Постановление от 11 февраля 2025 г. по делу № А45-24703/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск                                                                                       Дело № А45-24703/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 5 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                       Дубовика В.С.,

судей                                                                  Сбитнева А.Ю.,

                                                                            Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сперанской Н.В., секретарем Дубаковой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества Строительная компания «Южкузбасстрой» (№07АП-614/2020(61)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2024 по делу № А45-24703/2019 (судья Красникова Т.Е.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление механизации-7» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации – 630099, <...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности


при участии в судебном заседании:

от АО СК «Южкузбасстрой» – ФИО2 по доверенности от 09.01.2025, паспорт,

от конкурсного управляющего – ФИО3 по доверенности от 20.12.2024, паспорт,

от ИП ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 27.09.2022, паспорт,

ФИО5, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление механизации-7» (далее – ООО «СУМ-7», должник) конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2024 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом, акционерное общество Строительная компания «Южкузбасстрой» (далее – АО СК «Южкузбасстрой», апеллянт) обратилось в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указано на наличие двух противоречащих друг другу судебных актов (об отказе во включении требования ИП ФИО1 в реестр и об отказе в признании сделок недействительными). Апеллянт полагает, что процесс утраты платежеспособности ООО «СУМ-7» происходил с начала 2018 года. Считает, что должник в результате перечисления денежных средств за ООО «Промстройиндустрия» (далее - «ПСИ») исполнил обязательство ООО «ПСИ» безвозмездно. Подчеркивает, что многочисленными судебными актами признаны недействительными платежи за ООО «ПСИ». Полагает, что судом первой инстанции в должной мере не исследовалась первичная документация по договору аренды №5-Т от 01.04.2018; не учтены имеющиеся в материалах дела противоречия. Заявитель отмечает, что в спорный период ИП ФИО5 выполнял для должника строительные работы, для которых на безвозмездной основе использовал арендованную должником технику. Принимая во внимание срок аренды техники и её рыночную стоимость, ссылается на отсутствие экономической целесообразности в такой аренде. Считает, что действия аффилированных с должником лиц привели к незаконному удвоению расходов должника, и были направлены на вывод его активов в пользу заинтересованных лиц в ущерб интересам кредиторов. Отмечает, что стоимость арендной платы по договору аренды № 134 от 17.08.2018 существенно превышает рыночную стоимость. Судом не дана оценка доводам конкурсного управляющего относительно заключения договора аренды нежилого помещения № 104 от 01.08.2018.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ИП ФИО1 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Конкурсный управляющий ООО «СУМ-7» ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу от 22.01.2025 поддержал позицию АО СК «Южкузбасстрой».

В судебном заседании от 28.01.2025 был объявлен перерыв до 05.02.2025.

В дополнениях от 03.02.2025 конкурсным управляющим изложена хронология формирования признаков неплатежеспособности.

03.02.2025 от ФИО5 поступили письменные пояснения относительно хронологии взаимоотношений ООО «СУМ-7» и ИП ФИО1; реальности сделок, их экономической обоснованности; момента наступления объективного банкротства ООО «СУМ-7».

04.02.2025 апеллянтом представлены возрождения по позиции ФИО5

Представитель АО СК «Южкузбасстрой» – ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего – ФИО3 просила отменить обжалуемый судебный акт, удовлетворить заявление конкурсного управляющего.

Представитель ИП ФИО1 – ФИО4 и ФИО5 поддержали позицию, изложенную в своих письменных пояснениях.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 17.02.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

18.08.2021 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными сделок (платежей) по перечислению должником ИП ФИО1 денежных средств в общем размере 19 662 502 рублей и применении последствий их недействительности сделки в виде взыскания названной суммы в конкурсную массу должника.

В качестве правовых оснований требований конкурсного управляющего указаны положения пункта 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 01.08.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023, в удовлетворении заявления управляющего отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.12.2023 определение Арбитражного суда Новосибирской области от 01.08.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А45-24703/2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судом кассационной инстанции указано на необходимость: установить наличие или отсутствие признаков подозрительности спорных сделок; устранить выявленные противоречия в судебной оценке обстоятельств, касающихся времени возникновения признака неплатёжеспособности общества и характера его хозяйственных отношений с предпринимателем.

