Постановление от 16 апреля 2024 г. по делу № А60-24852/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-1263/24

Екатеринбург 16 апреля 2024 г. Дело № А60-24852/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 г. Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2024 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Гавриленко О. Л., судей Жаворонкова Д.В., Сухановой Н. Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу инспекции Федеральной налоговой службы Российской Федерации по Кировскому району г. Екатеринбурга (далее – инспекция, налоговый орган) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу

№ А60-24852/2023 Арбитражного суда Свердловской области.

В судебном заседании приняли участие представители:

инспекции – ФИО1 (доверенность от 23.12.2022, паспорт, копия диплома);

общества с ограниченной ответственностью «УралДорТехнологии» (далее – общество «УралДорТехнологии», общество, налогоплательщик, заявитель) – ФИО2 (доверенность от 05.12.2023, паспорт),

ФИО3 (доверенность от 23.11.2023, паспорт, диплом).

Общество «УралДорТехнологии» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 11.11.2022 № 13 (далее – решение инспекции).

Решением суда от 05.09.2024 (судья Опарина Н.И.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 14.12.2023 (судьи Васильева Е.В. Муравьева Е.Ю., Трефилова Е.М.) решение суда отменено, прекращено производство по кассационной жалобе ФИО4, поданной в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, требования общества удовлетворены полностью, оспариваемое решение инспекции признано недействительным.

В кассационной жалобе инспекция просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, полагая, что содержащиеся в нём выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам.

Инспекция настаивает на том, что договор на оказание услуг по управлению, заключенный между обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее – ИП ФИО4, предприниматель, управляющий) по сути, являлся продолжением трудового договора, ранее заключенного между ними и прекратившего свое действие в 2017 году и не имел разумной деловой цели, будучи направленным исключительно на уменьшение налоговых обязательств общества «УралДорТехнологии».

В обоснование своих доводов налоговый орган ссылается на обобщенный характер условий спорного договора, непрозрачность определения размера вознаграждения управляющего, отсутствие закономерности между показателями деятельности общества и доходом ИП ФИО4, регулярность выплат и неизменность функций, ранее выполняемых последним в рамках имевшегося трудового договора с заявителем.

Указывает на снижение эффективности деятельности заявителя с переходом на гражданско-правовые отношения с ИП ФИО4, при одновременном росте оплаты труда последнего более чем в 150 раз.

Отмечает отсутствие понесенных ИП ФИО4 расходов, связанных с осуществлением управления обществом, в том числе на аренду помещения и техники.

Ставит под сомнение достоверность отчетов, составленных управляющим в период с 2019 по 2020 гг. наравне с реальностью выполнения им обязательств перед обществом в 2018 году.

Общество «УралДорТехнологии» представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит оставить требования инспекции без удовлетворения, постановление апелляционного суда – без изменения. В отзыве заявитель обращает внимание на то, что привлечение ИП ФИО4 к управлению организацией на гражданско-правовой основе способствовало повышению эффективности работы общества, заключению новых контрактов, расширению сферы деятельности и объема оказываемых услуг, а также сопутствующему увеличению налоговых платежей и страховых взносов. Объясняя разумность своего поведения утверждает, что переход на гражданско-правовые отношения со ФИО4 отвечали целям и рисковому характеру деятельности организации, поскольку позволяли в случае принятия управляющим неразумных хозяйственных решений и некачественного оказания услуг привлечь его к субсидиарной ответственности. Указывает на широкую свободу управляющего в определении способов и порядка исполнения обязательств перед обществом, самостоятельное ведение им отчетности, наличие обособленного рабочего места (компьютера с индивидуальным IP-адресом).

Кассационный суд, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для его отмены не находит.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка деятельности общества за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, по результатам которой составлен акт от 25.05.2022 № 13, с дополнением от 02.09.2022 и вынесено оспариваемое решение. Данным решением обществу как налоговому агенту доначислен налог на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 20 937 926 руб., начислены страховые взносы в общей сумме 47 697 506 руб., а также соответствующие пени и штрафы по статье 123 и пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс).

Основанием для доначисления указанных сумм послужили выводы налогового органа о том, что договор на оказание услуг по управлению, заключенный обществом с ИП ФИО4, являлся фиктивным, а сложившиеся на его основе отношения между сторонами имели признаки трудовых.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области от 28.02.2023 № 13-06/05851@ решение инспекции изменено в части, касающейся размера доначисленных страховых взносов (учтены страховые взносы в сумме 727 926 руб., уплаченные за спорный период ИП ФИО4), а также размера пеней и налоговой санкции, примененной к обществу в соответствии со статьей 123 НК РФ. В остальной части решение инспекции оставлено без изменения.

Общество «УралДорТехнологии», полагая, что решение инспекции противоречит нормам Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс) и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, обратилось с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции поддержал выводы налогового органа, согласился с правомерностью переквалификации им гражданско-правовых отношений, сложившихся между обществом и управляющим, в трудовые отношения, придя к выводу о том, что совместное поведение указанных субъектов не имело разумной деловой цели, являлось недобросовестным и было направлено исключительно на извлечение налоговой выгоды.

