Решение от 17 июля 2018 г. по делу № А09-5256/2017

Арбитражный суд Брянской области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Решение

Резолютивная часть решения объявлена 10.07.2018г.

В полном объеме решение изготовлено 17.07.2018г.

Дело №А09-5256/2017
город Брянск
17 июля 2018 года
Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Прокопенко Е. Н.,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания ФИО1 после перерыва помощником судьи Носиковым В.Е.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2, г.Санкт-Петербург,

к обществу с ограниченной ответственностью "Кедр", г.Брянск,

о взыскании 92 896 000 руб. действительной стоимости доли, процентов за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г. в размере 29 568 751 руб., процентов с 18.10.2017г. по дату фактического исполнения обязательства по выплате действительной стоимости доли или ее части,

третьи лица: ФИО3, г.Санкт-Петербург, ФИО4, г.Санкт-Петербург, ФИО5, г.Санкт-Петербург,

при участии в судебном заседании:

от истца: до перерыва ФИО6 - представитель (доверенность 78 АБ 3115359 от 03.07.2017г.), ФИО7 – представитель (доверенность 78 АБ 3115358 от 03.07.2017г.); после перерыва ФИО6 - представитель (доверенность 78 АБ 3115359 от 03.07.2017г.);

от ответчика до и после перерыва: не явился, извещен;

от третьих лиц до и после перерыва: не явились, извещены;

установил:

ФИО2, г.Санкт-Петербург, обратилась в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Кедр", г.Брянск, о взыскании 92 896 000 руб. действительной стоимости доли, процентов за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г. в размере 29 568 751 руб., процентов с 18.10.2017г. по дату фактического исполнения обязательства по выплате действительной стоимости доли или ее части (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст.49 АПК РФ).

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, к участию в деле привлечены ФИО3, г.Санкт-Петербург, ФИО4, г.Санкт-Петербург, ФИО5, г.Санкт-Петербург.

Ответчик и третье лицо ФИО3, в заседание суда не явились, уведомлены надлежаще, иск оспорили по изложенным в отзывах основаниям, направили ходатайства об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью явки представителей (ответчик – по причине участия в другом судебном деле, третье лицо – по причине отпуска представителя).

Истец возражал относительно удовлетворения ходатайств об отложении.

Согласно ч.4 ст.158 АПК РФ отложение судебного разбирательства в отсутствие представителя одной из сторон при заявленном ходатайстве об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью обеспечить явку представителя является не обязанностью, а правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела.

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителя одной из сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Приведенные ответчиком и третьим лицом ФИО3 причины не могут быть признаны уважительными.

Занятость представителя ответчика в назначенный день судебного разбирательства, равно как и отпуск представителя не означает невозможности представительства при рассмотрении дела.

Ответчик является юридическим лицом, заблаговременно извещенным о времени и месте судебных заседаний, поэтому, действуя разумно и добросовестно, имел возможность таким образом организовать свою деятельность, чтобы обеспечить направление в настоящее судебное заседание как законного представителя, любых штатных сотрудников, так и привлечь для оказания юридической помощи иное лицо. Доказательств невозможности совершения указанных действий ответчиком, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Невозможность обеспечить ФИО3 явку своего представителя в связи с его нахождением в отпуске также не является уважительной причиной и не может служить основанием для отложения судебного разбирательства.

Кроме того, ни ответчиком, ни третьим лицом не указано для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства.

Никаких дополнительных документов, письменных пояснений от указанных лиц в материалы дела в интервале между заседаниями (практически месяц) не поступило.

Общество, являясь ответчиком, располагало достаточным количеством времени для представления в суд доказательств по делу в обоснование своих возражений.

При этом как ответчиком, так и третьим лицом в дело представлены письменные отзывы на иск. Никаких иных документов и обстоятельств, требующих выяснения, указанными участниками процесса не приведено.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие оснований для отложения судебного заседания, с учетом мнения представителей истца, возражавших против отложения судебного заседания, суд отклоняет ходатайства ответчика и третьего лица ФИО3 об отложении.

Остальные третьи лица явку не обеспечили, уведомлены надлежаще, в том числе по правилам ст.123 АПК РФ, отзывов, ходатайств, заявлений по делу не представили.

В судебном заседании 09.07.2018г. объявлен перерыв до 12 час. 00 мин. 10.07.2018г.

После перерыва протокольным определением отклонено ходатайство истца об исключении из числа третьих лиц ФИО3 и ФИО4, поскольку указанные участники дела привлечены к участию в нем по инициативе самого истца, ФИО3 занимает активную позицию по иску.

Также после перерыва в материалы дела поступило ходатайство ФИО8, г.Санкт-Петербург, о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Истец возражал относительно удовлетворения ходатайства.

Вынесением отдельного определения ходатайство ФИО8 отклонено.

Ходатайство ФИО8 об отложении рассмотрения дела в случае привлечения его к участию в деле в качестве третьего лица (в целях подготовки позиции по иску), и в случае отказа в привлечении к участию в деле (в целях обжалования соответствующего определения) судом отклонено, так как Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации не предусмотрена обязанность суда откладывать либо приостанавливать рассмотрение дела с целью предоставления участвующему в деле лицу возможности обжалования определения об отказе во вступлении в дело третьего лица.

Абзацем 2 пункта 6.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", на который ссылается заявитель, предусмотрена необходимость отложения рассмотрения дела в том случае, если апелляционная жалоба уже подана.

