Решение от 30 марта 2021 г. по делу № А19-14390/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, д. 70, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, д. 36А, тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-14390/2019

«30» марта 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 23.03.2021. Полный текст решения изготовлен 30.03.2021.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Козодоева О.А.,при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ФОНДА ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, 111250, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА КРАСНОКАЗАРМЕННАЯ, 15, 7)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЦЕНТР ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ" (ОГРН <***>, ИНН: <***>, 664011, <...>),

третьи лица: 1. ФИО2,

2. ФИО3

о взыскании 1 918 623,44 руб.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО4, доверенность от 16.09.2020, паспорт;

от ответчика: ФИО5, доверенность от 25.07.2019, паспорт;

от третьих лиц: не явились, извещены;

установил:

ФОНД ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (далее – Фонд, истец) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с исковыми требованиями к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЦЕНТР ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ" (далее – ООО "ЦПБ", ответчик), уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании 1 918 623,44 руб., из них: неосновательное обогащение в размере 1 450 138,18 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21.10.2016 по 22.03.2021 в размере 468 485,26 руб.

Третьи лица, надлежащим образом уведомленные о дате, времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в процесс не явились. От ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении заявления в его отсутствия по имеющимся материалам дела.

Истец заявленные требования поддержал в полном объеме.

Ответчик заявленные требования оспорил по доводам, изложенным в представленных отзывах, пояснениях.

Исследовав материалы дела, выслушав ответчика, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

В обоснование иска, истец указывает, что в адрес ООО "ЦПБ" осуществлены платежи на сумму 1 450 138,18 руб. платежными поручениями без законных оснований, без согласия директора филиала Фонда пожарной безопасности по Иркутской области, с использованием электронной цифровой подписи, оформленной на имя директора филиала Фонда пожарной безопасности по Иркутской области ФИО3, без договора в письменной форме.

Истец 06.03.2019 направил ответчику претензию с требованием о возврате перечисленных средств в размере 1 450 138,18 руб., которая получена ответчиком. Ответчик претензию истца оставил без удовлетворения, денежные средства не возвратил, в связи с чем истец обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик, возражая по существу заявленных требований, указал, что им по заданию истца выполнялись работы на основании договора № 1 от 12.01.2015 для третьих лиц, выступающих заказчиками по отношению к истцу. В отношении выполненных работ ответчик направил истцу счета-фактуры с приложением актов, спецификаций к актам, содержащих указание на конкретные виды и стоимость работ, приложением актов технической приемки работ. Данные документы проверены истцом, после чего работы приняты и истцом обязательства перед ответчиком по указанным счетам-фактурам отражены в книге покупок, направленной в налоговый орган для уменьшения своих налоговых обязательств. Заявленные истцом платежи являются оплатой выполненных ответчиком работ. Кроме того, истец фактически использовал помещения, арендованные ответчиком, стороны согласовали размер платы за такое использование, который также отражен истцом в книгах покупок, представленных налоговым органом. При таких обстоятельствах, ответчик указал на отсутствие с его стороны неосновательного обогащения. Так же ответчиком заявлено о пропуске исковой давности по требования о взыскании денежных средств, перечисленных истцом ранее 11.06.2016

Оценив имеющиеся в материалах дела документы, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены основания возникновения гражданских прав и обязанностей, согласно которой гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В предмет доказывания по делам о взыскании стоимости неосновательного обогащения входят следующие обстоятельства: обогащение одного лица за счет другого, приобретение либо сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований и размер обогащения приобретателя за счет потерпевшего.

Недоказанность одного из перечисленных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 N 11524/12).

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29.01.2013 N 11524/12 также указал, что применительно к конкретным обстоятельствам спора, а именно: когда из представленных истцом платежных поручений усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, именно истец должен доказать, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями.

Таким образом, само по себе заявление истца о неосновательном обогащении ответчика без представления соответствующих доказательств, подтверждающих данное заявление, не может являться безусловным основанием для удовлетворения исковых требований.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истцом в адрес ответчика произведены платежи на сумму 1 450 138, 18 руб. по следующим платежным поручениям и со следующим основанием платежа.

№ платежного

поручения

Дата платежного поручения

Основание платежа

Сумма в рублях

51

11.02.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

7 000

97

21.03.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

80 000

98

21.03.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

10 000

117

31.03.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

140 000

126

05.04.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

10 000

229

08.07.2016

Оплата задолженности по акту сверки.

40 000

Итого с основанием платежа – оплата задолженности по акту сверки

287 000

103

29.07.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

80 000

163

03.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

240 000

259

03.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

100 000

265

08.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

70 500

276

18.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

110 000

277

29.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

30 000

282

29.08.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

15 000

296

14.09.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

182 438,18

302

23.09.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

13 000

309

30.09.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

50 000

323

13.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

25 000

325

14.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

100 000

327

17.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

90 000

328

18.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

50 000

332

20.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

5 000

333

21.10.2016

Оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР.

2 200

Итого с основанием платежа - оплата по счет-фактуре № 297 от 30.06.2016 за СМР

1 163 138,18

Истец указывает, что денежные средства по указанным платежным поручениям перечислены со счета истца в адрес ответчика без установленных законом или сделкой оснований, без договора в письменной форме, без актов сверки, без счета-фактуры № 297.

В настоящем случае истец требует взыскания денежных средств в качестве неосновательного обогащения.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, между сторонами сложились правоотношения, регулирование которых подчинено нормам главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165, неосновательное обогащение отсутствует в случае, если лицо, перечислившее денежные средства за фактически выполненные работы приняло данные работы.

В материалы дела ответчиком представлен договор № 1 от 12.01.2015. В соответствии с пунктом 1.1. данного договора, заказчик (истец) поручает, а исполнитель (ответчик) принимает на себя обязательство проводить противопожарные мероприятия на объектах Заказчика, и в соответствии с его заданием.

Пунктом 2.6. договора предусмотрено, что документами, подтверждающими исполнение обязательств перед Заказчиком, является:

- акт выполненных работ, ТТН, счет-фактура;

- иные документы, подтверждающие выполнение Исполнителем обязательств перед Заказчиком.

Согласно пунктам 3.1. и 3.2. договора, стоимость работ определяется на основании счетов на оплату. Заказчик осуществляет оплату путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя по факту выполненных работ, на основании счета, акта выполненных работ/товарной накладной и счета-фактуры, выставленных Заказчику в течении 3 дней после подписания.

Договор №1 от 12.01.2015, исходя из его содержания, определяет общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые должны быть конкретизированы конкретными заданиями. Требования к форме заданий договором не установлены.

В материалы дела ответчиком также представлены счета-фактуры и акты, содержащие ссылку на договор № 1 от 12.01.2015, спецификации к актам выполненных работ (счетам-фактурам) а также акты технической приемки работ, содержащие расшифровку выполненных ответчиком работ.

В частности, согласно акту № 110 от 08.10.2015 ответчиком выполнены работы по огнезащитной обработке деревянных конструкций кровли по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что работы выполнялись ответчиком в качестве субподрядчика из материалов заказчика (истца) в рамках заключенных истцом с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126 контракта № 225-1-126/15-4 от 07.07.2015 и с МБОУ г. Иркутска ЦО № 10 договора № 7 от 25.09.2015.

