Постановление от 23 августа 2019 г. по делу № А13-18997/2017

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-18997/2017
г. Вологда
23 августа 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 23 августа 2019 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Виноградова О.Н. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 13.03.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 16 мая 2019 года по делу № А13-18997/2017,



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 16.01.2018 в отношении ФИО2 (далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы 27.01.2018 в издании «Коммерсант» № 15.

ФИО5 13.03.2018 обратилась в суд с заявлением о включении задолженности в размере 26 754 077 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 14.03.2018 данное заявление принято к рассмотрению.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, открытое акционерное общество «Промэнергобанк».

Решением суда от 18.06.2018 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в её отношении введена процедура реализации имущества гражданина. Исполняющей обязанности финансового управляющего ФИО2 утверждена ФИО7

Сведения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации его имущества опубликованы в издании «Коммерсант» от 23.06.2018 № 108.

Определением суда от 29.06.2018 выделено в отдельное производство требование ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности в размере 9 921 559 руб. 82 коп. процентов за пользование инвестированными денежными средствами в соответствии с пунктом 11.4 инвестиционного договора.

Признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 требование ФИО5 в размере 7 616 864 руб. 31 коп. процентов за пользование инвестированными денежными средствами, 4 000 000 руб. неустойки и 384 860 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. В остальной части требований отказано.

Впоследствии заявитель уточнил требования, просил включить в реестр требований кредиторов задолженность по неустойке в размере 4 137 880 руб. 28 коп.

Определением суда от 16.05.2019 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО5 в размере 4 137 880 руб. 28 коп. неустойки. При этом суд определил, что требование подлежит учету отдельно в реестре требований кредиторов ФИО2 и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Должник с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. По мнению апеллянта, ФИО5 пропущен срок исковой давности о взыскании неустойки за нецелевое использование инвестиционных денежных средств.

В заседании суда представитель финансового управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

ФИО5 в отзыве просила оставить определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, предпринимателем ФИО6 (инвестор) и предпринимателем ФИО2 (заказчик) заключен инвестиционный договор на строительство жилого дома от 16.11.2012, по условиям которого инвестор обязался инвестировать денежные средства в строительство дома по адресу: <...>, а заказчик обязался за счёт инвестированных денежных средств осуществить строительство дома.

Размер инвестирования в соответствии с договором составлял 12 000 000 руб. (пункт 3 дополнительного соглашения к договору от 31.05.2013).

ФИО2 после реализации инвестиционного проекта, сдачи объекта в эксплуатацию, его государственной регистрации обязалась передать инвестору жилые помещения общей площадью 244,4 кв.м, выделенные заказчиком в отдельные правообъекты, а именно 2 квартиры, расположенные на втором этаже (пункт 2.2 договора).

Во исполнение условий договора ФИО6 передала ФИО8 12 000 000 руб.

После строительства дома помещения ФИО6 не были переданы.

В претензии от 12.07.2016 предприниматель ФИО6 предложила расторгнуть договор и потребовала вернуть 12 000 000 руб., однако данное требование не исполнено.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Вологодской области от 27.03.2017 по делу № А13-14236/2016 инвестиционный договор на строительство жилого жома от 16.11.2012, заключенный между предпринимателем ФИО6 и предпринимателем ФИО2 расторгнут. С ФИО2 в пользу ФИО6 взыскано 10 450 000 руб. основного долга.

Между ФИО5 (цедент) и ФИО6 (цессионарий) 09.01.2018 заключен договор уступки прав требования, в соответствии с которым ФИО6 уступает, а ФИО5 принимает следующие права требования к ФИО2:

- права требования в размере 10 450 000 руб., взысканные решением от 27.03.2017 по делу А13-14236/2016,

- права требования, являющиеся по своей правовой природе процентами за пользование чужими денежными средствами, предусмотренные пунктом 3.2.1 инвестиционного договора, а также штрафными санкциями, начисленными за неисполнение обязанности по уплате процентов,

- права требования, являющиеся по своей правовой природе штрафными санкциями, предусмотренные пунктом 11.4 инвестиционного договора,

- права требования, являющиеся по своей правовой природе процентами за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением суда от 16.01.2018 признано установленным и включено требование ФИО5 в размере в размере 10 450 000 руб. долга в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2

Определением суда от 29.06.2018 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 требование ФИО5 в размере 7 616 864 руб. 31 коп. процентов за пользование инвестированными денежными средствами, 4 000 000 руб. неустойки и 384 860 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Оспариваемым судебным актом признано обоснованным требование ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности, основанной на пункте 11.4 инвестиционного договора.

