Постановление от 27 октября 2019 г. по делу № А40-266761/2018

?????


ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-59866/2019


город Москва                                                                        Дело № А40-266761/18


Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября  2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 октября 2019 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ким Е.А.,

судей: Сташана Б.В., Яниной Е.Н

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда г. Москвы от 09 июля 2019 года

по делу № А40-266761/18, принятое судьей Ждановой Ю.А.

по иску ФИО2

к АО "ЭйТиЭйч"

третьи лица: ФИО3; ООО "БИТИЭМ"; ФИО4; ФИО5

о признании корпоративного договора недействительным в части

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО6 по доверенности от 10.09.2018

от ответчика – ФИО7 по доверенности от 10.09.2019

от третьих лиц – не явился, извещен.


                                                           УСТАНОВИЛ:


ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Москвы  с иском к  АО "ЭйТиЭйч" о признании корпоративного договора недействительным в части.

Арбитражным  судом   города   Москвы  к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ООО "БИТИЭМ", ФИО4, ФИО5.


Решением Арбитражного суда города Москвы от  09 июля 2019 года  по делу № А40-266761/18 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2  обратился  в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить, принять новый   судебный   акт,  удовлетворить заявленные  исковые требования  в  полном  объеме.

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на следующее:

- судом неправильно применены нормы материального права,  не учтено, что п.6 корпоративного договора противоречит  ст.ст.8, 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»;

- судом не дана оценка доводам истца, отраженным в заявлении об изменении предмета иска;

-  суд не дал надлежащую  оценку доводам  о  притворности корпоративного договора, прикрывающимся  договором   купли продажи долей ООО «БиТиЭм».   

    Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей   третьих  лиц, извещенных надлежащим образом о дате и времени судебного заседания.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее  удовлетворить.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель  ответчика возражал  против удовлетворения апелляционной жалобы.   

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

   Заслушав представителей сторон, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу апелляционный суд считает доводы подателя жалобы необоснованными в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции 01 ноября 2017 года между ФИО2 (истец, основатель) и Акционерным обществом «ЭйТиЭйч» (ответчик, покупатель) был заключен корпоративный договор Общества с ограниченной ответственностью «БиТиЭм».

В соответствии с п. 1 ст. 67.2 ГК РФ, участники хозяйственного общества или некоторые из них вправе заключить между собой корпоративный договор об осуществлении своих корпоративных прав (договор об осуществлении прав участников общества с ограниченной ответственностью, акционерное соглашение), в соответствии с которым они обязуются осуществлять эти права определенным образом или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли в его уставном капитале (акции) по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения долей (акций) до наступления определенных обстоятельств.

Пунктом 3 ст. 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ также предусмотрено право учредителей (участников) общества заключить договор об осуществлении прав участников общества.

Истец полагает, что пункты 6.4 и 6.5.4 корпоративного договора являются недействительными поскольку нарушают статьи 1, 22 ГК РФ, статьи 8 и 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что пункты 6.4. и 6.5.4 корпоративного договора, возлагающие на ФИО8 обязанность голосовать определенным образом на общем собрании участников ООО «БиТиЭм», незаконно ограничивают правоспособность истца как участника указанного хозяйственного общества, ограничивают права участника Общества ФИО3.


Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая настоящий спор по существу, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в виду несоответствия заявленных требований  действующему  законодательству.   Истечение срока исковой давности является  также  отдельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Апелляционный суд повторно исследовав и оценив, представленные в дело доказательства, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по примененным нормам материального права и переоценке фактических обстоятельств дела в виду следующего.

В соответствии со статьей 22 ГК РФ никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. Полный или частичный отказ гражданина от правоспособности или дееспособности и другие сделки, направленные на ограничение правоспособности или дееспособности, ничтожны, за исключением случаев, когда такие сделки допускаются законом.

Статья 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» определяеткомпетенцию общего собрания участников и не содержит в себе положений,запрещающих участникам  хозяйственного общества заключать договоры, регулирующие порядок голосования на общем собрании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества вправе заключить договор об осуществлении прав участников общества, по которому они обязуются осуществлять определенным образом свои права и (или) воздерживаться от осуществления указанных прав, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласовывать вариант толкования с другими участниками, продавать долю или часть доли по определенной данным договором цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения доли или части доли до наступления определенных обстоятельств, а также осуществлять согласованно иные действия, связанные  с   управлением   обществом,   с  созданием,   деятельностью,  реорганизацией  и ликвидацией общества. Такой договор заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами.

В соответствии со статьей 67.2 ГК РФ участники хозяйственного общества или некоторые из них вправе заключить между собой корпоративный договор об осуществлении своих корпоративных прав (договор об осуществлении прав участников общества с ограниченной ответственностью, акционерное соглашение), в соответствии с которым они обязуются осуществлять эти права определенным образом или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли в его уставном капитале (акции) по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения долей (акций) до наступления определенных обстоятельств.