Общая стоимость работ ответчика определена в размере 47 260 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 22.07.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126.

23.07.2015 между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126 подписан акт №541, в соответствии с которым приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций на сумму 48 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 28.07.2015 (номер операции по выписке 1115).

В соответствии с актом технической приемки работ от 28.09.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБОУ г. Иркутска ЦО № 10.

28.09.2015 между истцом и МБОУ г. Иркутска ЦО № 10 подписан акт о приемке выполненных работ за сентябрь 2015 года № 1 и акт № 837, в соответствии с которыми приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций на сумму 32 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 29.09.2015 (номер операции по выписке 1561).

Согласно актам № 112 от 19.10.2015, 102 от 20.10.2015, 113 от 22.10.2015 ответчиком выполнены работы по огнезащитной обработке деревянных конструкций кровли по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данным актам предусмотрено, что данные работы выполнялись ответчиком в качестве субподрядчика из материалов заказчика (истца) в рамках заключенного между истцом и ООО «ТЛК» договора № ОГ-041 от 11.09.2015.

Стоимость работ ответчика определена в размере 163 140 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 30.09.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и ООО «ТЛК».

30.09.2015 между истцом и ООО «ТЛК» подписан акт № 887, в соответствии с которым приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций кровли на сумму 230 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 16.09.2015 (номер операции по выписке 1477) и 05.11.2015 (номер операции по выписке 1830).

Согласно акту № 104 от 11.11.2015 ответчиком выполнены работы по огнезащитной обработке деревянных конструкций кровли по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что работы выполнялись ответчиком в качестве субподрядчика из материалов заказчика (истца) в рамках заключенных истцом с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 55 контракта № 010-64-055-0668/15 от 11.08.2015 и с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 8 контракта № 010-64-008-0638/15 от 30.07.2015.

Общая стоимость работ ответчика определена в размере 94 300 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 15.10.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 55.

Акт между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 55 не представлен, но из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 13.11.2015 (номер операции по выписке 1888) в сумме 68 000 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 07.08.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 8.

10.08.2015 между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 8 подписан акт о приемке выполненных работ за август 2015 года № 1 и акт № 645, в соответствии с которыми приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций на сумму 66 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 24.08.2015 (номер операции по выписке 1297).


Согласно акту № 105 от 20.11.2015 ответчиком выполнены работы по огнезащитной обработке деревянных конструкций кровли по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что работы выполнялись ответчиком в качестве субподрядчика из материалов заказчика (истца) в рамках заключенных истцом с Школой-интернатом музвоспитанников г. Иркутска договора №ОГ-016 от 24.08.2015 и с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 84 контракта № 010-64-084-0666/15 от 11.08.2015.

Общая стоимость работ ответчика определена в размере 94 300 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 31.08.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и Школой-интернатом музвоспитанников г. Иркутска.

31.08.2015 между истцом и Школой-интернатом музвоспитанников г. Иркутска подписан акт № 681, в соответствии с которыми приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций на сумму 40 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 09.09.2015 (номер операции по выписке 1442) в сумме 40 000 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 07.09.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 84.

Акт между истцом и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 84 не представлен, но из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 14.09.2015 (номер операции по выписке 1460) в сумме 78 000 руб.

Согласно акту № 106 от 21.12.2015 ответчиком выполнены работы по огнезащитной обработке деревянных конструкций кровли по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что работы выполнялись ответчиком в качестве субподрядчика из материалов заказчика (истца) в рамках заключенных истцом с МБОУ г. Иркутска СОШ № 22 контракта № 010-64-022-1008/15 от 21.12.2015.

Общая стоимость работ ответчика определена в размере 94 300 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 21.12.2015 работы ответчиком выполнены, данный акт является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и МБОУ г. Иркутска СОШ № 22.

Между истцом и МБОУ г. Иркутска СОШ № 22 подписаны акт о приемке выполненных работ за декабрь 2015 года № 1 от 22.12.2015 и акт № 968 от 21.12.2015, в соответствии с которыми приняты работы по огнезащитной обработке деревянный конструкций на сумму 148 000 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 24.12.2015 (номер операции по выписке 2183) в сумме 148 000 руб.

Согласно акту № 100 от 25.01.2016 ответчиком выполнены работы по монтажу двери противопожарной металлической Е160 по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что исполнителем в качестве субподрядчика выполнены работы по монтажу дверей противопожарных из своих материалов в рамках заключенных между истцом и ООО «Белый ветер» дополнительных соглашений № 13 от 18.05.2015, № 9 от 15.01.2015, № 15 от 23.07.2015, №11 от 19.01.2015 № 14 от 01.07.2015 к договору подряда № 21-14.

Общая стоимость работ ответчика определена в сумме 99 400 руб.

В соответствии с актами технической приемки работ от 01.06.2015, от 28.01.2015, от 05.08.2015, от 30.01.2015, 06.07.2015 работы ответчиком выполнены, данные акты является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и ООО «Белый ветер».

Между истцом и ООО «Белый ветер» подписаны акты о приемке выполненных работ № 1 от 02.06.2015 на сумму 29 335 руб., № 1 от 29.01.2015 на сумму 29 335 руб., № 1 от 06.08.2015 на сумму 30 000 руб., № 1 от 02.02.2015 на сумму 14 000 руб., № 1 от 07.07.2015 на сумму 15 335 руб., в соответствии с которыми приняты работы по установке противопожарных металлических дверей.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату в полном объеме 02.02.2015 (номер операции по выписке 69), 18.02.2015 (номер операции по выписке 144), 05.06.2015 (номер операции по выписке 756), 18.08.2015 (номер операции по выписке 1256), 09.07.2015 (номер операции по выписке 973).

Согласно акту № 102 от 14.03.2016 ответчиком выполнены работы по монтажу двери противопожарной металлической Е160 по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что исполнителем в качестве субподрядчика выполнены работы по монтажу дверей противопожарных (штора противопожарная) из материалов заказчика (истца) в рамках заключенного между истцом и ООО «Атриум» договора № А-ФПБ/15 от 05.08.2015.

Общая стоимость работ ответчика определена в сумме 81 456 руб.

В соответствии с актом технической приемки работ от 11.11.2015 работы ответчиком выполнены, данный акты является основанием составления акта приемки выполненных работ между истцом и ООО «Атриум».

Между истцом и ООО «Атриум» подписаны акт о приемке выполненных работ № 1 от 13.11.2015 и акт № 965 от 13.11.2015, в соответствии с которыми приняты работы по монтажу штор противопожарных на сумму 164 200 руб.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату 26.08.2015 (номер операции по выписке 1322) в сумме 164 290 руб.

Согласно акту № 297 от 30.06.2016 ответчиком выполнены работы по монтажу охранно-пожарной сигнализации контроля доступа, выполнение СМР по договору № 1 от 12.01.2015.

