Постановление от 10 мая 2023 г. по делу № А47-6346/2022

495/2023-30785(2)



ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-4592/2023
г. Челябинск
10 мая 2023 года
Дело № А47-6346/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04 мая 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 10 мая 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е., судей Баканова В.В., Ширяевой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу закрытого

акционерного общества «Оренбургская теплоэнергетическая компания

«Коммунэнерго» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от

16.02.2023 по делу № А47-6346/2022.

В судебном заседании посредством видеоконференц-связи принял участие представитель муниципального образования Абдулинского городского округа в лице Администрации муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области - ФИО2 (доверенность от 19.07.2022 сроком действия 2 года, паспорт, диплом).

В качестве слушателя в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд явилась ФИО3.

Закрытое акционерное общество «Оренбургская теплоэнергетическая компания «Коммунэнерго» (далее – ЗАО «ОТК «Коммунэнерго», Общество, истец, податель апелляционной жалобы, общество) 06.05.2022 обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к муниципальному образованию Абдулинский городской округ в лице Администрации муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области (далее – ответчик, Администрация) о взыскании

7 288 716 руб. 03 коп. (т.1, л.д. 2-5, 35).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.02.2023 по делу № А47-6346/2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец с вынесенным судебным актом не согласился, обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой (вход.4592), в которой просил отменить решение суда полностью и вынести по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Также, истец


просил в случае необходимости проведения судебной экспертизы относительно правильности расчета истца, рассмотреть вопрос о ее проведении.

Податель апелляционной жалобы полагает, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

Апеллянт полагает, что суд необоснованно отверг доводы истца, что субъективный момент начала течения срока исковой давности начал течь для истца с момента инвентаризации технических потерь на предприятии. То есть, до подготовки и проверки наличия факта технических потерь, истец не мог заявить соответствующие требования.

Кроме того, до 20.05.2019 года истец не имел подлинных подтверждений о наличии задолженности ответчика перед истцом, и о ее размере, и узнал об этом только после проведения экспертизы в рамках дела А47-7052/2018.

Помимо изложенного, заявитель полагает, что суд необоснованно посчитал истекшим срок исковой давности в отношении требований за 2018 года, поскольку истец о получения экспертного исследования от 20.05.2019 года о распределении балансовой принадлежности сетей между ответчиком и истцом и о возможности и методике расчета тепловых потерь, а также до проведения инвентаризации в соответствии с материалами текущего дела, по его мнению, не имел возможности определить ни размер убытков, ни уточнить надлежащего ответчика.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», истец представителя в судебное заседание не направил.

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения представителя ответчика, дело рассмотрено в отсутствие представителя истца.

28.03.2023 от Администрации муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство об участии его представителя в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области.

В соответствии с частью 1 статьи 153 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при условии заявления ими ходатайства об этом и при наличии в соответствующих арбитражных судах технической возможности осуществления видеоконференц- связи.


Учитывая имеющуюся техническую возможность осуществления видеоконференц-связи между Восемнадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Оренбургской области по рассмотрению указанной апелляционной жалобы, назначенному на 04.05.2023 на 11 часов 20 минут, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства.

Кроме того, 03.05.2023 в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд поступило ходатайство ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» об участии в судебном заседании, назначенном на 04.05.2023 на 11 часов 20 минут, путем использования системы веб-конференции.

В соответствии с частью 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования системы веб-конференции при условии заявления ими соответствующего ходатайства и при наличии в арбитражном суде технической возможности осуществления веб-конференции.

Поскольку 03.04.2023 Восемнадцатым арбитражным апелляционным судом вынесено определение об удовлетворении ходатайства Администрации об участии его представителя в судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.02.2023 по делу № А47-6346/2022 путем использования систем видеоконференц-связи между Арбитражным судом Оренбургской области и Восемнадцатым арбитражным апелляционным судом, в удовлетворении ходатайства общества об участии в судебном заседании путем использования систем веб-конференции отказано в связи с отсутствием технической возможности в Восемнадцатом арбитражном апелляционном суде.