Суд апелляционной инстанции решение суда отменил, признал решение инспекции недействительным полностью, придя к выводу о недоказанности налоговым органом обстоятельств, свидетельствующих об умышленном искажении заявителем сведений о фактах хозяйственной жизни, объектах налогообложения по НДФЛ, а также объектах обложения страховыми взносами.

Суд кассационной инстанции выражает согласие с выводами апелляционного суда, считая их соответствующим фактическим обстоятельствам дела и нормам налогового законодательства.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что

для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Бремя доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту в силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложено на орган или лицо, принявший данный акт.

В соответствии с пунктом 1 статьи 24 НК РФ налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с НК РФ возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации.

На основании подпункта 1 пункта 3 статьи 24 НК РФ налоговые агенты обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на соответствующие счета Федерального казначейства.

В пункте 5 статьи 24 Кодекса установлено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей налоговый агент несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 58 НК РФ подлежащая уплате сумма налога уплачивается (перечисляется) налоговым агентом в установленные сроки.

На основании пункта 1 статьи 207 Кодекса налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Согласно статье 209 НК РФ объектом налогообложения по налогу на доходы физических лиц признается доход, полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации - для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации.

При определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 Налогового кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 210 НК РФ).

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 226 НК РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи,

обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 225 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Исчисление сумм и уплата налога на доходы физических лиц налоговым агентом производятся в отношении всех доходов налогоплательщика, источником которых является налоговый агент (пункт 2 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 статьи 226 Кодекса установлено, что при невозможности в течение налогового периода удержать у налогоплательщика исчисленную сумму налога налоговый агент обязан в срок не позднее 1-го марта года, следующего за истекшим налоговым периодом, в котором возникли соответствующие обстоятельства, письменно сообщить налогоплательщику и налоговому органу по месту своего учета о невозможности удержать налог, о суммах дохода, с которого не удержан налог, и сумме неудержанного налога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 419 НК РФ плательщиками страховых взносов признаются лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Пунктом 1 статьи 420 Кодекса определено, что объектом обложения страховыми взносами для плательщиков страховых взносов - организаций признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые ими в пользу физических лиц, в частности, в рамках трудовых отношений и гражданско-правовых договоров, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Кодекса база для исчисления страховых взносов для организаций определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 420 НК РФ, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ установлено, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом,

являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Как следует из содержания постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета охватывается общим понятием налоговой выгоды.

В соответствии с пунктами 3, 4 постановления № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Установление наличия или отсутствия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или экономической деятельности (пункт 9 постановления № 53).

При этом судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

В соответствии с пунктом 7 названного постановления, если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей

налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Вместе с тем следует учитывать, что в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно, на свой риск, и вправе по своему усмотрению оценивать ее эффективность и целесообразность, выбирать способы достижения результата от предпринимательской деятельности.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Налоговое законодательство не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а также не запрещает юридическим лицам избирать наиболее выгодную для них систему налогообложения, выделять отдельные виды деятельности.

Возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности (пункт 4 постановления № 53).

Как следует из материалов дела, 24.01.2017 между заявителем и ИП ФИО4, был заключен договор об оказании услуг по управлению, предусматривающий передачу ИП ФИО4 полномочий единоличного исполнительного органа общества «УралДорТехнологии».

С 28.11.2016 ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и применяет упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы» (6%).

Суд первой инстанции, приняв во внимание, что ранее между теми же субъектами имелись трудовые отношения, в рамках которых предприниматель занимал должность генерального директора, указывая на неизменность осуществляемых им функций в связи с расторжением трудового договора и заключением договора об оказании услуг по управлению, сопутствующий непропорциональный и существенный рост дохода ИП ФИО4 с

2017 года, взаимозависимость предпринимателя с обществом через

ООО «ИнвестГрупп», пришел к выводу о том, что отношения между обществом и его управляющим по-прежнему являлись трудовыми, в связи с чем доход, получаемый по ним последним, подлежит обложению НДФЛ и страховыми взносами.

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным

исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

В силу статьи 42 Закона № 14-ФЗ общество вправе передать по договору осуществление полномочий своего единоличного исполнительного органа управляющему, являющимся индивидуальным предпринимателем или коммерческой организацией.

В соответствии со статьями 15, 21 Трудового кодекса Российской Федерации трудовыми отношениями признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно статьям 779-781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Повторно рассмотрев материалы дела в совокупности с доводами и возражениями сторон, суд апелляционной инстанции с выводом инспекции и суда первой инстанции не согласился, поскольку установил, что договор по управлению обществом являлся действующим гражданско-правовым договором и реально исполнялся сторонами, что подтверждается представленными в ходе проверки ежемесячными и ежедневными отчетами управляющего об оказании услуг; исполнение спорного договора осуществлялось посредством постановки перед управляющим хозяйственных задач и их выполнения последним; уровень дохода, получаемого

ИП ФИО4, зависел от качества и объема выполнения задач, достижения определенных экономических результатов в деятельности общества – размера выручки, чистой прибыли и др.; вознаграждение выплачивалось нерегулярно и его размер являлся нефиксированным; выплаты осуществлялись только за те работы, которые были выполнены под руководством управляющего, приняты и оплачены конечными заказчиками.