Спецификацией к данному акту предусмотрено, что исполнителем в качестве субподрядчика выполнены строительно-монтажные работы, изготовление и монтаж лестниц, работы по монтажу дверей противопожарных из собственных материалов в рамках следующих договоров, заключенных заказчиком (истцом):

с ООО «КапиталЪ», договор № К-ФПБ-02/11-2015 от 02.11.2015;

с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126, договор № 225-4-126/15 от 18.11.2014;

с ООО «Белый ветер», дополнительные соглашения № 17 от 08.09.2015, № 18 от 09.09.2015, № 20 от 10.11.2015, № 22 от 25.01.2016, №23 от 26.01.2016 к договору подряда № 21-14 от 21.07.2014;

с ООО «Модуль-С», дополнительные соглашения №№ 1 и 2 к договору подряда № 29-07/15 ФПБ от 29.07.2015.

По актам технической приемки от 07.12.2015, подписанному ответчиком с ООО «КапиталЪ»; от 22.06.2015, подписанному ответчиком с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126; от 28.09.2015, от 16.09.2015, от 27.11.2015, от 26.11.2015, от 30.01.2016, от 27.01.2016, подписанным ответчиком с ООО «Белый ветер»; от 16.08.2015, от 08.09.2015, подписанным ответчиком с ООО «Модуль-С», работы ответчиком выполнены, данные акты являются основанием для составления акта приемки выполненных работ между истцом с соответствующим заказчиком.

Акты по приемке выполненных работ подписаны истцом с каждым заказчиком по вышеуказанным договорам.

Из выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 следует, что за данные работы истец получил оплату в полном объеме:

от ООО «Капиталъ», в сумме 149 700 руб., 26.11.2015 (номер операции по вписке 1969) и 25.12.2015 (номер операции по выписке 2192);

от МБДОУ детский сад № 126, в сумме 166 183 руб., 09.07.2015 (номер операции по выписке 975);

от ООО «Белый ветер», в сумме 95 422 руб., 18.09.2015 (номер операции по выписке 1485), в сумме 132 068 руб., 18.09.2015 (номер операции по выписке 1486), в сумме 74 950 руб., 17.11.2015 (номер операции по выписке 1902), в сумме 25 250 руб., 02.02.2016 (номер операции по выписке 2284), в сумме 25 250 руб., 02.02.2016 (номер операции по выписке 2283);

от ООО «Модуль-С» в сумме 37 516 руб., 02.10.2015 (номер операции по выписке 1659),в сумме 196 760 руб., 29.07.2015 (номер операции по выписке 1124) и 22.09.2015 (номер операции по выписке 1499).

Как следует из материалов дела, договор № 1 от 12.01.2015 и вышеуказанные акты, составленные между истцом и ответчиком, содержат печать истца, но в них отсутствует подпись уполномоченного лица истца.

Согласно разъяснением, содержащимся в пункте 7 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

Сдача результата работ лицом, выполнившим их в отсутствие договора подряда, и его принятие лицом, для которого эти работы выполнены, означает заключение сторонами соглашения. Обязательства из такого соглашения равнозначны обязательствам из исполненного подрядчиком договора подряда. В этом случае между сторонами уже после выполнения работ возникают обязательство по их оплате и гарантия их качества, так же как и тогда, когда между сторонами изначально был заключен договор подряда.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 13970/10, в случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Вопрос о незаключенности договора следует обсуждать до его исполнения, поскольку неопределенность существенных условий может повлечь невозможность исполнения договора.

Поскольку, если договор исполнен, условие о сроках и предмете не считается несогласованным, а договор незаключенным. Категория существенных условий, соглашение по которым должно быть достигнуто сторонами под страхом незаключенности договора, установлена законодателем в целях придания порождаемому договором обязательству той степени определенности, которая обусловливает его исполнимость.

При этом договор, являющийся незаключенным по причине отсутствия соглашения сторон о предмете и сроке, может быть исцелен в качестве основания возникновения обязательства его исполнением в случаях, когда исполнение принято заказчиком и его относимость к договору не оспаривается, когда совершение сторонами действий, определенных в качестве предмета обязательства, явно свидетельствует об отсутствии спора по вопросу о сроке и предмете их исполнения.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что стороны посчитали возможным приступить к исполнению договора № 1 от 12.01.2015 на согласованных в нём условиях, при этом при проведении работ между ними не возникало вопросов по поводу неопределенности предмета и сроков выполнения работ.

Согласно Постановлению о прекращении уголовного преследования от 05.08.2019 по уголовному делу №11801250025000723 (л.д. 53-55, том №4) в ходе вербальной судебной экспертизы установлено, что ФИО3 знал о договоре № 1 от 12.01.2015 заключенном между филиалом ФПБ и ООО «Центр пожарной безопасности».

В рассматриваемом случае судом Постановление следователя от 05.08.2019 принято во внимание как доказательство по вопросу о том, что истец в лице руководителя ФИО3 знал о наличии такого договора между сторонами и об исполнении данного договора.

Постановление следственного органа хоть и не имеет преюдициальной силу приговора согласно п. 4 ст. 69 АПК РФ, но доказательством является и может приниматься и оцениваться судом наряду с другими доказательствами (Постановление Президиума ВАС РФ от 08.02.2002 N 7286/01 по делу N А41-К1-5047/01, Постановление Президиума ВАС РФ от 08.02.2002 N 8578/01 по делу N А41-К1-8049/00, Постановление Президиума ВАС РФ от 01.02.1996 N 7291/95)

Доказательств не относимости, недопустимости данного постановления, его отмены либо обжалования в материалы дела не представлено.

Как следует из материалов дела, на основании вышеуказанных актов ответчик выставил истцу счета-фактуры № 110 от 08.10.2015 на сумму 47 260 руб., № 104 от 11.11.2015, на сумму 94 300 руб., № 105 от 20.11.2015 на сумму 94 300 руб., № 113 от 22.10.2015 на сумму 36 720 руб., № 102 от 20.10.2015 на сумму 89 700 руб., № 112 от 19.10.2015 на сумму 36 720 руб., № 106 от 21.12.2015, на сумму 94 300 руб., № 100 от 25.01.2016 на сумму 99 400 руб., № 102 от 14.03.2016, на сумму 81 456 руб., с указанием в них того же наименования работ, что и в актах. Общая сумма выполненных работ в соответствии с данными счетами-фактурами составляет 1 465 756 руб.

Судом по ходатайству ответчика истребованы в ИФНС России № 22 по г. Москве копии книги покупок истца за 2015 год, за период с 01.01.2016 по 30.06.2016 и по ходатайству истца истребованы от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Иркутской области копии документов ответчика:

- книг продаж за период 2015-2016 гг.;

- налоговые декларации по НДС за период с 2015 -2016 года.

Из поступивших в материалы дела от ИФНС России № 22 по г. Москве копий книг покупок истца следует, что указанные счета-фактуры включены в них истцом наряду с иными счетами-фактурами. Поступившие от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Иркутской области книги продаж ответчика также содержат корреспондирующие книге покупок истца сведения о включении в них счетов-фактур ответчика с теми же сведениями.

Пунктом 1 статьи 169 НК РФ предусмотрено, что счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

Этой же нормой предусмотрено, что налогоплательщик (в нашем случае истец) обязан вести книгу покупок по операциям, признаваемым объектом налогообложения – реализация товаров (работ, услуг) – подпункт 1) пункта 3 статьи 169 НК РФ.

Пунктом 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации.