При новом разрешении спора, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из недоказанности подозрительного характера спорных сделок, отсутствия признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов и неплатёжеспособности общества в период совершения платежей.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) следует, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 Постановления № 63).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 Постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о наличии оснований для признания платежей недействительными сделками, судебная коллегия исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, в период с 27.02.2018 по 26.06.2018 должник десятью платёжными поручениями перечислил ИП ФИО1 денежные средства в общей сумме 5 362 000 рублей с указанием в назначении платежей на оплату по договору аренды имущества от 01.04.2018 № 5-Т (далее – договор 5-Т), а также по иным сделкам за общество с ограниченной ответственностью «ПромСтройИндустрия» (далее – ООО «ПСИ») на основании писем ООО «ПСИ».

В период с 13.07.2018 по 29.12.2018 должник двадцатью двумя платёжными поручениями перечислил ответчику денежные средства в общей сумме 14 300 502 рублей с указанием в назначении платежей на оплату по договорам:

- аренды имущества от 01.04.2018 № 5-Т;

- аренды нежилого помещения № 104 от 01.08.2018 (далее – договор 104);

- аренды транспортного средства без экипажа № 134 от 17.08.2018 (далее – договор 134).

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 04.07.2019. Таким образом, часть платежей, совершенных с 27.02.2018 по 26.06.2018, попадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Платежи, совершенные с 13.07.2018 по 29.12.2018, попадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что до мая-июня 2019 у должника отсутствовали объективные признаки банкротства, поскольку именно в указанный период крупный дебитор (ГП КО «ГлавУКС») отказался от исполнения договоров и оплаты выполненных строительно-монтажных работ.

Оценивая доводы апеллянта АО СК «Южкузбасстрой» о наличии у должника признаков банкротства с 2018 года, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В настоящем деле (в рамках обособленных споров о признании сделок управления недействительными) суды констатировали наличие у должника признаков неплатёжеспособности, по крайней мере, во второй половине 2018 года (постановления суда округа от 17.03.2022, от 12.05.2022, от 27.05.2022 и др.).

Кроме того, на дату совершения оспариваемых платежей у ООО «СУМ-7» существовала задолженность перед ООО «Антарекс» в сумме 43 329 967 рублей, вытекающая из договоров подряда от 2016 года. С 28.02.2018 имелась задолженность перед ООО «Кузнецкэнергосбыт» в размере 300 255,44 рублей.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Анализ кредиторской задолженности, а также сформированный реестр требований кредиторов должника свидетельствует о доказанности наличия неисполненных обязательств перед другими кредиторами в период совершения оспариваемых платежей и об осведомленности должника о возникновении в скором времени обязанности по оплате, которая не может быть осуществлена соразмерно между всеми кредиторами в силу отсутствия достаточного количества ликвидных активов.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что отказ ГП КО «ГлавУКС» от исполнения обязательств сам по себе не указывает на отсутствие признаков недействительности подозрительных сделок.

Как следует из определения от 24.01.2020 по делу №А27-17480-8/2019 с 23.03.2018, а также принятых в рамках повторного рассмотрения спора судебных актов (определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.06.2024, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2024), по договору подряда от 31.01.2014 №333 место подрядчика ООО «ПромСтройИндустрия» заняло ООО «СУМ-7», а 14.01.2019 последним было получено уведомление заказчика ГП КО «ГлавУКС» о расторжении договора от 31.01.2014 №333 в связи с нарушением сроков выполнения работ и иными нарушениями условий договора новым подрядчиком. С 29.01.2019 по 12.03.2019 ГП КО «ГлавУКС» сообщало ООО «СУМ-7» об отказе в приемке работ на общую сумму 82 853 033,50 рублей. В рамках экспертного исследования по данному обособленному спору экспертом установлено, что объем бесспорно принятых заказчиком работ по договору от 31.01.2014 №333 составил в денежном выражении сумму 28 531 708,75 рублей. То есть финансовые ожидания должника на большую сумму не были подкреплены согласием со стороны заказчика произвести оплату, что стало очевидным как минимум с января 2019 года.