Дело рассмотрено после перерыва в отсутствие ответчика и третьих лиц в порядке ст.156 АПК РФ.

Заслушав доводы истца, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, по состоянию на 09.01.2014 ФИО2 являлась участником ООО "Кедр", ей принадлежала доля в размере 85% уставного капитала. Кроме нее участниками общества являлись ФИО3 и ФИО4; каждому из них принадлежала доля в размере 7,5% уставного капитала.

В заявлении от 09.01.2014 ФИО2 сообщила ООО "Кедр" о своем намерении выйти из состава участников общества и передаче принадлежащей ей доли в размере 85% уставного капитала обществу.

Внеочередным общим собранием ООО "Кедр" принято решение от 10.01.2014 (протокол N 1/2014) о распределении доли, принадлежавшей ФИО2, между ФИО3 и ФИО4 В результате каждому из них стали принадлежать доли в размере 50% в уставном капитале.

Соответствующие изменения в сведения об ООО "Кедр", содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, внесены в данный реестр на основании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 15 по Санкт-Петербургу от 16.01.2014 N 806А.

Ссылаясь на то, что в заявлении от 09.01.2014 она сообщила только о своем намерении выйти из состава общества, однако не выразила волю на отчуждение доли, ФИО2 обратилась в суд с иском о восстановлении в правах участника (дело №А56-18356/2014).

Судебными актами судов первой, апелляционной и кассационной инстанций по делу №А56-18356/2014 установлено, что из заявления ФИО2 от 09.01.2014 следовала ее конкретная и недвусмысленная воля выйти из состава участников ООО "Кедр". Текст спорного заявления следует рассматривать как сообщение ФИО2 об уже принятом решении о выходе из ООО "Кедр" и передаче обществу доли в размере 85% уставного капитала.

Аналогично судебными актами судов апелляционной и кассационной инстанций по делу №А09-15877/2015 по иску общества с ограниченной ответственностью «Кедр» к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Славянский» и ФИО2 о взыскании в солидарном порядке 101678395 руб. 84 коп., в том числе 81000000 руб. неосновательного обогащения и 20678395 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, установлено, что заявление о выходе из состава участников общества подано ФИО2 09.01.2014. Указанное требование является волеизъявлением ФИО2, которое может быть ею реализовано по ее усмотрению.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Истец, ответчик, третьи лица в настоящем деле, являлись лицами, участвующими в делах №А56-18356/2014, №А09-15877/2015.

ФИО2, полагая, что общество не исполнило своих обязательств, связанных с выходом участника, обратилась в суд с настоящим иском о взыскании действительной стоимости доли в размере 92896000 руб. принадлежащей истцу, как участнику общества, в связи с ее выходом из состава последнего по заявлению от 09.01.2014 и 29568751 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г., а также процентов с 18.10.2017г. по дату фактического исполнения обязательства (уточненные исковые требования).

Уточненные исковые требования истец обосновывает заключением судебной экспертизы в рамках дела №А09-15877/2015, выполненной обществом с ограниченной ответственностью «Агентство «Промышленного и Финансового аудита», согласно выводам которой действительная стоимость доли участника ООО «Кедр» размером 85% в уставном капитале ООО «Кедр» по состоянию на 31.12.2013г. с учетом рыночной стоимости чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013г. по состоянию на 31.12.2013г. составит 92 896 000 руб. Рыночная стоимость чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013г. по состоянию на 31.12.2013г., составит 102 290 000 руб.

Не оспаривая факт получения обществом заявления участника ФИО2 о выходе из общества от 09.01.2014г., наличия волеизъявления участника на выход из общества, ответчик свои возражения по иску основывает на том, что как после выхода из состава участников общества, так и после вступления в законную силу судебного акта по делу №А56-18356/2014 об отказе в восстановлении в правах участника, ФИО2 с какими-либо требованиями относительно выплаты причитающейся ей стоимости доли в общество не обращалась.

Также ответчик обращает внимание на пункт 8 статьи 22 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в части того, что общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или ее части в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если на момент этих выплат или выдаче имущества в натуре оно отвечает признакам несостоятельности (банкротства), либо в результате этих выплат или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества.

Отмечает, что истцу по делу известно о наличии у общества непогашенных обязательств по договору целевого займа №01/2012-ЦЗ от 12.04.2012г. в размере более 107 млн. руб. (дело №А09-5949/2014).

Ответчик говорит о том, что даже при определенной доказанности исковых требований, общество в силу императивно установленного законом запрета не вправе ни после ее выхода, ни в настоящее время осуществить выплату действительной стоимости доли независимо от стоимости последней.

Также ответчик полагает недоказанным истцом размер исковых требований, отмечает, что стоимость активов общества указана произвольно, пассивы не учтены, данные, приведенные истцом, не подтверждены бухгалтерской отчетностью и независимой оценкой.

Третье лицо ФИО3 в письменном отзыве, поддерживая возражения ответчика, полагает, что экспертное заключение, на котором основаны исковые требования, является недостоверным доказательством по делу, выводы экспертов не обоснованны, документально не подтверждены.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, суд считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества путем отчуждения обществу своей доли в его уставном капитале независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

При выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества или выдано в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены Законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Согласно статье 26 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО здесь и далее в редакции спорного периода) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как указывалось выше, заявление истца о выходе из состава участников ООО "Кедр" и передаче обществу доли 85% уставного капитала получено последним 09.01.2014г., что не оспорено ответчиком.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона об ООО в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно. Исключение из устава общества указанных положений осуществляется по решению общего собрания участников общества, принятому двумя третями голосов от общего числа голосов участников общества.