То есть, включая счета-фактуры в книгу покупок, налогоплательщик (истец) заявляет налоговому органу о том, что он получил товары (работы, услуги), а ответчик, включая корреспондирующие сведения в книгу продаж, заявляет о том, что он передал данные товары (работы, услуги) своему контрагенту.

Пунктом 1 статьи 9 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Действуя добросовестно, истец заявил уполномоченному государственному органу о том, что он получил от ответчика совершенно определенные товары (работы, услуги). Как следует из книги покупок истца, она составлена по Фонду пожарной безопасности в целом, а не по филиалу, в связи с чем необоснованными являются доводы истца о том, что ФИО2, являясь бухгалтером филиала по Иркутской области, включала в нее какие-то сведения.

Ответчик, в свою очередь, отразил эти же счета-фактуры в своей книге продаж, представленной МИ ФНС России № 20 по Иркутской области во исполнение определения Арбитражного суда Иркутской области от 13.11.2020 по настоящему делу.

Данные обстоятельства также подтверждены специалистом ФИО6 Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Указанные счета-фактуры содержат ссылку на договор № 1 от 12.01.2015 и наименование товаров (работ, услуг), соответствующее наименованию работ, отраженных в актах, составленных между истцом и ответчиком также по договору № 1 от 12.01.2015.

Таким образом, материалами дела подтверждено принятие истцом от ответчика результатов выполненных им работ на сумму 1 465 756 руб., в том числе, с учетом требований статьи 720 и пункта 4 статьи 753 ГК РФ. Каких-либо возражений по выполненным работам истец к ответчику на протяжении более чем 2 лет не заявлял, уплаченные в 2016 году денежные средства не требовал вернуть до 2019 года.

Документы, представленные истцом о закупке дверей, окон, огнезащитного состава не влияют на данный вывод суда, поскольку согласно указанным выше актам и спецификациям к ним, в части выполнения работ по огнезащитной обработке деревянных конструкций и работ по монтажу дверей противопожарных (штора противопожарная), в рамках заключенного между истцом и ООО «Атриум» договора № А-ФПБ/15 от 05.08.2015, использовался материал истца.

В части иных работ, ответчик также представил доказательства приобретения им дверей противопожарных в 2014-2016 гг. и пояснил, что данные двери противопожарные использованы им при выполнении работ, отражённых в вышеуказанных актах и спецификациях к ним. В подтверждение реальности, представлены договор аренды объектов недвижимого имущества от 14.12.2011, заключенный между ответчиком и ИП ФИО7 с приложением актов за 2014 год, актов за 2015 год и актом сверки за 2015 год, а также договор аренды от 21.03.2016, заключенный между ответчиком и ИП ФИО8, которые подтверждают наличие у ответчика соответствующих складских помещений.

Истец не оспорил факт наличия складского помещения у ответчика, более того, подтвердил, что закупаемые им материалы также хранились в складах, арендуемых ответчиком.

Согласно представленной в материалы дела Выписке по операциям на счете (специальном банковском счете) ответчика за период с 01.01.2014 по 31.12.2014, ответчик в 2014 году перечислил истцу денежные средства 17 000 руб. (04.07.2014), 200 000 руб. (21.07.2014), 7 000 руб. (25.07.2014), 18 500 руб. (07.10.2014) с основанием платежа: оплата задолженности за пожарно-техническое оборудование по акту сверки. Согласно пояснениям истца, данные платежи сделаны за материалы, которые им использовались при выполнении указанных выше работ. Факт получения указанных денежных средств с соответствующим им назначением платежа истцом подтвержден, доказательств отнесения получения данных денежных средств по другим основаниям не представлено.

В представленных как истцом, так и ответчиком документах о закупке товарно-материальных ценностей, отсутствует указание на использование конкретного материала при выполнении конкретных работ, при этом, истец подтвердил, что в 2015-2016 годах, помимо рассматриваемых работ, им выполнялись аналогичные работы иным заказчикам с использованием таких же материалов.

Между тем, факт выполнения указанных работ ответчиком также подтверждается представленными в материалы дела письмами ГОБУ «Школа-интернат музвоспитанников г. Иркутска», МБОУ г. Иркутска ЦО №10, МБДОУ г. Иркутска детский сад № 55, МБДОУ г. Иркутска детский сад № 8, ООО «Белый ветер», МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126. Согласно данным письмам указанными заказчиками работ подтверждены факты заключения с истцом контрактов (договоров) на выполнение работ и подтверждены факты непосредственного выполнения работ по данным контрактам (договорам) специалистами ответчика.

Представленные истцом письма заказчиков, содержащие информацию о подтверждении факта заключения контрактов (договоров) с истцом не опровергают вышеприведенных сведений. Содержащаяся в них информация о том, что заказчики работ не заключали с ответчиком договоров субподряда и не подписывали акты о приемке выполненных работ соответствует представленным ответчиком доказательствам, согласно которым договор субподряда составлен не с заказчиками, а с истцом, акты о приемке выполненных работ составлялись и подписывались заказчиками работ непосредственно с истцом, а с ответчиком подписывались акты технической приемки, в которых сделана отметка о том, что они являются основанием для составления акта о приемке выполненных работ.

В качестве подтверждения реальной возможности выполнения работ, в части наличия соответствующих квалифицированных работников, ответчиком представлены гражданско-правовые договоры 15/19 от 01.01.2015 и 10/15 от 01.01.2015, заключенные им со ФИО9 и ФИО10, прошедшими специальную подготовку в НОУДПО «Эрудит» и имеющими удостоверения специалистов пожарной безопасности ООО «Центр пожарной безопасности». В соответствии с указанными договорами данные лица приняли на себя обязательство по выполнению работ по огнезащитной обработке деревянных и металлических конструкций, по монтажу противопожарных перегородок (дверей и штор) по заданиям ответчика. Доводы истца о том, что данные гражданско- правовые договоры заключены со ФИО9 и ФИО10 до момента окончания их обучения в качестве специалистов по пожарной безопасности не опровергают факт их заключения и исполнения, поскольку вышеуказанные работы выполнялись после такого обучения.

Согласно представленному в материалы дела нотариально удостоверенному протоколу допроса ФИО9 от 04.03.2021 им подтвержден факт выполнения работ на объектах: МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126, МБОУ г. Иркутска ЦО № 10, МБДОУ г. Иркутска детский сад № 55, МБДОУ г. Иркутска детский сад № 8, МБДОУ г. Иркутска детский сад № 84, Школой-интернатом музвоспитанников г. Иркутска, МБОУ г. Иркутска СОШ № 22, ООО «ТЛК», ООО «Белый ветер», ООО «Атриум», ООО «КапиталЪ», ООО «Модуль-С» совместно с ФИО10 и факт получения оплаты за выполненную работу. Также им подтверждены обстоятельства, что документы о выплате вознаграждения не сохранились в связи с истечением длительного периода времени и тем, что они представлялись в органы внутренних дел при рассмотрении заявления Фонда пожарной безопасности.

Возражения истца в отношении данного протокола рассмотрены судом и признаны необоснованными. Действующее процессуальное законодательство предусматривает возможность представления сторонами доказательств как на стадии предъявления искового заявления в суд, так и после его принятия к производству суда. Необходимым требованием к порядку собирания и представления доказательств выступает правило, согласно которому доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Положение статьи 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, предусматривающее полномочие нотариуса по обеспечению доказательств, - с учетом того, что такие доказательства наравне с другими представленными сторонами доказательствами не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, - содействует сторонам в осуществлении их доказательственной деятельности.