В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил приобщить к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу, поддержал доводы, изложенные в отзыве.

Апелляционный суд, принимая во внимание доказательства направления отзыва истцу, приобщил его к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

До начала судебного заседания, а именно 03.05.2023 от ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» поступили письменные пояснения с ходатайством об объявлении перерыва в судебном заседании.

Представитель ответчика пояснил, что письменные пояснения от истца не получал, а также возражал против удовлетворения заявленных ходатайств.

Апелляционная коллегия, в порядке статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определила отказать в приобщении письменных пояснений, поскольку они направлены не заблаговременно, доказательства их направления ответчику истцом не приложены, то есть указанные документы заблаговременно перед стороной арбитражного процесса не раскрыты.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство апеллянта об объявлении перерыва в судебном заседании, отказывает в его удовлетворении в


силу следующего.

Согласно части 1 статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, или по своей инициативе может объявить перерыв в судебном заседании.

Объявление перерыва в судебном заседании является правом, а не обязанностью суда.

ЗАО «ОТК «Коммунэнерго», заявляя ходатайство об объявлении перерыва, не обосновало невозможность направления в суд другого представителя для участия в судебном заседании.

Из материалов дела усматривается, что ответчик, как сторона спора, знал о судебном разбирательстве, был осведомлен об объеме доказательственной базы и документах, представленных истцом, в обоснование исковых требований.

Принимая во внимание отсутствие признанной судом апелляционной инстанции обязательной явки представителей сторон в судебное заседание, возможность представления интересов заявителя лицом, действующим по доверенности, изложение заявителем своих возражений по существу принятого судом первой инстанции решения в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для объявления перерыва в судебном заседании.

Таким образом, отсутствуют объективные препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы в настоящем судебном заседании, указанное в обоснование ходатайства обстоятельство не является безусловным основанием для объявления перерыва в судебном заседании.

Заявленное в апелляционной жалобе ходатайство о проведении судебной экспертизы судом апелляционной отклонено по мотивам, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между администрацией Абдулинского городского округа и ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» заключен договор аренды муниципального имущества от 27.12.2005 (т.1, л.д. 14-16), согласно условиям которого администрация передала, а ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» приняло следующие объекты:

- котельная № 1, <...>; - котельная № 2, <...>; - котельная № 3, <...>; - котельная № 4, <...>; - котельная № 5, <...>; - котельная № 6, <...>; - котельная № 7, <...>; - котельная № 8, <...>; - контора , <...>.

По итогам проведенного 25.11.2010 открытого конкурса на право


заключения договора аренды муниципального недвижимого имущества - трасс теплоснабжения №№ 1 - 8, расположенных на территории города Абдулино Оренбургской области, победителем признано ЗАО «ОТК «Коммунэнерго».

01.12.2010 между отделом финансов, экономики и имущественных отношений администрации муниципального образования город Абдулино Абдулинского района Оренбургской области (арендодатель) и ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» (арендатор) заключен договор аренды муниципального недвижимого имущества № 26/2010 (т.1, л.д. 22-23), зарегистрированный в Абдулинском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области 06.07.2011 за номером 56-56-02/001/2011-243.

Пунктом 6.1. договора аренды предусмотрено, что действие договора устанавливается сроком на 10 лет с 01.12.2010 по 01.12.2020.

Сданное в аренду недвижимое имущество принадлежит муниципальному образованию город Абдулино Абдулинского района Оренбургской области на праве собственности.

Недвижимое имущество передано истцу по акту приема-передачи недвижимого имущества от 01.12.2010, который является неотъемлемой частью договора аренды муниципального недвижимого имущества от 01.12.2010 № 26/2010 (т.1, л.д. 24-оборот).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.07.2015 по делу № А47-13628/2014 расторгнут договор аренды муниципального недвижимого имущества № 26/2010 от 01.12.2010, заключенный между ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» и Отделом финансов и экономики имущественных отношений Администрации муниципального образования город Абдулино Абдулинского района Оренбургской области.

Согласно акту приема-передачи от 09.08.2015 имущество возвращено арендатором арендодателю (т.1, л.д. 25).

