Постановление от 11 сентября 2023 г. по делу № А70-10565/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-10565/2021
11 сентября 2023 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2023 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.,

судей Горбуновой Е.А., Сафронова М.М.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-7437/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 июня 2023 года по делу № А70-10565/2021 (судья Кондрашов Ю.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, при участии в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>),


в отсутствие представителей участвующих в деле лиц,



установил:

ФИО4 (далее – ФИО4, заявитель, должник) обратился 17.06.2021 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.06.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-10565/2021, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности, к участию в деле привлечен Отдел по опеке, попечительству и охране прав детства города Тюмени и Тюменского района.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 10.08.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 149 от 21.08.2021.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился 11.08.2022 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы), в котором просил суд:

- признать сделку между ФИО2 и ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, совершенной фактически по договору от 10.12.2020;

- признать недействительным договор купли-продажи от 10.12.2020 между ФИО2 и ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета);

- обязать ФИО2 возвратить автомобиль КАМАЗ 6522-63 в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 29.08.2022 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 05.12.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО5.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.06.2023 (резолютивная часть от 13.06.2023) сделка, совершенная между ФИО2 и ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, признана совершенной фактически по договору от 10.12.2020.

Сделка по договору купли-продажи от 10.12.2020 между ФИО2 и ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, признана недействительной.

Суд обязал ФИО2 вернуть автомобиль КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, в конкурсную массу ФИО4

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано на следующее:

- спорное транспортное средство на дату совершения сделки фактически состояло из кабины и рамы, то есть находилось в состоянии, не позволяющем его эксплуатацию по назначению, что обусловило согласование сторонами спорной сделки его стоимости в размере 80 000 руб., с декабря 2018 года по декабрь 2020 года ответчик занимался его ремонтом и укомплектованием с целью дальнейшего использования в своей деятельности, в связи с чем не осуществлял его регистрацию на себя;

- в декабре 2020 года в связи с необходимостью регистрации спорного транспортного средства на ответчика для допуска его к дорожному движению в декабре 2020 года стороны подписали новый договор купли-продажи, 02.04.2021 ФИО2 оформил страховой полис ОСАГО сроком действия по 01.04.2022, в связи с технической неисправностью спорного автомобиля, возникшей после оформления полиса, продление его действия не являлось целесообразным;

- спорное транспортное средство не отчуждалось ФИО2 в пользу ФИО5, полис ОСАГО был оформлен на последнего 03.10.2022 ошибочно, поскольку 29.09.2022 ответчик продал ФИО5 два других аналогичных транспортных средства (КАМАЗ);

- суд первой инстанции направлял процессуальные документы по настоящему делу в адрес ФИО2 по неправильному адресу, в связи с чем о рассмотрении настоящего спора судом ответчик узнал только в июне 2023 года и был лишен возможности представить в дело опровергающие доводы финансового управляющего возражения и доказательства;

- ответчик не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, оснований считать, что спорная сделка совершена в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника, с целью причинения вреда имущественным правам его кредиторов, о чем знал или должен был знать ФИО2, не имеется;

- принимая во внимание неудовлетворительное техническое состояние спорного транспортного средства, в связи с которым оно не пригодно для эксплуатации по назначению, применение последствий недействительности спорной сделки в виде возвращения его в конкурсную массу является нецелесообразным.

ФИО2 также заявлены ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: копии договора купли-продажи автомобиля № 17/10 от 06.11.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Строй Инжиниринг» (далее – ООО «Строй Инжиниринг») и ФИО4, акта приема-передачи автомобиля от 06.11.2018, договора купли-продажи транспортного средства № 29/09/22 от 29.09.2022, отчета об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023, подготовленного частнопрактикующим оценщиком ФИО6 (далее – отчет об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023).

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 14.08.2023 и проведенном путем веб-конференции, представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в ходатайстве о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела, в апелляционной жалобе, указав, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных документов, суд апелляционной инстанции данное ходатайство удовлетворил, с учетом заявленных ФИО2 в апелляционной жалобе доводов о не извещении его судом первой инстанции надлежащим образом о рассмотрении настоящего спора.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 05.09.2023, участвующим в деле лицам предложено представить в материалы дела дополнительные пояснения и документы. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

До начала заседания суда апелляционной инстанции от финансового управляющего поступили письменные пояснения с приложением дополнительных документов, от ФИО2 – письменные пояснения.

Лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции 05.09.2023 не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 15.06.2023 по настоящему делу.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что настоящий обособленный спор рассмотрен судом первой инстанции в отсутствие ФИО2, не извещенного надлежащим образом о времени и месте его рассмотрения арбитражным судом.

На основании статьи 153 АПК РФ разбирательство дела осуществляется в судебном заседании арбитражного суда с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания.

Согласно части 1 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта.

По правилам части 1 статьи 122 АПК РФ копия судебного акта направляется арбитражным судом по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путем вручения адресату непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата, а в случаях, не терпящих отлагательства, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

В настоящем случае в деле имеются уведомление о вручении ФИО2 копии определения Арбитражного суда Тюменской области от 17.10.2022 об отложении судебного заседания по настоящему спору на 05.12.2022, а также письменные пояснения ФИО2 от 10.06.2023.

Следовательно, извещение ФИО2 о судебном процессе осуществлено судом первой инстанции надлежащим образом, более того, ФИО2 принял участие в рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции.

А потому основания считать, что ФИО2 не был извещен судом первой инстанции о рассмотрении настоящего спора, отсутствуют.

Доводы ФИО2 об обратном отклоняются судом апелляционной инстанции как противоречащие материалам дела.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ и для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, финансовым управляющим было установлено, что должнику на праве собственности принадлежал грузовой автомобиль - самосвал КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, который был отчужден им в пользу ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства № 15/09/2020 от 10.12.2018 за 80 000 руб. (пункты 1, 2 договора) и передан должником ответчику по акту приема-передачи транспортного средства от 10.12.2018.

Полагая, что в действительности сделка по отчуждению должником в пользу ответчика спорного автомобиля была совершена 10.12.2020, в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника, в условиях неплатежеспособности последнего, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинила такой вред, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании ее недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что материалы дела свидетельствуют о совершении сторонами спорной сделки 10.12.2020, а не 10.12.2018, при этом согласно заключению об оценке имущества гражданина, представленному в дело конкурсным управляющим, цена спорного имущества на 10.12.2020 составляет 1 552 000 руб., что в 19,4 раза превышает стоимость имущества, согласованную сторонами договора в размере 80 000 руб., доказательства технической неисправности автомобиля на дату совершения спорной сделки или иных обстоятельств, свидетельствующих об обоснованности установления сторонами сделки такой его цены, в дело не представлено.

В связи с этим суд первой инстанции признал сделку между ФИО2 и ФИО4 в отношении спорного автомобиля совершенной фактически по договору от 10.12.2020, признал ее недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, возложив на ФИО2 обязанность вернуть автомобиль в конкурсную массу ФИО4

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Из сведений и документов, имеющихся у регистрирующего органа, самосвал КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, был отчужден должником в пользу ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства № 15/09/2020 от 10.12.2018.

Между тем, как верно указал конкурсный управляющий и установил суд первой инстанции, имеются основания полагать, что в действительности сделка по отчуждению должником данного транспортного средства в пользу ответчика состоялась в 2020 году.

Так, в тексте договора купли-продажи транспортного средства № 15/09/2020 от 10.12.2018 указаны данные паспорта ФИО2, датой выдачи которого является 11.09.2019, то есть после даты, указанной в договоре в качестве даты его заключения.

Номер договора указан как № 15/09/2020, как верно указал финансовый управляющий, имеются основания считать, что использованные в номере договора числа представляют собой дату/месяц/год его заключения, а следовательно, что данный договор был заключен в 2020 году.

Оспариваемый договор и акт приема-передачи к нему текстуально подобны договору купли-продажи и акту от 11.01.2021 между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ЯмалСтройСервис» (далее – ООО «ЯмалСтройСервис»), учредителем которого является отец ответчика ФИО7 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц № ЮЭ9965-22-146473440 от 10.08.2022), данный договор также был оспорен финансовым управляющим в рамках настоящего дела.

По состоянию на 10.08.2019 спорный автомобиль был застрахован на должника (страховой полис № 2899906, выдан 12.11.2018), страховой полис № ХХХ 0166185255 был выдан на имя ФИО2 только 01.04.2021, действовал с 02.04.2021 до 01.04.2022.

Кроме того, спорный автомобиль был зарегистрирован на ответчика только 07.04.2021, то есть спустя более двух лет от указанной в договоре даты его заключения (10.12.2018).

Согласно доводам ФИО2 на дату приобретения им спорного автомобиля последний находился в состоянии, не допускающем его эксплуатацию, с декабря 2018 года по декабрь 2020 года он занимался ремонтом и укомплектованием транспортного средства с целью дальнейшего использования в своей деятельности, в связи с чем не осуществлял его регистрацию на себя.