Истцом не представлено доказательств нарушения порядка обеспечения доказательств, предусмотренного статьей 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате. Судом проверена информация, содержащаяся в нотариальном протоколе допроса свидетеля ФИО9 в совокупности с иными доказательствами. Указания истца на противоречие данных пояснений показаниям ФИО11, отраженным в протоколе допроса от 15.01.2019, не нашли своего подтверждения, поскольку не соответствуют содержанию данного протокола, в котором отсутствуют сведения, опровергающие пояснения ФИО9

Доводы истца о том, что все вышеуказанные работы выполнены исключительно работниками истца и привлеченными им иными лицами (ФИО11, работники Иркутского городского отделения ОО «Всероссийское добровольное пожарное общество» ФИО12 и ФИО13 , привлеченный ИП ФИО14 в части, работники ООО «Террастрой»), а директор филиала Фонда пожарной безопасности по Иркутской области ФИО3 лично контролировал выполнение работ оцениваются критически.

Так в судебных заседаниях 25.07.2019, 12.09.2019 ФИО3 подтверждал, что часть работ истца выполнял ответчик, что истец выполнял только независимую оценку пожарных рисков и никогда не выполнял строительно-монтажных работ.

Суд приходит к выводу о необходимости применении процессуального эстоппеля, поскольку такие доводы являются проявлением недобросовестного процессуального поведения в ходе судебного процесса (соответствующая правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 25.07.2017 N 18-КГ17-68).

В материалы дела представлен протокол дополнительной очной ставки от 07.03.2019, в котором ФИО3 также подтверждал, что частично работы выполнял ответчик.

Согласно трудовой книжке ТК № 5361583 ФИО11 работал у истца в должности водителя-экспедитора. В протоколе допроса свидетеля от 15.01.2019, ФИО11 также пояснял, что у истца работал в качестве водителя-экспедитора, подтверждал, что выполнял работы по установке дверей и огнезащитной обработке с братом ФИО9 Однако данный протокол не позволяет однозначно установить период выполнения работ по монтажу противопожарных дверей и огнезащитной обработке и выполнялись ли они от имени истца или ответчика, поскольку этот же протокол содержит информацию о трудоустройстве ФИО11 в 2016 году в ООО «Центр пожарной безопасности». При том ФИО11 подтверждает, что непосредственно организацию процесса производства работ осуществляла ФИО2, что не соотносится с должностными обязанностями главного бухгалтера филиала истца по Иркутской области, но входит в круг обязанностей генерального директора ответчика.

Представленный истцом договор о сотрудничестве от 01.02.2014, подписанный им с Иркутским городским отделением ОО «Всероссийское добровольное пожарное общество» не позволяет определить, что одна сторона может привлекать работников другой стороны для выполнения каких-либо работ. Кроме того, какие-либо документы, подтверждающие реальное исполнение данного договора истцом не представлены.

Доказательств наличия именно у истца работников, способных выполнять рассматриваемые работы, истцом не представлено, наоборот, им подтверждается, что для выполнения работ систематически привлекаются разные лица.

Ссылка истца на произведенную им оплату ИП ФИО14 денежных средств в размере 60 000 руб. по платежному поручению № 11 от 28.04.2015 и платежному поручению № 317 от 19.06.2015 в сумме 45 000 руб. за изготовление лестниц, акт 1/1 от 27.07.2017, в подтверждение своих доводов о выполнении работ по изготовлению и монтажу в рамках Договора № 225-4-126/15 от 18.11.2014, заключенного истцом с МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126 не может подтвердить факт выполнения каких-либо конкретных работ в связи с отсутствием в них сведений об объекте, на котором выполнялись работы. Кроме того, ответчик пояснил, что лестницы на данном объекте изготавливались из материалов, полученных в том, числе путем демонтажа старых лестниц, что прямо не опровергнуто истцом.

Ссылка истца на платежные поручения № 842 от 25.1172015, № 942 от 28.12.2015 и акт № 34/1 от 24.12.2015, согласно которым ИП ФИО14 изготовил и смонтировал двери в г. Байкальске, вопреки мнению истца, не позволяет соотнести данные работы с договором № К-ФПБ-02/11-2015 от 02.11.2015, поскольку указанные акт и платежные поручения не содержат сведений, позволяющих идентифицировать объект производства работ.

Доводы истца о том, что работы по огнезащитной обработке выполняли работники ООО «Террастрой» не подтверждены материалами дела, поскольку кроме платежных поручений об оплате данной организации, истцом не представлены какие либо документы, подтверждающие факт выполнения работ.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что между сторонами сложилась определенная практика взаимоотношений, которая ими реализовывалась на протяжении 2015, 2016 годов, а не одномоментно, и такая практика соответствует представленным в материалы дела доказательствам.

Доводы истца о том, что отражение в книге покупок истца вышеуказанных счетов-фактур производилось исключительно ФИО2, опровергается материалами дела, поскольку представленная книга покупок истца составлена Фондом пожарной безопасности в городе Москва в целом по организации, а не по ее филиалу, расположенному в городе Иркутске.

Доводы истца о том, что у ответчика отсутствовала до 29.09.2015 лицензия, необходимая для выполнения работ, указанных ответчиком не имеют правового значения для настоящего дела. Ответчик не возражает, что до 29.09.2015 работы выполнялись по лицензии истца. В связи с этим и все протоколы испытаний и экспертные заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Иркутской области оформлялись истцом, что соответствует заключенным им с заказчиками договорам (контрактам) и не опровергает фактическое выполнение самих работ лицами, привлеченными ответчиком, прошедшими соответствующую подготовку в качестве специалистов по пожарной безопасности, под контролем истца. С 29.09.2015 ответчиком получена лицензия № 38-Б/00207 от 29.09.2015. Предмет настоящего спора не касается соблюдения лицензионных требований или требований СРО, договоры, по которым истец получал денежные средства, сдавал заказчикам работы и для исполнения которых привлекал ответчика, не расторгались и являются действительными. В связи, с чем указанные обстоятельства не входят в предмет настоящего спора, что соответствует правоприменительной практике (определение ВАС РФ от 05.12.2012 N ВАС-15950/12, постановление АС Восточно-Сибирского округа от 21.07.2015 N Ф02-2720/15).

В ходе рассмотрения дела истцом заявлен ряд заявлений о фальсификации, окончательный перечень которых отражен в списке заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021, который истцом также скорректирован.

Пунктом 3 части 1 статьи 161 АПК РФ предусмотрено, что суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Исходя из буквального толкования данной нормы, судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. Наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.

Акт сверки за 2015 год содержит подпись ФИО2, которая на момент подписания акта сверки являлась генеральным директором ответчика и главным бухгалтером филиала Фонда пожарной безопасности по Иркутской области. Также данный акт сверки содержит подпись ФИО15 На нем отсутствует подпись ФИО3

В связи с этим, заявление ФПБ о фальсификации акта сверки взаимных расчетов не может быть проверено путем почерковедческой экспертизы подписи ФИО3, подлежит проверке путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ

Сам по себе акт сверки не являются документом, порождающим гражданские права и обязанности, а отражает хронологическую последовательность операций между контрагентами.