Между тем, истцом производилась поставка тепловой энергии потребителям по тепловым сетям, принадлежащим муниципальному образованию на праве собственности, поскольку истец не вправе приостановить или прекратить поставку тепловой энергии.

Однако в связи с отсутствием эксплуатирующей тепловые сети организации ЗАО «ОТК «Коммунэнерго» не имело возможности получить оплату за тепловую энергию.

Законом Оренбургской области от 26 июня 2015 года № 3240/876- V-ОЗ «О преобразовании муниципальных образований, расположенных на территории Абдулинского района Оренбургской области» (принят Законодательным Собранием Оренбургской области 24 июня 2015 г., далее - Закон от 26 июня 2015 г. N 3240/876-V-ОЗ) преобразованы муниципальные образования городское поселение город Абдулино и сельские поселения Абдрахмановский сельсовет, Артемьевский сельсовет, Емантаевский сельсовет, Зериклинский сельсовет, Искринский сельсовет, Камышсадакский сельсовет, Малосурметский сельсовет, Нижнекурмейский сельсовет, Новоякуповский сельсовет, Первомайский сельсовет, Покровский сельсовет, Старошалтинский


сельсовет, Тирис-Усмановский сельсовет, Чеганлинский сельсовет Абдулинского района Оренбургской области путем их объединения, влекущее за собой образование нового муниципального образования - городского поселения, с 10 июля 2015 года.

В соответствии с пунктом 2 Закона от 26 июня 2015 г. № 3240/876- V-ОЗ вновь образованное муниципальное образование наделено статусом городского округа с наименованием «Абдулинский городской округ».

Имущество, включая имущественные комплексы муниципальных предприятий и учреждений, находящееся в собственности утрачивающих статус муниципальных образований, передается в собственность вновь образованного муниципального образования Абдулинский городской округ в установленном законодательством порядке (пункт 5 Закона от 26 июня 2015 года № 3240/876-V-ОЗ).

В решении Совета депутатов муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области от 31.12.2015 № 37 «О правопреемстве муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области» указано, что муниципальное образование Абдулинский городской округ Оренбургской области является правопреемником муниципального образования Абдулинский район Оренбургской области и поселений, входящих в его состав.

После вступления в силу Закона Оренбургской области от 26.06.2015 № 3240/876-V-ОЗ права арендодателя по договору аренды муниципального недвижимого имущества от 01.12.2010 № 26/2010 перешли к муниципальному образованию Абдулинский городской округ Оренбургской области.

Решением совета депутатов муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области от 23.12.2015 № 23 «О принятии имущества в собственность вновь образованного муниципального образования Абдулинский городской округ Оренбургской области» в собственность городского округа переданы тепловые сети, указанные в договоре аренды муниципального недвижимого имущества от 01.12.2010 № 26/2010, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости.

Поскольку, по мнению истца, ответчик является владельцем тепловой сети, с использованием которой осуществляется передача тепловой энергии потребителям, истец направил в адрес ответчика претензию № 02/21/Ю-07 от 17.03.2021 о возмещении понесенных тепловых потерь (т.1, л.д. 29-оборот), в ответ на которую ответчик сообщил о невозможности проверки представленного расчета (т.1, л.д. 30).

Данные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном


исследовании имеющихся в деле доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции в соответствии с отзывом ответчика (т.1, л.д. 66-70), применил срок исковой давности в отношении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

В связи с тем, что обоснованное заявление о применении правил о пропуске срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, указанные обстоятельства суд апелляционной инстанции рассматривает в первоочередном порядке.

Как следует из материалов дела, в процессе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности (т.1, л.д. 66- 70).

Отзыв с соответствующим содержанием направлен ответчиком посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» 25.07.2022.

Истец ознакомлен с текстом отзыва, в котором содержатся доводы о пропуске срока исковой давности, представил в материалы дела возражения, в которых указал, что о нарушении права узнал только 03.07.2022 по результатам технической инвентаризации (т.3, л.д. 94-95).