В декабре 2020 года в связи с необходимостью регистрации спорного транспортного средства на ответчика для допуска его к дорожному движению в декабре 2020 года стороны подписали новый договор купли-продажи, 02.04.2021 ФИО2 оформил страховой полис ОСАГО сроком действия по 01.04.2022, в связи с технической неисправностью спорного автомобиля, возникшей после оформления полиса, продление его действия не являлось целесообразным.

Однако какие-либо доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства (в частности неудовлетворительное техническое состояние автомобиля на дату его приобретения ФИО2, осуществление последним его ремонта и укомплектования, которыми, согласно пояснениям ответчика, был обусловлен факт не осуществления регистрации транспортного средства на ФИО2 до апреля 2021 года), ответчиком в материалы дела не представлены.

Кроме того, ФИО2 не пояснил, в связи с чем договор от декабря 2020 года отсутствует в материалах настоящего обособленного спора, а также по какой добросовестной и законной причине для целей регистрации спорного автомобиля на него в 2020 году сторонам требовалось подписать новый договор купли-продажи (по какой причине договор, якобы подписанный ими 10.12.2018, не являлся, по их мнению, достаточным подтверждением факта отчуждения транспортного средства должником в пользу ответчика).

ФИО2 в письменных пояснениях от 02.09.2023 указал, что договор был перезаключен в 2020 году, поскольку при постановке спорного транспортного средства на учет рукописный договор от 10.12.2018 не был принят ГИБДД.

Между тем из положений Федерального закона от 03.08.2018 № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не следует, что представление сторонами сделки купли-продажи транспортного средства совместно с заявлением о его перерегистрации с продавца на покупателя договора в рукописном виде является основанием для отказа в такой регистрации.

Документы, оформляющие отказ ГИБДД в регистрации спорного автомобиля на ФИО2 по обозначенной последним причине, либо иные доказательства, подтверждающие соответствующие доводы ответчика, им в дело не представлены.

В связи с изложенным оснований считать приведенные доводы ответчика достоверными у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд первой инстанции верно посчитал содержащуюся в тексте договора купли-продажи транспортного средства № 15/09/2020 от 10.12.2018 дату его заключения (10.12.2018) ошибочной (содержащей опечатку) либо указанной сторонами договора намеренно в целях сокрытия действительной даты заключения договора и предупреждения его оспаривания в судебном порядке, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. В действительности данный договор был заключен 10.12.2020.

Производство по делу о банкротстве ФИО4 возбуждено определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.06.2021 по настоящему делу, то есть спорная сделка совершена в пределах срока, установленного пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а потому может быть признана недействительной на их основании.

При этом из дела следует наличие у спорной сделки приведенных выше признаков, обозначенных в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Так, согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Кроме того, даже в условиях оспаривания сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие у сделки недобросовестной цели причинения вреда кредиторам (вывод должником имущества из-под обращения взыскания на него) может доказываться по общим основаниям, без использования презумпции неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 указано следующее: из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, в силу которой недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В настоящем случае из дела усматривается, что по состоянию на дату совершения спорной сделки (10.12.2020) у ФИО4 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника, учтены за реестром.

Так, определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.10.2021 по настоящему делу в реестр требований кредиторов ФИО4 включены требования (далее – ПАО «Сбербанк России») в размере 1 345 301 руб. 32 коп.

Из данного судебного акта следует, что долг перед ПАО «Сбербанк России» в части суммы в размере 953 290 руб. 85 коп. возник у ФИО4 в связи с неисполнением им обязательств по возврату кредитных денежных средств, полученных по кредитному договору № <***> от 30.09.2019, в сумме 850 000 руб. сроком на 72 месяцев (до 30.03.2020) под 15,9% годовых.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.11.2021 по настоящему делу в реестр требований кредиторов ФИО4 включены требования Банка ВТБ (публичное акционерное общество) в размере 200 690 руб. 36 коп.

Из данного судебного акта следует, что долг перед указанным кредитором возник у ФИО4 в связи с неисполнением им обязательств по возврату кредитных денежных средств, полученных по кредитному договору № <***> от 22.08.2019 в размере 414 000 руб. с процентной ставкой 12,881% годовых.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 14.12.2021 по настоящему делу признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ФИО4, требование Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области в размере 39 737 руб.

Как следует из дела, задолженность ФИО4 по обязательным платежам датирована периодами 2017-2019 годами.

