Постановление от 12 мая 2025 г. по делу № А65-29055/2022

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, <...>, тел. <***>, http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу 11АП-4023/2025

Дело № А65-29055/2022
г. Самара
13 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 мая 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А., судей Гольдштейна Д.К., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Туфатулиной И.В.,

с участием:

ФИО1 – лично (паспорт), конкурсный управляющий ФИО2 – лично (паспорт),

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 28 апреля 2025 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 марта 2025 года по заявлению ФИО1 о признании торгов по реализации нежилого помещения с кадастровым № 16:50:110602:3473 недействительными в рамках дела № А65-29055/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.07.2023 г. гражданка ФИО1 признана несостоятельной (банкротом) и в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 22 апреля 2024 года поступило заявление ФИО1 о пересмотре решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.07.2023 г. по вновь открывшимся, либо новым обстоятельствам (вх. 23018).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2024 заявление возращено.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2024 года определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2024 года по делу № А65-29055/2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2024 г. назначено судебное заседание.

В ходе судебного заседания от 26.11.2024 г. должник уточнил свое требование: просил признать недействительными торги по реализации нежилого помещения с кадастровым № 16:50:110602:3473, расположенного по адресу: <...>, а также заявил о расторжении договора купли – продажи с покупателем имущества.

07 марта 2025 года вынесено определение следующего содержания.

«В удовлетворении заявления ФИО1 о признании торгов по реализации нежилого помещения с кадастровым № 16:50:110602:3473, расположенного по адресу: <...>, недействительными, расторжении договора купли – продажи с покупателем имущества, отказать.

В утверждении локального плана реструктуризации задолженности по кредитному договору <***> от 19.07.2013, отказать.

В удовлетворении ходатайства ФИО1 об исключении из конкурсной массы ФИО1 нежилого помещения с кадастровым № 16:50:110602:3473, расположенного по адресу: <...>, отказать.»

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 марта 2025 года в рамках дела № А65-29055/2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 апреля 2025 года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

ФИО1 в судебном заседании апелляционную жалобу поддержала, просила определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Конкурсный управляющий ФИО2 в судебном заседании поддерживала доводы отзыва, возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила определение суда первой инстанции оставить без изменений, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

АО «ТИМЕР БАНК» в отзыве возражало против удовлетворения апелляционной жалобы, просило судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы провести без его участия.

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что в силу статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица; признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. Таким образом, торги являются способом заключения договора, и признание их недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

Требование арбитражного управляющего и любого другого заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже имущества должника, после введения в отношении должника процедуры банкротства и вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Лицо, обращающееся с требованием о признании торгов недействительными, должно доказать наличие защищаемого права или интереса с использованием мер, предусмотренных гражданским законодательством.

Нарушения порядка проведения торгов не могут являться основаниями для признания торгов недействительными по иску лица, чьи имущественные права и интересы данными нарушениями не затрагиваются и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки.

В силу статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

В соответствии с пунктом 5 информационного письма от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства» при рассмотрении иска о признании публичных торгов недействительными суд должен оценить, являются ли нарушения, на которые ссылается истец, существенными и повлияли ли они на результат торгов.

Как следует из материалов дела, согласно сведений из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имеющееся у него объекты недвижимости за ФИО1 на дату признания ее банкротом зарегистрированы следующие объекты недвижимости: нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.03.2023 г. требование акционерного общества «Тимер Банк», г.Казань (ИНН <***>) в размере 1 398 883,78 руб. основного долга, 2 360 744,23 руб. процентов, 5 901 716,49 руб. неустойки включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО1 как обеспеченное залогом имущества должника: нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>.

По результатам торгов на основании протокола о результатах торгов № 112823-1 от 20.03.2024г. победителем признана ФИО3, с которой заключен договор купли продажи. Стоимость реализации имущества составила 4 410 000 рублей 00 копеек, произведена регистрация права собственности на победителя торгов. Денежные средства от реализации в полном объеме поступили на расчетный счет должника. Поскольку в реестре требований кредиторов ФИО1 отсутствуют кредиторы первой и второй очереди, залоговому кредитору подлежит направлению 90% процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога.

В соответствии со ст.213.27 Закона о банкротстве десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, направляются для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

На погашение требований кредитора, обеспеченного залогом имущества должника направлено 3 881 198,32 руб., произведена оплата текущих коммунальных платежей за нежилое помещение, являющееся предметом залога, оплата услуг ЭТП, оплата сообщений, связанных с реализацией предмета залога.

