Постановление от 23 января 2020 г. по делу № А41-18414/2018

216/2020-3005(4)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-22691/2019

Дело № А41-18414/18
23 января 2020 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2020 года Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2020 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А., судей Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 14.06.2019, диплом;

от конкурсного управляющего ООО «Жилстрой» ФИО4 – ФИО5, доверенность от 25.11.2019, диплом;

от остальных лиц – не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 15 октября 2019 года по делу № А41-18414/18,

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении бывших руководителей должника ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о признании ООО «Жилстрой» несостоятельным (банкротом), УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 октября 2018 года ООО «Жилстрой» (ИНН 5001079002, ОГРН 1105001003656) признано несостоятельным (банкротом), отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим ООО «Жилстрой» утвержден член Союза АУ «СРО СС» Филиппов Валерий Иванович.

В рамках настоящего дела о банкротстве 20 мая 2019 года конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении бывших руководителей должником ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 мая 2019 года заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника принято к производству и в соответствии с пунктом 3 статьи 61.16 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) назначено к судебному разбирательству в предварительном судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15 октября 2019 года производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Жилстрой» о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности прекращено. К субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечен бывший руководитель ООО «Жилстрой» ФИО2. С ФИО2 в пользу ООО «Жилстрой» взыскано 68 065 549,74 рублей (т.1, л.д. 149-153).

В качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 конкурсный управляющий указал на неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов ООО «Жилстрой».

Суд первой инстанции, вынося оспариваемое определение, исходил из того, что бывшим руководителем ООО "Жилстрой" ФИО2 не исполнена обязанность по передаче документов управляющему, что существенным образом затруднило деятельность конкурсного управляющего по наполнению конкурсной массы, взысканию дебиторской задолженности и анализу сделок должника.

Прекращая производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении Никушина А.Ф., к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции указал, что в отношении указанного лица по данным из Главного управления Записи актов гражданского состояния Московской области имеется запись Акта о смерти № 275 от 16.05.2018.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Обжалуя принятое по делу определение, ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает на то, что в период формального нахождения его в должности генерального директора ООО "Жилстрой", последний не осуществлял никаких финансово-хозяйственных операций, в том числе, по расчетным счетам, Общество не осуществляло свою хозяйственную деятельность.

Как указывает ФИО2, все заявленные кредиторами требования к должнику основаны на сделках, заключенных в период, когда руководителями должника являлись иные лица: ФИО8, ФИО7 и ФИО9

Кроме того, заявитель жалобы ссылается на то, что ему не передавалась бухгалтерская и иная документация в отношении ООО "Жилстрой" от предшествующего генерального директора Общества.

По мнению ФИО2, он не являлся контролирующим должника лицом.

В Десятый арбитражный апелляционный суд от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором управляющий просит оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 заявил о приостановлении производства по апелляционной жалобе до рассмотрения Арбитражным судом Московской области заявления ФИО2 о

признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО "Жилстрой" от 07.08.17, заключенном между Никушкиным А.Ф., Косенковым М.Н. и Репиным И.Ю. по делу № А41-110131/19.

Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения заявленного ходатайства.

Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе, арбитражный апелляционный суд полагает его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Согласно пункту 1 статьи 145 АПК РФ производство по делу приостанавливается в случаях, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда.

Объективной предпосылкой применения данных норм является невозможность (затруднительность) рассмотрения одного дела до принятия решения по другому делу. При этом невозможность рассмотрения спора обусловлена тем, что существенные для дела обстоятельства подлежат установлению при разрешении другого дела в одном из вышеназванных судов. Такая предпосылка имеется в случаях, когда решение суда будет иметь процессуальные или материальные последствия для разбирательства по рассматриваемому арбитражным судом делу.

