Постановление от 5 февраля 2018 г. по делу № А40-208525/2015

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-58206/2017

№ 09АП-58208/2017

г. Москва                                                                                                    Дело № А40-208525/15

06.02.2018                                                                            

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 06 февраля 2018 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева, 

судей С.А. Назаровой, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.М. Чадамба,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы АО "Альфа-Банк", финансового управляющего ФИО1,  на определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.10.2017г. по делу № А40-208525/15  вынесенное судьей Н.Л. Бубновой, об отказе финансовому управляющему должника ФИО1, а также АО «АЛЬФА-БАНК» в удовлетворении ходатайств о назначении судебной почерковедческой экспертизы, отказано должнику и ФИО2 в удовлетворении ходатайств о прекращении производства по обособленным спорам, отказано АО «АЛЬФА-БАНК» в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, отказано финансовому управляющему должника ФИО1 и АО «АЛЬФА- БАНК» в удовлетворении заявлений о признании недействительными (ничтожными): - договора №002-2014-25 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 144,5 кв.м., расположенной по адресу <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4; - договора №002-2014-37 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 143, 6 кв.м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4; - договора №002-2014-122 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 134, 2 кв.м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4; - договора купли-продажи квартиры от 07.10.2014, площадью 129,9 кв. м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО5 с ФИО2; - договора купли-продажи машино-места от 15.10.2014, площадью 12,4 кв. м., расположенного по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО2; - договора дарения недвижимого имущества от 29.12.2014, площадью 118,3 кв. м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО6; - договора дарения недвижимого имущества от 06.04.2015, повлекшего переход права собственности от ФИО3 к ФИО6 на Ѕ долю в квартире площадью 358, 5 кв.м., расположенной по адресу: <...>, и применении заявленных последствий недействительности указанных сделок  

при участии в судебном заседании:

от АО "Альфа-Банк" – ФИО7 дов. от 10.07.2017

от финансового управляющего ФИО1 – ФИО8 .дов. от 06.09.2016

от финансового управляющего ФИО9 – ФИО10 дов. от 26.12.2016

от ФИО2- ФИО11, по дов. от 14.11.2017 г.

от ФИО3 - ФИО12, по дов. от 17.03.2016 г.,

от ФИО4- ФИО12 дов. от 15.07.2015

от ПАО Сбербанк - ФИО13, по дов. от 02.03.2017 г.

от ПАО «МКБ» - ФИО14 дов. от 01.10.2015 



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2016 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО15, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №56 от 02.04.2016. Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2016 (объявлена резолютивная часть) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО1.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.10.2017г. отказано финансовому управляющему должника ФИО1 и АО «АЛЬФА-БАНК» в удовлетворении заявлений о признании недействительными (ничтожными):

- договора №002-2014-25 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 144,5 кв.м., расположенной по адресу <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4;

- договора №002-2014-37 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 143, 6 кв.м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4;

- договора №002-2014-122 купли-продажи квартиры от 11.12.2014, площадью 134, 2 кв.м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4;

- договора купли-продажи квартиры от 07.10.2014, площадью 129,9 кв. м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО5 с ФИО2;

- договора купли-продажи машино-места от 15.10.2014, площадью 12,4 кв. м., расположенного по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО2;

- договора дарения недвижимого имущества от 29.12.2014, площадью 118,3 кв. м., расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО6;

- договора дарения недвижимого имущества от 06.04.2015, повлекшего переход права собственности от ФИО3 к ФИО6 на ? долю в квартире площадью 358, 5 кв.м., расположенной по адресу: <...>.

Не согласившись с вынесенным определением, АО "Альфа-Банк", финансового управляющего ФИО1,  подали апелляционные жалобы, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт.  ПАО Сбербанк представило письменные пояснения на апелляционную жалобу, в которых просит обжалуемый судебный акт отменить. АО "Альфа-Банк" представило письменные пояснения на апелляционную жалобу, в которых просит обжалуемый судебный акт отменить. Финансовый управляющий ФИО1 представила письменные пояснения на апелляционную жалобу, в которых просит обжалуемый судебный акт отменить. Представитель ФИО2 представил письменные пояснения на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Представитель ФИО3 представил письменные пояснения на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.