В обоснование заявления должник указывал, что нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...> ему не принадлежит, в связи с тем, что апелляционным определением Верховного суда Республики Татарстан от 20.02.2023 г. по делу № 2-2893/2022 признано прекращенным право собственности должника на указанное помещение, право собственности на указанное помещение признано за АО «Тимер Банк».

Между тем, в соответствии со ст.8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра. В государственном реестре должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить объект, на который устанавливается право, управомоченное лицо, содержание права, основание его возникновения.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество не содержит записей о прекращении права собственности ФИО1 на указанное выше нежилое помещение.

Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 8.1, пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на недвижимые вещи подлежит государственной регистрации и возникает, прекращается с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество – юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация права в ЕГРН является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть

оспорено только в судебном порядке (части 3, 5 статьи 1 Закона № 218-ФЗ, пункт 52 постановления Пленумов № 10/22).

Согласно пункту 2 статьи 223 ГК РФ в отношении недвижимого имущества момент перехода права собственности императивно привязан к моменту регистрации такого перехода.

Следовательно, определение суда о признании сделки недействительной в отсутствие зарегистрированных прав не является доказательством наличия права и не порождает правовых последствий.

Таким образом, подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются права.

Согласно сведениям из ЕГРН нежилое помещение зарегистрировано за должником.

Поскольку на момент открытия процедуры банкротства недвижимость не была передана (в силу отсутствия соответствующей записи в государственном реестре о переходе права на имущество), объекты недвижимости на основании приведённого положения входят в конкурсную массу должника.

После признания должника банкротом в отсутствие заявления кредитора о регистрации обратного перехода права собственности на недвижимость к АО «Тимер Банк» такая регистрация стала невозможной.

По общему правилу с момента признания должника банкротом и открытия в отношении него процедуры банкротства требования кредиторов по не денежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежные (пункт 1 статьи 126 Закона о банкротстве и разъяснения, приведенные в абзаце 2 пункта 34 постановления Пленума ВАС РФ № 35).

Такие требования подлежат денежной оценке, рассматриваются по правилам статьи 100 Закона о банкротстве и удовлетворяются в общем порядке, предусмотренном статьями 134 и 142 названного Закона.

Требование АО «Тимер Банк» (кредитора по не денежному обязательству о возврате имущества в его собственность), не являющееся текущим, трансформируется в денежное, в связи с чем подлежит денежной оценке, должно рассматриваться по правилам статьи 100 Закона о банкротстве и удовлетворяться наравне с требованиями иных кредиторов в общем порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

Нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...> является предметом залога в АО «Тимер Банк».

Требование акционерного общества «Тимер Банк», г.Казань (ИНН <***>) в размере 1 398 883,78 руб. основного долга, 2 360 744,23 руб. процентов, 5 901 716,49 руб. неустойки включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО1 как обеспеченное залогом имущества должника: нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>.

Таким образом, АО «Тимер Банк» реализовало свое право путем включения требований в реестр требований кредиторов ФИО1 как обеспеченное залогом имущества должника: нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>.

В связи с чем, указанное нежилое помещение правомерно включено в конкурсную массу должника, как обремененное залогом.

Кроме того, определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 27.01.2022 по делу № 88-1156/2022 установлено, что оставление за собой предмета залога - имущественного права требования в порядке исполнения, в сложившейся ситуации также не может повлечь признание отсутствующим обременения и погашение записи о наличии ипотеки в ЕГРН, поскольку реально предмет залога банку не передан в связи с последующей регистрацией ФИО1 права собственности на предмет залога - нежилое помещение (абз. 2 стр. 6).

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии нарушения правил проведения торгов, в том числе со стороны финансового управляющего. В связи с чем, заявление о признании действий финансового управляющего незаконными подлежит отклонению.

Согласно п. 1 ст. 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов.

Торги могут быть признаны недействительными в случае, если кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

Доказательств, подтверждающих наличие указанных в п. 1 ст. 449 ГК РФ обстоятельств в материалы дела не представлено.

Порядок проведения торгов в электронной форме по продаже имущества или предприятия должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, предусмотрен Приказом Минэкономразвития России от 23.07.2015 N 495. Нарушение указанного Порядка также является основанием для оспаривания торгов. При рассмотрении спора о признании торгов недействительными следует исходить из того, являются ли допущенные нарушения существенными, повлияли ли они на результат торгов, затрагивают ли они имущественные права и интересы заявителя (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.07.2018 N Ф09-649/17)

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 года N 101 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными торгов, проводимых в рамках исполнительного производства" разъяснено, что нарушение порядка проведения торгов не может являться основанием для признания торгов недействительными по иску лица, чьи имущественные права и интересы данными нарушениями не затрагиваются и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании торгов недействительными, должно доказать наличие защищаемого права и интереса. Согласно пункту 5 указанного информационного письма при рассмотрении вопроса о недействительности публичных торгов ввиду допущенных нарушений подлежит выяснению вопрос о том, являются ли допущенные нарушения существенными и повлияли ли они на результат торгов.