Оставляя вынесенный судебный акт без изменения, судебная коллегия с учетом фактических обстоятельств дела, доводов апелляционной жалобы, принимает во внимание следующие обстоятельства.

Поскольку обоснованное заявление стороны арбитражного процесса о применении срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требований, которое не требует исследования и установления иных оснований обоснованности, либо


необоснованности, предъявленных исковых требований, вопросы соблюдения истцом срока исковой давности исследуются апелляционным судом в первоочередном порядке.

Согласно статье 195, пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При этом, исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых норм, изложенного в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года № 576-О, от 20 ноября 2008 года № 823-О- О, от 25 февраля 2010 года № 266-О-О, установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Исходя из смысла указанных положений закона следует, что срок исковой давности исчисляется с момента, соединяющего в себе два юридически-значимых обстоятельства: когда лицо знало, могло или должно было узнать о нарушении своего права и когда лицо знало, могло или должно было узнать о лице, которое его право нарушило.

Названная норма наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20.10.2011 № 1442-О-О, от 25.01.2012 № 183-О-О, от 16.02.2012 № 314-О-О, от 29.05.2012 № 899-О).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным Кодексом и иными законами.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об


исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43), к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с пунктом 21 Постановления № 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 22 Постановления № 43 установлено, что совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (статья 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 постановления Пленума от 29.09.2015 № 43).

Из разъяснений, приведенных в абзаце 3 пункта 20 Постановления № 43, следует, что признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником. При этом (абзац 4 пункта 20) в тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления № 43, согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Пункт 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт


16 постановления № 43 истолкованы в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.06.2016 по делу № 301- ЭС16-537, которая заключила, что по смыслу пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени.

Из системного толкования пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день, либо в последний день срока, установленного договором.

Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней, либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что в рамках настоящего спора истцом заявлены требования о взыскании задолженности за поставленную ответчику с 01.01.2018 по 31.12.2018 тепловую энергию, составляющую объем фактических потерь, возникших в сетях ответчика, являющегося иным владельцем электросетевого хозяйства.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление ответчика о применении срока исковой давности, пришёл к выводу о том, что отпущенный объем ресурса, теплоноситель и, как следствие, образовавшиеся потери в тепловых сетях, определяемые в соответствии с данными учета (с учетом образования разницы по данным учета), за каждый текущий расчетный месяц определяются самостоятельно и подлежат оплате в соответствии с установленным сроком платежа, то есть до 10 числа месяца следующего за месяцем (пункт 33 Постановления Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808 «Об организации теплоснабжения в Российской Федерации и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации», далее - Правила № 808), за который осуществляется оплата, поскольку иной владелец теплосетевого хозяйства, не имеющий статуса сетевой организации, в части таких потерь выступает в качестве потребителя, покупателя, который обязан этот объем потерь (волзникших в его сетях) оплатить для целей получения истцом всего объема отпущенной тепловой энергии, теплоносителя, вне зависимости от факта заключения письменного договора.

При этом возможное бездействие истца в части осуществления своевременных расчетов тепловых потерь, определения величины потерь, по мнению суда первой инстанции, не может искусственно, формально переносить начало исчисления срока исковой давности, момент с которого истец узнал о нарушении своего права, на более поздний срок, поскольку истец является


профессиональным участником спорных правоотношений, обладает необходимыми правовыми познаниями регулируемой сферы правоотношений, достаточными материальными, профессиональными ресурсами для определения объема потерь, формирования исковых требований, поскольку вопросы образования тепловых потерь относятся к обычным вопросам, которые сопровождают процесс передачи тепловой энергии, а также с учетом того, что ранее между сторонами уже рассматривался судебный спор по аналогичным спорным вопросам в отношении периода 2017, следовательно, истцу было известно о необходимости в случае неоплаты реализовывать свое право на судебную защиту, если она истцу требовалась, и истцу ничего не препятствовало инициировать судебное разбирательство в отношении взыскания с ответчика тепловых потерь за 2018 с соблюдением срока исковой давности, в процессе которого рассмотреть вопросы проведения судебной экспертизы, если она требовалась, то есть, с учетом обращение истца с иском в отношении периода 2017 о взыскании стоимости тепловых потерь, в котором истцом в отношении 2017 заявлено об образовании потерь в 2017 в иске, поданном посредством органов почтовой связи 09.06.2018 в рамках дела № А47-7052/2018, спорные правоотношения не являлись для истца новыми и не вызывали у него затруднений и препятствий в своевременной реализации права на судебную защиту за последующие периоды.