В судебном заседании представитель ПАО «МКБ»  доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них. Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб. Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб. Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб. Представитель АО "Альфа-Банк" доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них. Представитель финансового управляющего ФИО1 доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них. Представитель финансового управляющего ФИО9 доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них. Представитель ПАО Сбербанк доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них. Представитель ПАО Сбербанк доводы апелляционных жалоб поддержал по мотивам, изложенным в них.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей сторон, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Как следует из материалов дела, по договору купли-продажи от 07.10.2014 в собственность ФИО2 должником ФИО3 отчуждена квартира площадью 129.9 кв. м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 77:06:0004007:1582, по цене 32 475 000 руб. (т. 1 л.д. 77-81). По договору купли-продажи от 15.10.2014 в собственность ФИО2 должником ФИО16 отчуждено машино-место № 129 площадью 12.4 кв.м., расположенной по адресу: г. Москва., ул. Мосфильмовская, д. 70, кадастровый номер 77:07:0006004:15873, по цене 1 100 000 руб. (т. 1 л.д. 74-76). По договору купли-продажи от 11.12.2014 в собственность ФИО4 должником ФИО3 отчуждена квартира площадью 144.5 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0006004:1961, по цене 75 140 000 руб. (т. 1 л.д. 82-84). По договору купли-продажи от 11.12.2014 в собственность ФИО4 должником ФИО3 отчуждена квартира площадью 134.2, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0006004:2058, по цене 69 784 000 руб. По договору купли-продажи от 11.12.2014 в собственность ФИО4 должником ФИО3 отчуждена квартира площадью 143.6 кв.м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0006004:1973, по цене 74 672 000 руб. (т. 1 л.д. 87-88).


Кроме того, между ФИО16 и ФИО6 заключены договоры дарения имущества: от 29.12.2014, в соответствии с которым в собственность ФИО6 безвозмездно передана квартира площадью 118.3 кв.м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер № 77:07:0006004:2976 (т. 1 л.д. 72-73); от 06.04.2015, в соответствии с которым в собственность ФИО6 передана ? доли в квартире площадью 358.5 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер №77:07:0006004:2975.


В апелляционной жалобе заявители ссылаются на положения статей 10, 168, 170 ГК РФ, ст. 61.2 Закона о банкротстве указывают, что спорные сделки повлекли вывод активов (недвижимого имущества) из конкурсной массы должника, что нарушает права кредиторов. Данные доводы откланяются по следующим основаниям.


В силу положений п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ (ред. от 23.06.2016) «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения  Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ (злоупотребление правом). В данном случае, злоупотреблением правом может быть признано заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 02.11.2010 № 6526/10).


Между тем в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ законодательство исходит из предположения (презумпции) о добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий. Следовательно, именно на лицах, обратившихся в суд с требованиями об оспаривании сделок, в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ лежит бремя доказывания обстоятельств, которые бы указывали на наличие у должника недобросовестной цели отчуждения имущества в целях недопущения его включения в конкурную массу.


Само по себе, то обстоятельство, что по настоящему делу о банкротстве у ФИО3 установлено наличие задолженности перед кредиторами не свидетельствует о том, что все ранее совершенные должником сделки должны быть признаны недействительными только лишь по той причине, что в результате их совершения у должника выбыло имущество. Вопрос о добросовестности действий ФИО3 уже являлся предметом оценки судов при рассмотрении гражданских дел по искам ООО «АЛЬФА-Банк» и ПАО «Московский кредитный банк» к ФИО3, ООО «МД Эстейт», ФИО6, ФИО4, ФИО2  Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06.04.2016 по делу № №33-6509 отказано в признании по требованию АО «Альфа-Банк» недействительными (т. 5 л.д. 88-96):


1. Договора купли-продажи жилого помещения (квартиры) от 07.10.2014 между ФИО3, ФИО5 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>.

2. Договора купли-продажи машиноместа от 15.10.2014 г. между ФИО3 и ФИО2 в отношении машиноместа №129, расположенного по адресу: <...>.

3. Договора №002-2014-25 от 11.12.2014 г. между ФИО3 и ФИО4 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>.

4. Договора №002-2014-122 от 11.12.2014 г. между ФИО3 и ФИО4 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>.

5. Договора №002-2014-37 от 11.12.2014 г. между ФИО3 и ФИО4 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>.

6. Договора дарения недвижимого имущества от 29.12.2014 г. между ФИО3 и ФИО6 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>. Решением Никулинского районного суда г.Москвы от 29.03.2017, оставленным  без изменения апелляционным определением Московского городского суда от 24.08.2017, отказа в признании недействительными по требованию ПАО «Московский кредитный банк» договора купли-продажи машиноместа от 15.10.2014; договоры купли-продажи от 11.12.2014 в отношении квартиры по адресу: <...>; от 11.12.2014 в отношении квартиры по адресу: <...> л. 70, кв.37; от 11.12.2014 в отношении квартиры, расположенный по адресу: <...>; договоров дарения от 29.12.2014 и от 06.04.2015 в отношении квартир, расположенных по адресам: <...> и кв. 741 (1/2 доли) (т. 13 л.д.51-17).


