличия финансовой возможности ответчика на совершение такой оплаты.

Таким образом, оснований полагать, что цена договора была оплачена, у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Судом также принято во внимание и учтено, что фактически стороной оспариваемой сделки от 10.06.2022 от имени покупателя является фактически заинтересованное по отношению к должнику лицо.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются: его супруг; его родственники по прямой восходящей и нисходящей линии; его сестры, братья и их родственники по нисходящей линии; его родители; его дети; сестры и братья супруга.

Вместе с тем доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015).

Необходимо учитывать, что аффилированность обусловливает тесные доверительные отношения между сторонами и предоставляет возможность без риска совершать фиктивные (мнимые или притворные) операции, направленные на сохранение имущества в группе (семье) и причинение вреда иным, независимым кредиторам. При этом зачастую такие операции внешне лишены экономической целесообразности (хозяйственной выгоды) для одной из сторон, то есть сложно представить, что подобные сделки могли быть совершены между независимыми участниками оборота.

В качестве одного из условий, определяющего фактическую аффилированность между лицами, суды выделяют заключение договора на условиях, недоступных обычным (независимым участника) гражданского оборота.

Так в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 N 306-ЭС20-2155 по делу N А55-30718/2016 указано, что ни один независимый от покупателя разумный продавец не указал бы в договоре купли-продажи недвижимого имущества, что оплата произведена, в отсутствие таковой; равным образом, ни один независимый от продавца покупатель не согласился бы принять на себя вновь обязательство по оплате, если бы ранее он его исполнил. Кроме того, отсутствие оплаты по общему правилу влечет за собой регистрацию залога в силу закона на проданное имущество до момента исполнения соответствующего обязательства (пункт 5 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отказ правопредшественников от права залога свидетельствует о том, что у них имелись иные (неформальные) гарантии оплаты либо оплата их не интересовала в принципе.

Заинтересованность ФИО7 по отношению к должнику подтверждается совокупностью следующих обстоятельств.

Как указывалось выше, доказательств оплаты денежных средств по Договору 1 от ФИО7 в пользу ФИО2 не представлено.

Также не представлено каких-либо доказательств того, что ФИО7 имела финансовую возможность оплатить в пользу ФИО2 денежную сумму в размере 39 000 000 руб.

При этом судом установлены следующие факты участия ФИО7 в сделках должника и его родственников.

В суд также поступило заявление финансового управляющего об оспаривании иных сделок должника, заключенных с ФИО7

Так, помимо оспариваемой в рамках настоящего спора сделки, 25.07.2022 между должником ФИО2 и ФИО7 заключен договор купли-продажи квартиры, предметом которого является: однокомнатная квартира, на 20 этаже, расположенная по адресу: <...>, общей площадью 52,4 кв.м., кадастровый номер: 50:11:0020213:9973 (далее Квартира).

Согласно п. 2.1 Договора 1 стоимость квартиры составляет 11 500 000 рублей.

В соответствии с п. 2.3. покупатель уплачивает цену Договора наличными денежными средствами и подтверждается распиской Продавца о получении денежных средств.

Затем 30.01.2023 между ФИО7 и Каш С.А. заключен договор купли-продажи, предметом которого является: однокомнатная квартира, на 20 этаже, расположенная по адресу: <...>, общей площадью 52,4 кв.м., кадастровый номер: 50:11:0020213:9973.

При этом каких-либо доказательств, подтверждающих передачу ФИО7 в пользу ФИО2 денежной суммы в размере 11 500 000 руб., не представлено. Также как и не представлено, что в период времени с 11.06.2022 по 25.07.2022 у ФИО7 имелись в распоряжении денежные средства в общем размере 50 500 000 руб., которые она должна была оплатить должнику по договорам купли-продажи недвижимого имущества.

Также судом установлено, что постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 по делу № А41-40093/2017 (дело о банкротстве заявителя по настоящему делу о банкротстве ООО «Фирма «Мортадель»), оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2022, установлено, что ФИО9 является братом ФИО10.

ФИО2, в свою очередь, состоит в зарегистрированном браке с ФИО11, указанные лица одновременно являлись контролирующими ООО «Фирма «Мортадель» лицами – президент и вице-президент.

В рамках дела № А41-40093/2017 по спору об оспаривании договора дарения от 14.03.2016 квартиры, заключенного между ООО "Фирма "Мортадель" и Касеновым Сериком, определением Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2022 о принятии обеспечительных мер также было указано, что недвижимое имущество было отчуждено ФИО9 в пользу ФИО7 на основании договора-купли продажи от 09.09.2022, о чем внесена соответствующая запись в ЕГРП, что подтверждается выпиской из ЕГРП №КУВИ-001/2022-158462972 от 12.09.2022.