Таким образом, действующее гражданское законодательство предусматривает возможность заключения корпоративного договора, устанавливающего для его сторон обязанность голосовать определенным образом при проведении общего собрания участников.

В Определении от 23.04.2013 № 670-О Конституционный Суда Российской Федерации указал, что реализуя предоставленные ему Конституцией Российской Федерации полномочия, федеральный законодатель, обладающий в данной сфере достаточно широкой свободой усмотрения, в целях достижения необходимого уровня правовой определенности соответствующих отношений, поддержания стабильности гражданского оборота и обеспечения разумного баланса интересов всех участников общества с ограниченной ответственностью предусмотрел возможность заключения между ними договора, по которому они обязуются осуществлять определенным образом свои права и (или) воздерживаться от осуществления указанных прав, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласовывать вариант голосования с другими участниками, продавать долю или часть доли по определенной данным договором цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения доли или части доли до наступления определенных обстоятельств, а также осуществлять согласованно иные действия, связанные с управлением обществом, с созданием, деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общества (пункт 3 статьи 8 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Названное законодательное регулирование, принятое в развитие положений статей 8 (часть 1), 17 (часть 3). 34 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, отражает общий подход к регулированию такого рода отношений (статья 32.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ "Об акционерных обществах").

Правовое содержание любого корпоративного договора заключается в том, что участники хозяйственного общества добровольно ограничивают объем принадлежащих им корпоративных прав и принимают на себя обязательства использовать данные права с учетом интересов других участников корпоративного договора.

Таким образом, позиция ответчика который полагает, что любое условие корпоративного договора, ограничивающее права участника и/или ставящее реализацию этих прав в зависимость от волеизъявления других участников, является несостоятельной, противоречит буквальному содержанию норм права (ст. 8 ФЗ «Об Обществах с ограниченной ответственностью», ст. 67.2. ГК РФ) и общему смыслу данного правового института.

Таким образом, довод ответчика о том, что пункты 6.4 и 6.5.4 корпоративного договора противоречат положениям действующего законодательства, судом отклоняется как документально не подтвержденные.

Доводы апелляционной жалобы  по трактовке пунктов корпоративного договора  (64 и 6.5.4) и их недействительности положениям ст.ст.  8 и 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» повторяют позицию  заявителя  апелляционной  жалобы,  изложенной им  в   суде  первой инстанции. 

 Судом  первой инстанции дана  оценка  доводам  истца  о том,  что пункты 6.4 и 6.5.4 корпоративного договора являются незаконными поскольку ограничивают права участника Общества ФИО3.

Истец указывает, что поскольку пункты 6.4 и 6.5.4 корпоративного договора являются недействительными, положения раздела 11 корпоративного договора, устанавливающие штрафную неустойку за нарушение обязательств, предусмотренных пунктами 6.4 и 6.5.4, и также являются недействительными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Согласно статье 421 ГК РФ стороны свободны в определении условий договора.

Допустимым является включение в корпоративный договор условий о выплате штрафной неустойки за нарушение обязанностей, предусмотренных таким договором, в том числе обязанности проголосовать определенным образом при проведении общего собрания участников хозяйственного общества.

Положения раздела 11 корпоративного договора, устанавливающие штрафную неустойку за нарушение обязательств, предусмотренных пунктами 6.4 и 6.5.4, соответствует требованиям действующего законодательства.

ФИО3 не является стороной корпоративного договора, и его условия никак не могу ограничивать его права как участника ООО «БиТиЭм».

Апелляционный   суд  поддерживает  вывод  суда  первой инстанции о том,  что истец (ФИО2) не обладает полномочиями по защите прав и охраняемых законом интересов ФИО3 и не может предъявлять исковые требования о признании Корпоративного договора недействительной сделкой, ссылаясь на нарушения прав третьего лица.

Сам ФИО3 о недействительности корпоративного договора не заявляет и не считает, что его условия нарушают права ФИО3 как участника ООО «БиТиЭм».

Истец также  указывает, что положения пунктов 6.2-6.8 корпоративного договора определяют структуру органов управления ООО «БиТиЭм» и их компетенцию поэтому противоречат положениям пункта 2 статьи 67.2 ГК РФ.

Обжалуемые пункты корпоративного договора не определяют структуру органов управления ООО «БиТиЭм» и их компетенцию. Пункты 6.5.1-6.5.4 корпоративного договора определяют перечень случаев, при наступлении которых АО «ЭйТиЭйч» вправе инициировать вопрос о смене единоличного исполнительного органа. То есть оспариваемые положения корпоративного договора определяют порядок действий сторон по управлению Обществом, что полностью соответствует требованиями статьи 8 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статьи 67.2 ГК РФ.