Таким образом, на дату совершения спорной сделки (10.12.2020) у ФИО4 имелись признаки неплатежеспособности.

Кроме того, в настоящем случае из материалов дела явно следует, что спорная сделка совершена ФИО4 и ФИО2 с недобросовестной целью вывода принадлежащего должнику транспортного средства в пользу ответчика в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника.

Так, согласно заключению об оценке имущества гражданина, представленному в дело конкурсным управляющим, цена спорного имущества на 10.12.2020 составляет 1 552 000 руб., что в 19,4 раза превышает стоимость имущества, согласованную сторонами договора в размере 80 000 руб.

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном данным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В настоящем случае финансовый управляющий не может обладать достоверными сведениями о стоимости спорного транспортного средства. Документов, свидетельствующих о техническом состоянии спорного транспортного средства на момент отчуждения, ответчиком финансовому управляющему не передавалось, доказательств иного не представлено.

В то же время финансовый управляющий представил в материалы дела доступные ему доказательства – заключение об оценке имущества гражданина, представленному в дело финансовым управляющим, цена спорного имущества на 10.12.2020, подготовленное по итогам анализа управляющим стоимости объектов-аналогов, указанной в объявлениях по их продаже, размещенных на сайте www.avito.ru, из которых, как указано выше, следует, что согласованная сторонами спорной сделки стоимость транспортного средства в 19,4 раза ниже его рыночной стоимости.

При этом ответчиком достоверность сведений, содержащихся в данных объявлениях и в заключении управляющего, надлежащим образом не оспорена, то обстоятельство, что стоимость спорного транспортного средства на дату совершения спорной сделки действительно составляла 80 000 руб., не доказано и не подтверждено.

Доводы ФИО2 о том, что содержащиеся в заключении об оценке имущества гражданина, представленном в дело финансовым управляющим, выводы недостоверны, поскольку таковая проведена без оценки реального технического состояния транспортного средства на момент совершения сделки и на дату проведения оценки, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что в настоящее время спорное транспортное средство находится во владении и пользовании ФИО2, следовательно, действуя разумно и добросовестно, имея действительное намерение содействовать в установлении имеющих значение для разрешения спора обстоятельств, ответчик имел возможность и должен был предоставить спорное имущество управляющему для его осмотра, сообщив управляющему и арбитражному суду о своей готовности совершить все необходимые для обеспечения доступа к имуществу действия.

Между тем соответствующие действия ФИО2 не совершал, о своей готовности предоставить имущество для его осмотра не сообщал, содержащиеся в апелляционной жалобе доводы о том, что, по его мнению, оценка имущества без его осмотра (в том числе в связи с наличием у транспортного средства технической неисправности, которая должна быть учтена при проведении оценки) повлияет на достоверность ее результатов, не заявлял.

При таких обстоятельствах заявление ФИО2 соответствующих доводов в суде апелляционной инстанции не может быть признано добросовестным поведением.

Кроме того, оценка спорного имущества осуществлялась финансовым управляющим на дату совершения спорной сделки.

По каким причинам осмотр транспортного средства управляющим на даты подготовки заключения и рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции (по прошествии трех лет с момента совершения сделки) являлся необходимым для установления достоверной рыночной стоимости имущества на дату его отчуждения должником, ФИО2 не обосновал и не раскрыл.

Помимо прочего, представленный ответчиком в дело 13.07.2023 отчет об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023, которым ФИО2 подтверждает стоимость спорного имущества по состоянию на 10.12.2018 и 10.12.2020, также подготовлен оценщиком на основании предоставленных ему ответчиком документов, без проведения осмотра транспортного средства.

В отчете содержатся пояснения о том, что осмотр транспортного средства не производился в связи с тем, что дата оценки является ретроспективной. Информация о техническом состоянии использована по данным заказчика.

Указанное не только подтверждает объективное отсутствие необходимости в проведении такого осмотра, но и свидетельствует о непоследовательности позиции ФИО2 в вопросе о необходимости осмотра автомобиля для целей получения достоверных результатов его оценки, занимаемой им в рамках настоящего спора.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО2 в рассматриваемой части.

Согласно пояснениям ФИО2 стоимость спорного транспортного средства была определена сторонами спорного договора купли-продажи автомобиля в размере 80 000 руб. с учетом его технического износа и необходимости проведения работ по его ремонту и восстановлению.

