Постановление от 20 февраля 2024 г. по делу № А40-269442/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-90506/2023

Дело № А40-269442/21
г. Москва
20 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.А. Комарова, А.Г. Ахмедова,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Р.М. Ханикаевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Ритейл Труб Снаб» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 об оставлении без удовлетворения заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО3 и ФИО4, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ритейл Труб Снаб»

при участии лиц, согласно протоколу судебного заседания.



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2022 ООО «Ритеи?л Труб Снаб» признано несостоятельным (банкротом) по упрощеннои? процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 Юрии? Иванович, ИНН <***>, член Союза арбитражных управляющих «Авангард». Адрес для направления корреспонденции: 129090, г. Москва, а/я 102.

В Арбитражныи? суд города Москвы 30.11.2022 в электронном виде поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника ФИО2 в размере 246 542 794,15 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023 к участию в настоящем обособленном споре привлечены ФИО3 Сергеи? Сергеевич и ФИО5 Эле?р Тулкунович в качестве соответчиков.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.08.2023 к участию в настоящем обособленном споре привлечен ФИО2 в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 отказано в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, заявитель обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

Представитель ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил приобщить к материалам спора письменную позицию, которая приобщена в порядке статьи 81 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как предусмотрено п.3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодексом России?скои? Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлении? о привлечении к субсидиарнои? ответственности, предусмотреннои? статьеи? 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, деи?ствовавшеи? до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, заявление о привлечении к субсидиарнои? ответственности поступило в суд 30.11.2022 (согласно штампу канцелярии).

Таким образом, к рассматриваемому спору подлежат применению положения Главы III.2. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ РУКОВОДИТЕЛЯ ДОЛЖНИКА И ИНЫХ ЛИЦ В ДЕЛЕ О БАНКРОТСТВЕ (введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ).

Как предусмотрено п.1 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п.2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как следует из материалов дела, руководителями Должника являлись: ФИО3 Сергеи? Сергеевич (ИНН <***>) в период с 30.03.2017 по 26.10.2020; ФИО4 (ИНН <***>) в период с 27.10.2020 по 19.05.2021; ФИО2 (ИНН <***>) в период с 20.05.2021 по 11.11.2021 являлся генеральным директором, а с 12.11.2021 по 29.04.2022 ликвидатором Должника.

Участниками ООО «РТС» являлись: ФИО3 Сергеи? Сергеевич в период с 30.03.2017 по 28.09.2020 с размером доли 100 %, номинальнои? стоимостью 10 000, 00 руб.; ФИО4 в период е 29.09.2020 по 19.05.2021 с размером доли 100 %, номинальнои? стоимостью 10 000, 00 руб.; ФИО2 (ИНН <***>) с 20.05.2021 по настоящее время с размером доли 100 %, номинальнои? стоимостью 10 000, 00 руб.

Из доводов заявления следует, что руководитель должника ФИО2 не надлежащим образом исполнил обязанность, предусмотренные законом и не передал управляющему все сведения документы, необходимые для проведения процедуры банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченнои? ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) общество обязано хранить следующие документы: договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения; протокол (протоколы) собрания учредителеи? общества, содержащии? решение о создании общества и об утверждении денежнои? оценки неденежных вкладов в уставныи? капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающии? государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссиеи? облигации? и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собрании? участников общества, заседании? совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионнои? комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионнои? комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами России?скои? Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Согласно пункту 2 названнои? статьи Закона № 14-ФЗ общество хранит указанные документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Порядок и сроки хранения бухгалтерскои? и инои? финансовои? документации юридического лица предусмотрены в статье 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ).

В этои? же статье Закона № 402-ФЗ сказано, что при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организациеи? самостоятельно.

В предмет доказывания по настоящему заявлению входит обоснование деи?ствительного фактического наличия истребуемых документов у ответчика.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона об обществах с ограниченнои? ответственностью единоличныи? исполнительныи? орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностеи? должен деи?ствовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Как следует из материалов дела, Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2022 ООО «Ритеи?л Труб Снаб» признано несостоятельным (банкротом) по упрощеннои? процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 Юрии? Иванович.

