Постановление от 31 октября 2024 г. по делу № А40-257278/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-36382/2024

Дело № А40-257278/23
г. Москва
31 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Левченко Н.И., Савенкова О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бабарыкиной М.М.,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» на решение Арбитражного суда г. Москвы от 22.04.2024 г. по делу № А40-257278/23 по иску Общества с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» к Обществу с ограниченной ответственностью «Альпари» о взыскании 89 206 972 руб. 33 коп.

при участии в судебном заседании: от истца ФИО1 (по доверенности от 19.12.2022 г.); от ответчика - не явился, извещен



У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «АЛЬПАРИ» неосновательного обогащения (сальдо) по договорам лизинга в общем размере 89 206 972 руб. 33 коп., пеней в размере 0,45 % (401 431,37 руб. в сутки) за каждый день просрочки, начисленные на сумму сальдо, начиная с 13.09.2023 г. по дату принятия решения суда.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 22.04.2024 г. в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в заявленном размере.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, отзыв на жалобу не представил, в связи с чем, жалоба рассмотрена без его участия по представленным в материалы дела документам.

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционным судом усматриваются правовые основания для отмены решения суда первой инстанции и частичного удовлетворения исковых требований.

При этом апелляционный суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела, между истцом (лизингодатель) и ответчиком (лизингополучатель) заключены договоры лизинга: № ДЛ-100589-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100593-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100595-22 от 23.10.2022, № ДЛ100598-22 от 23.10.2022, № ДЛ-100600-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100602-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100603-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100604-22 от 11.08.2022, № ДЛ100606-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100607-22 от 11.08.2022, № ДЛ-100608-22 от 23.10.2022, № ДЛ-100609-22 от 23.10.2022, № ДЛ-100610-22 от 11.08.2022, № ДЛ101617-22 от 18.08.2022, № ДЛ-101619-22 от 18.08.2022, № ДЛ-101620-22 от 18.08.2022, № ДЛ-101622-22 от 18.08.2022 (далее – договоры лизинга), согласно условиям которых лизингодатель обязуется приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и передать его без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, а лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга на условиях договора лизинга с его обязательным последующим выкупом.

В соответствии с заключенными договорами лизинга лизингодатель приобрел в собственность по договорам купли-продажи № ДКП-100589-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100593-22/1 от 11.08.2022 ., № ДКП-100595-22/1 от 23.10.2022 г., № ДКП-100598- 22/1 от 23.10.2022 г., № ДКП-100600-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100602-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100603-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100604-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100606- 22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100607-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-100608-22/1 от 23.10.2022 г., № ДКП-100609-22/1 от 23.10.2022 г., № ДКП-100610-22/1 от 11.08.2022 г., № ДКП-101617-22/1 от 18.08.2022 г., № ДКП-101619-22/1 от 18.08.2022 г., № ДКП-101620- 22/1 от 18.08.2022 г., № ДКП-101622-22/1 от 18.08.2022 г. (далее – договоры купли-продажи) приобрел в собственность и передал лизингополучателю в лизинг транспортные средства в комплектации согласно спецификации к договорам купли-продажи и договорам лизинга (далее – предметы лизинга).

Предметы лизинга были приняты лизингополучателем, что подтверждается представленными в материалы дела соответствующими актами приема-передачи.

Таким образом, лизингодатель надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями спорных договоров лизинга.

В соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

Согласно п. 3.1 договоров лизинга договор состоит из самого договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и Общих условий лизинга, которые являются их неотъемлемой частью.

В силу п. 1 ст. 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное Гражданским кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения 3 договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора).

Пунктами 6.2, 6.2.12 Общих условий договора лизинга установлено, что лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор лизинга (отказаться от договора лизинга) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения лизингополучателем любого из его обязательств, предусмотренных Общими условиями лизинга и/или договора лизинга.

С учетом положений п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.п. 6.2.12, 6.2.21 Общих условий лизинга, 22.04.2023 г. лизингодатель направил в адрес лизингополучателя уведомления о расторжении договоров лизинга № ДЛ-100589-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ-100593-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ-100600-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ-100602-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ100604-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ-100607-22 от 11.08.2022 г., № ДЛ-100609-22 от 23.10.2022 г., № ДЛ-101617-22 от 18.08.2022 г., № ДЛ-101619-22 от 18.08.2022 г., № ДЛ-101620-22 от 18.08.2022 г., № ДЛ101622-22 от 18.08.2022 г.

Также 25.04.2023 лизингодатель направил в адрес лизингополучателя уведомление о расторжении договора лизинга № ДЛ-100603-22 от 11.08.2022 г., а 13.06.2023 г. лизингодатель направил в адрес лизингополучателя уведомления о расторжении договоров лизинга № ДЛ-100608-22 от 23.10.2022 г. и № ДЛ-100610-22 г. от 11.08.2022 г.

