Постановление от 20 июня 2023 г. по делу № А27-18474/2022

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А27-18474/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 20 июня 2023 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С., судей Иванова О.А., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 ( № 07АП-4050/2023(2)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.04.2023 по делу № А27-18474/2022 (судья Дорофеева Ю.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «РегионСервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении требований в реестр требований кредиторов

при участии в судебном заседании: без участия,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «РегионСервис» (далее – ООО «РегионСервис», должник) индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением включении требований в реестр требований кредиторов.


Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.04.2023 требования ИП ФИО2 в размере 320 000 рублей признаны обоснованными и подлежавшими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.04.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт о включении требований кредитора в третью очередь реестра.

В обоснование доводов жалобы указано, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что брак между ФИО3 и ФИО3 расторгнут в 2007 году, что свидетельствует об отсутствии общих экономических интересов. Заявитель отмечает, что он, будучи учредителем, не принимал участие в хозяйственной деятельности Общества и не был осведомленном о налоговой проверке.

Участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, определением суда от 30.11.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4.

30.12.2022 ИП ФИО2 обратился в суд с заявлением об установлении требований в размере 320 000 рублей основного долга в связи с неисполнением обязательств по договору аренды транспортного средства без экипажа № 1-А от 31.01.2022 по внесению арендных платежей за февраль, март 2022 года.

Субординируя требование кредитора, суд первой инстанции указал на факт компенсационного финансирования со стороны заявителя в условиях имущественного кризиса должника.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.


Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из разъяснений, сформированных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Данная позиция нашла отражение в определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 308-ЭС16-2411, из которого следует, что проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований в реестр требований кредиторов, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства), а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со


своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Соответственно, при предъявлении настоящих требований о включении в реестр требований кредиторов должника именно заявителю следует доказать действительность наличия у должника перед ним спорной задолженности, представив суду надлежащие доказательства.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Критерии формально-юридической заинтересованности по отношению к должнику установлены статьей 19 Закона о банкротстве. Так, в соответствии с пунктом первым названной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику являются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Аффилированными являются лица, входящие в одну группу лиц (статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

В рассматриваемом случае судом установлено, что ФИО2 с 2014 года является участником должника, в том числе: с 04.08.2014 по 13.06.2018 единственным участником, с 13.06.2018 – участником, с размером доли 10%, иные 90% доли в уставном капитале должника с 13.06.2018 принадлежат ФИО5

С 04.08.2014 по 18.02.2016 ФИО2 являлся руководителем должника. С 19.02.2016 по 11.05.2018 ФИО6, с 11.05.2018 – управляющий ИП ФИО6

Статус индивидуального предпринимателя ФИО2 зарегистрировал 10.02.2017, то есть после изменения размера его доли в уставном капитале должника и уже с 13.02.2017 с должником заключается договор аренды № 01 транспортного средства без экипажа от 13.02.2017 в качестве индивидуального предпринимателя.

Решением налогового органа № 1234 от 28.04.2022 о привлечении должника к налоговой ответственности установлено, что в период 2018-2019 ФИО2 был трудоустроен у должника в должности начальника производственно-технического отдела


и получал заработную плату. Решение в настоящее время обжаловано должником в судебном порядке.

Как установлено решением Арбитражного суда Кемеровской области от 04.10.2021 по делу № А27-26537/2020, с 14.11.2018 ФИО3 (дочь ФИО2) является одним из участников ООО «Сибуглеснаб» - общества, передавшего должнику в субаренду в мае 2016 года (когда единственным участником должника был ФИО2) Установку для переработки угля, за счет которой должник на протяжении с октября 2016 по 2018 год в соответствии с указанным решением арбитражного суда осуществлял производственно-хозяйственную деятельность.

В процедуре наблюдения к должнику предъявлены требования ООО «Офис» ИНН <***> по предварительному лицензионному договору № 02/17 от 05.05.2017 на предоставление должнику в будущем права использования изобретения «Устройство пневматической сепарации, способ и установка сухого обогащения угля». На дату подписания между ООО «Офис» и должником указанного предварительного договора, ФИО2, ФИО3 (его дочь) и ФИО6 (исполнительный орган должника) с 03.05.2016 вошли в состав участников ООО «Офис» ИНН <***>. С 24.05.20218 по настоящее время директором и участником ООО «Офис» ИНН <***> является ФИО7

К отзыву должника на заявление о признании банкротом приложен перечень кредиторов, в числе которых, в том числе указаны ИП ФИО3 (дочь ФИО2), ФИО7, (директор и учредитель ООО «Офис»), ИП ФИО7

Таким образом, материалами дела подтверждается, что заявитель и должник являются аффилированными лицами.

При рассмотрении требований кредиторов, обусловленных отношениями, связанными с финансированием, осуществляемым аффилированными по отношению друг к другу лицами, необходимо учитывать правовые подходы, изложенные в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020.

Исходя из пункта 2 Обзора Верховного суда РФ от 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений


о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.