То есть, ФИО7 является участником сделок купли-продажи недвижимого имущества, совершаемых между родственниками, а именно, ФИО2 и её братом ФИО9

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие факта оплаты цены договора, отсутствие доказательств финансовой возможности оплатить имущество, заинтересованность сторон сделки, апелляционная коллегия приходит к выводу, что в результате совершенной безвозмездной сделки из конкурсной массы должника выбыла имущество в виде жилого дома и земельного участка, чем причинен вред имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Не соответствующая требованиям закона сделка ничтожна независимо от признания ее таковой в судебном порядке и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 166, пункт 1 статьи 167 и статья 168 ГК РФ), и, значит, не имеет юридической силы, не создает каких-либо прав и обязанностей как для сторон сделки, так и для третьих лиц.

Прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Осуществление государственной регистрации перехода права собственности к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы, сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания приведенных норм и разъяснений вышестоящих судов, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Судом установлено совершение должником и ФИО7 сделки с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы путем подписания договора купли-продажи, доказательств оплаты которого со стороны ФИО7, равно как и возможности произвести оплату не представлено.

Данные действия сторон не могут быть признаны судом добросовестным поведением.

Являясь фактически заинтересованным лицом, ответчик не могла не знать о совершении должником сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Иного не доказано допустимыми доказательствами по делу.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, апелляционная коллегия считает, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявленные управляющим требования в части признания договора от 10.06.2022 недействительным.

Относительно второй оспариваемой сделки, апелляционная коллегия исходит из следующего.

Как указано в Определении Верховного суда от 02.07.2020 № 307- ЭС19-18598(3) по делу № А56-94386/2018  суды не должны ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются.

По общему правилу при оспаривании цепочки последовательных сделок надлежит установить следующие обстоятельства: определить цепочку последовательных спорных сделок; доказать аффилированность участников спорных сделок; доказать противоправность спорных сделок; доказать наличие конечной, противоправной цели спорных сделок.

При отчуждении имущества должника и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия.

Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки).

Между тем, в данном конкретном случае, аффилированность участников спорных сделок, противоправность спорных сделок, наличие конечной, противоправной цели спорных сделок, конкурсным управляющим не доказано.

Так, 09.08.2022 спорное имущество было отчуждено ФИО7 в пользу ФИО5 по договору купли-продажи.

Переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Московской области 12.08.2022, о чем сделана запись в ЕГРН № 50:20:0040611:64-50/422/2022-46.

Согласно пункту 2 статьи 28 Закона о банкротстве сведения, содержащиеся в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, являются открытыми и общедоступными.

Опубликование в соответствии с нормами Закона о банкротстве сведений в ЕФРСБ имеет информативную как для лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, так и для всех третьих (заинтересованных) по отношению к должнику лиц функцию с целью ознакомления с такими сведениями, обладающими признаками публичной достоверности и актуальности во времени (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 16.11.2020 N Ф10-4663/2020 по делу N А08- 8086/2019, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 04.10.2018 ИФ09- 7122/17 по делу NA07-1117/2016).

Как следует из материалов дела, сообщение в едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) о признании несостоятельной (банкротом) ФИО2 и введении процедуры реструктуризации долгов гражданина появилось только 26 мая 2023 года (Сообщение №11575771 от 26.05.2023).

Как следует из отзыва ответчика ФИО5 и материалов дела, ответчик в июне-июле 2022 года активно искал недвижимость для личного пользования и проживания в ценовом диапазоне от 29 до 40 миллионов рублей (просматривал объявления в интернете, вел переписку с риэлторами и собственниками объектов недвижимости).

Данный факт подтверждается протоколом осмотра доказательств от 13.01.2024, составленным нотариусом Одинцовского нотариального округа ФИО12 (т.1 л.д. 140-168).

Покупка и поиск недвижимости Ответчиком именно в районе Московской области, Одинцовского городского округа, поселка Горки-2 был обусловлен проживанием непосредственной близости родного брата ФИО13 с семьей по адресу: <...> (том 1 л.д. 169-180).

Как указал ФИО5, перед покупкой ответчиком были приняты необходимые меры по проверке объекта недвижимости, а также предыдущих собственников на предмет платежеспособности (наличия признаков для банкротства).

Так, ФИО7 была представлена выписка из ЕГРН в отношении продаваемого имущества, в которой отсутствовали какие-либо ограничения (обременения) объектов недвижимости.