На основании части 7 статьи 23 Закона об ООО доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом требования участника общества о ее приобретении.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 90/14 от 09.12.1999 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" разъяснено, что выход участника общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу. Заявление о выходе из общества должно подаваться в письменной форме. Временем подачи такого заявления следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества, так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции.

При таких обстоятельствах, поскольку истец надлежащим образом исполнил свою обязанность по уведомлению общества о своем выходе из состава участников, у общества возникла корреспондирующая обязанность выплатить действительную стоимость доли в установленные законом сроки и размере.

Из материалов дела судом установлено и ответчиком не оспаривается, что стоимость доли истца в обществе при ее выходе выплачена в установленные сроки не была.

Ответчик ссылается на то, что истец с соответствующим требованием о выплате доли не обращалась.

Указанная позиция общества является необоснованной, поскольку обязанность общества выплатить стоимость доли участнику при его выходе из общества не поставлена в зависимость от факта обращения участника с требованием (к самому обществу или в суд) о выплате стоимости доли.

Напротив, получив соответствующее заявление участника о выходе, общество обязано в установленный Законом об ООО срок рассчитать и выплатить стоимость доли вышедшему участнику (либо выдать имущество в натуре эквивалентной стоимости).

В рассматриваемом случае, обладая информацией о том, что ФИО2 по заявлению от 09.01.2014г. вышла из состава участников общества (следствием чего явилась регистрация соответствующих изменений в ЕГРЮЛ относительно участников и размера принадлежащих им долей), общество каких-либо мер по инициированию процедуры расчета и последующей выплаты доли не предприняло, таковых доказательств ответчик в дело не привел.

Даже принимая во внимание, что истец, полагая, что указанное заявление не являлось заявлением о выходе, а являлось лишь намерением выйти из общества, обратилась в суд с соответствующим иском о восстановлении в правах участника (дело №А56-18356/2014), вступившим в законную силу постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2015 года по указанному делу судом также установлен факт выхода ФИО2 из общества по заявлению от 09.01.2014г.

Указанный факт подтвержден и судебными актами по делу №А09-15877/2015.

Однако, ни в установленные Законом об ООО сроки с даты получения заявления о выходе, ни после вступления в законную силу судебных актов с выводами о том, что ФИО2 вышла из состава участников общества 09.01.2014г., ни после инициирования настоящего иска (подачей которого истец явно обозначила волеизъявление на получение стоимости своей доли от общества), ООО «Кедр» никаких мер по исполнению своей обязанности в части выплаты истцу стоимости доли не предприняло, возложенные законом обязательства в отношении вышедшего участника не исполнило.

Ошибочная квалификация как истцом, так и ответчиком и третьими лицами своих взаимных расчетов и обязательств по распределению и оплате долей (о чем указано судами в деле №А09-15877/2015) не может служить препятствием для получения участником стоимости своей доли в обществе при выходе из него и освобождения общества об обязанности выплатить стоимость доли вышедшему участнику.

Таким образом, суд считает правомерным предъявление ФИО2 настоящего иска о взыскании действительной стоимости доли участника в связи с ее выходом в отсутствие соответствующих доказательств исполнения обществом эквивалентных обязательств.

Как указывалось ранее, действительная стоимость доли в уставном капитале, выплачиваемая обществом в случае, предусмотренном статьей 26 Закона об ООО, определяется в соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 указанного Закона на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества.

При этом действительная стоимость доли участника общества с ограниченной ответственностью, как определено частью 2 статьи 14 Закона об ООО, соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. Стоимость чистых активов общества определяется в порядке, установленном федеральным законом и издаваемыми в соответствии с ним нормативными актами (часть 3 статьи 20 Закона об ООО).

Под стоимостью чистых активов общества понимается величина, определяемая путем вычитания из суммы активов общества, принимаемых к расчету, суммы его пассивов, принимаемых к расчету.

Порядок оценки стоимости чистых активов акционерных обществ, применяемый также и к оценке активов обществ с ограниченной ответственностью, утвержден Приказом Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 N 84н.

В пункте 2 Порядка оценки стоимости чистых активов указано, что стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. При этом принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций.

Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации, за исключением доходов будущих периодов, признанных организацией в связи с получением государственной помощи, а также в связи с безвозмездным получением имущества.

Стоимость чистых активов определяется по данным бухгалтерского учета. При этом активы и обязательства принимаются к расчету по стоимости, подлежащей отражению в бухгалтерском балансе организации (в нетто-оценке за вычетом регулирующих величин) исходя из правил оценки соответствующих статей бухгалтерского баланса.

По смыслу статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" экономический субъект составляет годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность, если иное не установлено другими федеральными законами, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета.

Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется экономическим субъектом в случаях, когда законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета, договорами, учредительными документами экономического субъекта, решениями собственника экономического субъекта установлена обязанность ее представления.

В соответствии с пунктом 29 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденной Приказом Минфина России от 29.07.1998 N 34н, организация должна составлять бухгалтерскую отчетность за месяц, квартал и год нарастающим итогом с начала отчетного года, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 37 указанного положения для составления бухгалтерской отчетности отчетной датой считается последний календарный день отчетного периода.