Выводы, изложенные в судебных актах судов общей юрисдикции, учитываются судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела на основании положений ч. 1 ст. 75 АПК РФ в качестве письменных доказательств. В апелляционном определении Московского городского суда от 06.04.2016 установлены и отражены в мотивировочной части апелляционного определения следующие обстоятельства. ФИО3 являлся поручителем по кредитным обязательствам ООО «МД Дистрибуция Самара» (договор поручительства от 24.02.2014 № 01910Р003) перед АО «Альфа-Банк». В связи с просрочкой основного должника 10.04.2015 АО «Альфа-Банк» предъявило ФИО3 требование о погашении возникшей задолженности за ООО «МД Дистрибуция Самара».


Впоследствии решениями Мещанского районного суда г.Москвы от 24.07.2015 и от 22.09.2015 с ФИО3 в пользу АО «Альфа-Банк» взыскана задолженность в размере 112 281 032, 17 руб. и 163 369 870, 84 руб. соответственно. Оценивая в связи с этим добросовестность поведения ФИО3 при заключении оспоренных сделок, Московский городской суд указал, что ООО «МД Дистрибуция Самара» перестало исполнять свои обязательства по кредитным договорам только в январе 2015 г., т.е. уже после заключения спорных сделок. При этом ФИО3 о наличии просроченной задолженности стало известно не ранее апреля 2015 г. после обращения АО «Альфа-Банк» с исковыми заявлениями к нему в Мещанский районный суд г.Москвы.


В апелляционном определении Московского городского суда от 06.04.2016 также установлено, что в период совершения спорных сделок ФИО3 продолжал исполнять свои собственные обязательства перед кредиторами. Так, 30.12.2014 им был осуществлен возврат кредита ОАО «Московский кредитный банк» (кредитный договор от 14.12.2012 № 62384/12) в размере 100 000 000 руб., и возврат кредита тому же банку (кредитный договор от 20.03.2014 № 20372/14) в размере 65 000 000 руб. В последующем 30.03.2015 ФИО3 также осуществил погашение задолженности в качестве поручителя по кредитному договору от 26.11.2014 № 6177/14 в размере 185 103 942 руб. Таким образом, в период с декабря 2014 г. по март 2015 г. ФИО3 уплатил в погашение задолженности по собственным кредитным обязательствам и по обязательствам в качестве поручителя в общей сумме 350 103 942 руб. За поданное недвижимое имущества ФИО3 также получил 253 171 000 руб.


Как указал в связи с этим Московский городской суд в определении от 06.04.2016, сопоставление полученных за продажу недвижимого имущества  денежных средств с денежными средствами, направленными на погашение собственных долгов и исполнения обязательств по поручительству, заключенному с другим банком, свидетельствует об отсутствии отклонения действий ФИО3 от добросовестного поведения. Аналогичная оценка добросовестности действий ФИО3 дана в решении Никулинского районного суда г.Москвы от 29.03.2017 при рассмотрении иска ПАО «Московский кредитный банк».


В данном случае, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что по существу доводы заявителей, заявленные в рамках настоящего дела, направлены на переоценку выводов, сделанных Никулинским районным судом г.Москвы и Московским городским судом при рассмотрении дел по искам АО «Альфа- Банк» и ПАО «Московский кредитный банк» к должнику об оспаривании сделок. Все кредиты, в отношении которых им были выданы поручительства перед АО «Альфа-Банк» и другими кредитными учреждениями, были обеспечены залогом товаров, что никем из участвующих в деле лиц не оспаривалось (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ). Общий объем обеспечения в виде товаров на складе (их залоговая стоимость) по состоянию на 19.02.2015 по данным последней проверки ПАО «Сбербанк России» превышал 1,1 млрд.руб., по состоянию на 19.01.2015 по данным последней проверки АО «Московский кредитный банк» - 975 млн.руб., а по состоянию на 03.03.2015 – 1,1 млрд.руб. (т. 5 л.д. 61 – 63).


