Постановление от 27 апреля 2021 г. по делу № А65-16002/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А65-16002/2017
г. Самара
27 апреля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 27 апреля 2021 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Александрова А.И., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,


рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.02.2021 по заявлениям конкурсного управляющего ФИО3 и конкурсного кредитора ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «КамГЭС-СтройГрад», ИНН1661045588, ОГРН <***>


при участии в судебном заседании:

представитель ООО «Камгэсэнергострой» - ФИО4, доверенность от 25.08.2020.



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2018 ООО «КамГЭС-СтройГрад» признано несостоятельным, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.10.2019 принято к производству заявление конкурсного кредитора ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ПАО «Камгэсэнергострой» и ПАО «ХК «Ак Барс».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2019 принято к производству заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ПАО «Камгэсэнергострой», ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2019 объединены в одно производство в целях совместного рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 и конкурсного кредитора ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2020 в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств, о выделении требования в отдельное производство, о привлечении третьих лиц отказано, заявление удовлетворено частично, ПАО «Камгэсэнергострой» привлечено к субсидиарной ответственности, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, в остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда 17.08.2020 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2020 по делу № А65-16002/2017 в обжалуемой части (касающаяся удовлетворения требований о привлечении к субсидиарной ответственности ПАО «Камгэсэнергострой» и отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности АО «ХК «АкБарс») оставить без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.12.2020 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2020 в части привлечения ПАО «Камгэсэнергострой» к субсидиарной ответственности и приостановления производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, отменено. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2020 по делу № А65-16002/2017 оставлены без изменения.

При новом рассмотрении по результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 02.02.2021 следующего содержания:

«в удовлетворении заявления отказать».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2021 ФИО3 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Конкурсный кредитор ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.02.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021 восстановлен срок подачи апелляционной жалобы, апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 20.04.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От конкурсного управляющего ФИО10 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

От ООО «Камгэсэнергострой» поступил отзыв на апелляционную жалобу. Отзыв приобщен к материалам дела.

Представитель ООО «Камгэсэнергострой» в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Право на подачу конкурсным управляющим и конкурсным кредитором заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности предусмотрено в пункте 1 статьи 61.14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В указанной статье предусмотрен ограниченный круг лиц, которым предоставлено право на подачу заявления о привлечении ответственных лиц к субсидиарной ответственности.

К числу указанных лиц относятся конкурсный управляющий и конкурсный кредитор, которыми реализовано право на подачу настоящего заявления при обнаружении им обстоятельств, свидетельствующих о нарушении контролирующими должниками лицами требований закона.

Судом первой инстанции установлено, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим в арбитражный суд нарочно 22.10.2019, а конкурсным кредитором подано в арбитражный суд посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» – 25.09.2019.

Данные заявления предъявлены в арбитражный суд после внесенных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» изменений.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее -Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Таким образом, рассмотрение заявления конкурсного кредитора производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В пункте 3 статьи 4 приведенного закона содержатся следующие положения.

Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции данного закона).

Судом первой инстанции установлено, что ответчик относится к контролирующим должника лицам, являясь единственным участником должника. Указанное обстоятельство ответчиком не оспорено.

Законодательство о банкротстве предусматривает несколько юридических состава для привлечения к данному виду ответственности контролирующих должника лиц к ответственности.

Одним из таких видов ответственности является ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Аналогичные нормы права содержались в прежней редакции закона (статья 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу приведенной нормы права виновное контролирующее лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника в случае, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия указанного контролирующего должника лица.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Соответственно, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что арбитражный суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Процесс доказывания оснований для привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для заявителя посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Содержащиеся в нормах права презумпции направлены на облегчение процесса доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (не передача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Из этого следует, что установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

При установлении того, повлекло ли поведение ответственного лица до банкротства должника, необходимо принимать во внимание ряд обстоятельств.

Во-первых, наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям).