Следовательно, действительная стоимость доли вышедшего участника должна определяться по данным бухгалтерской отчетности на последний календарный день месяца, предшествующего месяцу, в котором было подано заявление о выходе из общества.

Поскольку истец обратилась с заявлением о выходе из общества 09.01.2014г., то действительная стоимость ее доли должна быть определена на основании данных бухгалтерской отчетности общества по состоянию на 31.12.2013.

Свои исковые требования в части расчета действительной стоимости доли участника истец мотивирует заключением судебной экспертизы в рамках дела №А09-15877/2015.

В рамках указанного дела рассматривались исковые требования ООО «Кедр» к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Славянский» и ФИО2 о взыскании в солидарном порядке 101678395 руб. 84 коп., в том числе 81000000 руб. неосновательного обогащения и 20678395 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

При рассмотрении апелляционных жалоб по указанному делу, ответчиком - ФИО2 заявлено ходатайство о назначении экспертизы с целью определения размера прибыли, полученной ООО "Кедр" в период с 01.01.2012 по 31.12.2013 и определения действительной стоимости доли ФИО2 в ООО "Кедр".

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2017 ходатайство ФИО2 удовлетворено частично. По делу N А09-15877/2015 назначена экономическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО "Агентство "Промышленного и Финансового Аудита" ФИО9 и ФИО10. Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1. Какова действительная стоимость доли участника ООО "Кедр" размером 85% в уставном капитале ООО "Кедр" по состоянию на 31.12.2013 с учетом рыночной стоимости чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013 по состоянию на 31.12.2013?

2. Определить размер прибыли, полученной ООО "Кедр" в период с 01.01.2012 по 31.12.2013.

Из текста постановления Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2017г. по делу №А09-15877/2015 следует, что экспертиза назначалась судом для установления действительной стоимости доли ответчика в уставном капитале общества с целью реализации права ответчика представлять доказательства в подтверждение его доводов или возражений.

Согласно выводам экспертизы в рамках дела №А09-15877/2015, действительная стоимость доли участника ООО «Кедр» размером 85% в уставном капитале ООО «Кедр» по состоянию на 31.12.2013г. с учетом рыночной стоимости чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013г. по состоянию на 31.12.2013г. составит 92 896 000 руб. Рыночная стоимость чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013г. по состоянию на 31.12.2013г., составит 102 290 000 руб.

Ответчик в своих возражениях полагает недоказанным истцом размер исковых требований, отмечает, что стоимость активов общества указана произвольно, пассивы не учтены, данные, приведенные истцом, не подтверждены бухгалтерской отчетностью и независимой оценкой.

Третье лицо ФИО3 полагает указанное заключение недопустимым доказательством по делу, акцентирует внимание на своих возражениях по указанному доказательству в рамках дела №А09-15877/2015, подвергает сомнению выводы экспертов, их квалификацию, объем документов, изученных при проведении исследования.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 июня 2014 г. N 1102-О на обеспечение принципа равенства участников арбитражного процесса направлена и часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, для чего все лица, участвующие в деле, в равной степени вправе заявлять ходатайства о представлении доказательств, полученных с соблюдением требований федерального закона, в том числе письменных доказательств, каковыми являются не только прямо перечисленные в статье 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, но и любые документы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить его достоверность.

Вместе с тем другие лица, участвующие в деле, вправе возражать против заявленных ходатайств, опровергать сведения, содержащиеся в представленных доказательствах, и ссылаться в своих возражениях на все предусмотренные законом доказательства, в том числе заявлять ходатайства о проведении экспертизы. При этом ни одно из доказательств, в том числе документы с изложением мнения специалистов, заключения экспертов, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы - все они оцениваются судом по существу в их совокупности (статья 72 и часть 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае, заключение экспертизы, проведенной в рамках дела №А09-15877/2015, является одним из доказательств по делу, которое суд обязан исследовать в совокупности с иными документами.

Возражения по представленному истцом доказательству (экспертизы в рамках дела №А09-15877/2015) со стороны третьего лица ФИО3 сводятся к следующему.

При рассмотрении указанного дела обстоятельства, связанные с размером прибыли ООО «Кедр» за 2012-2013гг., стоимость чистых активов общества по состоянию на 31.12.2013г. и действительная стоимость доли, принадлежащей ФИО2, не исследовались, ввиду чего преюдициальными для настоящего дела не являются.

Поскольку судом апелляционной инстанции в рамках дела №А09-15877/2015 не произведена оценка доказательства – заключения судебной экспертизы на предмет его относимости, допустимости, достоверности и достаточности, такая оценка должна быть дана при рассмотрении настоящего дела. В этой связи третье лицо ФИО3 полагает, что представленное истцом заключение судебной экспертизы в рамках дела №А09-15877/2015 является недостоверным доказательством, поскольку определенная экспертами рыночная стоимость объектов недвижимости, отчужденных ООО «Кедр» по договору купли-продажи недвижимости от 23.12.2013г., представляется завышенной более чем в полтора раза по сравнению с действительной стоимостью этих объектов (договор купли-продажи недвижимости от 23.12.2013г. – продажная цена объектов недвижимости составляет 56 млн. руб., соглашение об отступном от 31.05.2016г. – стоимость объектов 47 382 194 руб., договор купли-продажи недвижимого имущества от 14.09.2015г. – продажная цена объектов 47,9 млн. руб.).