Доказательства несоответствия торгов по реализации имущества действующему законодательству должником не представлены, в связи с чем, заявление в части признания торгов недействительными подлежит отклонению.

Кроме того, согласно письменным уточнениям, должник просил исключить из конкурсной массы нежилое помещение 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>, поскольку задолженность по кредитному договору перед АО «Тимер Банк» отсутствует в связи с полным погашением.

Однако указанный довод должника о погашении задолженности опровергается определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.03.2023 г., согласно

которому требования кредитора признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника.

Указанное определение не обжаловано, вступило в законную силу.

Согласно ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, довод должника об исполнении требований перед кредитором АО «Тимер Банк» в полном объеме опровергается судебным актом.

Оснований для признания требований залогового кредитора погашенным судом не установлено, а также отсутствуют основания для погашения записи об обременении.

В части ходатайства должника об утверждении локального плана реструктуризации задолженности и исключении нежилого помещения в качестве единственного жилья, судом установлено следующее.

Как следует из письменных пояснений, должник признает задолженность перед кредитором на сумму 1 125 685,61 руб. и готов выплатить указанную сумму за 36 месяцев по 32 268,30 руб. ежемесячно.

Согласно устоявшейся в правоприменительной практике правовой позиции, неоднократно сформулированной в судебных актах Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ, базирующейся на положениях абзацев 2 и 3 пункта 1 статьи 446 ГПК РФ и статей 50 и 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом договорной или законной ипотеки.

При отсутствии же просрочки по обеспеченному обязательству принятие подобного решения может существенным образом нарушить баланс взаимных прав и обязанностей участников спорных отношений, в том числе принимая во внимание нахождение в залоге единственного пригодного для проживания жилья.

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника, членов его семьи (в том числе правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Основным обстоятельством для утверждения плана реструктуризации является необходимость установления его экономической обоснованности и фактической исполнимости.

Как разъяснено в пункте 31 постановление Пленума ВС РФ N 45, арбитражный суд не утверждает план реструктуризации долгов, если такой план является именно заведомо экономически неисполнимым.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В данном случае из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.03.2023 требование акционерного общества «Тимер Банк», г.Казань (ИНН <***>) в размере 1 398 883,78 руб. основного долга, 2 360 744,23 руб. процентов, 5 901 716,49 руб. неустойки включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО1 (ИНН <***>, дата,

место рождения: 17.08.1971г., село Бишмунча Альметьевский район ТАССР, адрес: Россия 420066, г.Казань, РТ, ул.Ибрагимова, д.5810, кв.61) как обеспеченное залогом имущества должника: нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>.

Таким образом, общий размер задолженности перед кредитором составляет 9661344,50 руб., тогда как должником предложен план реструктуризации на сумму 1 125 685,61 руб. (с учетом уточнения).

Кроме того, из материалов дела следует, что должник не трудоустроен, денежные средства в качестве заработной платы в конкурсную массу не поступают.

Между тем, должником в материалы дела представлена справка от 18.02.2025 г., выданная ИП ФИО4, согласно которой должник получает заработную плату в размере 45 000 руб. ежемесячно.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как следует из отчета финансового управляющего, денежные средства, получаемые должником в качестве заработной платы, в конкурсную массу не поступали.

Таким образом, представленный должником план реструктуризации нарушает права кредитора и является экономически не обоснованным.

В части исключения нежилого помещения в качестве единственно пригодного для проживания имущества, судом также установлено следующее.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

С учетом особенностей рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) суд вправе по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Таким образом, при решении вопроса об исключении имущества из конкурсной массы основным вопросом является возможность обращения на него взыскания в соответствии с действующим законодательством.

В обоснование заявленного ходатайства, должником указано, что нежилое помещение 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...>

д.61Д, пом. 2020, является единственным источником доходя для оплаты арендных платежей жилого помещения, расположенного в г. Москве, где должник проживает с несовершеннолетним ребенком, в случае исключения нежилого помещения из конкурсной массы, должник намерен использовать нежилое помещение в качестве жилого.

Между тем, заявленное ходатайство противоречит ранее занимаемой позиции должника о принадлежности нежилого помещения АО «Тимер Банк».

В ходе судебного заседания установлено, что должник зарегистрирован по адресу: РТ, <...>.