В ситуации накапливающихся с 2016 года неисполненных обязательств перед иными кредиторами и принятия должником в марте 2018 года обязательств ООО «СПИ» по договору подряда, которые надлежащим образом ООО «СУМ-7» не исполнялись, что стало предметом разногласий с заказчиком ГП КО «ГлавУКС» с января 2019 года, восприятие финансовой устойчивости должника не могло строиться исключительно на ожиданиях благополучного исхода для ООО «СУМ-7» по договору подряда от 31.01.2014 №333. В этой связи апелляционный суд критически оценивает выводы конкурсного управляющего ФИО7, приведенные в анализе финансового состояния ООО «СУМ-7» о возникновении признаков банкротства не ранее 20.05.2019.

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Факт заключения спорных сделок в условиях с большой долей вероятности могущих возникнуть в обозримом будущем обязательств перед кредитором (например, должником, несмотря на согласованную договором отсрочку оплаты, осознавалась необходимость оплаты субподрядных работ, которые выполнялись и сдавались АО «СК «ЮКС» и принимались должником ООО «СУМ-7» без замечаний на протяжении 1-2 кв. 2018г.), безвозмездное отчуждение активов и аффилированность – в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки.

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и не наступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные на вывод имущества. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований. Конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем (определение ВС РФ от 17.12.2020 №305-ЭС20-12206 по делу №А40-61522/19).

Учитывая изложенное, апелляционный суд исходит из того, что должник на момент совершения оспариваемой сделки отвечал признаку неплатежеспособности.

Оценивая наличие факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, встречного предоставления в пользу должника, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Факт аффилированности ИП ФИО1 и ООО «СУМ-7» установлен, в частности, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020, оставленным без изменения постановлением суда округа от 01.10.2020.

Сложившейся судебной практикой сформирован правовой подход, согласно которому в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Более того, названными выше судебными актами отказано во включении в реестр требования ИП ФИО1, основанного на неисполнении должником обязательств по договорам 5-Т и 104. Суды, в частности, пришли к выводу о том, что поведение арендодателя, являющегося предпринимателем, интересы которого должны быть направлены на получение прибыли от сдачи в аренду помещений и техники, не предпринимавшего мер к взысканию задолженности с арендатора, несвойственно обычным участникам делового оборота.

Отклоняя довод управляющего о причинении должнику и его кредиторам вреда вследствие осуществления платежей за ООО «ПСИ», суд первой инстанции сослался на установленную законом обязанность кредитора принять исполнение, предложенное третьим лицом и указал на соответствующее уменьшение задолженности общества перед организацией по иной сделке, подтверждённое актом сверки.

Между тем в рамках нескольких обособленных споров, рассмотренных в настоящем деле о банкротстве, установлены обстоятельства безвозмездного принятия обществом на себя обязательств организации перед своими контрагентами (общества с ограниченной ответственностью «СибСтрой», «КемТрансСервис», «ПромРесурс» и др.), повлёкшего причинение вреда имущественным правам кредиторов (определения суда от 24.03.2021, 06.08.2021, 23.09.2021 и проч.). При этом аффилированному с должником ответчику не мог не быть известен характер взаимоотношений между обществом и организацией.

Так, в частности, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 установлено, что работы, выполненные ООО «ПСИ» для ООО «СУМ-7» по договору №30/03-1 от 30.07.2017, фактически никогда не выполнялись (решение Арбитражного суда Кемеровской области от 21.01.2022 по делу №А27- 17431/2019). Впоследствии требования ООО «СУМ-7» по спорным платежам включены в реестр требований кредиторов ООО «ПСИ» (определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2019 по делу А27- 27172/2018). Указанное подтверждает отсутствие встречного предоставления по данным перечислениям.

Фактически, ООО «СУМ-7» в спорных перечислениях ИП ФИО1 взяло на себя обязательство по погашению долга ООО «ПСИ». Расчетов с ООО «ПСИ» за спорные платежи не производилось, денежных средств должник не получил, в результате перечисления денежных средств исполнил обязательство ООО «ПСИ» безвозмездно. Платежи на сумму 3 662 000 рублей ИП ФИО1 представляют собой отчуждение актива без встречного исполнения, в отсутствии доказательств экономической целесообразности данных действий.

В обоснование возмездности оспариваемых платежей ИП ФИО1 указывает, что платежи производились в счет расчетов по договору аренды имущества от 01.04.2018 № 5-Т, договору аренды нежилого помещения от 01.08.2018 № 104 и договору аренды транспортного средства без экипажа от 17.08.2018 № 134.