Согласно положениям статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве установлено, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В пункте 24 постановления № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

Рассматриваемое требование направлено в суд в пределах установленного законом двухмесячного срока.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно положениям статей 307, 309, 310 ГК РФ обязательства, возникшие из договора, должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», если предметом расторгнутого договора является обязанность одной стороны передать имущество в собственность другой стороне договора, принявшей на себя обязанность по возвращению имущества такого же рода и качества (например, заем, в том числе кредит; хранение товара с обезличением), то к отношениям сторон подлежат применению положения договора о порядке исполнения обязательства по возврату имущества, а также нормы закона, регулирующие исполнение соответствующего обязательства. Все условия расторгнутого договора о процентах, неустойке, а также все обязательства, обеспечивающие исполнение обязанности по возврату имущества, сохраняются до полного исполнения этой обязанности. В таких случаях положения главы 60 ГК РФ к отношениям сторон расторгнутого договора применению не подлежат.

Следовательно, кредитор вправе после прекращения такого договора требовать как возврата суммы кредита, так и уплаты предусмотренных договором процентов, а также неустойки и иных обязательств, обеспечивающих возврат кредита (если они предусмотрены договором).

В силу статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 11.4 инвестиционного договора в случае невыполнения заказчиком условия о целевом использовании инвестиций инвестор вправе в любое время потребовать от заказчика возврата суммы инвестиций и уплаты причитающихся процентов по ставке 18 % годовых.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

В материалах дела усматривается, что требование. Основанное на пункте 11.4 инвестиционного договора передано заявителю на основании договора цессии от 09.01.2018.

Согласно расчету заявителя (составленному с учетом представленных документов о расходовании инвестиционных средств) остаток неиспользованных по целевому назначению денежных средств составил 4 773 439 руб. 20 коп. (т. 14, л. 176).

На эту сумму кредитором начислена неустойка за период с 16.11.2012 по 09.08.2017 (дата вступления в силу решения суда о расторжении инвестиционного договора), размер которой составил 4 137 880 руб. 28 коп.

Данный расчет документально не опровергнут, однако должник полагает, что ФИО5 пропущен срок исковой давности для предъявления настоящего требования.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Согласно пункту 2 статьи 199 названного Кодекса истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

По условиям пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В рассматриваемом случае применительно к пункту 11.4 инвестиционного договора суд приходит к выводу о том, что инвестор не имел возможности узнать о наличии обстоятельств нецелевого расходования переданных средств до предоставления ему всей документации по строительству объекта. При рассмотрении спора сам должник настаивает на том, что часть документации (оправдательные документы в подтверждение целевого расходования денежных средств) не представлена до настоящего времени по причине ее утраты и нахождения у третьего лица.

При таких обстоятельствах суд не может признать пропущенным срок давности по требованию.

Кроме того, согласно статье 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

В рассматриваемом случае должник в расписке от 12.07.2015 признал наличие долга по процентам по пункту 11.4 инвестиционного договора (т. 8, л. 80).

Данное обстоятельство также свидетельствует о предъявлении требования в пределах срока давности.

Ввиду изложенного, поскольку доводы жалобы не содержат фактов, которые влияли бы на законность и обоснованность обжалуемого решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, а выводы суда первой инстанции соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд



п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 16 мая 2019 года по делу № А13-18997/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Л.Ф. Шумилова


Судьи

О.Н. Виноградов


О.Г. Писарева