Жилой дом (квартира, комната, иное жилое помещение), в котором гражданин зарегистрирован и постоянно или преимущественно проживает по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, признается постоянным местом жительства гражданина (абзац восьмой статьи 2 Закона Российской Федерации

от 25 июня 1993 г. № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» (далее – Закон № 5242-1)).

Согласно абзацу девятому статьи 2 Закона № 5242-1 Регистрация по месту жительства является бессрочной, постоянной.

Аналогичное положение содержится также в абзаце втором пункта 3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 г. № 713.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации

от 30 июня 2011 г. № 13-П указано на то, что регистрация граждан осуществляется вне привязки к населенному пункту, при том, что она носит обязательный характер и должна осуществляться независимо от местонахождения соответствующего жилого строения (при условии, что оно пригодно для постоянного проживания).

В силу абзацев второго и третьего части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности, в том числе на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 16.07.1998 N 02-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В силу пункта 1 статьи 50 Закона об ипотеке залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества требований, указанных в настоящем пункте и вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства должником, в отношении которого введены процедуры, применяемые в деле о банкротстве.

Таким образом, сам по себе факт наличия у гражданина-должника жилого помещения, являющегося для него и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания, не препятствует обращению взыскания на него, если оно обременено ипотекой. Изложенное соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.11.2013 N 6283/13.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях N 9787-О-О от 15.07.2010, N 1341-0_0 от 19.10.2010, N 13-ОО от 19.10.2010, при решении вопроса об обращении взыскания на принадлежащее гражданину-должнику имущество, являющееся для него и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением, которое передано в залог, судам, органам принудительного исполнения надлежит руководствоваться Законом об ипотеке. Предоставленное залогодержателю право обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 Закона об ипотеке требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности, неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное, направлены на обеспечение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и в качестве таковых служат реализации предписаний части 3 статьи 17, статей 35, 46 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.

Из смысла указанных норм следует, что наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещении является предметом ипотеки.

Спорное помещение является нежилым, на которое не распространяется исполнительский иммунитет, и не может расцениваться в качестве жилого как по критериям несоответствия требованиям, предъявляемым к жилому помещению, так и по составу и назначению расположенных в здании помещений.

Возражая по существу заявления, должником указано, что спорное нежилое помещение находится на втором этаже в нежилой части дома, первый и второй этаж которого представляют собой офисные помещения.

Нежилое помещение, кадастровый номер 16:50:110602:3473, площадью 25,8 кв.м., расположенное по адресу: <...> Д.61Д, пом.2020 не отвечает критериям жилого помещения, в том числе не имеет коммуникаций (водоснабжение, водоотведение).

На этаже находится более 20 офисных помещений и один санузел общего пользования площадью не более 3 кв.м.

Таким образом, доказательств того, что спорное помещение относится к жилому и является единственным пригодным жильем, в котором должник постоянно проживает, в материалах дела не содержится.

Должник никогда в указанном помещении не проживал и никогда не использовал его в целях проживания, не пытался перевести указанное помещение в статус жилого.

Исходя из технических характеристик и параметров нежилого помещения у него не выявлено признаков жилого помещения, пригодного для проживания.

При этом порядок перевода нежилого помещения в жилое установлен нормами Жилищного кодекса Российской Федерации.

Для перевода нежилого помещения в жилое помещение необходимым условием является установление возможности использования его в качестве жилого помещения и признаков жилого помещения пригодного для проживания. Кроме того, обязательным условием является наличие всех коммуникаций необходимых для проживания должника, а также согласие каждого собственника всех помещений, примыкающих к переводимому помещению, на перевод нежилого помещения в жилое помещение.

Кроме того, должник в ходе судебных заседаний пояснил, что проживает в г.Москва.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания нежилого помещения пригодным для проживания и исключения имущества из конкурсной массы должника.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 отклонены судом апелляционной инстанции.

Приводимые ФИО1 в обоснование своих возражений доводы относительно размера задолженности перед АО «Тимер Банк», а также наличия у него статуса залогового кредитора не могут быть приняты во внимание, поскольку требование банка установлено вступившим в законную силу определением суда, ранее принятым в рамках дела о банкротстве.

Заявителем указано, что по кредитному договору <***> от 19.07.2013 она платила до августа 2018 года, общая сумма оплат составила 1 300 097 руб. Также ею были уплачены паевые взносы в ЖСК в сумме 830 420 руб.

При этом внесение паевых взносов в ЖСК не влечет погашение обязательств по кредитному договору <***> от 19.07.2013 и не прекращает залог, а является затратами на нежилое помещение, право собственности на которое было зарегистрировано за ФИО1 с внесением записи об ипотеке.

