Постановление от 24 октября 2024 г. по делу № А40-287533/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-60768/2024

Дело № А40-287533/21
г. Москва
24 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей Д.Г. Вигдорчика, Е.Ю. Башлаковой-Николаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.С. Волковым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.08.2024, об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договоров дарения от 18.05.2016, заключенных между должником и ФИО2 по делу № А40-287533/21 о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО4 по дов. от 06.10.2023

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 23.05.2024

от ФИО3: ФИО7 по дов. от 06.10.2023

ФИО1 – лично, паспорт

иные лица не явились, извещены,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2022 ФИО3 (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО8

01.03.2023 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой договоров дарения от 18.05.2016, заключенных между должником и ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023, признан недействительной сделкой договор дарения от 18.05.2016, заключенный между должником и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 1200 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:34, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 268 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:35, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на садовый дом, общей площадью 199,7 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:120, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13.

Признавая сделку недействительной по основаниям ст.ст. 10, 168 АПК РФ суды двух инстанций исходили из того, что сделка по безвозмездному отчуждению имущества в пользу аффилированного лица совершена при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредитором, требования которого были включены в реестр и не погашены до настоящего времени. О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения свидетельствует совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.01.2024 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что судами не установлены обстоятельства выхода оспариваемых сделок за пределы дефектов подозрительных сделок, заявленные к оспариванию по статье 10 ГК РФ, так как все указанные судами обстоятельства недействительности полностью включены в дефекты сделок, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, также судами не сделан вывод о мнимости (притворности) оспоренного договора, применительно к возможности оспаривания сделки по общегражданским основаниям.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

От ФИО3 поступил письменный отзыв, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

От финансового управляющего должника поступили письменные пояснения.

В судебном заседании должник, представитель финансового управляющего должника поддержали доводы жалобы в полном объеме.

Представители ФИО3, ФИО2 возражали на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований заявитель ссылался на то, что должником в пользу дочери безвозмездно отчуждены на основании договоров дарения от 18.05.2016 следующие объекты недвижимости: 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 1200 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:34, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13; 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 268 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:35, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13; 1/2 долю в праве общей долевой собственности на садовый дом, общей площадью 199,7 кв. м, кадастровый номер 50:28:0110208:120, адрес местонахождения: Московская область, Домодедовский район, СНТ Машенька, уч. 13.

Указывая, что сделка по отчуждению имущества совершена в пользу заинтересованного лица, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при наличии признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки, со злоупотреблением правом, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения, финансовый управляющий указывал, что данная сделка отвечает признакам недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 11.01.2022, спорные сделки по отчуждению имущества совершены 18.05.2016, то есть за пределами периода подозрительности, установленного пунктами 1 и 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», таким образом, сделка не подлежит проверке по специальным основаниям, предусмотренным названным федеральным законом.

Исходя из разъяснений, данных в п. 4 Постановления N 63 и п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по ст. ст. 10, 168 и 170 ГК РФ.

Однако, в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

По смыслу соответствующих разъяснений, переквалификация сделки по основаниям, указанным в ст. ст. 10, 168 и 170 ГК РФ возможна только при наличии в действиях должника и кредитора признаков злоупотребления правом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556, абзац четвертый п. 4 Постановления N 63).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему субъективного права, сопряженное с нарушением, установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, сделок с предпочтением.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069).

Выполняя указания арбитражного суда кассационной инстанции, обязательные в силу норм п. 1 ст. 289 АПК РФ, судом первой инстанции установлено, что в настоящем случае заявителем по обособленному спору – финансовым управляющим должника, не обоснованы, и из материалов дела не следуют обстоятельства выхода оспариваемых сделок за пределы дефектов подозрительных сделок, а все приведенные финансовым управляющим и кредитором обстоятельства недействительности полностью включены в дефекты сделок, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В обоснование совершения сделки с целью злоупотребления правом финансовый управляющий в своем заявлении указывает, что договор дарения от 18.05.2016 заключен между заинтересованными лицами в целях причинения вреда кредиторам должника.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В настоящем случае приводимые финансовым управляющим доводы в полной мере охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сводятся к обоснованию причинения вреда имущественным правам кредитору ФИО1

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, действующее законодательство не запрещает заключение договоров между заинтересованными лицами.

Согласно заявлению финансового управляющего, а также доводам кредитора ФИО1, договор дарения от 18.05.2016 заключен с целью уклонения от возможного взыскания на имущество ФИО3.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанной нормой недостаточность имущества это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Должник заявляет, что совершил сделку дарения в рамках обычных семейных отношений, не преследуя цель причинения имущественного вреда кредиторам, которые у него на тот момент отсутствовали.

Документов, подтверждающих наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у гражданина ФИО3 на дату совершения оспариваемой сделки в материалы дела не представлено.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Никулинским районным судом г. Москвы в рамках спора между бывшими супругами ФИО3 и ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества было принято решение от 11.05.2016 по делу № 2-98/2016, в соответствии с которым за ФИО1 было признано право собственности на 12 земельных участков по адресу: Смоленская область, Темкинский район, с/п Вязищенское, д. Кобелево; за ФИО3 признано право собственности па 12 земельных участков по адресу: Смоленская область, Темкинский район, с/и Вязищенское, д. Кобелево; за ФИО1 и ФИО3 признано право собственности по 1/2 доле за каждым на земельный участок 67:20:1260101:72 по адресу: Смоленская область, Темкинский район, с/п Вязищенское, д. Кобелево; судом решено взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 688 786 рублей, 14 460,40 евро и 44 261, 70 долларов США; за ФИО1 и ФИО3 признано по 25% доли за каждым в уставном капитале ООО «Логотранс» и по 50% доли за каждым в уставном капитале ООО «Автопарк». Решение вступило в законную силу.

