Постановление от 26 августа 2022 г. по делу № А01-930/2020

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-930/2020
город Ростов-на-Дону
26 августа 2022 года
15АП-13531/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 августа 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 16.06.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.03.2022 по делу № А01-930/2020 об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

к ФИО2,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройтехсервис»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройтехсервис» (далее - должник, ООО «Стройтехсервис») в Арбитражный суд Республики Адыгея обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее - конкурсный управляющий должникаФИО4) с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 21.09.2017, заключенного между должником и ФИО2 (далее - ответчик, ФИО2), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 3 087 319,01 руб. (с учетом заявленного и принятого судом уточнения требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.03.2022 по делу№ А01-930/2020 заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 удовлетворено. Договор купли-продажи транспортного средства от 21.09.2017 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки. С ФИО2 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере3 087 319,01 руб.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.03.2022 по делу № А01-930/2020, ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что конкурсный управляющий не представил доказательства наличия у должника на дату совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности. Суд не исследовал вопрос об осведомленности ответчика о наличии у должника на дату совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности. Судом не исследованы обстоятельства совершения сделки. Согласно доводам апеллянта, спорное транспортное средство передано должником ответчику в счет неисполнения денежного обязательства по возврату суммы займа на основании договора займа от 08.01.2016, заключенного между ФИО2 и ФИО5, являющимся учредителем и единоличным исполнительным органом ООО «Росвек» (в последующем ООО «Стройтехсервис»). Стоимость транспортного средства на дату сделки оценена сторонами в размере 3 090 000 руб., при этом с учетом наличия у должника перед ответчиком задолженности в размере 3 000 000 руб., ФИО2 выплатил разницу в размере 90 000 руб. По мнению апеллянта, вышеуказанное обстоятельство свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Ответчик и должник не являются заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должникаФИО4 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал правовую позицию по спору.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.03.2022 по делу № А01-930/2020 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республик Адыгея от 08.09.2020 ООО «Стройтехсервис» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Республики Адыгея обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 21.09.2017, заключенного между должником и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 3 087 319,01 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий должника указал следующие обстоятельства.

21.09.2017 между ООО «Стройтехсервис» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства АУДИ Q7, VIN <***>, 2016 года выпуска, цвет белый.

Цена транспортного средства по договору составляет 90 000 руб. Покупатель оплачивает цену договора в момент подписания договора. Подписывая договор, продавец подтверждает, что получил от покупателя сумму, указанную в пункте 3.1 договора в полном объеме.

Полагая, что договор купли-продажи от 21.09.2017 совершен при отсутствии встречного исполнения со стороны покупателя, выразившегося в существенном занижении рыночной стоимости транспортного средства, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в этой норме.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 18.03.2020, оспариваемый договор купли-продажи заключен 21.09.2017, то есть, в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом).

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий должника указал, что оспариваемый договор купли-продажи от 21.09.2017 заключен по заниженной цене, несоответствующей рыночной стоимости.

В обоснование неравноценного встречного представления по договору купли-продажи конкурсный управляющий должника указал на стоимость аналогичных транспортных средств, реализуемых при сравнимых обстоятельствах. Согласно сведениям общедоступных сайтов по продаже транспортных средств (сайт avito.ru), стоимость аналогичных транспортных средств составляет от 2 900 000 руб. до 3 500 000 руб.

Признавая доводы конкурсного управляющего должника обоснованными, суд обоснованно исходил из того, что оспариваемый договор купли-продажи от 21.09.2017 не содержит сведений о недостатках отчуждаемого транспортного средства, подписан без замечаний и возражений в отношении технического состояния транспортного средства. Участники сделки не обосновали, каким образом и с учетом каких характеристик транспортного средства определена цена автомобиля.

Договор купли-продажи от 21.09.2017 не содержит сведений о том, что транспортное средство находилось в технически неисправном состоянии.

Напротив, из договора купли-продажи от 21.09.2017 следует, что покупателем проверено техническое состояние автомобиля. Претензии со стороны покупателя к продавцу отсутствуют.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о недостатках транспортного средства, влияющих на цену, в материалы дела не представлены.