Во-вторых, реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное (банкротное) состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и невыгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

В-третьих, ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Как указано судом первой инстанции, ранее при рассмотрении в рамках настоящего дела обособленного спора о взыскании с ответчика убытков (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2019) арбитражным судом было установлено, что причиной банкротства должника явились обстоятельства объективного характера, не связанных непосредственно с действиями его учредителя, в отношении которого не было установлен факт вмешательства в хозяйственную деятельность должника. При этом участие ответчика в уставном капитале должника, нахождение в генподрядных отношениях ответчика с заказчиком на различных объектах строительства не может однозначно указывать на то, что ответчик давал распоряжения своим дочерним обществам причинить кредиторам должника имущественный вред. Сам по себе факт того, что ответчик является учредителем должника, не является основанием для привлечения учредителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и это право им реализовано противоправно против интересов должника и кредиторов.

Таким образом, банкротство должника не является прямым следствием каких-либо действий его участника.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Данная норма конкретизирует общие положения арбитражного процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, направлена на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых судом актов.

Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения.

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной

При этом согласно указанным положениям эта норма освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки.

В рассматриваемом случае преюдициально установленные причины банкротства должника вследствие действия факторов объективного характера и отсутствия факта вмешательства учредителя (участника) должника в хозяйственную деятельность должника, участвующими в деле лицами надлежащими доказательствами не опровергнуты.

Документы, опровергающие указанные выводы арбитражного суда, заявителями не представлены, к иной оценке обстоятельств арбитражный суд первой инстанции в рамках настоящего обособленного спора, исходя из имеющихся материалов дела, в результате повторного рассмотрения дела, не пришел.

Оценивая обстоятельства истребования от ответчика документов должника (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.06.2019), суд первой инстанции пришел к выводу, что указанный судебный акт не может безусловно свидетельствовать о виновности учредителя (участника) должника и являться основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Упомянутый судебный акт принят до формирования судебной практики по данной категории споров, согласно которой арбитражный суд обязан установить факт наличия (отсутствия) у обязанного лица конкретных документов и имущества должника, которые просит истребовать конкурсный управляющий. Соответственно, требование конкурсного управляющего подлежит удовлетворению только в том случае, если арбитражный суд придет к выводу, что требуемые документы должны существовать и быть у другой стороны и им не были переданы конкурсному управляющему по обстоятельствам, не являющимися уважительными.

Указанные обстоятельства при рассмотрении данного обособленного спора арбитражным судом не устанавливались.

В то же время, как указан судом первой инстанции, из буквального прочтения условий договора от 01.02.2016 № 714/КФ об оказании ответчиком должнику услуг по бухгалтерскому и налоговому учету не следует, что спорные документы передаются должником исполнителю для хранения на период оказания им услуг. Напротив, из указанного договора следует, что исполнитель обеспечивает лишь сохранность получаемых и составляемых документов, в ходе оказания услуг.

При этом, как установлено судом первой инстанции, у должника имелись условия для обеспечения сохранности имущества должника (в частности, договор аренды имущества от 15.11.2015). Доказательства, подтверждающие, что должником были переданы ответчику спорные документы, участвующими в деле лицами не представлены.

Кроме того, факт их наличия у должника на момент проведения налоговой проверки подтверждается актом выездной налоговой проверки от 22.06.2018 № 4, из которого следует, что налоговому органу для проверки были представлены первичные документы должника.

Высшая судебная инстанция неоднократно высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.

Переданные ответчиком в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора документы должника (в копиях) не препятствовали осуществлению конкурсным управляющим мер по взысканию дебиторской задолженности. Предъявление требования к контрагенту на основании копий документов, в том числе, путем взыскания задолженности в судебном порядке, не препятствует его удовлетворению контрагентом (в добровольном порядке) либо рассмотрению его в судебном порядке (части 8, 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом из материалов дела следует, что конкурсным управляющим были совершены процессуальные действия по подаче заявлений об оспаривании сделок должника и взысканию задолженности.