Так, ответчик указывает, что у семьи Э-вых с апреля 2016 года имеется бизнес, в том числе по осуществлению деятельности с использованием автомобильного грузового транспорта (ООО «ЯмалСтройСервис»).

В целях ремонта транспортных средств Э-вы приобретали бывшие в употреблении запасные части грузовых автомобилей или сами грузовые транспортные средства в неисправном состоянии.

Предложение о приобретении спорного транспортного средства поступило от ФИО4 Ранее с ним ни ответчик, ни его отец знакомы не были. Ответчик предполагает, что должник узнал о скупке Э-выми бывших в употреблении запасных частей и неисправных автомобилей от работников (владельцев) станций технического обслуживания и ремонта транспортных средств.

Транспортное средство было приобретено ответчиком в технически неисправном состоянии в целях использования в качестве запасных частей.

Спорное транспортное средство на дату совершения сделки фактически состояло из кабины и рамы, то есть находилось в состоянии, не позволяющем его эксплуатацию по назначению.

Впоследствии ответчиком было принято решение о восстановлении транспортного средства за счет ранее бывших в употреблении запасных частей, имеющихся в наличии или приобретенных у третьих лиц по низкой цене с автомобилей, участвовавших в дорожно-транспортных происшествиях.

С декабря 2018 года по декабрь 2020 года ответчик занимался его ремонтом и укомплектованием с целью дальнейшего использования в своей деятельности.

Между тем какие-либо доказательства, подтверждающие данные обстоятельства, ФИО2 в материалы дела представлены не были.

Материалами дела не подтверждается ни факт осуществления семьей Э-вых через ООО «ЯмалСтройСервис» деятельности с использованием автомобильного грузового транспорта и закупки им для ремонта автомобилей неисправных транспортных средств и их запчастей, ни указанные ответчиком обстоятельства получения должником сведений об этом и заключения спорной сделки, ни обозначенное ФИО2 техническое состояние автомобиля на дату ее заключения, ни проведение ответчиком ремонта такового.

Кроме того, ФИО2 не раскрыл и не пояснил, по какой причине при указанных им обстоятельствах предмет спорного договора был обозначен как «самосвал КАМАЗ 6522-63», то есть как целое транспортное средство, пригодное для его эксплуатации по назначению (на обратное в договоре указания также не имеется), а не с указанием на детали такого самосвала (кабину и раму).

В равной степени не подтверждены какими-либо доказательствами имеющиеся в деле пояснения общества с ограниченной ответственностью «Строй Инжиниринг» о том, купленный им в 2016 году за 150 000 руб. спорный автомобиль находился в удовлетворительном техническом состоянии, а в период с 2016 года по 2018 год его состояние ухудшилось, в связи с чем таковой был продан им должнику по договору купли-продажи автомобиля № 17/10 от 06.11.2018 за 99 000 руб.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ответчика о том, что стоимость транспортного средства была определена сторонами оспариваемого договора в размере 80 000 руб. с учетом его технического износа и необходимости проведения работ по его ремонту и восстановлению, как надлежащим образом им не подтвержденные.

ФИО2 13.07.2023 представил в дело отчет об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023, согласно которому стоимость спорного транспортного средства по состоянию на 10.12.2020 составляла 145 000 руб.

Однако согласно данному отчету оценка проводилась 24.06.2023, стоимость транспортного средства определена оценщиком с учетом пояснений ФИО2 о его ненадлежащем техническом состоянии (разукомплектовано, отсутствуют двигатель, КПП, мосты, колеса, электрооборудование, фактически состоит из кабины и рамы), которое, как указано выше, ФИО2 надлежащим образом не подтверждено, осмотр транспортного средства оценщиком, как указано выше, не проводился, следовательно, пояснения ФИО2 о техническом состоянии транспортного средства, данные им оценщику, последним не проверялись.

В отчете об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023 имеются ссылки на предоставленные ответчиком фотографии транспортного средства в разобранном состоянии, однако доказательств, подтверждающих, что на таковых изображено именно спорное транспортное средство по состоянию на дату совершения спорной сделки (10.12.2020) или на иную дату, не имеется.

При этом, помимо прочего, на странице 27 отчета содержится указание на то, что в описанном ФИО2 оценщику техническом состоянии транспортное средство находится с 2018 года по настоящее время, что противоречит его же доводам о том, что кабину и раму таковое представляло собой на дату его приобретения ответчиком у должника, а впоследствии ФИО2 проводил мероприятия по его ремонту и восстановлению до работоспособного состояния.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать представленный ответчиком отчет об оценке № 2023/06/11-09 от 24.06.2023 достоверным доказательством по настоящему делу.