Правовые подходы к рассмотрению споров с участием аффилированных и контролирующих должника лиц, изложены в названном Обзоре.

Так, при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Сокрытие такой информации и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что контролирующее лицо принимает риск неосуществления плана выхода из кризиса на себя и впоследствии не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования (пункт 3.1 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится аффилированный с должником кредитор, не обладающий контролем над ним, но предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего лица (пункт 4 Обзора).

Понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд - оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, 31.01.2022 между ИП ФИО2 (арендодатель) и должником (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства без экипажа № 1-А, в соответствии с пунктами 1.1, 1.2 (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 01.02.2022) ИП ФИО2 предоставляет должнику за плату во временное владение и пользование транспортное средство автомобиль MITSUBISHI L200, 2021 г.в. Срок аренды автомобиля определен в разделе 2 договора: с 31.01.2022 по 31.12.2022.


В соответствии с пунктом 4.1 договора арендная плата составляет 160 000 рублей (без НДС) и подлежит уплате ежемесячно не позднее 15 числа расчетного месяца.

Соглашением от 30.03.2022 стороны определили расторгнуть с 01.04.2022 договор аренды, транспортное средство по акту приема-передачи от 31.01.2022 возвращено кредитору.

Сумма задолженности должника перед кредитором по договору аренды транспортного средства без экипажа № 1-А от 31.01.2022 составила 320 000 рублей (за два месяца: февраль, март 2022 года).

Факт использования транспортного средства подтвержден представленными в материалы дела доказательствами: актом приема-передачи автомобиля работнику от 01.02.2022; путевыми листами с отражением сведений об отпуске горюче-смазочных материалов, сведениями с сайта РСА, содержащие сведения о включению в договор ОСАГО сведений о должнике и допуске к управлению автомобилем в 2022 году неопределенного круга лиц. К управлению автомобиля, указанного в путевых листах, допущен ФИО8, являющийся работников должника согласно приказам руководителя должника № 7 от 02.02.2017, № 36 от 25.10.2022, № 43 от 29.07.2022.

Согласно пояснениям должника, досрочное расторжение договора вызвано невозможностью с апреля 2022 года осуществления производственно-хозяйственной деятельности в обычном режиме, ввиду отсутствия со стороны контрагентов (иностранных компаний) заказов на переработку угля; отсутствием собственных запасов угля для его дальнейшей реализации, что явилось причиной фактического прекращения производственной деятельности.

Вместе с тем, соглашение от 30.03.2022 о расторжении договора аренды не содержит каких-либо указаний на причины расторжения.

Пунктом 5.1 договора аренды предусмотрено право арендодателя досрочно расторгнуть договор в случае просрочки внесения арендатором арендной платы в течение тридцати календарных дней со дня наступления срока платежа. Вместе с тем, на эти обстоятельства стороны не ссылаются, основанием расторжения договора указаны иные причины.

Основания досрочного расторжения договора аренды содержатся в статье 619 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем шестым этой статьи договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендодателя в соответствии с пунктом 2 статьи 450 настоящего Кодекса.


Как указано, рассматриваемый договор аренды содержит иное условие о праве арендодателя на расторжение договора.

В соответствии со статьей 619 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель вправе требовать досрочного расторжения договора только после направления арендатору письменного предупреждения о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок.

Применяя данные положения к рассматриваемой ситуации, в соответствии с пунктом 5.1 договора (право арендодателя на досрочное расторжение договора при просрочке платежа), пунктом 4.2 договора (срок оплаты – не позднее 15 числа расчетного месяца) и положениями статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации в материалах дела отсутствуют требования ИП ФИО2 к должнику после 15.02.2022 и 15.03.2022 до 30.03.2022 (даты расторжения договора) о необходимости исполнения оплаты арендных платежей в разумный срок.

Основания расторжения договора аренды не раскрыты.

Согласно представленному в материалы дела договору финансовой аренды (лизинга) № 7140/ФЛ от 17.01.2022, автомобиль MITSUBISHI L200 приобретен ИП ФИО2 в лизинг у ООО «Лизинговая компания «Дельта». По условиям договора, лизинговые платежи вносятся лизингополучателем ежемесячно (13-15 числа). В феврале и марте 2022 года ИП ФИО2 должен был вносить платеж в размере 153 110 рублей (15.02.2022; 15.03.2022).

В подтверждение несения таких расходов представлено платежное поручение № 1 от 09.01.2022, № 4 от 15.02.2022.

Как установлено судом, автомобиль в аренде должника находился с 01.02.2022 по 31.03.2022, следовательно, арендная плата подлежала выплате должником за февраль не позднее 15.02.2022, за март – не позднее 15.03.2022.

Вместе с тем, от должника ФИО2 оплаты аренды за эти периоды, в том числе с учетом сроков такой оплаты в соответствии с пунктом 4.2 договора аренды, не истребовал, чего следовало бы ожидать от иного независимого участника арендных отношений, в том числе в судебном порядке, что в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2000 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 44) не исключается и в период действия моратория.