Ответчиком была осуществлена проверка ФИО7 по банку данных исполнительных производств на сайте ФСПП России (https://fssp.gov.ru/iss/ip) на предмет наличия задолженности, подпадающей под критерии возбуждения дела о банкротстве, данная проверка подтвердила отсутствие какой-либо задолженности ФИО7

Данный факт подтвержден протоколом осмотра доказательств от 15.03.2024 составленным нотариусом города Москвы ФИО14 (т.2 л.д 1-33).

Кроме того, ФИО5 инициативно проверял ФИО2 по банку данных исполнительных производств на сайте ФСПП России (https://fssp.gov.ru/iss/ip) на предмет наличия задолженности, подпадающей под критерии возбуждения дела о банкротстве, данная проверка подтвердила отсутствие какой-либо заложенности ФИО2 (том 2 л.д.34).

Согласно условиям договора купли-продажи земельного участка, с жилым домом от 09.08.2022, заключенного между ФИО7 и ФИО8 стоимость имущества определена сторонами в размере 500 000 тысяч долларов США, исчисляемых в рублях по курсу 70 рублей за 1 доллар США (пункт 2.1. договора).

Управляющий ставит под сомнение получение денежных средств ФИО7 по договору купли-продажи земельного участка с жилым домом от 09.08.2022, ссылаясь на то, что факт расчета за имущество подтвержден только распиской от 09.08.2022.

Также управляющий ссылается на неравноценность полученных ФИО7 денежных средств в размере 35 000 000 рублей за имущество.

Ответчиком, в опровержение доводов управляющего, в материалы дела представлен отчет  об оценке рыночной стоимости земельного участка с жилым домом на момент сделки - на 09.08.2022.

Согласно представленному отчету №3011-2023/03/01 от 30.11.23 стоимость указного имущества на 09.08.2022  составила 31 562 800 рублей (т.2 л.д. 35-97).

Финансовым управляющим оценка, представленная ФИО5 в обоснование своей правовой позиции, не оспорена надлежащими доказательствами по делу, о проведении судебной экспертизы в порядке ст.82 АПК РФ на предмет оценки имущества не заявлено.

В суде апелляционной инстанции ходатайства о назначении по делу судебной оценочной экспертизы участвующими в деле лицами также заявлено не было.

Для квалификации сделки, совершенной во вред кредиторам факт получения оплаты за имущество является юридически значимым обстоятельством для определения, была ли у сторон цель вывода имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства должника или действительного получения должником равноценного встречного исполнения за него.

Судом установлено, что денежные средства были переданы с использованием банковской ячейки в АКБ «Фора-Банк» (т. 2 л.д. 98-103).

Указанное обстоятельство также подтверждается протоколом осмотра доказательств от 15.03.2024, составленным нотариусом г. Москвы ФИО14

Из указанного протокола осмотра доказательств усматривается, что на телефоне ФИО5 имеются фотографии того, как ФИО7 заходит в помещение, где расположены банковские ячейки, получает денежные средства, оставляет расписку и ключи (т.2 л.д 27-32).

Многочисленная судебная практика (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 г. № 305-ЭС18-6622 по делу № А40-177314/2016) применяет повышенный стандарт доказывания для подтверждения реальности спорных правоотношений, по которым оплата производится наличными денежными средствами, а потому финансовое состояние покупателя в настоящем обособленном споре имеет существенное правовое значение.

Наличие финансовой возможности ФИО8 приобрести спорное имущество по цене, указанной в договоре, на момент заключения сделки подтверждена надлежащими доказательствами по делу.

Так, согласно выписке по дебетовой карте ПАО Сбербанк объем собственных денежных средств за период с 20.11.2020 по 23.11.2022 составил - 11 708 819 рублей.

Кроме того, на имя ФИО8 в период с 19.10.2018 года по 22.01.2019 года в банке «Хоум кредит» был открыт вклад в размере 22 848 810,96 рублей.

Кроме того, платежеспособность ответчика на момент сделки подтверждается наличием в собственности автотранспортных средств и недвижимого имущества в Московской области.

Также в судебном заседании суда первой инстанции ФИО5 представил суду информацию и справки из банков о наличии у него и в настоящее время на счетах в банках и вкладах около 25 000 000 руб.

Указанное обстоятельство дополнительно подтверждает, что ФИО5 как на момент заключения сделки, так и в настоящее время является платёжеспособным лицом.

Также в суд представлены доказательства, что ответчик ФИО5 фактически проживает в указанном доме, несет бремя его содержания, проводит его ремонт и модернизацию (т.3 л.д. 1-66).

Указанные обстоятельства также подтверждены свидетельскими показаниями соседки ФИО15, данными ей в судебном заседании от 30.10.2024.

Аффилированность и какая-либо заинтересованность ФИО5 по отношению к ФИО7 или должнику судом не установлена, обратного не доказано, равно как и не доказано, что сделки были направлены на отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, а спорное имущество находилось под контролем одного лица (в данном случае должника).