То есть, по мнению суда первой инстанции, срок исковой давности по каждому из расчетных периодов 2018 следует исчислять по каждому месяцу 2018 года, отдельно, как в отношении периодических платежей.

С учетом изложенного, поскольку срок расчетов за самый поздний из предъявленных текущих периодов – декабрь 2018 приходится на 10.01.2019, следовательно, о нарушении своего права истец узнал не позднее указанной даты, и истечение трехлетнего срока приходится, с учетом правила начала исчисления срока со следующего дня, то есть с 11.01.2019, на дату 10.01.2022. Указанный трехлетний период при осуществлении досудебного порядка урегулирования спора, для целей срока течения исковой давности, подлежит приостановлению на период рассмотрения претензионного требования, который не должен превышать 30 дней.

Поскольку до обращения с настоящим иском в арбитражный суд, истцом ответчику направлена досудебная претензия (т. 1, л. д. 29) 17.03.2021, то есть в пределах срока исковой давности, и 25.03.2021 ответчиком предоставлен истцу ответ на нее (т. 1, л. д. 30), то есть срок на её рассмотрение составил не более 9 дней, и окончание течения срока исковой давности будет приходиться на 19.01.2022.

Если даже использовать максимальный срок на рассмотрение претензии в количестве 30 дней, то окончание течения срока исковой давности приходится на 09.02.2022 (с учетом количества дней в январе – 31 день).

По предшествующим декабрю 2018, оставшимся спорным текущим месяцам 2018 (с января 2018 по ноябрь 2018), истечение срока исковой давности будет приходиться на еще более ранние даты, чем изложенные выше, то есть в отношении этих месяцев срок исковой давности суд первой инстанции


также посчитал пропущенным истцом.

Поскольку истец обратился с настоящим иском через систему «Мой Арбитра» только 06.05.2022 (т. 1, л. д. 35), следовательно, обращение с иском реализовано истцом за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требований.

Истец полагает указанные выводы суда первой инстанции ошибочными, полагает, что о нарушении своего права он не имел представления вплоть до 20.05.2019, с учетом обстоятельств, установленных при рассмотрении дела № А47-7052/2018.

Исследовав выводы суда первой инстанции по спорным обстоятельствам, доводы и возражения сторон, суд апелляционной инстанции не установил оснований для переоценки выводов суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку они постановлены верно, основаны на правильном применении норм материального права, основаны на конкретных обстоятельствах настоящего дела, а также с учетом следующего.

Доводы истца о том, что до 20.05.2019 года истец не имел подлинных подтверждений о наличии задолженности ответчика перед истцом, и о ее размере, поскольку только 20.05.2019 в рамках дела № А47-7052/2018

получены результаты судебной экспертизы, согласно которым определены конкретные объемы потерь тепловой энергии, исследованы, но оцениваются критически, поскольку при изучении апелляционным судок указанного судебного акта установлено, что исковые требования о взыскании стоимости тепловых потерь предъявлялись в деле № А47-7052/2018 истцом до проведения каких-либо судебных и иных экспертных исследований, а именно, со ссылкой на то, что у ответчика имеются объекты, которые переданы в аренду, затем указанный договор аренды расторгнут, объекты возвращены, поэтому истец заявляет требование о взыскании с ответчика стоимости понесенных тепловых потерь по перечисленным объектам за 2017 год.

Указанные объекты в аналогичном порядке также перечислены и в настоящем иске, по взысканию стоимости потерь за последующий, 2018 год.