Третье лицо говорит о том, что поскольку указанные договоры и соглашения в судебном порядке не оспорены и недействительными не признаны, следует считать установленным факт, что в течение 2013-2016гг. рыночная стоимость объектов недвижимости находилась в пределах 47 – 56 млн. руб., с учетом одобрения договора купли-продажи недвижимости от 23.12.2013г. внеочередным общим собранием участников общества (решение принято единогласно). Обращает внимание, что оценка рыночной стоимости актива произведена экспертами без выезда на объект и его осмотра. Отмечает, что эксперты в своем заключении отвечают на вопросы, которые перед ними не ставились, и были отклонены судом (о достоверности бухгалтерской отчетности, о соблюдении процедуры внесения изменений в отчетность за 2013 год).

Указание экспертов в своем заключении на отсутствие одобрения договора целевого займа от 12.04.2012г. решением общего собрания участников ООО «Кедр» выходит за пределы полномочий эксперта (относится к юридической составляющей), целью данного вывода является порождение негативного отношения к указанной сделке у лиц, читающих экспертное заключение. Полагает ошибочным выводы экспертов о невозможности учета заемных процентов в отчетности за 2013 год (поскольку в обществе применяется упрощенная системы налогообложения, договором займа предусмотрена не дата возврата, а период пользования денежными средствами).

Также третье лицо считает, что квалификация экспертами выплат в пользу ФИО2 по соглашению от 01.03.2012г. в качестве предоплаты (ввиду чего отнесено к активам) выходит за пределы познаний экспертов, данные выплаты подлежат включению в убыток организации. ФИО3 отмечает, что ООО «Кедр» не имело прибыли в 2012-2013гг, поскольку сумма начисленных ха период и подлежащих уплате процентов по договору займа существенное превышала доход от деятельности. Вывод эксперта об отсутствии в обществе приказа об учтенной политике необоснован, поскольку наличие или отсутствие такового не устанавливалось. Обращает внимание на то, что экспертами документы исследованы не в полном объеме, фактически осмотр объекта не проводился (не представлено доказательств технического состояния недвижимого имущества), не учтены обстоятельства и материалы планирования строительства Фаянсово-Зольной магистрали в Санкт-Петербурге.

Третье лицо полагает, что установление рыночной стоимости объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013г., не имеет правового значения для дела, поскольку истцом не доказано (несмотря на утверждения о несоответствии рыночной стоимости и продажной цены объектов) наличие у общества фактической возможности отчуждения имущества по более высокой цене и отказа от предложений по продаже на соответствующих условиях.

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном указанным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В данном случае суд приходит к выводу, что представленное истцом доказательство в обоснование размера стоимости доли и порядка ее расчета является допустимым и достоверным, полученным в установленном законом порядке в ходе реализации своих процессуальных прав участником судебного производства..

Согласно ч.2 ст.69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вместе с тем, преюдициальность может иметь место лишь в отношении установленных вступившим в законную силу решением суда обстоятельств, но не в отношении оценки судом доказательств.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П применительно к институту преюдиции подчеркнул, что преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности, а введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения. Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу. Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. При этом не отрицается, а, напротив, предполагается необходимость пересмотра решений, вступивших в законную силу, с тем чтобы в правовой системе не могли иметь место судебные акты, содержащие взаимоисключающие выводы. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, институт преюдиции, являясь выражением дискреции законодателя в выборе конкретных форм и процедур судебной защиты и будучи направлен на обеспечение действия законной силы судебного решения, его общеобязательности и стабильности, на исключение возможного конфликта различных судебных актов, подлежит применению с учетом принципа свободы оценки доказательств судом, вытекающего из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 №2045/04, от 03.04.2007 №13988/06 сформулирован аналогичный правовой подход, согласно которому освобождение от повторного доказывания преюдициально установленных фактических обстоятельств спора не исключает их различной правовой оценки, зависящей от характера конкретного спора. Преюдициальными являются установленные по ранее рассмотренному делу обстоятельства, но не выводы о правовой квалификации правоотношений и толковании правовых норм.

Действительно, в рамках дела №А09-15877/2015 (на стадии апелляционного производства) оценка и выводы суда в части заключения судебной экспертизы отсутствуют, каких-либо преюдициально установленных фактов и обстоятельств относительно определения действительной стоимости доли ФИО2 при выходе из общества по состоянию на 31.12.2013г. не сделано.

При этом, заключение судебной экспертизы приобщено судом к материалам дела, ходатайство о назначении повторной экспертизы отклонено, выводов о недопустимости данного доказательства судом не сделано.

Однако, истец и не строит свою доказательную позицию по настоящему делу на положениях ст.69 АПК РФ с учетом выводов суда по делу №А09-15877/2015, экспертное заключение представлено как письменное доказательство по делу для оценки в совокупности с иными документами, что не противоречит положениям процессуального закона.

Несогласие третьего лица с указанным доказательством само по себе не свидетельствует о недостоверности и недопустимости последнего.

В соответствии с ч.1 ст.71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.2 ст.71 АПК РФ). Каждое доказательство по правилам части 4 статьи 71 АПК РФ подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. В силу ч.5 ст.71 АПК РФ никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

С учетом обстоятельств, исследованных в деле №А09-15877/2015 относительно того, какие активы организации должны отражаться на балансе общества в исследуемый экспертизой период, суд не усматривает противоречий в выводах эксперта о том, что выплаты в адрес ФИО2 по соглашению от 01.03.2012г. следует отражать в балансе ООО «Кедр» как активы.