Таким образом, из материалов дела не усматривается наличие дефектов у спорного автомобиля на дату сделки, а ответчик не представил достоверные доказательства, свидетельствующие о неисправном состоянии транспортного средства в 2017 году и наличии у него повреждений, уменьшивших его рыночную стоимость, а также о том, что указанные выше обстоятельства существенным образом повлияли на техническое состояние и определенную в договоре стоимость автомобиля - 90 000 руб.

Согласно представленным в материалы дела сведениям из МРЭО ГИБДД, спорное транспортное средство являлось предметом лизинга. Согласно дополнительному соглашению № 2 к договору лизинга от 07.06.2016 от 20.09.2017, на дату заключения соглашения сумма переплаты по лизинговым платежам составляла 1 544 998,95 руб.; выкупная стоимость предмета лизинга составила 1 542 320,06 руб., следовательно, рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи составляла 3 087 319,01 руб.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной пришел к выводу о том, что при заключении оспариваемого договора купли-продажи от 21.09.2017 стоимость отчуждаемого транспортного средства определена сторонами в размере 90 000 руб., что свидетельствует о многократном занижении сторонами оспариваемой сделки стоимости отчуждаемого транспортного средства.

Довод ФИО6 (собственник транспортного средства в настоящее время) о том, что судом первой инстанции определена рыночная стоимость транспортного средства исходя из недопустимых доказательств, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в опровержение сведений, представленных конкурсным управляющим о цене предложения на рынке на аналогичные автомобили, какие-либо доказательства не представлены. Суд апелляционной инстанции считает, что основания для исключения из числа доказательств объявлений о продаже аналогичных автомобилей, размещенных на сайтах в сети Интернет, отсутствуют.

Возражая против довода конкурсного управляющего о неравноценности встречного исполнения обязательств, лица, участвующие в обособленном споре, в том числе и ответчик, не представили сведения об иной стоимостной оценке спорного транспортного средства, ходатайство о назначении экспертизы с целью определения рыночной стоимости имущества не заявили.

Судебная коллегия учитывает, что ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не представил доказательства, подтверждающие соответствие цены транспортного средства по оспариваемому договору рыночной стоимости, не опроверг информацию конкурсного управляющего о рыночной стоимости транспортного средства, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для установления рыночной стоимости транспортного средства не заявил.

Учитывая, что обязательное проведение судебной экспертизы по данному спору не предписано законом, то у суда отсутствует обязанность по назначению экспертизы по собственной инициативе, в связи с этим суд апелляционной инстанции счел возможным разрешить спор по имеющимся материалам дела.

Отчуждение имущества по заниженной цене возлагает на добросовестных участников гражданского оборота особые требования к осмотрительности, а, следовательно, ответчик, приобретая у должника имущество, должен был предпринять все необходимые действия, направленные на установление причин отчуждения.

Свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений.

Участники договора свободны в волеизъявлении и купля-продажа товаров по цене ниже рыночной является их правом. Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, поэтому вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника.

В результате совершения спорной сделки выбыли активы должника, за счет реализации которых подлежали удовлетворению требования кредиторов, при этом должник не получил равноценное встречное исполнение обязательств от другой стороны сделки.

Судебной практикой выработан подход, согласно которому приобретение имущества по многократно, очевидно заниженной стоимости, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает имущество. Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости.

Приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя, и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

Занижение цены продаваемого имущества в 37 раз, при отсутствии отвечающих требованиям разумности объяснений отчуждения имущества по такой цене, для любого разумного участника оборота должно свидетельствовать о том, что цели, преследуемые совершаемой сделкой, являются явно недобросовестными; продажа по такой цене не может являться действительной экономической целью совершения сделки для продавца. Поведение покупателя, согласившегося на приобретение имущества в таких условиях, не отвечает требованию осмотрительности и добросовестности.

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствия такого своего поведения.

Рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле лиц, проанализировав представленные в материалы дела документы, установив, что спорное транспортное средство, без замечаний и возражений в отношении технического состояния транспортного средства, отчуждено по договору от 21.09.2017 по цене 90 000 руб., что с учетом рыночной стоимости транспортного средства в размере 3 087 319,01 руб., а также года выпуска автомобиля и объявлений о продаже аналогичных автомобилей, размещенных на сайтах в сети Интернет, ниже его рыночной стоимости, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о передаче должнику денежных средств в размере рыночной стоимости автомобиля, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что стоимость транспортного средства, определенная сторонами оспариваемой сделки в размере 90 000 руб., не соответствует рыночной цене имущества, что нельзя признать соответствующим интересам должника и его кредиторов.