То есть, как предъявлению требований за 2017, так и предъявлению требований за 2018, истцу не препятствовали отсутствие экспертных исследований, отсутствие проведения технической инвентаризации.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимается во внимание, что резолютивная часть по делу № А47-7052/2018 объявлена в судебном заседании 08.11.2019, на котором принимала участие представитель истца ФИО3 по доверенности № 03/19 от 12.08.2019, которой также подписано исковое заявление по настоящему делу (т.1, л.д. 2-5).

То есть обеспечение представительством, которое обладает фактическими сведениями о спорных правоотношениях и разногласиях сторон за предшествующий период, также позволяло истцу своевременно обратиться с иском в рамках настоящего дела.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истец знал, и должен был знать о нарушении своего права в соответствии с


установленным судом первой инстанции обстоятельством и сроками – то есть после истечения каждого текущего расчетного месяца, не позднее 10 числа следующего месяца.

Иного, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не доказано.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, с учетом того, что оплата тепловой энергии конечными потребителями осуществляется ежемесячно в соответствии с полученными объемами тепловой энергии по установленным тарифам, а согласно представленному истцом расчету, стоимость тепловых потерь он рассчитывает исходя из объема отпущенной (проданной) тепловой энергии за 2018 год и заложенных в тариф нормативным потерям тепловой энергии в размере 6%, в течение 2018 года истец ежемесячно знал о наличии у него тепловых потерь, следовательно, имел возможность произвести их расчет.

Вопреки позиции истца, в рамках дела № А47-7052/2018 истцу достоверно было известно, что объем поставленной по сетям муниципального образования тепловой энергии превышал полезный отпуск, в связи с чем образовывались потери в тепловых сетях в 2017 году.

Как следует из определения Арбитражного суда Оренбургской области от 06.02.2019 по делу № А47-7052/2018 перед экспертом поставлены следующие вопросы: «1. можно ли расчет теплопотерь в сети теплоснабжения <...> К.Маркса, Куйбышева, Школьная, выполненный ООО «ПРОЕКТ-ХОЛДИНГ» считать достоверным? 2. выполнен ли данный расчет в соответствии с действующей методикой, применяемой для подобного вида расчетов? 3. в случае признания недостоверным расчета теплопотерь в сети теплоснабжения <...> К.Маркса, Куйбышева, Школьная, выполненному ООО «ПРОЕКТ-ХОЛДИНГ», произвести расчет тепловых потерь при передаче тепловой энергии и теплоносителя (транспортировке) от источника производства тепловой энергии до теплопотребляющих установок потребителей и распределить балансовую принадлежность между закрытым акционерным обществом «Оренбургская теплоэнергетическая компания «Коммунэнерго» и муниципальным образованием Абдулинский городской округ Оренбургской области в лице Администрации муниципального образования Абдулинский городской округ?»

Таким образом, проведенная в рамках дела № А47-7052/2018 судебная экспертиза, затрагивала исключительно вопросы размера потерь, но не самого их факта, поскольку о таком обстоятельстве истец осведомлен, что следует из его искового заявления.

В силу изложенного апелляционной коллегией критически оцениваются доводы апелляционной жалобы о неверном определении истцом начала течения срока исковой давности.

Отношения, возникающие в связи с производством, передачей, потреблением тепловой энергии, тепловой мощности, теплоносителя с использованием систем теплоснабжения, права и обязанности потребителей тепловой энергии, теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций


регулируются положениями Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закон № 190-ФЗ), согласно пункту 6 статьи 17 Закона № 190-ФЗ собственники или иные законные владельцы тепловых сетей не вправе препятствовать передаче по их тепловым сетям тепловой энергии потребителям, теплопотребляющие установки которых присоединены к таким тепловым сетям.

В силу пункта 5 статьи 13 Закона № 190-ФЗ теплосетевые организации или теплоснабжающие организации компенсируют потери в тепловых сетях путем производства тепловой энергии, теплоносителя источниками тепловой энергии, принадлежащими им на праве собственности или ином законном основании, либо заключают договоры поставки тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя с другими теплоснабжающими организациями и оплачивают их по регулируемым ценам (тарифам).