Вместе с тем, Никулинский районный суд г. Москвы, разрешая спор о разделе имущества между ФИО3 и ФИО1, принял во внимание решение Домодедовского городского суда Московской области от 09.12.2015, которым было установлено, что земельные участки и садовый дом, являющиеся предметом спора по настоящему делу, уже были разделены между ФИО3 и его первой супругой ФИО9, и за каждым из них признано право собственности по 1/2 доли на каждый объект недвижимости.

Таким образом, земельные участки и садовый дом были личной собственностью ФИО3 и не были предметом спора при разделе имущества с ФИО1

Соответственно, ФИО3 мог распоряжаться ими но своему усмотрению.

Должник заключил договор дарения от 18.05.2016 после вынесения Никулинским районным судом решения, которым спорное имущество было исключено из раздела между бывшими супругами.

Так каких-либо притязаний со стороны ФИО1 к оспариваемому имуществу на дату вынесения решения суда от 11.05.2016 не имелось.

Обратного в материалы дела не представлено.

Заключая договор дарения от 18.05.2016, ФИО9 и ФИО3 следовали цели передачи своих долей общей дочери ФИО2.

Должником также указано на то обстоятельство, что на момент совершения спорных сделок у него отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку у последнего в собственности в результате раздела имущества с ФИО1 оставались земельные участки, также должник оставался собственником 25% доли в уставном капитале ООО «Логотранс» и 50% доли в уставном капитале ООО «Автопарк», на которые тоже можно было обратить взыскание.

Таким образом, должник, заключая договоры дарения со своей дочерью за 8 лет до признания его банкротом, действовал добросовестно.

Также судом первой инстанции приняты во внимание пояснения должника о том, что на дату заключения договора дарения земельных участков и садового дома ФИО3 был зарегистрирован и постоянно проживал совместно с супругой ФИО1 в квартире, расположенной по адресу: <...>.

Указанная квартира была подарена должником ФИО3 кредитору ФИО1 на основании договора дарения от 10.12.2008.

При этом как следует из пояснений должника и кредитора, в течение длительного периода и в настоящий момент между супругами имеются личные неприязненные отношения, перешедшие в открытый конфликт, связанный, в том числе, с ограничением доступа должника в квартиру, сменой замков, последовательными судебными разбирательствами в судах общей юрисдикции, в том числе о вселении ФИО3 в вышеуказанную квартиру.

Целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Должник указал, что судебный акт о вселении так и не был исполнен, и он вынужден проживать в спорном жилом доме, в котором он не намеревался проживать на момент дарения его дочери, поскольку другого жилого помещения в настоящее время он не имеет.

В материалах обособленного спора имеется свидетельство органа миграционного учета о регистрации по месту пребывания ФИО3 по адресу спорного имущества г. Домодедово, СНТ Машенька, д. 13 на срок с 03.05.2023г. по 28.04.2027г. (л.д. 80, том 2).

В связи с чем, как указано должником, спорная доля фактически является единственным жильем должника.

Исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд правомерно согласился с указанными доводами должника о том, что в случае удовлетворения судом заявления финансового управляющего о признании договора дарения недействительными и применении последствий недействительности сделки спорное имущество не может быть включено в конкурсную массу должника, поскольку оно будет являться единственным пригодным для постоянного проживания недвижимым имуществом, принадлежащим ему на праве собственности.

В заявлении управляющий кредитор не мотивирует, в чем заключается недобросовестность ответчика и притворность договора дарения.

Заявитель фактически перекладывает на ответчика бремя доказывания отрицательных фактов, что недопустимо с точки зрения баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Рассмотрев и оценив доводы финансового управляющего и кредитора, судом не установлено фактов недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемых сделок, а также доказательств того, что стороны сделок действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника.

Как верно указал суд первой инстанции, достаточных оснований полагать, что стороны заблаговременно, либо впоследствии, сформировали умысел на вывод имущества с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами должника у суда не имеется.

Суд округа также обратил внимание, что финансовый управляющий оспорил сделку не только на основании ст. 10 ГК РФ, но и на основании ст. 170 ГК РФ.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (часть 1 статьи 170 ГК РФ).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По смыслу положений статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения предполагает безвозмездную передачу объектов ответчику во владение, пользование и распоряжение (под его контроль).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств того, что сделка является мнимой, то есть совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия для дарения (передачу имущества в распоряжение ответчика), не представлено.

Подтверждения наличия умысла сторон сделок на реализацию какой-либо противоправной цели, связанной с причинением вреда кредиторам должника, материалами дела также не установлено.

Договор дарения сторонами был фактически исполнен, на его основании у ФИО2 возникло право собственности на спорное имущество.

Сама по себе регистрация должника по месту проживания в спорной квартире не свидетельствует о том, что он является ее фактическим собственником. Нормами действующего законодательства допускается регистрация по месту проживания в помещении, принадлежащем иному лицу.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению в полном объеме, поскольку повторяют ранее исследованные при первоначальном рассмотрении обособленного спора и отклоненные доводы финансового управляющего и кредиторы.

Кроме того, как верно установлено судом, сделка совершена за пределами срока подозрительности, установленного п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и оспорена на основании норм ст. 10, 168 ГК РФ.

Закрепленные в ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Однако, в настоящем случае заявителем по обособленному спору – не обоснованы обстоятельства выхода оспариваемых сделок за пределы дефектов подозрительных сделок, а все указанные судами обстоятельства недействительности полностью включены в дефекты сделок, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.08.2024 по делу № А40-287533/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: В.В. Лапшина


Судьи: Д.Г. Вигдорчик


ФИО10