Также 16.06.2023 г. лизингодатель направил в адрес лизингополучателя уведомления о расторжении договоров лизинга № ДЛ-100595-22 от 23.10.2022 г. и № ДЛ-100598-22 от 23.10.2022 г., а 06.07.2023 г. лизингодатель направил в адрес лизингополучателя уведомление о расторжении договора лизинга № ДЛ-100606-22 от 11.08.2022 г.

В соответствии с п. 6.3 Общих условий лизинга договор лизинга считается расторгнутым по основаниям, указанным в п. 6.2 Общих условий лизинга, со дня направления лизингодателем лизингополучателю по адресу, указанному в договоре лизинга, уведомления о расторжении договора лизинга. Таким образом, все договоры лизинга были расторгнуты в вышеуказанные даты.

Как указывает истец, предметы лизинга по договорам лизинга были возвращены лизингодателю на основании актов изъятия предметов лизинга.

Предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100589-22 реализован 20.06.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100589-22 по цене 5 961 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100593-22 не реализован, сальдо посчитано на основании отчета об оценке № 285/0722-ООТ-691 по цене 6 610 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100595-22 реализован 10.09.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100595-22 по цене 4 940 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100598-22 реализован 28.08.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100598-22 по цене 4 731 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100600-22 реализован 20.06.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100600-22 по цене 6 500 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100602-22 реализован 03.07.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100602-22 по цене 6 123 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100603-22 реализован 22.06.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100603-22 по цене 5 966 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100604-22 реализован 07.07.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100604-22 по цене 6 100 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100606-22 реализован 25.08.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100606-22 по цене 5 871 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100607-22 реализован 29.06.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100607-22 по цене 6 237 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100608-22 не реализован, сальдо посчитано на основании отчета об оценке № 285/0722-ООТ-908 по цене 5 724 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100609-22 реализован 12.07.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-100609-22 по цене 5 890 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-100610-22 не реализован, сальдо посчитано на основании отчета об оценке № 285/0722-ООТ-911 по цене 5 726 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-101617-22 реализован 23.05.2023 на основании договора купли-продажи № РА-101617-22 по цене 6 745 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-101619-22 реализован 23.05.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-101619-22 по цене 6 735 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-101620-22 реализован 23.05.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-101617-22 по цене 6 722 000 руб., предмет лизинга по договору лизинга № ДЛ-101622-22 реализован 16.06.2023 г. на основании договора купли-продажи № РА-101622-22 по цене 56 550 000 руб.

Также в суде апелляционной инстанции истцом в материалы дела представлен договор купли-продажи относительно реализации предмета лизинга по договору лизинга № ДЛ-100610-22 (договор купли-продажи от 28.02.2024 г. № РА-100610-22), цена автомобиля 5 011 000 руб.

В силу п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17) расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно разъяснениям постановления № 17 не являются императивными, в связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей (ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как усматривается из материалов дела, стороны предусмотрели в п. 6.10 Общих условий лизинга последствия расторжения договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по Договору лизинга (расчета сальдо взаимных обязательств).

В соответствии с п. 6.15 Общих условий лизинга сальдо взаимных обязательств сторон по нескольким договорам лизинга равно разнице между всеми фактически исполненными денежными обязательствами лизингополучателя (предоставление лизингополучателя), включая сумму, полученную лизингодателем от реализации предметов лизинга, с одной стороны и затратами, денежными правами лизингодателя (предоставление лизингодателя), с другой стороны и рассчитывается по формуле, приведенной в п. 6.10 Общих условий лизинга.

Как указал истец в обоснование своих требований, совокупное сальдо взаимных обязательств сторон по договорам лизинга, рассчитанное по правилам, предусмотренным п. 6.10 Общих условий лизинга, сложилось в пользу истца и составляет 89 206 972,33 руб. (5 059 753,31 + 5 014 009,40 + 6 509 049,82 + 6 686 599,54 + 5 302 392,25 + 5 767 340,68 + 5 022 435,31 + 5 790 640,68 + 6 140 106,84 + 5 563 283,25 + 5 849 935,12 + 4 978 241,58 + 5 814 085,12 + 3 833 119,95 + 3 830 319,95 + 3 930 511,91 + 4 115 147,62).

Кроме того, в соответствии с п. 3.3.4 Общих условий лизинга лизингополучатель обязан в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0,45 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по Сальдо, за каждый день просрочки, начисляемую лизингодателем, начиная с третьего дня просрочки исполнения обязательств по оплате лизингополучателем.