В рассматриваемом случае апелляционным судом не усматривается невозможности рассмотрения настоящего дела до рассмотрения Арбитражным судом Московской области дела № А41-110131/19.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, в удовлетворении завяленных требований отказать.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы Репина И.Ю. по доводам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах обособленного спора доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статья 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством

недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ООО «Жилстрой» ссылается на положения ст. 61.11 Закона о банкротстве, утверждая, что полное погашение требований кредиторов ООО «Жилстрой» невозможно вследствие бездействия бывшего руководителя должником, выразившегося в неисполнении ФИО2 обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования – 30 июля 2017 г.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01 июля 2017 г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку заявление подано в арбитражный суд 20 мая 2019 г., конкурсное производство введено решением от 30.10.2018, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению

признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно пункту 4 указанной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Пунктом 3 Постановления N 53 разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции установил, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении должника от 18.03.2019 руководителем ООО «Жилстрой» являлся ФИО2.

ФИО2 занимал должность генерального директора ООО «Жилстрой» в период с 12.09.2017 года по 24 октября 2018 года, он же являлся учредителем ООО «Жилстрой» (100% участия) с 07 августа 2017 года.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи Закона о банкротстве применяются в отношении тех лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) финансовой отчетности должника.

Таким образом, контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности за непередачу, сокрытие или искажение документации при доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения его к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов:

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения контролирующим должника лицом обязательств по передаче

документации либо отсутствия в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений;

- вины контролирующего должника лица, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса РФ);

- наличие причинно-следственной связи между непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, на дату открытия конкурсного производства ФИО2 являлся директором ООО "Жилстрой", то есть контролирующим должника лицом.

В силу п. 3.2. ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94, абз 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе организации лежат обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Московской области от 30 октября 2018 года ООО "Жилстрой" признано несостоятельным (банкротом).

14 декабря 2018 года выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения Арбитражного суда Московской области от 30.10.2018 по делу № А41-18414/18 о передаче документации должника конкурсному управляющему

Однако до настоящего времени бывший руководитель ООО «Жилстрой» Репин И.Ю. не передал управляющему запрашиваемые документы.

В связи с непередачей документации конкурсному управляющему затягивается процедура конкурсного производства, а также конкурсному управляющему невозможно установить основные активы должника, сделки, совершенные должником, контрагентов должника, дебиторскую задолженность, возможность взыскания убытков.

Как следует из заявления, представленных бухгалтерских документов, совокупный размер требований кредиторов должника составляет 67 489 654 рублей.

Таким образом, невыполнение ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника привело к тому, что конкурсный управляющий был лишен возможности располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделках, что повлекло невозможность проведения мероприятий, в частности, по оспариванию сделок должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником (дебиторам должника), требований о ее взыскании и, как следствие, невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов должника.

Доказательства отсутствия вины в не передаче конкурсному управляющему документации ФИО2, равно как и доказательства исполнения требований Закона о банкротстве в части передаче управляющему документации ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не представлены.

Пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из материалов дела и установлено судом, обязанность по ведению (составлению) и хранению бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей в силу закона была возложена на ФИО2

Совокупностью представленных в материалы дела документов подтверждается, что бездействие ФИО2 привело к существенным затруднениям проведения процедуры банкротства, в связи с наличием совокупности факторов, содержащихся в вышеуказанных разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ.

Так, конкурсный управляющий представил в материалы доказательства направления ответчику запросов с требованием передать все бухгалтерские документы и активы должника.

В ответ на запрос управляющего от 31.10.18 № 01 ФИО2 сообщил, что является номинальным директором должника, ему запрашиваемая управляющим документации в отношении ООО "Жилстрой" не передавалась, о рассмотрении настоящего дела о банкротстве узнал случайно.

Вопреки доводам заявителя жалобы, доказательств, что ФИО2, обязанным действовать добросовестно и в интересах должника, руководителем которого он являлся, предпринимались действия по истребованию документов у предшествующего руководителя или учредителя, равно как и доказательств того, что им предпринимались действия к восстановлению документации (при ее утрате) в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено неисполнение ответчиком обязанности передать активы должника конкурсному

управляющему, что привело к невозможности поступления в конкурсную массу денежных средств от взыскания дебиторской задолженности, оспариванию сделок должника.

Инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

В данном случае конкурсный управляющий ссылается на невозможность формирования конкурсной массы, взыскание дебиторской задолженности, а также анализа сделок должника в связи с отсутствием документов и бухгалтерской документации.

Названные презумпции ответчиком не опровергнуты надлежащими доказательствами по делу.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами, по указанному основанию суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности вменяемого нарушения в части неисполнения обязанности по передачи документации должника ФИО2 доказанной.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении контролирующего ФИО2 к субсидиарной ответственности подлежат удовлетворению.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что он просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскать с него в конкурсную массу

должника сумму обязательств должника перед его кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, а именно 68 065 549,74 рублей.

Доводы ФИО2 о том, что конкурсным управляющим не исполнена обязанность по истребованию документов от реально контролировавших должника лиц признаются апелляционной коллегией необоснованными, противоречат фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем отклоняются.

Конкурсный управляющий представил доказательства направления ответчику запросов с требованием передать все документы Должника.

В ответ на запрос конкурсного управляющего ФИО2 был направлен ответ of 14.12.2018г. о том, что у ФИО2 документов в распоряжении не имеется, Документы находятся у ФИО9 и ФИО6 При совершении договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества ФИО2 ввели в заблуждение указанные лица.

Вместе с тем, допустимых доказательств того, что ФИО2 являлся номинальным руководителем, материалы дела не содержат.

Конкурсный управляющий должника направил запросы соответствующим лицам о предоставлении документов ООО «Жилстрой», однако ответ от ФИО6 в адрес конкурсного управляющего не поступил. От ФИО9 поступило сообщение о том, что последний не являлся руководителем должника, документов, печатей, материальных ценностей в его ведении не имеется.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 18.03.2019 руководителем ООО «Жилстрой» являлся ФИО2. ФИО2 занимал должность генерального директора ООО «Жилстрой» в период с 12 сентября 2017 года по 24 октября 2018 года, он же являлся учредителем ООО «Жилстрой» (100% участия) с 07 августа 2017 года.

Таким образом, с 07 августа 2017 года ФИО2 мог знать о деятельности должника, мог получать информацию от других учредителей, мог также влиять на деятельность должника. ФИО2, действуя с должной предусмотрительностью и осторожностью, мог запросить и проверить информацию о финансовом состоянии юридического лица ООО «Жилстрой».

В материалы дела не представлены также доказательства того, что Репиным И.Ю., обязанным действовать добросовестно и в интересах должника, руководителем которого он являлся, предпринимались действия по истребованию документов у предшествующего руководителя или учредителя.

Апелляционный суд отмечает, что ответчик до настоящего момента не предпринял меры по восстановлению документов ООО «Жилстрой».

Согласно п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, указанные обстоятельства дают основания для привлечения к ответственности ФИО2, так как его вина установлена в том, что последний бездействовал, мер по истребованию документов не принимал.

Довод заявителя жалобы на то, что конкурсным управляющим не истребованы документы от должника, отклоняется апелляционным судом, поскольку противоречит материалам дела. Доказательств того, что ФИО2 являясь

руководителем должника с сентября 2017 года, предпринимал каких-либо мероприятий по истребованию документов не представлено суду. Такая обязанность возложена на последнего в силу Закона.

Кроме того, заявитель жалобы полагает, что к образованию фиктивной задолженности перед кредиторами могли привести действия бывших руководителей должника ФИО6 и ФИО9, однако таких доказательств в материалах дела не имеется.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Жилстрой» по состоянию на 01.01.2018 года, дебиторская задолженность составила 108 028 000 рублей.

Возможность для ее взыскания у конкурсного управляющего отсутствовала, ввиду отсутствия документации.

В свою очередь, как и ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Таким образом, имеется совокупность условий для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Иные доводы жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как не опровергая выводов суда области сводятся к несогласию с оценкой установленный судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15 октября 2019 года по делу № А41-18414/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий В.А. Мурина

Судьи: Н.Н. Катькина

Н.В. Шальнева