В акте сверки отражены оплаты, произведенные истцом в адрес ответчика, и отражены операции реализации ответчика в адрес истца в полном объеме. Сведения обо всех оплатах, соответствуют имеющейся в материалах дела выписка по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016, представленной Байкальским банком ПАО Сбербанк в отношении счета истца. Часть сведений в акте сверки, которые имеют отношение к предмету иска, соответствует счетам-фактурам № 110 от 08.10.2015, № 104 от 11.11.2015, № 112 от 19.10.2015, № 102 от 20.10.2015, № 113 от 22.10.2015, № 105 от 20.11.2015, № 106 от 21.12.2015, № 10 от 31.01.2015; № 11 от 28.02.2015; № 12 от 31.03.2015; № 13 от 30.04.2015; № 15 от 30.06.2015, представленным ответчиком и отраженным в книге покупок истца.

Заявляя о фальсификации счета-фактуры №297 от 30.06.2016 (пункт 1 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021), истец указывает, что данный счет-фактура имеется в трех различных вариантах: т.5 л.д. 72; т. 1 л.д. 92; представленная в суд следователем СЧ ГСУ ГУ МВД по Иркутской области.

Данные доводы не соответствуют материалам дела и не свидетельствуют о фальсификации доказательств.

В томе дела 5, на листе 72 содержится не счет-фактура, а акт № 297 от 30.06.2016, который является самостоятельным документом, в связи с чем довод о трех различных вариантах счета-фактуры является необоснованным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 169 Налогового кодекса РФ, счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

Данный документ не предполагает его подписания покупателем и выписывается продавцом – в нашем случае ООО «ЦПБ», и передается в оригинале покупателю – в нашем случае истцу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 169 НК РФ, применительно к настоящему случаю, покупатель (ФПБ) обязан вести книгу покупок, в которой отражать каждую полученную счет-фактуру. Порядок ведения книги покупок утвержден Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 N 1137 «О формах и правилах заполнения (ведения) документов, применяемых при расчетах по налогу на добавленную стоимость», в соответствии с которым книга покупок передается налоговому органу (п. 24 Постановления).

Налоговый орган представил книги покупок истца с отражением сведений о принятии им товаров, работ, услуг продавца (ответчика), в том числе, по счету-фактуре №297 от 30.06.2016.

Доводы о разном содержании счетов-фактур не свидетельствуют о фальсификации данного документа, поскольку существенного расхождения по смыслу тексты счетов-фактур не имеют. Ответчик не оспаривает частные различия в копии данного счета-фактуры, представленной ответчиком, и копии, представленной из СЧ ГУ МВД, но объясняет это исключительно изъятием данных документов в рамках оперативно-розыскных мероприятий и необходимостью их восстановления, при котором в экземпляре, оставшемся у ответчика исключительно для внутреннего пользования, допущено неточное воспроизведение первоначального текста.

Истец не представил вариант счета-фактуры, который был им учтен при составлении книги покупок и не приводит какого-либо обоснования того, что указанное им различие влияет на факт принятия работ.

Заявление о фальсификации в части оспаривания подписания контрактов и договоров истца с непосредственными заказчиками работ, основано исключительно на доводе истца о том, что ФИО3 не подписывал вышеуказанные договоры, акты, справки с заказчиками. Между тем, все указанные в заявлении о фальсификации документы содержат печать истца, которая лицами, участвующими в деле не оспаривается. На основании выписки по операциям на счете организации за период с 01.01.2015 по 31.12.2016, представленной Байкальским банком ПАО Сбербанк в отношении счета истца, судом установлено, что по всем указанным контрактам и договорам истец получил оплату за выполненные работы.

Пунктом 5 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Приведенный правовой подход (правило эстоппеля) применим в тех случаях, когда стороны исполняют ранее заключенный договор, а заявление о недействительности такого договора сделано одной из его сторон в целях освобождения себя от обязательств, предусмотренных этим договором.

В нашем случае, все указанные истцом сделки с заказчиками являются действительными и полностью исполненным, в том числе, за счет бюджетных средств. На протяжении 5 лет с момента заключения данных сделок и их исполнения истец не оспаривал их. Более того, в судебном заседании истец подтвердил фактическое исполнение данных сделок с заказчиком.

По этим же основаниям судом отклонено ходатайство истца о назначении почерковедческой экспертизы в отношении подписи ФИО3 на данных контрактах и договорах (пункт 2 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021), как не имеющее значения для правильного рассмотрения настоящего дела.

Ходатайства истца об истребований доказательств от 21.01.2020, 27.01.2020 и 17.02.2020 (пункты 3,4,5 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) рассмотрены судом и отклонены в связи с тем, что направлены на получение документов, не имеющих отношения для правильного рассмотрения настоящего дела (статья 67 АПК РФ) и истцом не представлено доказательств, что ему отказано в предоставлении данных доказательств (пункт 4 статьи 66 АПК РФ). Истец пояснил, что данные ходатайства заявлены с целью проверки трудоустройства ответчиком ФИО9 и ФИО10 Ответчиком представлены пояснения, что данные лица не устроены в порядке, предусмотренном трудовым законодательством, в связи с чем по ним не производились отчисления и не подавались сведения, которые просит истребовать истец. Кроме того, в материалах дела имеется информация из Пенсионного фонда РФ, полученная ранее по определению суда об истребовании доказательств. Факт подписания ФИО15 документов со стороны ответчика не оспорен истцом или ответчиком. С учетом этого истец не представил обоснования, какие обстоятельства он хочет подтворить или опровергнуть истребованием из материалов уголовного дела трудовой книжки, приказов о приеме на работу копий протоколов допроса ФИО15

Ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО12, ФИО14, ФИО11 (пункт 8 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) суд полагает не подлежащими удовлетворению в связи с тем, что свидетельские показания не могу подтверждать или опровергать факт выполнения работ.

Заявление о фальсификации по гражданско-правовым договорам 15/19 от 01.01.2015 и 10/15 от 01.01.2015 (пункт 6 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) истцом отозвано в связи с чем не рассматривается судом. По этим же основаниям судом отказано в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО9 и ФИО10 (пункт 9 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) заявленного истцом в качестве способа проверки заявления о фальсификации по гражданско-правовым договорам 15/19 от 01.01.2015 и 10/15 от 01.01.2015.

Заявления о фальсификации от 11.09.2020 по письмам ООО «Белый ветер» и МБДОУ г. Иркутска детский сад № 126 и соответствующие им ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО16 и ФИО17 и ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы от 27.10.2020 (пункты 10,11,12 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) отозваны истцом, в связи с чем судом не рассматриваются.

Заявляя о фальсификации актов технической приемки работ, актов выполненных работ и счетов-фактур (пункты 7,14 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) истец не указал, в чем конкретно заключается фальсификация, указывая на отсутствие подтверждения полномочий подписавших их лиц и включении в них ложных сведений. Между тем, данные заявления не свидетельствуют о фальсификации доказательства в смысле, определенном статьей 161 АПК РФ, а являются выражением истцом его правовой позиции, связанной с оценкой доказательств.