Указанным решением суд обязал руководителя должника в течение трех днеи? передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему. Акт приема-передачи представить в суд.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временныи? управляющии?, административныи? управляющии?, внешнии? управляющии? в течение трех днеи? с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерскои? и инои? документации должника, печатеи?, штампов, материальных и иных ценностеи? конкурсному управляющему. В случае уклонения от указаннои? обязанности руководитель должника, а также временныи? управляющии?, административныи? управляющии?, внешнии? управляющии? несут ответственность в соответствии с законодательством России?скои? Федерации.

Как разъяснено в пунктах 19, 24 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при разрешении споров о привлечении к субсидиарнои? ответственности в связи с не передачеи? документации на представленные заявителем объяснения относительно невозможности проведения процедуры банкротства в отсутствие документации привлекаемое к ответственности лицо вправе обосновать принятие всех необходимых мер для исполнения обязанностеи? по ведению, хранению и передаче документации при тои? степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условии?, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурснои? массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решении?, исключившая проведение анализа этих решении? на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно деи?ствия (бездеи?ствие) контролирующего лица явились необходимои? причинои? объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.11.2022 (дата оглашения резолютивнои? части определения) по делу № А40-269442/2021 суд обязал ФИО2 передать конкурному управляющему ООО «РТС» ФИО1 печати, штампы должника, а также оригиналы бухгалтерских и иных документов по финансово-хозяи?ственнои? деятельности Должника.

09.02.2023 ФИО2 в адрес конкурсного управляющего ФИО1 (129090, г. Москва, а/я 102) была направлена бухгалтерская и иная документация по финансово-хозяи?ственнои? деятельности Должника, что подтверждается почтовои? квитанциеи? и описью вложения в ценное письмо.

Доказательств того, что у бывшего генерального директора должника находится еще какое-либо имущество, которое не передано арбитражному управляющему, последним не представлено (статья 65 АПК РФ).

Конкурсным управляющим ФИО1 с учетом предпринимаемых им деи?ствии? и переданных ФИО2 документов, не указано, отсутствие каких документов препятствует формированию конкурснои? массы и проведению процедуры банкротства в отношении ООО «РТС».

В рассматриваемом случае в нарушение статьи 65 АПК РФ, конкурсныи? управляющии? не приводит доказательств того, что какая-либо документация или материальные ценности должника не были переданы.

Конкурсныи? управляющии? Должника как лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарнои? ответственности, не представил суду надлежащих доказательств в обоснование своеи? позиции.

Факт наличия истребуемых документов у ответчика и их удержания управляющим не доказан. Доказательств обратного, в порядке ст.65 АПК РФ, в материалы дела не представлено.

Кроме того, конкурсныи? управляющии? ссылается на бездеи?ствие ответчиков по неподаче заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, при наступлении которых руководитель должника обязан обратиться с заявлением о признании должника банкротом, в том числе, в случае, если:

- удовлетворение требовании? одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностеи? по уплате обязательных платежеи? и (или) иных платежеи? в полном объеме перед другими кредиторами;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможнои? хозяи?ственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособии?, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в указанных случаях в арбитражныи? суд в кратчаи?шии? срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства. Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностеи? по уплате обязательных платежеи? должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностеи? по уплате обязательных платежеи?, вызванное недостаточностью денежных средств.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие, что в спорныи? период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица.

Конкурсныи? управляющии? в обоснование необходимости подачи ответчиками заявления о признании ООО «Ритеи?л Труб Снаб» несостоятельным (банкротом) указывает на следующие неисполненные требования перед кредиторами.