Так или иначе, в данном отчете стоимость спорного автомобиля по состоянию на 10.12.2020 определена в сумме 145 000 руб., что в любом случае почти в два раза превышает стоимость такового, согласованную сторонами спорной сделки в размере 88 000 руб., а следовательно, данный отчет не подтверждает обоснованность доводов ответчика о совершении спорной сделки при наличии равноценного встречного предоставления в пользу должника.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что спорная сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО4

Кроме того, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку в результате совершения спорной сделки из имущественной массы ФИО4 в пользу ФИО2 в отсутствие равноценного встречного предоставления выбыло дорогостоящее транспортное средство, вырученные от продажи на торгах в деле о банкротстве которого денежные средства могли быть направлены на погашение требований кредиторов ФИО4, вред имущественным правам кредиторов в результате совершения спорной сделки был причинен.

Относительно осведомленности ответчика о наличии у спорной сделки противоправной цели суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В настоящем случае ФИО2 приобрел в собственность принадлежавшее должнику транспортное средство по цене, в 19,4 раза ниже рыночной, а потому ответчик не мог не знать, что равноценное встречное предоставление должнику с его стороны отсутствует.

Данное обстоятельство свидетельствует об осведомленности ответчика на момент совершения спорной сделки о наличии у нее противоправной цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим надлежащим образом доказано наличие оснований для признания сделки, совершенной между ФИО2 и ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, недействительной в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности спорной сделки, суд первой инстанции возложил на ФИО2 обязанность вернуть автомобиль КАМАЗ 6522-63, 2011 г.в., (VIN) <***>, г/н <***> (новый г/н <***>), оранжевого цвета, в конкурсную массу ФИО4

По мнению ответчика, принимая во внимание неудовлетворительное техническое состояние спорного транспортного средства, в связи с которым оно не пригодно для эксплуатации по назначению, применение последствий недействительности спорной сделки в виде возвращения его в конкурсную массу является нецелесообразным.

Между тем, во-первых, согласно пункту 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Поэтому применение последствий в случае признания сделки недействительной в рамках дела о банкротстве является обязанностью арбитражного суда.

Суд обязан применить именно те последствия, которые позволяют восполнить имущественную массу должника и восстановить положение, нарушенное оспоренной сделкой, вне зависимости от требования истца. В противном случае, если оспаривание сделки не ведет к применению таких последствий, у истца будет отсутствовать законный интерес в ее оспаривании, поэтому в таких случаях в заявлении о признании недействительной такой сделки следует отказать.

В связи с этим, признав спорный договор купли-продажи транспортного средства между ФИО4 и ФИО2 недействительным и установив, что в настоящее время таковое находится во владении и пользовании ФИО2 (согласно пояснениям самого ответчика), суд первой инстанции был обязан применить последствия недействительности данной сделки в виде возврата автомобиля в конкурсную массу должника.

Во-вторых, как указано выше, достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие, что на дату совершения спорной сделки либо в настоящее время составляющее ее предмет транспортное средство находится в неудовлетворительном техническом состоянии, существенным образом снижающем его рыночную стоимость, в материалах настоящего спора отсутствуют.

Так или иначе, оспаривание совершенных должником сделок имеет целью пополнение конкурсной массы должника для обеспечения наиболее полного удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

При этом, предусматривая в качестве одного из механизмов формирования управляющим конкурсной массы должника оспаривание им сделок, действующее законодательство о банкротстве не проводит ранжирование подлежащих реализации конкурсным управляющим в деле о банкротстве мер (в том числе по оспариванию сделок, по реализации имущества должника) по степени целесообразности их проведения или исходя из иных критериев.

Напротив, Закон о банкротстве предписывает управляющему предпринять все возможные зависящие от него и доступные ему меры, направленные на пополнение конкурсной массы должника, в том числе в части оспаривания всех без исключения подозрительных сделок должника, до тех пор, пока в конкурсную массу поступят денежные средства, достаточные для удовлетворения требований всех кредиторов.

Доказательств того, что в конкурсной массе имеются денежные средства в необходимом для погашения всех требований размере, что от реализации имеющегося имущества такая сумма денежных средств гарантированно поступит в конкурсную массу, в деле нет.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО2 в рассматриваемой части.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 июня 2023 года по делу № А70-10565/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.


Председательствующий


О.Ю. Брежнева

Судьи


Е.А. Горбунова

М.М. Сафронов