По кредитному договору <***> от 19.07.2013, ФИО1 был предоставлен кредит в размере 1 438 500 руб. на срок 10 лет и 2 месяца под 17 % годовых. Срок оплат по кредитному договору заканчивался 19.09.2023г.

Соответственно, должник прекратил внесение платежей по кредитному договору в середине срока кредитования.

Из мирового соглашения, заключенного между кредитором и должником, утвержденного определением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 18.06.2018 по делу № 2-1091/2018, следует, что ответчик признал требования кредитора по кредитному договору в размере 2 311 233,05 руб., в том числе 1 397 160,93 руб. основного долга, 422 737,44 руб. задолженности по просроченным процентам, 266 407,37 руб. задолженности по неустойке за несвоевременную уплату основного долга, 198 583,30 руб. задолженности по неустойке за несвоевременную уплату процентов, 26 344 руб. задолженности по уплате государственной пошлины.

Мировое соглашение ФИО1 не исполнялось.

Указания ФИО1 об исполнении мирового соглашения, утвержденного определением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 18.06.2018 по делу № 2-1091/2018, не соответствуют обстоятельствам дела.

Оплаты по кредитному договору в пользу АО «ТимерБанк» ФИО1 перестала производить в августе 2018 года, при том что мировым соглашением, утвержденным определением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 18.06.2018 по делу № 2-1091/2018 оплаты должны были вноситься Должником согласно графику по август 2033 года.

На дату признания должника банкротом право собственности на нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...> зарегистрировано было за должником.

Таким образом, АО «Тимер Банк» не получил ни денежные средства в счет исполнения мирового соглашения, ни сам предмет залога.

Указания должника на то, что АО «Тимер Банк» получил возврат кредитных средств от ООО «Ресейлер» ввиду непередачи по акту приема-передачи нежилого помещения, нельзя признать обоснованными, поскольку право собственности на нежилое помещение общей площадью 25,8 кв.м., кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...> зарегистрировано за должником ФИО1.

Ссылка должника на п.5 ст.61 Федерального закона № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» распространяется в отношении жилого помещения являющегося предметом залога. В данном случае АО «Тимер Банк» являлся залогодержателем нежилого помещения.

Дело о банкротстве в отношении ФИО1 возбуждено определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу А65-29055/2022 от 27.10.2022г. на основании заявления кредитора АО «Тимер Банк». Процедура реструктуризации долгов гражданина в отношении ФИО1 введена определением от 28.02.2023г.

Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан, которым признано право собственности АО «Тимер банк» на нежилое помещение кадастровый № 16:50:110602:3473, расположенное по адресу: <...> вынесено 20.02.2023г.

На дату признания ФИО1 банкротом нежилое помещение было зарегистрировано за ней, банку не передавалось, право собственности банка на это имущество не зарегистрировано.

В связи с этим применительно к положениям ст.213.25 Закона о банкротстве спорное имущество составило конкурсную массу должника, а кредитор АО «Тимер Банк» приобрел право предъявления требования в деле о банкротстве, обеспеченного залогом имущества должника.

Суд также обоснованно установил, что спорное нежилое помещение не обладает исполнительским иммунитетом, не является имуществом, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством. В связи с чем не подлежит исключению из конкурсной массы.

Несогласие ФИО1 с фактом продажи ее имущества в деле о банкротстве не свидетельствует о незаконности включения в конкурсную массу, принадлежащего ей имущества и не может являться основанием для признания торгов недействительными.

Спорное помещение является нежилым (офисом), на него не распространяется исполнительский иммунитет, и оно не может расцениваться в качестве жилого как по критериям несоответствия требованиям, предъявляемым к жилому помещению, так и по составу и назначению расположенных в здании помещений.

В части заключения локального плана реструктуризации с залоговым кредитором АО «Тимер Банк» суд отметил, что законодательство не предусматривает заключение такого плана в отношении нежилых помещений, являющихся предметом залога.

Залоговый кредитор АО «Тимер Банк» согласие на заключение такого соглашения не выражал.

Финансовый управляющий также указывал на фактическую неисполнимость плана со стороны должника, возможное нарушение прав и законных интересов банка.

В связи с вышеизложенным доводы апелляционной жалобе не могут быть признаны обоснованными и подлежит отклонению.

Затраты, понесенные ФИО1 на приобретение нежилого помещения и его ремонт, не имеют значения при рассмотрении настоящего спора.

Таким образом, обжалуемое определение является законным и обоснованным,

вынесенным при полном и всестороннем рассмотрении дела, с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

В соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на должника.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 марта 2025 года по делу № А65-29055/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб., уплаченную по чеку ПАО «Сбербанк» от 18.03.2025.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Я.А. Львов

Судьи Д.К. Гольдштейн

А.В. Машьянова