В материалы дела представлены копии актов об оказанных услугах, подписанные сторонами (в рамках договора № 104 от 01.08.2018 в период с 31.08.2018 по 30.04.2019, в рамках договора № 5-Т от 01.04.2018 в период с 30.04.2018 по 31.03.2019), расчеты сумм налога на доходы физических лиц за 2018 год, расчеты посредством ФСС РФ за 2018 год, расчеты по страховым взносам за 2018 год, свидетельства на транспортные средства, передаваемые в аренду, карточки автомобилей с апреля по декабрь 2018 года, предусматривающие учет расхода топлива на переданные в аренду транспортные средства, дату и номер путевого листа, указание водителя, управлявшего транспортным средством, пробег транспортного средства за день, путевые листы, свидетельствующие о фактическом оказании услуг ИП ФИО1

Третьим лицом ФИО5 в материалы дела представлена оборотно-сальдовая ведомость, в которой отражена детализация расходов на ремонт и обслуживание арендованных транспортных средств.

Путевые листы, реестры расходования ГСМ и другие доказательства изначально были представлены конкурсным управляющим ФИО7 вместе с отзывом на кассационную жалобу в рамках спора о включении требований ИП ФИО1 в реестр. Согласно пояснениям ФИО7, изложенным в отзыве, указанные документы были получены им у бывшего руководителя ООО «СУМ-7» после своего утверждения (утвержден определением от 18.06.2020), в связи с чем, не могли быть представлены в рамках рассмотрения апелляционной жалобы 08.06.2020.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.10.2020 данные новые доказательства были возвращены лицу, их представившему, и не подлежали оценке суда округа, т.к. не являлись предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций.

В силу акта приема-передачи документации №1 от 15.07.2021, подписанного между арбитражным управляющим ФИО7 и конкурсным управляющим ФИО8, ФИО8 были переданы путевые листы, движения ГСМ и т.п.

Путевые листы представлены в суд конкурсным управляющим ФИО6, следующим за ФИО8, 22.02.2023.

Следуя версии ИП ФИО1, обнаруженные им документы свидетельствовали о возникновении вновь открывшихся обстоятельств, однако им не предпринимались меры по пересмотру вступившего в законную силу судебного акта об отказе во включении требований ИП ФИО1 в реестр требований кредиторов. Данное бездействие ИП ФИО1 выходит за рамки стандартного и разумного поведения участника гражданского оборота, заявляющего о наличии перед ним многомилионной задолженности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что представленная в материалы дела первичная документация содержит противоречивые сведения.

Путевые листы не содержат каких-либо отметок должника, в данных путевых листах не имеется сведений о заданиях водителям, конкретных маршрутах транспортных средств и времени их нахождения в пути, текст в путевых листах набран на компьютере.

Путевые листы на КАМАЗ 65116-62 (ежемесячная арендная плата 100 000 рублей) представлены только за 2 месяца (апрель – май 2018); на асфальтоукладчик HANTA AF 300CS (ежемесячная арендная плата 150 000 рублей) путевые листы представлены только за октябрь 2018.

Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что часть техники использовалось от 1 до 5 раз в месяц, что ставит под сомнение наличие экономической целесообразности для должника в помесячной аренде указанной техники.

Реестры расходования ГСМ также не подтверждают использование техники в спорный период, поскольку в разделе учета стоят прочерки. Листы по движению ГСМ представлены только за два месяца – ноябрь и декабрь 2018.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что экскаватор HITACHI ZX240LC-3, гос. номер 42кр6638, переданный должнику на основании дополнительного соглашения №3 от 30.11.2018 (ежемесячная арендная плата 300 000 рублей), не отражен в ежемесячных актах приема-передачи. Ответчиком не представлено пояснений относительно причин, по которым данная техника не была учтена при расчете арендных платежей.

Кроме того, при первоначальном рассмотрении заявления ИП ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника, 11.11.2021 от налогового органа поступили книги покупок должника за 2016-2019 гг., из которых не усматривается наличие каких-либо правоотношений с ИП ФИО1

Учитывая установленный факт заинтересованности сторон сделки, к доводам ИП ФИО1 о возмездности оспариваемых платежей подлежит применению наиболее строгий стандарт доказывания, учитывая наличие возможности у сторон сделки формального изготовления документов без возникновения действительных правовых последствий.

На момент заключения договора аренды без экипажа №5-Т от 01.04.2018, у должника отсутствовал необходимый штат работников, имеющих право на эксплуатацию спецтехники. В штате должника числилось 3 водителя, которые не были допущены к управлению арендованной техникой.