В соответствии с пунктом 11 статьи 15 Закона № 190-ФЗ теплосетевые организации или теплоснабжающие организации приобретают тепловую энергию (мощность), теплоноситель в объеме, необходимом для компенсации потерь тепловой энергии в тепловых сетях таких организаций, у единой теплоснабжающей организации или компенсируют указанные потери путем производства тепловой энергии, теплоносителя источниками тепловой энергии, принадлежащими им на праве собственности или ином законном основании и подключенными (технологически присоединенными) к одной системе теплоснабжения.

Данные нормы основаны на том, что в силу технологических особенностей процесса транспортировки тепловой энергии ее часть расходуется при передаче по тепловым сетям, не доходя до конечных потребителей, в связи с чем, не оплачивается последними и относится к потерям теплосетевой организации, во владении которой находятся тепловые сети.

Указанные положения также распространяются на иных владельцев теплосетевого хозяйства.

В соответствии с пунктом 33 Правил № 808 потребители оплачивают тепловую энергию (мощность) и (или) теплоноситель теплоснабжающей организации по тарифу, установленному органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов для данной категории потребителей, и (или) по ценам, определяемым по соглашению сторон в случаях, установленных Федеральным законом «О теплоснабжении», за потребленный объем тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя в следующем порядке, если иное не установлено договором теплоснабжения:

- 35 процентов плановой общей стоимости тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя, потребляемой в месяце, за который осуществляется оплата, вносится до 18-го числа текущего месяца, и 50 процентов плановой общей стоимости тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя, потребляемой в месяце, за который осуществляется оплата, вносится до истечения последнего числа текущего месяца;


- оплата за фактически потребленную в истекшем месяце тепловую энергию (мощность) и (или) теплоноситель с учетом средств, ранее внесенных потребителем в качестве оплаты за тепловую энергию в расчетном периоде, осуществляется до 10-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата. В случае если объем фактического потребления тепловой энергии и (или) теплоносителя за истекший месяц меньше договорного объема, определенного договором теплоснабжения, а в ценовых зонах теплоснабжения объема, определенного в соответствии с порядком, предусмотренным договором теплоснабжения, излишне уплаченная сумма засчитывается в счет предстоящего платежа за следующий месяц.

Под расчетным периодом для расчета потребителей с теплоснабжающей организацией принимается 1 календарный месяц.

Таким образом, в отсутствие договора между сторонами настоящего дела, окончательный срок оплаты по каждому расчетному периоду истекает 10-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата.

При таких обстоятельствах апелляционная коллегия приходит к выводу, что срок исковой давности по долгу за период с 01.01.2018 по 31.12.2018 истцом пропущен.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления № 43 согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Пункт 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 16 постановления № 43 истолкованы в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.06.2016 по делу № 301- ЭС16-537, которая заключила, что по смыслу пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени.

Из системного толкования пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день, либо в последний день срока, установленного договором.

Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней, либо на срок,


установленный договором для ответа на претензию.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истцом подана претензия № 02/21/Ю-07 от 17.03.2021 о возмещении понесенных тепловых потерь (т.1, л.д. 29).

Поскольку ответ на претензию оформлен Администрацией Письмом от 25.03.2021 № 02-01/15/458 (т.1, л.д. 30), суд первой инстанции пришел к выводу, что на период урегулирования спора течение срока исковой давности приостанавливается.

Но даже и в этом случае, и если использовать максимально установленный срок на соблюдение претензионного порядка (30 дней), окончание срока исковой давности приходится на 09.02.2022, тогда как исковое заявление подано за пределами срока исковой давности 06.05.2022.

Пунктом 12 постановления № 43 срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, не подлежит восстановлению, независимо от причин его пропуска, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что юридическое лицо - сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления № 43).

Надлежащих действий, направленных для защиты нарушенного права в течение трех лет с момента нарушения права, истец не реализовал. Уважительность такого процессуального бездействия им не аргументирована.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления № 43, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

В материалах дела отсутствуют документы, фиксирующие признание ответчиком образовавшейся задолженности. Пунктом 16 Постановление № 43 установлено, что согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.