В этой связи суд принимает во внимание, что самим третьим лицом ФИО3 в рамках рассмотрения настоящего дела обращено внимание суда на рассмотрение дела №А09-725/2017 по иску ФИО3 о признании недействительным договора займа от 02.03.2011г., заключенного между ООО «Кедр» и ООО «Вилия».

В рамках своей позиции по указанному делу истец (ФИО3) со ссылкой на дело №А09-15877/2015 полагает, что денежные средства по соглашению от 01.03.2012г. (выплаченные ФИО2 как неосновательное обогащение) подлежат учету при расчете действительной стоимости доли ФИО3 в уставном капитале ООО «Кедр» 40%.

Из материалов дела следует, что ФИО3 вышел из состава участников общества в феврале 2014 года, ФИО2 - в январе 2014г.

Однако, при расчете действительной стоимости доли ФИО2 в рамках экспертизы по делу №А09-15877/2015 ФИО3 выступает против включения выплат ФИО2 в состав активов ООО «Кедр», тогда как при расчете действительности стоимости своей доли в деле №А09-725/2017 выступает за включение таких выплат в состав активов.

Суд отмечает, что, исходя из поставленных перед экспертами вопросов, оценка объектов в любом случае должна была быть произведена в ретроспективном ключе, ввиду чего не выезд на объект в 2017 году с целью его оценки по состоянию на 31.12.2013г. не может свидетельствовать о недостоверности выводов экспертов. Тем более, что права собственности переданы другому лицу. Эксперты учитывали представленные сторонами расчеты оценки объектов недвижимости, сделанные в разное время и для разных целей.

В материалах дела отсутствует сведения о том, что сделанные экспертами расчеты неверны или ошибочны, за исключением устных возражений.

В этой связи суд соглашается с позицией истца о том, что ссылка ФИО3 на договор купли-продажи объектов недвижимости и соглашение об отступном не является корректной, поскольку указанные сделки отражают финансовые возможности и пожелания сторон, а не объективную рыночную стоимость объектов недвижимости, определенную в соответствии с установленными методиками.

Эксперт ФИО10 в ходе дачи пояснений по заключению судебной экспертизы по делу №А09-15877/2015 пояснил, что на момент проведения экспертизы объект уже не находился в собственности сторон, в судебном акте о назначении экспертизы не было указано на обеспечение доступа на объект, ввиду чего провести натурное обследование, за исключением наружного осмотра с доступных ракурсов, не представилось возможным. При этом, поскольку исследование носило ретроспективный характер и относилось к прошедшему периоду, текущее состояние объекта не может свидетельствовать о его существенных характеристиках в прошлом, в связи с чем (и с учетом достаточности материалов, находящихся в публичных архивах и СМИ) исследование (оценка) проводилась преимущественно камерально.

Использованные при оценке методы основаны на подборе аналогичных объектов и проведении математических расчетов. Так как оценка проводилась по состоянию на конец 2013 года, то осматривать сами объекты в любом случае не имело смысла, поскольку в 2017 году их может уже не существовать, однако это не означает, что на проверяемый период они ничего не стоили.

Относительно приказов об учетной политике суд исходит из того, что перечень документов для исследования предоставлялся экспертам по согласованию со сторонами. Соответствующие документы (приказы) должно было представить в первую очередь само общество. Для работы экспертов были переданы документы, предоставленные ООО «Кедр» со ссылкой на то, что иной документации не имеется.

Обратных доказательств ответчик не привел и в рамках настоящего дела никаких доводов относительно представленного истцом экспертного заключения не сделал.

Использование экспертами общедоступной информации (в том числе картотеки арбитражных дел, архивов публикаций, баз данных, электронных документов) не является обстоятельством, ставящим под сомнение выводы экспертов.

Применительно к возражениям по учету процентов по полученному займу ООО «Вилия» помимо экспертного заключения по делу №А09-15877/2015 истцом в материалы дела представлено заключение ФГБОУ ВО «Российский Экономический Университет имени Г.В. Плеханова», в котором ставился вопрос определения действительной стоимости доли ФИО2 в уставном капитале ООО «Кедр» по состоянию на 31.12.2013г. при включении в суммы выданных и полученных займов, начисляемых на эти суммы процентов равномерно в расчетном периоде.

Согласно соответствующему заключению, если на полученный займ в сумме 81000000 руб. и на выданный займ в сумме 17895775 руб. проценты начислять равномерно, то по состоянию на 31.12.2013г. доля ФИО2 составит 86084600 руб.

В контексте данного доказательства третьим лицом ФИО3 было заявлено ходатайство об отводе специалистов, подготовивших спорный документ, которое судом было отклонено соответствующим определением.

В материалы дела истцом представлены отчеты об оценке рыночной и ликвидационной стоимости объектов недвижимости №981-09/н от 15.12.2009г. (выполнен ООО «Независимая Оценка») и №750Н от 16.11.2015г. (выполнен ООО «АМС») в подтверждение удовлетворительного состояния спорных объектов на дату оценки.

На указанные отчеты истцом представлена рецензия ООО «Европейский Центр Судебных Экспертов» от 03 июля 2017г. №162/21-1 о соответствии указанных отчетов законодательству об оценочной деятельности и федеральным стандартам оценки, а также отсутствии при составлении отчетов нарушений, которые могли бы повлиять на определение итоговой величины рыночной стоимости.

Указанная рецензия также содержит вывод о соответствии заключения судебной экспертизы по делу №А09-15877/2015 положениям действующего законодательства, полноте и обоснованности выводов экспертов.