Судом рассмотрены указанные документы о фальсификации которых заявил истец и не установлено противоречий с иными доказательствами по делу.

В качестве способа проверки указанных заявлений о фальсификации истцом заявлено ходатайство о назначении по делу судебной бухгалтерской экспертизы (пункт 13 Списка заявлений и ходатайств истца по делу от 15.02.2021) по вопросам о том, соблюдены ли правила бухгалтерского учета и присутствует ли бухгалтерская обоснованность, о соответствии записей книги покупок и книги продаж, о невнесении в книгу покупок расходов согласно банковскому счету.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Заключение эксперта в соответствии со статьей 64 АПК РФ является одним из доказательств по делу и должно отвечать признакам относимости доказательств, предусмотренным статьей 67 АПК РФ.

Учитывая это, суд полагает заявленное ходатайство не подлежащим удовлетворению, поскольку для сравнения данных книги продаж и книги покупок нет необходимости в специальных познаниях, а соблюдение правил бухгалтерского учета не входит в предмет доказывания по настоящему делу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 319.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, в случаях, когда должник не указал, в счет какого из однородных обязательств осуществлено исполнение, преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше, либо, когда обязательство не имеет срока исполнения, то обязательство, которое возникло раньше. Если сроки исполнения обязательств наступили одновременно, исполненное засчитывается пропорционально в погашение всех однородных требований.

В пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что положения пункта 3 статьи 319.1 ГК РФ подлежат применению к тем случаям, когда имеются только обеспеченные либо только необеспеченные однородные обязательства с различными сроками исполнения. При этом из необеспеченных или из обеспеченных обязательств преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше, либо, когда обязательство не имеет срока исполнения, то обязательство, которое возникло раньше. Если сроки исполнения обеспеченных либо необеспеченных обязательств наступили одновременно, исполнение между ними распределяется пропорционально.

Со ссылкой на счет-фактуру № 297 от 30.06.2016 с указанием на СМР истцом оплачены в адрес ответчика денежные средства в общем размере 1 163 138,18 руб. Счет-фактура № 297 от 30.06.2016 выставлена на сумму 791 600 руб. В подтверждение выполненных работ на данную сумму в материалы дела представлены Акт № 297 от 30.06.2016 с приложением спецификации и первичными документами, подтверждающими выполненные работы.

Однако данное обстоятельство не свидетельствует о неосновательности обогащения на стороне ответчика в сумме превышающей сумму счета-фактуры, поскольку счет-фактура № 297 от 30.06.2016 позволяет установить правоотношения сторон, по которым производились платежи – договор № 1 от 12.01.2015.

В материалы дела представлены доказательства выполнения работ по договору № 1 от 12.01.2015 на сумму, большую, чем стоимость работ отраженная в счет-фактуре № 297 от 30.06.2016.

Следовательно, денежные средства, поступившие по платежным поручениям со ссылкой на счет-фактуру № 297 от 30.06.2016 с учетом того, что ответчик не заявляет издержки по получению исполнения и проценты, на основании требований статьи 319 ГК РФ и пункта 3 статьи 319.1 ГК РФ распределяются следующим образом в счет погашения суммы основного долга по следующим обязательствам:

1) Оплата работ, отраженных в счет-фактуре № 297 от 30.06.2016, акте № 297 от 30.06.2016 с приложенной к нему спецификацией и первичными документами, подтверждающими выполненные работы – платежные поручения № 103 от 29.07.2016, 163 от 03.08.2016; 259 от 03.08.2016; 265 от 08.08.2016; 276 от 18.08.2016; 277 от 29.08.2016; 282 от 29.082016 – на общую сумму 645 500 руб.; и частично по платежному № 296 от 14.09.2016 на сумму 146 100 руб.

2) Остаток платежа по платежному поручению № 296 от 14.09.2016 на сумму 36 338,18 (182 438,18-146 100) и платежи по платежным поручениям № 302 от 23.09.2016; 309 от 30.09.2016; 323 от 13.10.2016; 325 от 14.10.2016; 327 от 17.20.2016; 328 от 18.10.2016; 332 от 20.10.2016; 333 от 21.10.2016 на общую сумму 335 200 руб. являются оплатой предшествующих обязательств по договору № 1 от 12.01.2015, срок исполнения которых наступил ранее.

Остальные платежи по платежным поручениям № 51 от 11.02.2016; 97 от 21.03.2016; 98 от 21.03.2016; 117 от 31.03.2016; 126 от 05.04.2016; 229 от 08.07.2016 на общую сумму 287 000 руб. учитывая те же требования являются оплатой обязательств, отраженных в акте сверки, срок исполнения которых наступил ранее.

Кроме того, судом приняты во внимание следующие обстоятельства.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в отношении истца, Иркутский филиал с 02.07.2013 находится по адресу: <...>.

В соответствии с договором аренды № А/12-5 от 13.01.2012 данное помещение находилось в аренде у ответчика, в 2014 и 2015 годах, арендная плата составляла 41 137 руб. в месяц.

В судебном заседании истец подтвердил, что в помещении по указанному адресу, находились все его документы и осуществляла свою деятельность ФИО2, работавшая у истца главным бухгалтером.

В материалы дела представлены счета-фактуры № 10 от 31.01.2015 (субаренда нежилого помещения за январь, февраль, март, апрель 2014 года) на сумму 80 000 руб.; № 11 от 28.02.2015 (субаренда нежилого помещения за май, июнь, июль, август 2014 года) на сумму 80 000 руб.; № 12 от 31.03.2015 (субаренда нежилого помещения за сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2014 года) на сумму 80 000 руб.; № 13 от 30.04.2015 (субаренда нежилого помещения за январь, февраль, март, апрель 2015 года) на сумму 80 000 руб.; № 15 от 30.06.2015 (субаренда нежилого помещения за май, июнь, июль, август 2015 года) на сумму 80 000 руб.

Данные счета-фактуры приняты истцом и отражены в книгах покупок, представленных в налоговый орган. Также данные счета-фактуры отражены в книгах продаж ответчика. Данные обстоятельства истец не оспаривает и подтверждает в своих пояснениях.

Таким образом, сумма за фактическое использование истцом помещения ответчика за период с января 2014 года по август 2015 года составляет 400 000 руб.

Согласно пояснениям ответчика, данная сумма также формирует общую задолженность истца перед ответчиком, в том числе, в счет которой были произведены заявленные истцом суммы оплаты с указанием «по акту сверки» и в части с указанием «по счету фактуре 297» с учетом правил, предусмотренных статьей 319.1 ГК РФ.

Возражая в отношении данных обстоятельств, истец указал, что адрес в выписке

из ЕГРЮЛ является лишь почтовым адресом филиала.

Согласно пункту 2 статьи 55 ГК РФ, филиалом является обособленное подразделение юридического лица, расположенное вне места его нахождения и осуществляющее все его функции или их часть, в том числе функции представительства.

Сведения о филиалах юридического лица должны содержаться в (пункт 3 статьи 55 ГК РФ, подпункт «н» пункта 1, пункт 5 статьи 5 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»). По месту нахождения филиала осуществляется постановка на налоговый учет организации на основании сведений, указанных в ЕГРЮЛ (подпункт 2 пункта 1 статьи 23, пункт 3 статьи 83 НК РФ).