- на требование ООО «Ритеи?л Лидер Групп» в сумме 144 712 682, 66 руб. с периодом образования сентябрь 2021 года;

- на требование АО «Банк «Северныи? морскои? путь» с периодом образования - 05.03.2022 года;

- на требование АО «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики» в сумме 1 583 694. 00 руб. с периодом образования - с 06.03.2022 по 10.04.2022 г.;

- на требование ИП ФИО6 в сумме 46 840, 00 руб. с периодом образования 30.04.2021 года;

- на требование ПАО «Промсвязьбанк» в сумме 41 959 714, 52 руб. с периодом образования 04.03.2022 года;

- на требование Департамента по обеспечению деятельности мировых судеи? города Москвы в общем размере 55 297 500, 00 руб., которое вытекает из Постановлении? мирового судьи судебного участка № 172 раи?она Митино г. Москвы по делам № 05-0037/172/2022 и № 5-0038/172/2022 от 18.01.2022 года.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве ООО «Ритеи?л Труб Снаб» было возбуждено определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.12.2021 по делу № А40-269442/21 на основании заявления ООО «Ритеи?л Лидер Групп» от 09.12.2021 года.

Таким образом, на момент возбуждения в отношении ООО «Ритеи?л Труб Снаб» производства по делу о банкротстве, у последнего имелись только неисполненные обязательства перед заявителем по делу о банкротстве - ООО «Ритеи?л Лидер Групп» в сумме 144 712 682.66 руб.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2021 по делу № А40-116592/21 в соответствии с которым с ООО «Ритеи?л Труб Снаб» в пользу ООО «Ритеи?л Лидер Групп» взыскана задолженность по договору от 12.01.2020 № 1/13/20-РЛ в размере 56 816 364 руб. 21 коп., пени в размере 20 113 329 руб. 39 коп., по договору от 10.04.2020 № ТС20-03 в размере 57 600 000 руб., проценты за пользование заи?мом в размере 9 489 180 руб. 82 коп., неустои?ка в размере 493 808 руб. 22 коп., а также расходы по госпошлине в размере 200 000 руб.. вступило в законную силу 09.10.2021, а производство по делу о банкротстве возбуждено 16.12.2021, то есть через два месяца с момента вступления в законную СИЛУ судебною акта о взыскании задолженности в пользу ООО «Ритеи?л Лидер Групп».

Суд первой инстанции также обратил внимание, что по смыслу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве наличие непогашеннои? задолженности перед отдельными кредиторами (контрагентами по сделкам) на определенныи? период времени само по себе не свидетельствует о наличии у организации признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и наступлении обязанности руководителя должника обратиться в арбитражныи? суд с заявлением о банкротстве.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств обращения на тот момент как к с самому Обществу, так и к указанному лицу, с требованием о возмещении не исполненных обязательств, равно как не доказано, что имели место объективные причины считать обязательство неисполнимым.

Само по себе наличие задолженности юридического лица, приобретаемои? им входе обычнои? хозяи?ственнои? деятельности, в отсутствии объективных признаков неплатежеспособности лица перед кредиторами или фиктивности сделки не является основанием расценивать бездеи?ствие руководителя данного лица в качестве недобросовестного поведения.

Более того, согласно правовои? позиции, изложеннои? в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» приведены разъяснения, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающеи? имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпорации?, учредителеи? унитарных организации?, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкои? свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решении?, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указании? контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестныи? и неразумныи? характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторскои? задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали деи?ствия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества.

Вместе с тем, как было указано выше, сам факт непогашения даннои? задолженности не может являться достаточным основанием для привлечения его директора к субсидиарнои? ответственности, поскольку истцом не было представлено в материалы дела доказательства, что неоплата Обществом задолженности по судебному решению произошла в результате недобросовестных деи?ствии? ответчика.

В частности, в материалах дела отсутствуют доказательства, что ответчик совершал деи?ствия, направленные на растрату денежных средств и отчуждение имущества, с целью причинения вреда истцу или Обществу должника.

Какие-либо иные доказательства или убедительные доводы в обоснование своеи? позиции о недобросовестности и неразумности поведения ответчиков истцом не представлены.

В материалы дела не представлены доказательства совершения ответчиками деи?ствии?, которые привели к невозможности погашения требовании? кредиторов, нарушили принципы добросовестности и разумности и допустили совершение деи?ствии?, в результате которых появились признаки несостоятельности, утрачено имущество, за счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, причинили вред кредиторам.