В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Из приведенной нормы и разъяснений следует, что соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не представил в материалы дела документы, подтверждающие направление ответчику требований об уплате задолженности, подписание ответчиком акты сверки, подтверждающих признание им задолженности, обращения с настоящим иском в более ранние даты.

Наличия иных обстоятельств, свидетельствующих о перерыве или приостановлении течения срока исковой давности в соответствии со статьями 202, 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом также не доказано.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

В связи с тем, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием к вынесению решения об отказе в иске, выводы суда первой инстанции о доказанности истцом факта потерь являются избыточными, поскольку отказ в иске производится только по мотивам пропуска срока исковой давности, без исследования иных обстоятельств дела.

Принимая во внимание вышеизложенные фактические обстоятельства, положения абзаца 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 15 постановления № 43, поскольку исковые требования не подлежат удовлетворению в связи с пропуском исковой давности, оснований для удовлетворения ходатайства истца о проведении судебной экспертизы по вопросу определения объема потерь, не имеется, в связи с чем, заявленное суду апелляционной инстанции ходатайство истца, оставлено без удовлетворения.

Также судебная коллегия, с учетом доводов, изложенных ответчиком в судебном заседании о том, что при отказе в исковых требованиях по основанию пропуска срока исковой давности, суд первой инстанции необоснованно указал на страницах 9, 10 решения о том, что «суд признает, что истец в результате бездействия ответчика лишился возможности возместить часть своих затрат, связанных с оплатой потерь, возникших в муниципальных сетях… Факт транспортировки истцом в спорный период тепловой энергии конечным потребителям, её объем и стоимость подтверждаются представленными в материалы дела доказательствам. Таким образом, ответчик обязан компенсировать потери, возникшие в тепловых сетях, несмотря на то, что он не является сетевой организацией. В связи с чем все приводимые ответчиком доводы об отсутствии обязанности компенсировать тепловые потери отклоняются судом».


По указанным доводам ответчика судебная коллегия полагает возможным отметить следующее.

При исследовании исковых требований о взыскании суммы долга, суд первой инстанции исследует и устанавливает существо спорных правоотношений, дает им правовую квалификацию, устанавливает, предъявлены ли требования к надлежащему лицу, и, установив указанные обстоятельства, рассматривает поступившее от такого лица заявление о пропуске срока исковой давности.

В настоящем случае, суд первой инстанции исполнил указанные процессуальные действия, в том числе, установил, что требования предъявлены к надлежащему ответчику, что спорные правоотношения возникли из вопросов возникновения тепловых потерь в сетях муниципального образования, а также констатировал, что ввиду права истца на полную компенсацию поставленной тепловой энергии, отсутствие компенсации тепловой энергии влечет образование на стороне истца убытков.

Все иные выводы суда первой инстанции об установленном бездействии ответчика по конкретному периоду спорных требований, о возникновении на его стороне обязанности ответчика установленного объема компенсировать тепловые потери за 2018 год, при отсутствии изложения судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте обстоятельств проверки расчета предъявленных требований и доказательств которыми данные расчетов подтверждаются, какие доказательства лиц, участвующих в деле, приняты в качестве надлежащих, достоверных, какие отклонены и по каким основаниям, в отсутствие установления судом первой инстанции конкретного объема потерь и их стоимости, следует признать избыточными, преждевременными, так как такие обстоятельства судом не устанавливались ввиду удовлетворения заявления ответчика о пропуске срока исковой давности.

Вместе с тем, указанное не повлияло на обоснованность и законность выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ввиду пропуска срока исковой давности.

Иные аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, могли бы повлиять на его обоснованность и законность либо опровергнуть выводы суда, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционные жалобы – удовлетворению.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного


процессуального кодекса Российской Федерации. В связи с тем, что в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, судебные расходы остаются на её подателе.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.02.2023 по делу № А47-6346/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу закрытого акционерного общества «Оренбургская теплоэнергетическая компания «Коммунэнерго» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья О.Е. Бабина

Судьи: В.В. Баканов

Е.В. Ширяева