Истец указывает, что положения пунктов 6.6, 6.7, 6.8 корпоративного договора не соответствуют статье 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Положения действующего законодательства (статья 8 ФЗ«Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 67.2 ГК РФ)предусматривают возможность заключения участниками хозяйственного обществадоговора, регулирующего порядок управления организацией. Поэтому положенияпунктов 6.6, 6.7, 6.8 корпоративного договора, предусматривающие обязанностьФИО2 согласовывать с АО «ЭйТиЭйч» определенные действия, связанные суправлением ООО «БиТиЭм», соответствуют требования действующего законодательства. Доказательств обратного суду не представлено.

Истцом заявлялось, что пункты 6.2-6.8 корпоративного договора являются недействительными в связи со сменой субъектного состава ООО «БиТиЭм».

Положениями действующего законодательства не предусмотрено, что какие-либо условия корпоративного договора становятся недействительными в результате изменения субъектного состава участников хозяйственного общества.

В рассматриваемом случае в корпоративном договоре стороны предусмотрели, что часть принадлежащей истцу доли будет отчуждена ФИО3 (п. 4.2 корпоративного договора). То есть при заключении корпоративного договора стороны предполагали изменение субъектного состава участников ООО «БиТиЭм» и не ставили действительность условий корпоративного договора в зависимость от сохранения существующего субъектного состава участников.

Уставом ООО «БиТиЭм» предусмотрено, что любые решения, относящиеся к компетенции общего собрания участников Общества, принимаются единогласно. Данные нормы Устава позволяют миноритарному участнику заблокировать принятия любого решения, относящего к компетенции общего собрания. До ноября 2017 года ФИО2 являлся единственным участником ООО «БиТиЭм». После приобретения АО «ЭйТиЭйч» долей в уставном капитале ООО «БиТиЭм» истцом и ответчиком была достигнута договоренность о том, что корпоративные права ФИО2 должны быть ограничены таким образом, чтобы реализация этих прав не приняла форму злоупотребления, и АО «ЭйТиЭйч», как мажоритарный участник Общества, имело возможность при возникновении определенных обстоятельств сменить единоличный исполнительный орган Общества.

Ответчик в судебном заседании пояснил суду, что именно поэтому в корпоративный договор были включены положения, предусматривающие, что при возникновении обстоятельств, перечисленных в пункте 6.5.4, АО «ЭйТиЭйч» вправе инициировать вопрос о смене генерального директора, а ФИО2 обязан обеспечить принятие такого решения, в том числе проголосовать за смену единоличного исполнительного органа на общем собрании участников. Исполнение данной обязанности было обеспечено включение в корпоративный договор условий о крупном штрафе за нарушение ФИО2 принятых на себя обязательств (пункт 11.1. корпоративного договора).

Довод  апелляционной  жалобы  о том,  что  судом  оставлены   без  внимания  доводы  истца  о притворности    оспариваемой   сделки отклоняются   апелляционным  судом  как  основание  для  отмены  судебного акта.  

Апелляционная  жалоба  не  содержит  документально обоснованных  доводов  опровергающих   выводы  суда и  фактические обстоятельства дела. 

Корпоративный договор был заключен в            нотариальной форме, в удостоверительной надписи нотариуса указано, что содержание договора соответствует волеизъявлению его участников.

В пункте 2.21 приложения № 1 «Заверения сторон» корпоративного договора стороны констатировали, что заключение и исполнение договора не нарушает какие-либо положения законодательства, договорные обязательства и (или) судебные решения. При заключении и исполнении корпоративного договора ФИО2 не оспаривал законность его положений.

Ответчик также пояснил суду, что иск о признании корпоративного договора недействительной сделкой был подан ФИО2 после того, как к нему были предъявлены требования об уплате штрафа.

Требования о взыскании с ФИО2 штрафа за нарушение условий Корпоративного договора являются предметом рассмотрения Арбитражным судом города Москвы в рамках дела № А40-241064/18-48-1316 и № А40-253484/18-58-2202).

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требованиязакона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, чтодолжны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию опризнании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий еенедействительности составляет один год. Течение срока исковой давности поуказанному требованию начинается со дня когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах,       являющихся  основанием для признания сделки  недействительной.

О содержании корпоративного договора истцу было известно с момента его заключения, то есть с 01 ноября 2017 года, срок исковой давности по оспариванию корпоративного договора как сделки, противоречащей требованиям закона, истек 01 ноября 2018 года. Исковое заявление по настоящему делу подано в суд с использованием электронных каналов связи 09 ноября 2018 года, то есть за пределами срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является отдельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах,  суд первой инстанции пришел  к обоснованному   выводу  об отказе   в удовлетворении  исковых  требований  в полном объеме.

  Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению утверждений, заявленных  в суде  первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследование   которых   судом первой инстанции привело  к принятию  неправильного решения, в связи, с чем оснований для отмены судебного акта  суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,


                                                        ПОСТАНОВИЛ:


Решение Арбитражного суда г. Москвы от 09 июля 2019 года по делу № А40-266761/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Председательствующий судья                                                       Е.А. Ким



Судьи:                                                                                              Б.В. Стешан


                                                                                                          Е.Н. Янина