В рамках исполнительного производства, возбужденного на основании определений Мещанского районного суда г.Москвы и Хорошевского районного суда г.Москвы в отношении основных должников по кредитным договорам (ООО «Мак-Дак», ЗАО «Каприз-М» и др.) с период с 09.04.2015 по 20.04.2015 совершены исполнительские действия по аресту по аресту имущества указанных организаций на сумму свыше 1 млрд.руб., что подтверждается материалами исполнительного производства. Вместе с тем, впоследствии, после передачи имущества на хранение ответственным лицам, в рамках проверки заявлений о преступлении, поданных ООО «Мак-Дак» и ЗАО «Каприз-М», проведенной ОЭБ и ПК по ЮВАО ГУ МВД России по г.Москве установлено отсутствие арестованного товара по месту хранения.


Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что по состоянию на вторую половину 2014 г. и в первой половине 2015 г. у ФИО3 объективно не могло быть оснований для предположения о том, что имеющегося у основных должников имущества будет недостаточно для погашения кредитов и, соответственно, о заведомом характере наступления его ответственности как поручителя.


В соответствии со ст. 363 ГК РФ поручитель солидарно отвечает перед кредиторов в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) своих обязательств должником. Из разъяснений, данных в п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с  поручительством», поручитель не является содолжником в обеспеченном поручительством обязательстве. Таким образом, задолженность поручителя возникает лишь при допущенной с его стороны (а не со стороны основного должника) просрочки в исполнении обеспечиваемого обязательства после получения соответствующего требования от кредитора. Само по себе превышение размера обязательств, в отношении которых гражданином выданы поручительства, над располагаемым гражданином имуществом не свидетельствует о недостаточности имущества должника и недобросовестной цели заключения брачного договора, поскольку в силу ст. 363 ГК РФ ответственность по поручительству не носит безусловного характера, а наступает лишь в том случае, если основной должник допустит просрочку в исполнении обязательства, обеспеченного поручительством. Однако само по себе совершение дарения, то есть безвозмездной сделки в отношении близкого родственника не может свидетельствовать о злоупотреблении правом с учетом установленных выше целей совершения этой сделки. Совершенное должником дарение в пользу дочери не подпадает под какие-либо запреты дарения, установленные статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации. Спорное имущество не являлось предметом обеспечения обязательств ФИО3 как поручителя. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего и Банка об оспаривании сделок должника.


Недобросовестность приобретателя является необходимым условием для удовлетворения заявленных исковых требований. Данный вывод следует из Постановления Президиума ВАС РФ от 13 мая 2014 г. N 17089/12. Согласно высказанной Президиумом ВАС РФ правовой позиции для квалификации сделок как ничтожных в порядке ст. ст. 10, 168 ГК РФ недостаточно доказать только факт злоупотребления со стороны лица, совершившего сделку. Необходимо также установить недобросовестность контрагента (наличие либо сговора с контрагентом, либо осведомленности контрагента о подобных противоправных действиях лица).


Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ установлено, что пунктом 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктом 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона). Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.


Общие начала недопустимости злоупотребления правами закреплены в части 3 статьи 17  Конституции Российской Федерации, согласно  положениям  которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Этот принцип нашел свое воплощение в различных отраслях материального и процессуального права. Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В силу презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратного (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес. В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.


Из разъяснений, изложенных в Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).


Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Таким образом, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.


С учетом изложенного отсутствуют основания для вывода о заведомой неспособности основных должников исполнить обязательства, обеспеченные поручительствами ФИО3 и осведомленность об этом самого ФИО3 В данном случае, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности недобросовестной цели заключения договоров по отчуждения имущества в пользу ФИО4, ФИО2, уже является предметом оценки Московского городского суда в апелляционном определении от 06.04.2016 и Никулинского районного суда г.Москвы в решении от 29.03.2017, поскольку вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ участвующими в настоящем обособленном споре лицами не представлены убедительные и достаточные доказательства направленности данных сделок именно на ущемление прав кредиторов ФИО3


Доводы АО «Альфа-Банка» и финансового управляющего должника о совершении договоров дарения на безвозмездной основе и с заинтересованным лицом (сыном должника) подлежат отклонению. Исходя из п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ (ред. от 23.06.2016) «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при разрешении настоящего дела не применяется презумпция осведомленности другой стороны сделки о неплатежеспособности должника, закрепленная в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, на основании п. 5 ст. 10 ГК РФ недобросовестность обеих сторон сделок подлежит доказыванию в общеустановленном порядке. При этом в отличие от отношений коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей, для отношений граждан между собой закон исходит из допустимости дарения (ст. 575 ГК РФ), в связи с чем, вопреки доводам  финансового управляющего и АО «Альфа-Банк», безвозмездный характер сделки по отчуждению имущества в пользу сына должника не порочит добросовестность поведения сторон. Таким образом, не имеется признаков создания искусственной ситуации исключения имущества из конкурсной массы в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов за счет дарения имущества сыну должника – несовершеннолетнему ФИО3