Более того, не представлено доказательств истребования образовавшейся задолженности по договору и после окончания действия моратория (с 01.10.2022), учитывая понесенные ФИО2 расходы по оплате лизинговых платежей.


По состоянию на февраль 2022 года на расчетные счета должника налоговым органом уже были наложены ограничительные меры на сумму более 130 млн.руб.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является Торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами, дополнительным - Добыча и обогащение угля и антрацита. Из материалов дела следует, что должник самостоятельно добычу угля не осуществлял, а осуществлял его переработку.

Для этих целей, должник 01.05.2016 заключил с ООО «Сибуглеснаб» договор субаренды оборудования – установки пневмовакуумной сепарации сыпучих материалов (УПВС-01-09), которая монтирована на промышленной площадке в с. Старопестерево Беловского района, принадлежащей АО «Разрез Инской», и введена в эксплуатацию в октябре 2016 года (установлено решением Арбитражного суда Кемеровской области от 20.04.2022 по делу № А27-8387/2021).

В 2018 году должником введены в эксплуатацию еще четыре собственные установки сухого обогащения, изготовленные на заводе Гидромаш, что установлено решением Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-26537/2020 от 04.10.2021.

Следовательно, основной вид деятельности должника невозможен без использования указанных установок, а их изъятие или вопросы, связанные с наличием риска их утраты, не могли не быть известны участникам должника.

В рамках дела № А45-17440/2018 о банкротстве ООО «Сибуглепереработка» с 17.03.2020 рассматривалось заявление конкурсного управляющего этим обществом к ООО «Сибуглеснаб» и должнику о признании недействительными сделками акты возврата оборудования от 14.12.2016 (между должником и ООО «Сиглеснаб») и от 18.01.2017 (между ООО «Сибуглеснаб» и ООО «Сибуглепереработка») с требованием, изначально об обязании возвратить обществу «Сибуглепереработка» оборудования, в последующем – о взыскании с должника стоимости оборудования в размере 102 470 000 руб.

Решением налогового органа № 1148 от 26.08.2020 о привлечении должника к налоговой ответственности установлена взаимозависимость должника и ООО «Сибуглеснаб» через учредителей ФИО3 и ФИО2, а также руководителя этих обществ ФИО6

При таких обстоятельствах, учитывая основной вид деятельности должника, начиная с 2016 года (переработка угля), ФИО2, являясь участником должника, должен был знать о наличии спора в рамках дела о банкротстве


ООО «Сибуглепереработка» и возможном риске либо утраты основного средства, за счет которого осуществляется хозяйственная деятельность, либо истребование действительной стоимости этого имущества.

Кроме того, в период с 28.09.2018 по 22.07.2019 в отношении должника проведена выездная налоговая проверка, по результатам которой принято решение № 1148 от 26.08.2020 о привлечении должника к налоговой ответственности, доначислении недоимки в обще размере 63 005 769 руб. и пени в общем размере 16 383 129, 58 руб.

Об этих обстоятельствах, участники должника, в том числе ФИО2, имеющий, кроме этого тесные экономические связи с должником, не могли не знать, поскольку, исходя из отзыва должника на заявление о признании банкротом, арест денежных средств на счетах должника полностью парализовал производственно-хозяйственную деятельность.

По состоянию на февраль 2022 года большая часть заявленных в деле о банкротстве требований перед АО «Разрез Инской», весь объем заявленных требований ООО «УК Инская», ООО «Офис» ИНН <***>, ООО «Офис» ИНН <***> уже сформировался и существовал риск их истребования.

Общий размер требований к февралю 2022 года составлял более 600 млн. руб.

Согласно объяснениям должника, при аресте денежных средств на счетах и отсутствии поставки угля, фактическая деятельность должника была прекращена. Доказательств восстановления должником хозяйственной деятельности на текущую дату в материалы дела не представлено.

Документов, которые могли бы устранить разумные сомнения относительно компенсационной природы финансирования в рассматриваемой ситуации, в том числе в период, как до введения моратория, так и после его окончания, ФИО2 не представлено.

Разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежи (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт


1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и т.п.) (пункт 3.3 Обзора от 29.01.2020).

Избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, ФИО2 принял на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данный риск не может быть переложен на других кредиторов (пункт 1 статья 2 Гражданского кодекса РФ) и противопоставлен их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

С учетом изложенного суд первой инстанции указал на необходимость понижения требования кредитора в очередности в связи с фактическим предоставлением финансирования должнику в условиях имущественного кризиса.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, полно, детально, подробно, достоверно описав представленные в материалы дела доказательства, верно оценил в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, правильно применив нормы материального, процессуального права сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела, принял по делу правомерный и обоснованный судебный акт, содержащий правильные выводы.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.04.2023 по делу № А2718474/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий В.С. Дубовик

Судьи О.А. Иванов

ФИО1