Относительно позиции третьего лица о том, что экспертами неверно определена рыночная стоимость объектов недвижимости, поскольку с объектами совершались сделки по меньшей цене, суд отмечает, что в материалы дела представлен протокол общего собрания участников ООО «Кедр» от 25.11.2013г, из которого следует позиция участника ФИО3 о том, что следует одобрить сделку по отчуждению недвижимых активов общества (исследованных экспертами), рыночная стоимость которых составляет 90 млн. руб.

В обоснование своих возражений третьим лицом ФИО3 в материалы дела представлено заключение оценщика ФИО11 ООО «ФК-Юридические услуги» от 20.06.2017г. по тем же вопросам, поставленным апелляционным судом на экспертизу по делу №А09-15877/2015.

Согласно данному заключению, действительная стоимость доли участника ООО "Кедр" размером 85% в уставном капитале ООО "Кедр" по состоянию на 31.12.2013 с учетом рыночной стоимости чистых активов общества, в том числе объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 23.12.2013 по состоянию на 31.12.2013, составляет 1 руб.

Размер прибыли, полученной ООО "Кедр" в период с 01.01.2012 по 31.12.2013, представляет собой убыток в размере 66 287 450 руб.

На данное заключение истцом представлена рецензия №162/21-2 от 03.07.2017г., выполненная ООО «Европейский Центр Судебных Экспертов», из которой следует, что заключение оценщика ФИО11 от 20.06.2017г. не соответствует требованиям основных нормативных документов, регламентирующих оценочную деятельность, при его составлении специалист не руководствовался действующим законодательством, нарушены методологические основы оценки, исследование выполнено в усеченном виде, с использованием неполной и необъективной информации, неверный подбор аналогов и большое количество недочетов привело к многократному занижению рыночной стоимости.

Суд также критически оценивает представленное третьим лицом заключение оценщика ФИО11, поскольку, исходя из финансовых оборотов общества в спорный период, бухгалтерского баланса, иных документов о хозяйственной деятельности предприятия, вопросов, выносимых на общие собрания участников с учетом стоимости сделок и имущества, вывод о стоимости доли участника с 85% участия в 1 руб., равно как и об убытках в 66 млн. руб., не может быть сделан и достоверно построен исключительно на заключении оценщика.

Однако иных доказательств, за исключением субъективного несогласия с выводами экспертов, ни ответчик, ни третье лицо не приводят.

В данном случае никаких убедительных доводов и аргументов относительно недопустимости экспертного заключения, выполненного в рамках дела №А09-15877/2015 в целях подтверждения размера стоимости доли участника, при разрешении настоящего спора, порочности данного доказательства, ошибочности выводов экспертов ответчик и третье лицо не привели.

Суд учитывает затяжной корпоративный конфликт в обществе, следствием которого явилось инициирование многочисленных судебных разбирательств как в рамках корпоративных отношений между участниками, так и в рамках гражданских исков по взысканию задолженностей по ранее одобренным (не оспоренным) сделкам, оспариванию договоров (соглашений).

В рамках иных судебных разбирательств (в частности, по делу №А56-7497/2014 по иску ООО «Кедр» к ООО "Вилия" о расторжении договора займа N 1 от 02.03.2011 г. и взыскании 17 985 775 руб. основной задолженности по договору займа, процентов по договору займа) рыночная стоимость принадлежащего обществу «Кедр» имущества оценивалась в 78 млн. руб. (а не в интервале 47-56 млн. руб., на чем акцентирует внимание третье лицо).

Стороны сделок, на которые ссылается третье лицо, являлись аффилированными лицами с общими интересами, что подтверждается выводами судов как по делу №А56-7497/2014, так и по делу №А56-34388/2016 по иску ФИО12 к ФИО4 и ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "Маккара", место нахождения: 192019, Санкт-Петербург, Фаянсовая улица, дом 22, ОГРН <***>, ИНН <***>, заключенного от 19.10.2015 между ответчиками.

Кроме того, говоря о том, что судебная экспертиза по делу №А09-15877/2015 не имеет значения для рассмотрения настоящего дела и не может быть положена в основу расчета стоимости доли, ответчик и третье лицо не учитывают тот факт, что ими же самими было поддержано ходатайство истца о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу №А09-15877/2015 с учетом назначения по делу экспертизы в целях определения действительной стоимости доли ФИО2

При этом, формально не соглашаясь с выводами экспертов по указанному делу, ни истец, ни третье лицо ФИО3 ходатайства о назначении судебной экспертизы по настоящему делу на протяжении всего его рассмотрения не заявили, единожды сославшись на возможность проведения таковой.

В разъяснениях, данных в подпункте "в" пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", указано на то, что при несогласии участника с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

В данном же случае ответчиком расчет стоимости доли со своей стороны не произведен ни в каком виде, доля не выплачена.

Свой расчет стоимости доли привел в материалы дела ФИО3, являющийся третьим лицом, и указанное доказательство не признано судом надлежащим.

Истец же, напротив, в рамках судебной экспертизы по делу №А09-15877/2015, произвел расчет стоимости своей доли и предъявил ее к возмещению ответчиком в настоящем деле.

При этом самим ответчиком (а только третьим лицом) результаты судебной экспертизы по делу №А09-15877/2015 фактически не оспорены, доказательства несоответствия данного заключения требованиям действующего законодательства ответчиком не представлено. Более того, ответчик, не признавая размер заявленных истцом требований, не представил контррасчет действительной стоимости подлежащей выплате истцу доли, не заявлял ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы.