Возражая против доводов конкурсного управляющего должника, ответчик указал в апелляционной жалобе, что спорное транспортное средство передано должником ответчику в счет неисполнения денежного обязательства по возврату суммы займа на основании договора займа от 08.01.2016, заключенного между ФИО2 и ФИО5, являющимся учредителем и единоличным исполнительным органом ООО «Росвек» (в последующем ООО «Стройтехсервис»). Стоимость транспортного средства на дату сделки оценена сторонами в размере 3 090 000 руб., при этом с учетом наличия у должника перед ответчиком задолженности в размере 3 000 000 руб., ответчиком выплачена разница в размере 90 000 руб.

Давая правовую оценку указанному доводу, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Из приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора.

Между тем, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие предоставление ФИО2 денежных средств по договору займа от 08.01.2016.

Договор займа, заключенный между ФИО2 и ФИО5, как физическим лицом, не имеет отношения к финансово-хозяйственной деятельности ООО «Росвек» (в последующем ООО «Стройтехсервис»). Доказательства того, что договор займа от 08.01.2016 заключен ФИО5 в интересах ООО «Росвек» (в последующем ООО «Стройтехсервис»), в материалы дела не представлены.

Представленный договор займа, подписанный между физическими лицами, не может являться доказательством предоставления денежных средств должнику.

В договоре займа от 08.01.2016 указано, что ООО «Росвек» (в последующем ООО «Стройтехсервис») является поручительством по обязательствам ФИО5 перед ФИО2 о возврате займа.

Однако, оспариваемый договор купли-продажи от 21.09.2017 не содержит каких-либо ссылок, указаний на договор займа от 08.01.2016, а также условий о предоставлении транспортного средства ответчику в счет исполнения денежного обязательства по возврату суммы займа на основании договора займа от 08.01.2016.

Таким образом, довод подателя апелляционной жалобы о том, что передача транспортного средства ответчику фактически является возвратом предоставленных ответчиком заемных средств, отклоняется апелляционным судом, поскольку договор купли-продажи не содержит такого условия и ссылку на договор займа и поручительства.

Конкурсный управляющий должника представил надлежащие доказательства неравноценности встречного исполнения по сделке со стороны покупателя. Данное обстоятельство не было опровергнуто заявителем жалобы при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций.

Кроме того, конкурсный управляющий должника оспаривает сам факт исполнения ответчиком обязательства по оплате спорного транспортного средства по цене, указанной в договоре.

В рассматриваемом случае доказательства передачи должнику наличных денежных средств в качестве оплаты за спорное транспортное средство в размере 90 000 руб. в материалы обособленного спора не предоставлены.

При формальном указании в оспариваемом договоре от 21.09.2017 стоимости отчуждаемого имущества в размере 90 000 руб. сделка между должником и ответчиком фактически совершена безвозмездно.

В материалах дела отсутствуют доказательства расходования должником денежных средств.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что отчуждение транспортного средства произведено безвозмездно (доказательств иного материалы дела не содержат), что не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности безвозмездной передачи имущества на основании договора купли-продажи.

Гражданский оборот между независимыми и незаинтересованными лицами строится на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых ценностей, знание чего сторонами сделки предполагается.

В связи с тем, что оплата за приобретенное имущество покупателем не производилось, он, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, не мог не осознавать, что подобная сделка нарушает права и законные интересы кредиторов продавца, то есть лиц, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае, материалами дела подтверждена не только номинальная неравноценность встречного исполнения по оспариваемой сделке, но и ее безвозмездность.

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед заявителем по делу о банкротстве - уполномоченным органом.

Согласно справке о состоянии расчетов по налогам, сборам, страховым взносам, пеням, штрафам, процентов у ООО «Стройтехсервис» имелась задолженность перед бюджетом: по страховым взносам в размере 847 079,22 руб., которая образовалась до 01.01.2017, а также задолженность по страховым взносам, которая образовалась после 01.01.2017 в сумме 150 895,19 руб., задолженность по налогу на прибыль в размере 186 862 руб., задолженность по транспортному налогу в размере 318 882, руб.