Таким образом, судом установлено, что фактически истец пользовался помещением, указанным в качестве адреса места нахождения его филиала в городе Иркутске, размер данной платы согласован сторонами, доказательств оплаты такого пользования иным способом истец не представил.

Суд признает несостоятельными заявления представителей истца о том, что ФИО3 и истец не знал о тех платежах, которые заявлены в иске и не знал ни о каких сделках между истцом и ответчиком.

ФИО3 являлся и является директором Иркутского филиала истца. Спорные платежи, действия сторон по выполнению работ, фактическому пользованию помещением, их отражению в учете, совершались от имени организации, а не физического лица, не одномоментно, а на протяжении более года. Все эти действия отражались в налоговой отчетности истца и не знать о них истец и лично ФИО3 не мог. Электронная цифровая подпись для распоряжения расчетным счетом в банке оформлена на имя ФИО3 и все платежные поручения, указанные ФПБ в основание иска, подписаны именно подписью ФИО3 Электронную цифровую подпись для доступа к расчетному счету ИФ ФПБ ФИО3 не аннулировал и не изменил. При этом ФИО2 была трудоустроена в ФПБ в соответствии с требованиями трудового законодательства, что также подтверждается решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 25.05.2020 по делу № 2-241/2020. Ни каких доказательств нарушения ФИО2 трудовых обязанностей, совершения ею проступков и применения к ней дисциплинарных и иных взысканий, предусмотренных трудовым законодательством, не принималось, ФИО2 не была уволена по основаниям, предусмотренным статьей 81 Трудового кодекса РФ.

С учетом вышеизложенного, доказательств отнесения произведенных платежей к иным обязательствам истец не представляет, в связи с чем, на стороне ответчика отсутствует неосновательное обогащение, тем более, что данные платежи носили систематический характер в течение продолжительного времени. Данные выводы соответствуют сложившейся практике по схожим спорам (см. например, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 13.12.2017 N Ф02-6786/2017 по делу N А10-7754/2016; постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 12.02.2014 по делу N А19-6426/2013)

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств суд пришел к выводу, что действия сторон были направлены на фактическое возникновение гражданских прав и обязанностей по осуществлению и реализации заключенной сделки.

Таким образом, на основании исследования и оценки в порядке статьи 71 АПК РФ представленных доказательств, суд пришел к выводу, что ответчик представил обоснование правомерности получения денежных средств.

В данном случае, применительно к указанным обстоятельствам, с учетом положений действующего законодательства и правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 N 11524/12, бремя доказывания обратного возлагается на истца.

Истцом, при рассмотрении дела, факт оказания ответчиком услуг, работ не опровергнут.

Истец надлежащими доказательствами не опроверг представленные ответчиком доказательства, не оспорил их.

Доказательств, опровергающих представленные ответчиком возражения и доказательства в их подтверждение, в целом, не представлено.

Следовательно, оснований для вывода о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения, не имеется.

Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, на основании полного и всестороннего исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта неосновательного обогащения ответчика за счет истца, исковые требования заявлены необоснованно и удовлетворению не подлежат.

Кроме того, ответчик заявил от пропуске истцом исковой давности по требованиям о взыскании денежных средств, перечисленных истцом ответчику до 11.06.2016, то есть по платежам, совершенным истцом платежными поручениями № 51 от 11.02.2016, № 97 от 21.03.2016, № 98 от 21.03.2016, № 117 от 31.03.2016, № 126 от 05.04.2016, на общую сумму 247 000 руб.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ установлено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

К искам о взыскании неосновательного обогащения применяется общий трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, который, в силу пункта 1 статьи 200 названного Кодекса, начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, течение срока исковой давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороны договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части; срок исковой давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) начисляется по каждому просроченному платежу.

Возражая в отношении заявления ответчика о применении срока исковой давности, истец сослался на то, что доверенность № 36 от 29.04.2016 и флеш-носитель с банковской электронной подписью были переданы ФИО2 ФИО3 по актам приема-передачи от 14.12.2016 и 22.12.2016. До 14.12.2016 директор филиала Фонда пожарной безопасности ФИО3 не имел доверенности № 36 от 29.04.2016 и флеш-носителя, то есть физически не мог проверить операции по счету и факты переводов денежных средств со счета филиала в банке или через компьютер.

Данные доводы истца являются необоснованными, поскольку истцом является юридическое лицо, а не ФИО3 Истцом не представлено доказательств того, что он обращался в банк и ему было отказано в предоставлении информации о счете, что имелись какие-либо объективные препятствия в доступе к счету действующего юридического лица, по которому ведутся приходные и расходные операции.

С учетом этого, истец должен был узнать о произведенных им платежах с момента их совершения.

Исходя из основания иска, следует, что момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, определяется датой совершения соответствующего платежа.

Согласно пункту пункт 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, из системного толкования п. 3 ст. 202 ГК РФ и ч. 5 ст. 4 АПК РФ следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), не поступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Истец, до обращения с иском направил ответчику претензию 06.03.2019, ответ на которую ответчиком не представлен.

Следовательно, течение срока исковой давности было приостановлено на период с 06.03.2019 по 06.04.2019.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статей 199, 200 ГК РФ увеличение истцом размера исковых требований до принятия судом решения не изменяет наступивший в связи с предъявлением иска в установленном порядке момент, с которого исковая давность перестает течь.

Вместе с тем, если судом принято заявление об увеличении иска в отношении задолженности за периоды, которые при обращении с первоначальным требованием не заявлялись, то срок исковой давности по измененным требованиям перестает течь с даты заявления таких требований, а не с даты предъявления первоначального иска.

Согласно штампу канцелярии исковое заявление подано истцом в Арбитражный суд Иркутской области 11.06.2019. Обращаясь с иском, истец указал о неосновательности обогащения только в части платежа, осуществлённого по платежному поручению № 229 от 08.07.2016.

Уточнением и увеличением размера исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ, поступившим в суд 02.07.2019, истец заявил требования в отношении всех платежей, то есть заявил требования в отношении платежей, осуществлённых им за иные периоды. Уточненные исковые требования заявлены, в том числе, в отношении платежей, совершенных 11.02.2016, 21.03.2016, 31.03.2016, 05.04.2016, на общую сумму 247 000 рублей, которые совершены за пределами трехлетнего срока исковой давности с учетом его приостановки на период с 06.03.2019 по 06.04.2019

Следовательно, срок исковой давности в отношении перечисления данных денежных средств, истек до момента обращения истца с иском, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для принятия решения об отказе в удовлетворении иска по заявлению ответчика.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном судебном акте. Иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Учитывая изложенное, исходя из предмета и основания заявленных требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь действующим законодательством, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Истцом в рассматриваемом случае в нарушении норм ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено относимых и достоверных доказательств нарушения его прав и интересов.

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

При обращении в суд с иском истцом уплачена государственная пошлина в размере 2 000 руб.

В пункте 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» разъяснено, что в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ввиду увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд в силу статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер госпошлины по настоящему делу составляет 32 186,23 руб.

При указанных обстоятельствах, в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 30 186,23 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с ФОНДА ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 30 186,23 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья О.А. Козодоев