Услуги по договору об управлении ИП ФИО4 оказывал как лично, так и с привлечением подрядчиков (адвокат Степанченко А.В., PR-специалист ФИО5, программист ФИО6 и др.).

Предприниматель не подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка организации, не получал компенсации командировочных расходов,

пособие по временной нетрудоспособности, ему не предоставлялся ежегодный оплачиваемый отпуск и иные гарантии, предусмотренные трудовым законодательством.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не обнаружил в отношениях, сложившихся в проверяемом периоде между заявителем и управляющим признаков трудовых отношений, в связи с чем счел необоснованным обложение дохода, полученного ИП ФИО4 его заработной платой, подлежащей обложению НДФЛ и страховыми взносами.

Доход, который получил предприниматель по договору об оказании услуг по управлению обществом, последний задекларировал и уплатил с него единый налог по УСН по ставке 6 %.

Ссылки налогового органа на многократное увеличение дохода

ИП ФИО4 по сравнению с доходом, ранее получаемым от общества по трудовому договору, действовавшему до 2017 года, суд апелляционной инстанции отклонил, признав это обстоятельство не свидетельствующим о сохранности трудовых отношений между организацией и управляющим, а напротив, подтверждающим их отсутствие.

Кроме того суд отметил, что с переходом на гражданско-правовую форму взаимодействия сторон финансовые показатели деятельности общества улучшились, размер выручки вырос, оправдывая эффективность избранной налогоплательщиком схемы управления. В общем, оценивая обстоятельства сложившихся между обществом и ИП ФИО4 отношений, суд апелляционной инстанции отклонил претензии инспекции к отсутствию ряда первичных документов, в частности отчетов об оказании услуг за 2018 год, признав их недостаточными, чтобы опровергнуть факт исполнения предпринимателем договорных обязательств.

Несмотря на наличие признаков взаимозависимости общества и предпринимателя суд апелляционной инстанции не обнаружил, что она повлияла на исполнение спорного договора и привела к возникновению у заявителя необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогового органа, указывающего на наличие у общества возможности достигнуть того же экономического результата (путем пролонгации трудового договора) и при этом иметь большую налоговую нагрузку суд апелляционной инстанции также справедливо отклонил, признав подобные суждения ничем иным как оценкой экономической целесообразности и эффективности решений, принимаемых юридическим лицом, что в силу закона является недопустимым и противоречит правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, выраженным в определениях от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П. Оспариваемыми доначислениями инспекция не приведя соответствующего нормативного обоснования фактически запретила взаимоотношения общества «УралДорТехнологии» с ИП ФИО4 как управляющим лишь потому, что тот ранее являлся генеральным директором этой организации и выполнял похожие функции.

На основании изложенного, установив реальность исполнения спорного договора, его разумность и экономическую обоснованность, суд апелляционной

инстанции не усмотрел признаков противоправности в том, что налоговые обязательства ИП ФИО4 как предпринимателя-управляющего общества «УралДорТехнологии» оказались меньше, по сравнению с тем, как если бы те же функции выполнялись им в рамках трудового договора.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции, придя к обоснованному выводу о том, что инспекция не доказала недобросовестный характер поведения налогоплательщика, а равно получение им необоснованной налоговой выгоды в результате заключения спорного договора, признал оспариваемое решение незаконным полностью и правомерно удовлетворил требования заявителя.

Доводы, изложенные налоговым органом в жалобе, являлись предметом рассмотрения апелляционного суда и были мотивированно отклонены по изложенным выше основаниям. Направленные исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и имеющихся в деле доказательств доводы инспекции не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм материального и процессуального права.

Ссылки налогового органа на разъяснения высших судебных инстанций и судебную практику, запрещающие недобросовестное осуществление налогоплательщиками своих прав, в том числе путем подмены трудовых отношений гражданско-правовыми отношениями, судом округа отклоняются исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого дела, оценивая которые суд апелляционной инстанции не установил наличие в поведении налогоплательщика признаков подмены отношений, связывающих его и управляющего, а также намерения общества уклониться от исполнения налоговых обязательств.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены. Практика применения норм права арбитражным апелляционным судом по данной категории дел в данном споре не нарушена.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не выявлено.

Исходя из изложенного кассационная жалоба налогового органа удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу № А60-24852/2023 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу инспекции Федеральной налоговой

службы Российской Федерации по Кировскому району г. Екатеринбурга – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Л. Гавриленко

Судьи Д.В. Жаворонков

Н.Н. Суханова