В ходе рассмотрения обособленного спора установлено, что арендованная техника находилась под управлением работников ИП ФИО5 (единственного участника должника). В подтверждение ФИО5 представлены следующие документы: табели учета рабочего времени сотрудников; приказы о приеме работников; нотариальные пояснения работников.

Однако при анализе табелей учета рабочего времени и путевых листов установлены следующие противоречия:

- 07.05.2018 в табеле рабочего времени у ФИО9 стоит «ДО» - отпуск без сохранения заработной платы; 21.05.2018, 22.05.2018, 23.05.2018, 24.05.2018, 25.05.2018, 20.06.2018 – «ОТ» - ежегодный основной оплачиваемый отпуск, а по путевым листам ФИО9 в указанный период якобы управляет экскаватором КOМATSU TC220-7;

- 10.05.2018 ФИО10 находится в ежегодном основном оплачиваемом отпуске «ОТ», при этом по путевому листу управляет автомобилем Камаз 65116-62, г/н 164;

- 16.05.2018 ФИО11 находится в отпуске без сохранения заработной платы «ДО», а согласно путевому листу работает на Камаз КС-55713-5К;

- 23.05.2018, 24.05.2018, 25.05.2018, 29.05.2018, 30.05.2018, 31.05.2018 ФИО12 находится в отпуске без сохранения заработной платы «ДО», а по путевому листу управляет экскаватором HITACHI XZ330-3.

При этом, в день отсутствия работников путевые листы также фиксируют движение ГСМ.

В спорный период ИП ФИО5 (субподрядчик) в рамках договоров строительного субподряда от 24.03.2018 № 8-П, от 03.07.2018 № 143, от 19.04.2018 №77, 01.02.2018 № 3-СП выполнял для должника строительные работы на объекте: «Строительство школа № 81 в г. Новокузнецке». Факт выполнения строительных работ подтверждена вступившими в законную силу судебными актами (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 22.06.2023, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024).

Для выполнения названных работ субподрядчику требовалась соответствующая техника, которая у ИП ФИО5 отсутствовала, но была получена должником по договору аренды без экипажа №5-Т от 01.04.2018 у ИП ФИО1

Фактически ИП ФИО5, использовал на безвозмездной основе технику должника, полученную в аренду у ИП ФИО1, для выполнения строительных работ, за которую получил оплату в размере 34 750 726,31 рублей. При этом должник нес необоснованные затраты по арендным платежам.

Указанные действия привели к удваиванию расходов должника, и были направлены на вывод его активов в пользу заинтересованных лиц в ущерб интересам кредиторов.

Проанализировав стоимость ежемесячной арендной платы за транспортные средства, общий срок аренды, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии экономической выгоды от такой сделки. Принятые на себя обязательства ООО «СУМ-7» по сроку пользования транспортных средств превысили себестоимость самих транспортных средств.

Из отчета № 0689-НКТ об определении рыночной стоимости движимого имущества от 03.11.2022 следует, что рыночная стоимость транспортных средств на 01.04.2018 составляла:

- 2 370 000 рублей - экскаватор KOMATSU PC220-7, 2007 г.в., регистрационный знак 42КВ6626;

- 229 000 рублей - TOYOTA HIACE, 1994 г.в., регистрационный знак В773ВЗР142;

- 852 000 рублей - КАМАЗ 65116-62, 2011 г.в., регистрационный знак <***>;

- 227 000 рублей - полуприцеп МАЗ 938660-044, 2011 г.в., регистрационный знак <***>;

- 1 316 000 рублей - кран автомобильный КС-55715-5К на шасси КАМАЗ 43118-15, 2007 г.в., регистрационный знак <***>;

- 206 000 рублей - MAZDA BONGO BRAWNY, 2007 г.в., регистрационный знак <***>;

- 333 000 рублей - каток SAKAI;

- 1 635 000 рублей - погрузчик XCMG LW300FN, 2015 г.в., регистрационный знак <***>;

- 2 438 000 рублей - экскаватор HITACHI ZX240LC-3, 2007 г.в., регистрационный знак 42КР6638;

- 952 000 рублей - асфальтоукладчик HANTA AF 300CS, 2002 г.в., регистрационный знак 42КР6641;

- 2 088 000 рублей - гусеничный экскаватор HITACHI ZX300-3, 2006 г.в., регистрационный знак 42КР6641;

- 30 000 рублей - емкость V=4 куб.м.; 42 000 рублей - емкость V= 7 куб.м.