Таким образом, поскольку банкротство должника возникло вследствие действия факторов объективного характера, то есть не было связано с действиями ответчика, а нахождение у ответчика документов и имущества должника не доказано, равно как и влияние отсутствия каких-либо документов на формирование конкурсной массы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что правовых оснований для привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника вследствие непередачи документов не имеется.

В этой связи, судом первой инстанции было отказано в удовлетворении заявлений о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с указанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

Направляя спор на новое рассмотрение суд кассационной инстанции указал на необходимость учета обстоятельств, установленных ранее состоявшимися судебными актами, и оценку доводов ответчика о недоказанности отсутствия документов должника, необходимых для формирования конкурсной массы.

В части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указано, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 по делу № 2013/12, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдиция служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, вступившие в законную силу судебные акты не могут не приниматься во внимание при рассмотрении данного обособленного спора.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2019 отказано в привлечении ПАО «Камгэсэнергострой» к ответственности в виде убытков, при этом отклоняя требование о взыскании убытков с ответчика, судом был признан обоснованным довод ПАО «КамГэсЭнергоСтрой» о влиянии конъюнктуры рынка на строительство, что на экономический результат влияет инфляция, которая в 2012 году составила 6,58%, а в 2013 году - 6,45%, но в 2014 году инфляция составила - 11,36%, 2015 - 12,91%; гиперинфляция 2014, 2015 годов увеличила стоимость товарно-материальных ценностей, фонд оплаты труда, накладных расходов, что непосредственным образом отразилось на прибыли ООО «Камгэс-СтройГрад» по действовавшим контрактам.

Разрешая указанный обособленный спор, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что в финансово-хозяйственной деятельности ООО «КамГэс-СтройГрад» именно ПАО «Камгэсэнергострой» являлось выгодоприобретателем и распорядителем ресурсов (финансовых, материально-технических, трудовых) и получало выгоду и распоряжалось ресурсами ООО «КамГэс-СтройГрад». Также было установлено отсутствие вмешательства ПАО «Камгэсэнергострой» в деятельность должника; констатировано, что банкротство должника не зависело от действий непосредственно ПАО «Камгэсэнергострой», а произошло исключительно по причине воздействия внешних факторов, в т.ч. неблагоприятной рыночной конъюнктуры, финансового кризиса в строительной отрасли.

Суд пришел к выводу, что не имеется достаточно доказательств однозначно указывающих на то, что ответчик давал распоряжения своим дочерним обществам причинить кредиторам должника имущественный вред, при этом и одно лишь наличие возможности у ответчика влиять на деятельность должника не может служить доказательством, что это право им реализовано противоправно против интересов должника и кредиторов.

Кроме того, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Соответствующая правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2018 № 305-ЭС18-1058, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6).

Соответственно, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Судом первой инстанции в рамках настоящего спора установлены факты передачи ответчиком имеющихся копий документов и недоказанность наличия у ответчика иных документов должника и обязанности по их хранению. При этом в акте выездной налоговой проверки должника уполномоченным органом установлено наличие у должника соответствующих документов (том 2, л.д. 73), что заявителями не опровергнуто.

Также следует указать, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.06.2019 об истребовании документов и имущества должника от ПАО «Камгэсэнергострой», принято до формирования судебной практики по данной категории споров и при его принятии не устанавливалось фактическое наличие (отсутствие) того или иного имущества (документов) должника у его участника.

Кроме того, в рамках вышеуказанного обособленного спора о взыскании убытков, судом было установлено, что согласно бухгалтерскому балансу должника за 2017 г. активы составляли 666 749 000 руб., в том числе дебиторская задолженность в сумме 661 172 000 руб., которая состоит, в том числе из задолженности ООО «Градостроитель» (ликвидирован 23.10.2017) на сумму 422 479 019 руб. и задолженности ООО «КамГэсСтройСнаб» (ликвидирован 19.04.2018) на сумму 52 316 618 руб.

