Постановление от 20 декабря 2023 г. по делу № А41-94540/2019

024/2023-124364(1)


ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-23940/2023

Дело № А41-94540/19
20 декабря 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 20 декабря 2023 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Досовой М.В., Семикина Д.С., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Центральное общество» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 10.08.23,

от ФИО4: ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 14.12.23, зарегистрированной в реестре за № 77/2024-н/77-2023-5-309,

от ФИО6: ФИО7 по нотариально удостоверенной доверенности от 16.09.22, зарегистрированной в реестре за № 77/111-н/77-2022-8-39,

от представителя участников общества с ограниченной ответственностью «Центральное общество» ФИО8: ФИО8 лично, согласно протоколу № 2018-07/20 Внеочередного Общего собрания участников Общества от 20.07.18,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Центральное общество» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 27 сентября 2023 года по делу № А41-94540/19, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Центральное общество» ФИО2 о признании сделки должника с индивидуальным предпринимателем ФИО4 недействительной и применении последствий недействительности сделки, с участием третьего лица: ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Центральное общество» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила:

- признать агентский договор № 77700-000008/15 от 01.07.15, заключенный между индивидуальным предпринимателем (ИП) ФИО4 и ООО «Центральное общество» (ранее - ООО «Центральное страховое общество»), недействительной сделкой,

- применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с Труш Л.Г. в пользу ООО «Центральное общество» денежных средств в размере 92 234 374 рубля 19 копеек (т. 1, л.д. 2-7).

Заявление подано на основании статей 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В деле в качестве третьего лица участвует ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 сентября 2023 года заявленные требования были оставлены без удовлетворения (т. 6, л.д. 26-28).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Центральное общество» ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 6, л.д. 30- 34).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 01.07.15 между ООО «Центральное Страховое Общество» - предыдущее наименование ООО «Центральное общество» - (Принципал) и ИП ФИО4 (Агент) был заключен агентский договор № 77700-000008/15, по условиям которого Принципал поручает, а Агент принимает на себя обязательства совершать от имени и за счет Принципала юридические и иные действия по заключению договоров страхования по видам страхования и в пределах максимальных размеров страховых сумм, указанных в Приложении № 1 к Договору, с юридическими и физическими лицами (Страхователи) (т. 1, л.д. 16-21).

В соответствии с пунктами 3.3. и 3.8. договора Агент ежемесячно до 5 числа месяца, следующего за отчетным, направляет Принципалу Отчет Агента о заключенных в отчетных периодах договорах страхования и Акт приемки оказанных услуг за отчетный период.

Согласно пункту 4.2 договора размер вознаграждения Агента определяет по каждому договору страхования, заключенному Агентом от имени Принципала, пропорционально размере страховой премии, рассчитанной в соответствии с действующим законодательском Российской Федерации, тарифами Принципала и условиями договора, или очередных страховых взносов, полученных Принципалом по договору страхования в соответствии со ставками вознаграждения Агента, предусмотренными в Приложении № 1 к Договору.

Пунктом 4.3. договора закреплено, что Агент удерживает вознаграждение из подлежащих перечислению Принципалу сумм страховой премии (взносов), полученных Агентом в связи с исполнением Договора.

Во исполнение условий агентского договора со счетов ООО «Центральное общество» в пользу ИП ФИО9 в период с 12.11.15 по 27.04.18 были перечисленные денежные средства в общей сумме 92 234 374 рубля 19 копеек в качестве агентского вознаграждения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08 ноября 2019 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Центральное общество».

Решением Арбитражного суда Московской области от 11 июня 2021 года ООО «Центральное общество» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО2 указала, что агентский договор № 77700-000008/15 от 01.07.15, заключенный между ООО «Центральное общество» и ИП ФИО4, является недействительной мнимой сделкой, целью совершения которой являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств в подтверждение заявленных требований.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО2 указала, что агентский договор № 77700-000008/15 от 01.07.15, заключенный между ООО «Центральное общество» и ИП ФИО4, является недействительной мнимой сделкой, целью совершения которой являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

В обоснование заявленных требований управляющий ссылался на положения статей 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Закона о банкротстве и статей 10, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред

имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается

уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ООО «Центральное общество» было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 08 ноября 2019 года, оспариваемый агентский договор № 77700-000008/15 заключен должником с ИП ФИО4 01 июля 2015 года, то есть за пределами периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, оснований для признания оспариваемого договора недействительным в соответствии с положениями Закона о банкротстве не имеется.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2

и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим, для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 Постановления Пленума ВС РФ N 25 от 23.06.15 "О

применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как указывалось выше, конкурсный управляющий ФИО2 оспаривает агентский договор от 01.07.15, заключенный между ООО «Центральное общество» (Принципал) и ИП ФИО4 (Агент).