При этом, в частности, стоимость аренды автомобиля MAZDA BONGO BRAWNY 2007 г.в. за 7 месяцев составила 490 000 рублей; автобуса TOYOTA HIACE - 1 200 000 рублей (апрель 2018 - март 2019 г.); полуприцепа МАЗ-938660-044 - 1 200 000 рублей при ежемесячной арендной плате 100 000 рублей; крана автомобильного КС-55715-5К - 3 000 000 рублей.

Таким образом, финансовые затраты на долгосрочную аренду спецтехники эквивалентны собственному автопарку.

По условиям договора аренды ТС №134 от 17.08.2018 ИП ФИО1 (арендодатель) передает во временное владение и пользование ООО «СУМ-7» (арендатор) асфальтоукладчик DYNAPAC SD2500CS, 2011 г.в. Ежемесячная арендная плата определена в размере 600 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что путевые листы на данную технику в материалы дела не представлены, реальность отношений какими-либо иными доказательствами не подтверждена.

Оценивая платежи по договору аренды нежилого помещения №104 от 01.08.2018, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

По условиям договора аренды № 104 ИП ФИО1 (арендодатель) предоставляет, а ООО «СУМ-7» (арендатор) принимает в аренду нежилые помещения, расположенные по адресу: <...> (общая площадь 495,66 кв.м.). Ежемесячная арендная плата определена в размере 322 175 рублей.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, должник фактически находился по адресу: <...> с момента государственной регистрации (22.05.2015). Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств наличия арендных отношений между аффилированными лицами до заключения договора аренды №104.

Отказывая во включении в реестр требования ИП ФИО1 суд апелляционной инстанции указал, что не представлено разумного обоснования необходимости у ООО «СУМ-7» арендовать нежилые помещения у ИП ФИО1 Не указано, что именно располагалось в помещениях, переданных в аренду, как их использование соотносилось с деятельностью ООО «СУМ-7». Не представлено разумного обоснования необходимости для ООО «СУМ-7» в разные периоды времени разного количества площади нежилых помещений. Такое поведение скорее может быть объяснимо сдачей ИП ФИО1 нежилых помещений иным арендаторам (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020).

На момент заключения договора аренды нежилого помещения в штате должника числилось 53 человека, включая работников транспортного цеха, складского хозяйства, строительного участка (20 человек), рабочее место последних находится на строительных объектах должника.

Не представлено разумного объяснения о необходимости аренды нежилого помещения площадью 495,66 кв.м. для 33 работников.

Также в материалы дела не представлено доказательств, косвенно свидетельствующих о наличии во всяком случае 33 рабочих мест для сотрудников (наличия офисной техники и мебели в эквивалентном количестве, необходимых линий коммуникаций, пропорциональных расходов на содержание и обслуживание рабочих мест, приобретения программного обеспечения).

Таким образом, оспариваемыми платежами причинен вред имущественным правам кредиторов, требования которых впоследствии включены в реестр, поскольку заинтересованному лицу безвозмездно отчуждено ликвидное имущество, в результате чего кредиторы лишены возможности удовлетворения своих требований в полном объеме.

Доказательства обратного в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Алтайского края от 27.09.2023 подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Судебные расходы подлежат распределению в соответствии с положениями статей 109, 110 АПК РФ.

Поскольку при обращении с заявлением о признании сделки недействительной заявителю предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, по результатам рассмотрения апелляционной жалобы с ИП ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

При подаче апелляционной жалобы АО СК «Южкузбасстрой» уплачена государственная пошлины в размере 3 000 рублей (платежное поручение № 1972 от 04.12.2024), в связи с чем данные расходы относятся на сторону, не в пользу которой принят судебный акт.

Руководствуясь частью 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2024 по делу №А45-24703/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Признать недействительными сделками платежные операции общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление механизации-7» по перечислению в период с 27.02.2018 по 29.12.2018 на счет индивидуального предпринимателя ФИО1 денежных средств на общую сумму 19 662 502 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу акционерного общества Строительная компания «Южкузбасстрой» 30 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


А.Ю. Сбитнев


Н.Н. Фролова