Согласно п. 6.15 Общих условий лизинга сальдо встречных обязательств подлежит расчету сторонами по усмотрению лизингодателя не ранее фактического получения денежных средств от продажи лизингодателем последнего предмета лизинга.

В обоснование исковых требований истец указал на то, что последний предмет лизинга был реализован 10.09.2023 г., в связи с чем, с третьего дня – 13.09.2023 г. подлежит начислению неустойка в размере 0,45 % от общей суммы задолженности лизингополучателя.

Истцом произведен расчет, в соответствии с которым размер неустойки за каждый день просрочки по договорам лизинга составляет 401 431 руб. 37 коп. (89 206 972,33 * 0,45 %).

Соответственно, как полагает истец, ответчик обязан уплатить истцу пени в размере 401 431 руб. 37 коп. за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности по договорам лизинга за период с 13.09.2023 г. по дату вынесения решения суда (оглашения резолютивной части решения).

Поскольку ответчиком завершающая обязанность не исполнена, после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора последовало обращение с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из следующего.

ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» указывает на необходимость применения положений п. 6.10 Общих условий лизинга, однако приведенные в обоснование данной позиций доводы не опровергают того обстоятельства (подтвержденного математическими расчетами), что, в противоречие правовой позиции, изложенной в п. 3 постановления № 17, при применении данной методики лизингодатель оказывается в лучшем имущественном положении, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями, в силу чего указанный подход не может быть применен при разрешении настоящего спора.

Вместе с тем, основной принцип, изложенный в постановлении № 17, заключается в том, что расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ, и он не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.), условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как правомерно указал суд первой инстанции, п. 6.10 Общих условий лизинга содержит условия, являющиеся обременительными для лизингополучателя, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, и в силу положений, изложенных в разъяснениях, приведенных в п.п. 26, 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г., не подлежащих применению: условие о не включении внесенных лизинговых платежей в расчет представления Лизингополучателя.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.п. 3.2, 3.3 постановления № 17 одним из показателей для расчета сальдо встречных обязательств являются полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового).

Вместе с тем, согласно п. 6.10 Общих условий лизинга внесенные лизинговые платежи не включаются в расчет сальдо встречных обязательств между сторонами договора лизинга, при расчете учитывается только сумма денежных средств, поступивших на расчетный счет лизингодателя в виде средств от продажи предмета лизинга, что существенно ухудшает положение лизингополучателя, поскольку в результате применения данного договорного условия лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга.

Таким образом, как правомерно указал суд первой инстанции, применение методики расчета, установленной п. 6.10 Общих условий лизинга, недопустимо ввиду наличия существенных противоречий разъяснениям, приведенных в п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.

Согласно п. 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г., условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу законодательного регулирования отношений сторон по договору выкупного лизинга и является ничтожным. Взыскание с лизингополучателя платы за финансирование, причитавшейся за весь предполагавшийся срок действия договора лизинга, означало бы, что лизингополучатель продолжает оплачивать пользование финансированием, которое им уже возвращено, а лизинговая компания - получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы. Условие договора лизинга, определяющее права и обязанности сторон договора таким образом, что лизингополучатель обязан выплатить все лизинговые платежи, а предмет лизинга остается в собственности лизингодателя, который может осуществить его продажу, выручив денежные средства от реализации имущества, противоречит существу законодательного регулирования лизинга и нарушает баланс интересов сторон.

Как правомерно указал суд первой инстанции, такого рода условие договора создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п.п. 3 - 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Таким образом, на основании п. 1 ст. 168 и п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора, устанавливающие обязанность по внесению всей суммы лизинговых платежей, несмотря на досрочный возврат финансирования, вне зависимости от используемых формулировок, являются недействительными (ничтожными).

Также, судом первой инстанции в рамках настоящего дела правомерно установлено о том, что Общие условия лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к данным Правилам применяются положения ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре присоединения.

Соответственно, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора.

Учитывая, что лизингополучатель является слабой стороной договора лизинга, как указал суд первой инстанции, он не мог повлиять на условия Общих условий лизинга.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода договора относится к основным началам гражданского законодательства, что предполагает предоставление участникам гражданского оборота возможности по своему взаимному усмотрению решать, заключать или не заключать договор, выбирать вид заключаемого договора, определять его условия.

В то же время свобода договора не является абсолютной, в силу п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу абз. 2 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Как указано в абз. 2 п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Таким образом, отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора.

С учетом вышеуказанных выводов, касающихся недействительности п. 6.10 Общих условий лизинга, судом первой инстанции не было усмотрено правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в части п. 6.10 Общих условий лизинга и, соответственно, отсутствия правовых оснований для расчета завершающей обязанности сторон по спорным договорам лизинга, с учетом Общих условий лизинга.