Учитывая представленные в материалы дела доказательства того, что ФИО5 фактически имел финансовую возможность для приобретения дома стоимостью 35 000 000 руб., проявил должную осмотрительность при заключении договора, отсутствие заинтересованности по отношению к продавцу и должнику, а также принимая во внимание, что последний приобретатель фактически проживает в доме более двух лет, оснований полагать, что покупатель преследовал противоправную цель  при совершении сделки, у апелляционной коллегии не имеется.

В рассматриваемом случае надлежащими и бесспорными доказательствами не подтверждена осведомленность ФИО5 и направленность его действий на причинение вреда имущественным правам кредиторов, на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним было зарегистрировано не за отчуждателем или в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. Кроме того, собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

В рассматриваемом случае, право собственности в отношении спорной квартиры было зарегистрировано за Продавцом, сведения о наличии судебных споров отсутствовали.

Кроме того, ФИО5 владеет спорными объектами более 2-х лет, действий, направленных на их отчуждение сразу после приобретения с целью создать видимость добросовестного приобретения, не совершал, несет бремя их содержания.

Таким образом, оснований полагать, что ФИО5  является недобросовестным приобретателем, не имеется.

Как указывалось выше, факт оплаты по сделке от 09.08.2022 подтвержден документально, оснований полагать, что сделка заключена при неравноценном встречном предоставлении, не имеется, заинтересованность сторон сделки не установлена.

В любом случае, данное обстоятельство не имеет правового значения в отсутствие доказательств того, что последний приобретатель имущества участвовал в выводе имущества должника.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Какие-либо документы, свидетельствующие о том, что заключая договор, стороны совершили действия в обход закона с противоправной целью, а также совершили иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), в материалах дела отсутствуют. 

Заявителем не доказано, что оспариваемая сделка имела противоправный умысел, совершена с целью причинения имущественного вреда кредиторам, а действия сторон были направлены на вывод имущества Должника.

Обстоятельства злоупотребления правом сторонами при заключении оспариваемой сделки не установлены.

Аффилированности или иной заинтересованности сторон сделки, равно как и заинтересованности  ответчика по отношению к должнику апелляционной коллегией не установлено.

В связи с чем, апелляционная коллегия согласна с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 09.08.2022 недействительной сделкой.

Отклоняя доводы управляющего, апелляционная коллегия исходит из следующего.

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась ввиду.

Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Доказательств отсутствия намерения у сторон породить правовые последствия, отраженные в договоре купли-продажи, равно как и доказательств недобросовестности ФИО5 материалы дела не содержат.

Соответственно, оснований полагать, что действия указанных лиц были направлены на вывод активов должника, у суда первой инстанции не имелось.

Согласно сформировавшейся судебной практике (Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2020 по делу N А40-27329/2018) оспаривание цепочки сделок, в том числе сделок, стороной которых должник не является, не противоречит законодательству о несостоятельности (банкротстве) в случае, если для восстановления нарушенных прав должника недостаточно признания недействительной только первой из цепочки сделок.

В ситуации, когда отношения сторон являются сложно-структурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок. В связи с этим такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09 июля 2018 года N 307-ЭС18-1843 по делу N А56-31805/2016, следует, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из смысла пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при применении последствий недействительности сделки стороны должны возвратиться в то имущественное положение, которое имело место до исполнения этой сделки, и только применительно к отдельным видам недействительности сделок в изъятие из общих правил настоящей нормы гражданское законодательство предусматривает правило о возврате полученного только одной стороной.

Признание договора недействительным влечет двустороннюю реституцию, при которой каждой стороне должно быть возвращено все, что было передано в счет исполнения обязательств по оспоримой сделке, за исключением обязательств, фактически исполненных добросовестными контрагентами должника.

Таким образом, в силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 "Оспаривание сделок должника", подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, определяя подлежащие применению последствия недействительности сделки, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ, статьей 61.6 Закона о банкротстве, установив, что в настоящее время спорное имущество находится в собственности третьего лица, являющегося добросовестным приобретателем, учитывая установленные обстоятельства перехода права собственности, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО7 в конкурсную массу ФИО2 39 000 000 рублей (цена договора).

Оснований для иных выводов у апелляционной коллегии не имеется.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителями апелляционных жалоб в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

Поскольку при принятии к производству апелляционной жалобы финансового управляющего заявителю была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины за ее подачу, с конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета подлежит взысканию 10 000 рублей.

Руководствуясь статьями 223, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27 ноября 2024 года по делу № А41-87682/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 10 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина

Судьи:


А.В. Терешин

Н.В. Шальнева