В силу положений частей 2 и 3 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, в том числе своевременно заявлять возражения. Злоупотребление процессуальными правами либо неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет для этих лиц предусмотренные указанным Кодексом неблагоприятные последствия.

Согласно положениям, предусмотренным частью 2 статьи 9, частями 3 и 4 статьи 65 АПК РФ, лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга и обязаны раскрыть доказательства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, заблаговременно, до начала судебного разбирательства, учитывая при этом, что они несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими соответствующих процессуальных действий.

При этом, несмотря на длительность нахождения в производстве суда настоящего дела, ответчик не предпринял никаких действий, связанных с выплатой истцу действительной стоимости доли, равно как и по расчету последней.

Принимая во внимание наличие многочисленных судебных разбирательств с участием участников общества и самого ООО «Кедр», суд, обращая внимание на доводы третьего лица, не может и не вправе исследовать и оценивать факты и обстоятельства (по сделкам, выплатам, начислениям и т.д.) в настоящем деле о взыскании действительной стоимости доли в отсутствие каких-либо мотивированных аргументов процессуальных оппонентов истца и соответствующих ходатайств последних с учетом состязательности арбитражного процесса.

В рамках настоящего дела истец должен доказать факт выхода из общества и, в случае несогласия с размером доли, определенной обществом, экспертным путем проверить ее действительную стоимость. Ответчик, в свою очередь, если сам выход участника из общества не оспаривается (что имеет место в данном случае) должен доказать исполнение своей обязанности по выплате доли в установленные сроки и размере, а при несогласии с ценой иска, определенной истцом, активно используя свои процессуальные права, также путем проведения экспертизы подтвердить свою позицию по расчету.

В данном же случае, ООО «Кедр» никаких процессуальных действий в рамках дела в части заявления ходатайства об экспертизе, представления каких-либо подтверждающих свои возражения документов не заявил и не привел.

Ответчик и третье лицо не представили никаких достаточных доказательств в опровержение доводов и расчета истца.

Одного несогласия с представленными истцом документами не является достаточным для подтверждения своей позиции по делу о взыскании стоимости доли.

Арбитражный суд обеспечивает равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 7 АПК РФ). Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (пункт 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод общества о том, что в случае выплаты истцу действительной стоимости доли, ответчик будет находиться в состоянии неплатежеспособности, не может быть принят судом как обоснованный, поскольку исходя из смысла абз.4 п.8 ст.23 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" наличие у общества просроченной на три месяца задолженности или возможности образования такой задолженности не является обстоятельством, исключающим взыскание судом действительной стоимости доли, но может являться препятствием для ее выплаты (исполнения судебного акта).

Выплата действительной стоимости доли не допускается только с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения (абз.5 п.1 ст.63 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Документы, свидетельствующие о признании ответчика банкротом, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, поскольку ответчик не представил иных доказательств, суд считает, что требование истца о взыскании действительной стоимости 85% доли в уставном капитале общества подлежит удовлетворению в сумме 92896000 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании 29568751 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г. в соответствии со статьей 395 ГК РФ с дальнейшим начисление штрафных санкций по день фактической оплаты задолженности.

В соответствии со статьей 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

В соответствии с пунктами 40 и 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" расчет процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ и начисляемых за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, осуществляется по ставкам, опубликованным для того федерального округа, на территории которого в момент заключения договора, совершения односторонней сделки или возникновения обязательства из внедоговорных отношений находилось место жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, - место его нахождения (пункт 2 статьи 307, пункт 2 статьи 316 ГК РФ). Сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов. Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). Размер процентов, начисленных за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, определяется по средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц, а за периоды, имевшие место после 31 июля 2016 года, - исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения. В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Поскольку ответчиком в полном объеме не исполнена обязанность по выплате истцу действительной стоимости доли, суд считает требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами подлежащим удовлетворению в сумме 29568751 руб. за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г. Дальнейшее начисление процентов за пользование чужими денежными средствами производить, начиная с 18.10.2017 от суммы 92896000 руб. по ключевой ставке, установленной ЦБ РФ по день фактического погашения задолженности.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика в порядке ст.110 АПК РФ.

От уточненного размера иска сумма госпошлины составляет 200 000 руб. (ст.333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

При обращении в суд истец уплатил госпошлину в размере 98600 руб. по чеку-ордеру от 19.10.2016г. номер операции 163. В остальной части истцу была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 98 600 руб., госпошлина в оставшейся части 101400 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170, 171, 176, 180, 181, 225.1, 225.2 и 225.3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Решил:

Исковые требования ФИО2, г.Санкт-Петербург, удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кедр", г.Брянск, в пользу ФИО2, <...> руб. действительной стоимости доли и 29568751 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10.04.2014г. по 18.10.2017г.

Дальнейшее начисление процентов за пользование чужими денежными средствами производить, начиная с 18.10.2017г. от суммы 92896000 руб. по ключевой ставке, установленный Центральным Банком РФ, по день фактического погашения задолженности.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кедр", г.Брянск, в пользу ФИО2, г.Санкт-Петербург, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 98600 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кедр", г.Брянск, государственную пошлину в доход федерального бюджета в размере 101400 руб.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Двадцатый арбитражный апелляционный суд г. Тула. Жалоба подается через суд первой инстанции.

СудьяПрокопенко Е.Н.