Доводы жалобы истца в указанной части подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права.

Принцип свободы договора, закрепленный в ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, что являлось бы превышением пределов осуществления гражданских прав (злоупотребления правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п.п. 3 - 4 ст. 1, п.п. 1 - 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В частности, если условия договора определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, то применительно к п.п. 1 - 2 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договор не должен содержать условий, лишающих эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключать или ограничивать ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержать другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Как указано в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленумов вытекает, что пределы свободы договора определяются, в том числе необходимостью поддержания добрых нравов в гражданском обороте, включая взаимоотношения участников хозяйственного (экономического) оборота.

Согласно положениям ст.ст. 2, 4, 19 Закона о лизинге, а также п. 2 постановления № 17, договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим представление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Вместе с тем, исходя из положений п.п. 6.10, 1.1.24, 1.1.26 Общих условий, в их совокупности и взаимосвязи, усматривается, что расчеты, предусмотренные Общими условиями лизинга, не позволяют определить реальные предоставления сторон.

Как правомерно указано судом первой инстанции внесенные лизинговые платежи не включаются в расчет сальдо встречных обязательств между сторонами договора лизинга, при расчете учитываются только сумма денежных средств, поступивших на расчетный счет лизингодателя в виде средств от продажи предмета лизинга, что существенно ухудшает положение лизингополучателя, поскольку в результате применения данного договорного условия лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга.

При этом Лизингополучатель является слабой стороной договора, условия п. 6.10 являются несправедливыми, с учетом положений ст.ст. 10, 168, 428 Гражданского кодекса Российской Федерации и абз. 2 п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что согласно Закону о лизинге, а также правовой позиции, изложенной в п. 3.1 постановления № 17, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо взаимных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Таким образом, в силу Закона у сторон возникает обязанность соотнести встречные представления и определить размер завершающей обязанности по договору лизинга.

Соответственно, как полагает апелляционный суд, при расчете суммы сальдо, в данном случае при конкретных обстоятельствах настоящего дела, подлежит применению методика, определенная постановлением № 17.

С учетом методики, изложенной в постановлении № 17, сальдо по всем 17 спорным договорам лизинга согласно представленным Лизингодателем информационных расчетов сальдо, финансовый результат сделок в общем размере составил 57 989 379 руб. 94 коп. в пользу Лизингодателя (истца).

Информационные расчеты Лизингодателя приобщены апелляционным судом к материалам дела, проверены и признаны правильными.

Таким образом, сальдо в пользу истца в вышеуказанном размере подлежат присуждению в его пользу.

При этом апелляционным судом не усматривается правовых оснований для взыскания с ответчика неустойки, заявленной ко взысканию пеней в размере 0, 45 % (401 431 руб. 37 коп. в сутки) за каждый день просрочки, начисленные на сальдо, начиная с 13.09.2023 г. по дату принятия решения суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 16 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.) само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не является основанием для прекращения начисления неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей.

По смыслу п. 2 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации вопрос о сохранении действия (прекращении) обязательства в случае расторжения договора должен решаться с учетом существа обязательства, остающегося не исполненным соответствующей стороной на момент расторжения договора. При сохранении обязательства сохраняется и его обеспечение.

Как разъяснено в п. 66 постановления № 7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» от 24.03.2016 г., если при расторжении договора основное обязательство не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты.

Расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга само по себе не приводят к возврату предоставленного финансирования и платы за него, в связи с чем, соответствующие обязательства лизингополучателя не прекращаются.

Таким образом, неустойка подлежит начислению до прекращения обязательства, за нарушение которого она установлена, в частности до возврата финансирования.

По общему правилу финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации (п. 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.).

Соответственно, отсутствуют правовые основания для взыскания неустойки после определения завершающей обязанности, с учетом п. 16 Обзора по лизингу от 27.10.2021 г., прекращения обязательств сторон по спорным договорам, включая санкции.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции имеются правовые основания для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренные п. 3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и частичного удовлетворения иска.

Расходы по госпошлине подлежат распределению в соответствии с положениями ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2024 г. по делу № А40-257278/23 отменить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Альпари» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» сальдо в размере 57 989 379 (пятьдесят семь миллионов девятьсот восемьдесят девять тысяч триста семьдесят девять) руб. 94 коп., а также 130 010 (сто тридцать тысяч десять) руб. 86 коп. расходов по госпошлине.

В остальной части иска отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.



Председательствующий судья: О.Г. Головкина



Судьи: Н.И. Левченко



О.В. Савенков