В отношении договора дарения от 06.04.2015 принята во внимание позиция отдела социальной защиты населения района Раменки ЗАО г.Москвы от 21.08.2017 № 615, согласно которой признания этой сделки недействительной может привести к существенному ухудшению положения прав малолетнего ребенка должника (ФИО17). Как указал орган опеки и попечительства, свою доли в праве собственности на указанную квартиру также имеет несовершеннолетняя ФИО17, получившая ее в порядке наследования. Соответственно, в случае признания недействительным договора дарения имущество в части ? доли в праве собственности, полученных ее братом Каменским А.Д от отца, будет подлежать продаже с торгов в рамках процедуры реализации имущества ФИО3, что будет являться негативным последствием для несовершеннолетнего ребенка и ущемит его права.


В силу п. 2 ст. 4 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» государственная политика в интересах детей является приоритетной и основана, в том числе, на принципах законодательного обеспечения прав ребенка; поддержки семьи в целях обеспечения обучения, воспитания, отдыха и оздоровления детей, защиты их прав, подготовки их к полноценной жизни в обществе. Органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, должностные лица указанных органов в соответствии со своей компетенцией содействуют ребенку в реализации и защите его прав и законных интересов с учетом возраста ребенка и в пределах установленного законодательством Российской Федерации объема дееспособности ребенка посредством принятия соответствующих нормативных правовых актов, проведения методической, информационной и иной работы с ребенком по разъяснению его прав и обязанностей, порядка защиты прав, установленных законодательством Российской Федерации, а также посредством поощрения исполнения ребенком обязанностей, поддержки практики правоприменения в области защиты прав и законных интересов ребенка (п. 1 ст. 7 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»). С учетом изложенного, вопрос о недействительности договора дарения от 06.04.2015 не может быть рассмотрен без учета необходимости защиты прав несовершеннолетней ФИО17 В данном случае, признание данной сделки недействительной повлечет ущемление прав несовершеннолетнего ребенка.


Доводы о мнимом характере оспариваемых сделок, мотивированные сомнениями в реальности оплаты цены отчужденного имущества со стороны покупателей ФИО4, ФИО2 также подлежат отклонению.


Как установлено п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Нормы ГК РФ о мнимых сделках применяются при одновременном выполнении следующих условий: стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения; при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 07.02.2012 № 11746/11, от 05.04.2011 № 16002/10). Из материалов дела следует, что все оспоренные сделки купли-продажи исполнены - право собственности на имущество зарегистрировано за покупателями.


В силу разъяснений, данных в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», наличие формального (произведенного лишь для вида) исполнения сделки не является препятствием для вывода о ее мнимости. Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства, которые бы указывали на сохранение у ФИО3 фактического контроля (владения) над отчужденным имуществом. В частности, не доказано, что ФИО3 продолжает осуществлять содержание имущества, оплачивает коммунальные платежи и тому подобные обстоятельства, свидетельствующие о продолжении его отношения к отчужденному имуществу как к собственному.


Вопрос о мнимости оспариваемых сделок ранее являлся предметом рассмотрения Никулинского районного суда г.Москвы в решении от 29.03.2017 по делу № 2-65/17, в котором установлено, что ФИО4 в пользу ФИО3 произведена оплата за приобретенное имущество в общей сумме 219 596 000 руб. в безналичном порядке, что подтверждается платежными поручениями от 30.12.2014 № 64474, от 22.01.2015 № 53532, от 26.01.2015 № 11502, от 03.02.2015 № 676111, от 04.02.2015 № 22931, от 06.02.2015 № 113511, от 13.02.2015 № 792861, от 27.02.2015 № 16030. Этим же решением суда установлено, что оплату за имущество произвел и ФИО2, о чем составлены расписки.


Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы, не содержат ссылки на доказательства, которые могли бы служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, отсутствуют эти доказательства и в материалах апелляционной жалобы. В этой связи у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки выводов суда первой инстанции. Нарушений норм процессуального права судом первой инстанции не допущено. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.10.2017 по делу  № А40-208525/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы АО "Альфа-Банк", финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.



Председательствующий судья:                                                                             Р.Г. Нагаев

Судьи:                                                                                                                                  С.А. Назарова

                                                                                                                                  И.М. Клеандров