Должник также имел неисполненные обязательства перед:

- ООО «Промметиз», задолженность в размере 102 572,14 руб. по договору поставки строительных материалов от 26.05.2015 № 100-Р/15, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19.05.2016 по 31.07.2016 в размере 1 553,33 руб., решением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.10.2016 по делу № А32-28870/2016 с должника в пользу общества взыскана задолженность;

- ООО «Кубаньэкопродукт», задолженность в размере 153 440 руб. основного долга, 13 963 руб. 04 коп. неустойки; решением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.02.2017 по делу № А32-32482/2016 с должника пользу общества взыскана задолженность;

- ООО «Галактика», задолженность по договору поставки № 10/14-КР от 28.05.2014 в размере 106 800 руб., решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.11.2016 по делу № А32-34054/2016 с должника в пользу общества взыскана задолженность.

С учетом изложенного, оценивая обстоятельства наличия признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения оспариваемой сделки, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в отношении должника были приняты судебные акты о взыскании задолженности. Обязательства, послужившие основанием для принятия указанных судебных актов, возникли до совершения оспариваемой сделки.

В результате отчуждения должником спорного транспортного средства должнику и его кредиторам был причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

В связи с отсутствием в материалах спора доказательств того, что оплата за приобретенное имущество произведена, ответчик, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, не мог не осознавать, что подобная сделка предполагает нарушение прав и законных интересов кредиторов продавца, отчуждающего имущество безвозмездно. Передача имущества в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления не может отвечать интересам должника и его кредиторов, которые могут получить удовлетворение своих требований к обществу только за счет имущества и денежных средств должника.

В данном случае отсутствие оплаты по спорному договору свидетельствует о наличии сговора продавца и покупателя, действительной целью сделки является сокрытие имущества от кредиторов.

Таким образом, действия должника и ответчика были направлены не на реальное возникновение гражданских правоотношений по поводу купли-продажи имущества, а являются недобросовестными, направлены на вывод имущества из конкурсной массы должника, что нарушает права кредиторов должника, вовлеченных в процесс банкротства, препятствует справедливому рассмотрению дела о банкротстве и распределению конкурсной массы должника.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу, что сделка была совершена должником в период подозрительности (в течение 3-з лет до принятия заявления о банкротстве), в отсутствие доказательств, подтверждающих возмездность оспариваемой сделки, в связи с этим признает обоснованным и подтвержденным надлежащими доказательствами довод конкурсного управляющего о наличии совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания договора купли-продажи от 21.09.2017 недействительной сделкой.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

К данной сделке в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве суд применяет последствия недействительной сделки в виде возврата сторонами всего полученного по договору.

Правовые последствия недействительной сделки направлены на возврат в конкурсную массу полученного лицом имущества по такой сделке или возмещение действительной стоимости этого имущества на момент его приобретения.

Как следует из материалов дела, спорное транспортное средство выбыло из владения ответчика.

Согласно представленным сведениям, спорное транспортное средство на дату судебного заседания зарегистрировано за ФИО6 Доводы о возможности истребования спорного имущества у ФИО6 не приведены, доказательства возможности такого истребования в рамках настоящего дела не представлены.

Конкурсный управляющий выполнил анализ сведений общедоступных сайтов по продаже аналогичных транспортных средств (сайт avito.ru), а также проанализировал условия договора лизинга от 07.06.2016 от 20.09.2017 и дополнительного соглашения № 2 к договору лизинга от 07.06.2016 от 20.09.2017 и пришел к выводу, что стоимость имущества на момент реализации составляла 3 087 319,01 руб.

Ходатайство о назначении по делу оценочной экспертизы стороны не заявили.

Суд правомерно применил последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции и взыскал с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в размере 3 087 319,01 руб. Поскольку в рамках обособленного спора не доказан факт встречного исполнения со стороны ответчика, то не подлежат применению последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.03.2022 по делу№ А01-930/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко


СудьиМ.Ю. Долгова


Г.А. Сурмалян