В силу пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Таким образом, для принципала целью заключения агентского договора является получение результата оказанных агентом услуг и уплата за него соразмерного вознаграждения.

По условиям агентского договора № 77700-000008/15 от 01.07.15 Принципал (ООО «Центральное общество) поручает, а Агент (ИП ФИО4) принимает на себя обязательства совершать от имени и за счет Принципала юридические и иные действия по заключению договоров страхования по видам страхования и в пределах максимальных размеров страховых сумм, указанных в Приложении № 1 к Договору, с юридическими и физическими лицами (Страхователи).

В соответствии с условиями пункта 3.3. названного договора ИП ФИО4 предоставляла должнику отчеты о своей деятельности, которые подписаны должником без каких-либо замечаний и копии которых имеются в материалах дела, (т. 2, л.д. 6-123).

Факт отсутствия реальности правоотношений сторон по рассматриваемому договору не доказан, как и не доказан факт злоупотребления своими правами сторонами данной сделки.

Как верно указал суд первой инстанции, материалы дела не содержат доказательств того, что на момент заключения и исполнения агентского договора должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества; доказательств того, что ИП ФИО4 является заинтересованным к должнику лицом и знала и должна была знать о цели причинения вреда кредиторам.

Поскольку факт злоупотребления правом сторон оспариваемого агентского договора не установлен, в отсутствие доказательств недействительности данной сделки суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционный суд не находит.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы возраст ФИО4 или отсутствие у нее офиса на момент заключения агентского договора сами по себе о недействительности сделки не свидетельствуют.

Доказательств признания ФИО4 недееспособной или ограниченно дееспособной по состоянию на 01.07.15, доказательств наличия у нее заболеваний, препятствующих осуществлению трудовой деятельности, не представлено.

Положения агентского договора № 77700-000008/15 от 01.07.15 не содержат условий о том, что деятельность Агента должна осуществляться исключительно в офисном помещении.

При этом по смыслу пункта 4.2. договора размер страховой премии Агента определяется пропорционально размеру страховой премии, полученной Принципалом по договору страхования. Поскольку вознаграждение ИП ФИО4 напрямую зависело от суммы заключаемого ей от имени ООО «Центральное общество» договора страхования, ее

деятельность могла быть не связана с большим объемом работ, а направлена на достижение соглашения с наиболее «крупными» страхователями.

Тот факт, что платежи по агентскому договору производились ООО «Центральное общество» в течение двух лет после его расторжения о недействительности оспариваемой сделки не свидетельствует, поскольку соответствующие действия должника были направлены на исполнение им своих обязательств по данному договору.

Доказательств обратного, как и доказательств неисполнения ИП ФИО4 своих обязательств по агентскому договору (в том числе связанных с его расторжением) не представлено.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что страхователи (контрагенты ООО «Центральное общество» по договорам страхования) отрицали заключение соответствующих договоров с ИП ФИО4 не может быть принят во внимание.

По условиям агентского договора № 77700-000008/15 от 01.07.15 Агент (ИП ФИО4) обязался совершать действия по заключению договоров страхования от имени Принципала, при этом по договору страхования права и обязанности возникают именно у Принципала.

С учетом изложенного, отсутствие в представленных конкурсным управляющим договорах страхования указания на заключения их от имени ООО «Центральное общество» ИП ФИО4 само по себе о мнимости агентского договора не свидетельствует.

Поскольку доказательств наличия признаков злоупотребления правом сторонами оспариваемой сделки не представлено, как и доказательств того, что заключение агентского договора от 01.07.15 было направлено на ущемление прав кредиторов ООО «Центральное общество», суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 27 сентября 2023 года по делу № А41-94540/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий Н.Н. Катькина

Судьи: М.В. Досова

Д.С. Семикин