Поскольку лицами, участвующими в деле не представлены суду доказательства, что в момент совершения спорных сделок должник или его контрагенты отвечали признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, что сделки совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, принимая во внимание выводы, содержащиеся в акте выездной налоговой проверки от 22.06.2018 № 4, проведенной за период с 01.07.2015 по 31.12.2016 в отношении ООО «КамГЭССтройСнаб», в соответствии с которым налоговый орган не выявил фактов перечисления денежных средств и фактов вывода активов руководителями должника, как и не установил оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, судом было отказано в привлечении ПАО «Камгэсэнергострой» к ответственности в виде убытков, поскольку вина ПАО «Камгэсэнергострой» в причинении должнику убытков не установлена.

Кроме того, конкурсная масса должника позволяла удовлетворить требования кредиторов, поскольку по результатам проведенной инвентаризации, временным управляющим было выявлено, что стоимость основных средств составляет 3 243 230,35 руб., дебиторская задолженность - 158 009 084,57 руб.; реестр требований кредиторов сформирован на общую сумму 230 150 154,63 руб.; реальный размер реестра требований кредиторов составляет 133 182 739 руб. (с учетом требований ПАО «Камгэсэнергострой» и погашения требований ФНС России); активы должника превышают реестр требований кредиторов на 28 млн руб., а также доводам о том, что в 2018 году должник вел хозяйственную деятельность и в процедуре наблюдения основные средства составили - 3 799 000 руб., запасы - 1 073 000 руб., дебиторская задолженность - 661 172 млн руб. Указанные обстоятельства заявителями также не опровергнуты.

Доводы апелляционной жалобы относительно различий субъектного состава участников настоящего спора и упомянутого спора о взыскании убытков необоснованны, поскольку в целом относительно дела о банкротстве и применительно к положениям статей 34, 35 Закона о банкротстве субъектный состав участников спора совпадает, при этом любой конкурный кредитор, являясь основным участником дела о банкротстве вправе участвовать в рассмотрении любого спора (восьмом абзаце пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве») и факт его участия поставлен в зависимость лишь от соответствующего волеизъявления.

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на обстоятельства, установленные определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.06.2019 по результатам рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделок должника, необоснованны поскольку вопреки утверждениям заявителя апелляционной жалобы не содержат выводом об осуществлении оспоренных сделок по указанию или под контролем ПАО «Камгэсэнергострой».

Кроме того, упомянутые доводы не могут быть заявлены в апелляционной инстанции, поскольку не были предметом оценки суда первой инстанции, который отклонил ходатайство конкурсного управляющего о дополнении основания заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности о совершении ответственными лицами обстоятельствами совершения сделок, которыми причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции указал, что в силу статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвующее в деле лицо должно добросовестно пользоваться процессуальными правами и исполнять процессуальные обязанности, злоупотребление процессуальными правами и неисполнение процессуальных обязанностей, влечет за собой для этих лиц предусмотренные процессуальным законом последствия. Суд первой инстанции указал, что у конкурсного управляющего было достаточно времени, в том числе, в ходе рассмотрения дела, для дополнения основания заявления о привлечении ответственных лиц к субсидиарной ответственности. Риск наступления негативных последствий несвоевременного совершения указанных процессуальных действий в данном случае лежит на заявителе (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Также суд первой инстанции указал, что дополнение заявления новыми требованиями, которые не были заявлены заявителем при подаче заявления в арбитражный суд и не были приняты арбитражным судом в ходе первоначального рассмотрения заявления, которое направлено судом кассационной инстанции на повторное рассмотрение в суд первой инстанции в связи с отменой судебного акта, противоречит принципу правовой определенности о невозможности неоднократного рассмотрения дела по правилам судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.02.2021 по делу № А65-16002/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Д.К. Гольдштейн



Судьи А.И. Александров



Г.О. Попова