Как предусмотрено п.10 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующее должника лицо, вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарнои? ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требовании? кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарнои? ответственности, если оно деи?ствовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителеи? (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его деи?ствия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Таким образом, доказательств наличия фактов непередачи, сокрытия или искажения документации об имуществе должника, которые существенно затруднили бы проведение процедур банкротства, препятствовали формированию и реализации конкурснои? массы для погашения требовании? кредиторов (абз. 4 п. 24 Постановления № 53), в материалах дела не имеется, в связи с чем суд приходит к выводу о необоснованности довода конкурсного управляющего о достаточнои? совокупности обстоятельств для привлечения к субсидиарнои? ответственности по данному основанию.

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителеи? (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его деи?ствия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарнои? ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными деи?ствиями.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарнои? ответственности заявитель должен доказать, что своими деи?ствиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Наличие кредиторскои? задолженности само по себе не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами деи?ствии? по намеренному созданию неплатежеспособного состояния юридического лица.

В абз. 2 ст. 2 Закона о банкротстве определено, что банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательныхплатежеи?, признанная арбитражным судом, а неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностеи? по уплате обязательных платежеи?, вызванное недостаточностью денежных средств (абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяи?ствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактическои? несостоятельности (банкротства).

Кроме того, в том случае, если руководителем должника будет доказано, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумныи? срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованныи? план, такои? руководитель может быть освобожден от субсидиарнои? ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац 2 пункта 9 постановления Пленума № 53).

С учетом изложенного, а также конкретных обстоятельств настоящего дела о банкротстве существенное значение для целеи? правильного разрешения вопроса о наличии/отсутствии основании? для привлечения ответчика к субсидиарнои? ответственности по анализируемому основанию имеет не только сам факт неисполнения обязательств по уплате кредиторскои? задолженности и обязательных платежеи?, но и экономические причины, которыми обусловлено подобное бездеи?ствие контролирующего лица, приведшее к дальнеи?шему значительному росту задолженности без каких-либо предпосылок к ее погашению, а также то, предпринимались ли с его стороны какие-либо реальные меры к урегулированию сложившеи?ся ситуации.

Причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника является одним из частных случаев, когда предполагается, что полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? контролирующего лица (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности заявленных требовании?.

Причинои? банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные деи?ствия ответчика, которые со всеи? очевидностью для любого участника Гражданского оборота повлекут за собои? нарушение прав кредиторов общества.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарнои? ответственности.

Из доводов возражении? ответчиков следует, что наступившие негативные последствия не зависели от деи?ствии? ответчиков и отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между деи?ствиям ответчиков и признание должника банкротом.

Конституционныи? Суд России?скои? Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторскои? задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственныи? критерии?, характеризующии? финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значении? не является основанием для немедленного обращения в арбитражныи? суд с заявлением должника о банкротстве.

Доказательства совершения контролирующими должника лицами сделок, в результате которых причинен существенныи? вред имущественным правам кредиторов, выразившии?ся в утрате возможности полного погашения их требовании? не представлены.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России?скои? Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнои? администрации финансовои? организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством России?скои? Федерации, формирование которои? является обязательным в соответствии с законодательством России?скои? Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурснои? массы (подпункт 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством России?скои? Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченнои? ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнои? администрации финансовои? организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4). В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящеи? статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерскои? (финансовои?) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерскои? (финансовои?) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указаннои? статьи).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно деи?ствия (бездеи?ствие) контролирующего лица явились необходимои? причинои? объективного банкротства.

Судом первой инстанции установлено, что конкурсному управляющему была передана документация, что позволяло выявить совершение контролирующими должника лицами сделок и иных деи?ствии? в этот период, которые могли быть оспорены, а равно принять меры по взысканию дебиторскои? задолженности, пополнению конкурснои? массы иным способом.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовои?, в связи с чем возложение на данных лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, в силу которои? для привлечения виновного лица к гражданско-правовои? ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарнои? ответственности в случае, когда его деи?ствия (бездеи?ствие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарнои? ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившеи?ся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления Пленума № 53); в абзаце 2 пункта 19 постановления Пленума № 53 разъяснено, что при доказывании отсутствия основании? привлечения к субсидиарнои? ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятнои? рыночнои? конъюнктурои?, финансовым кризисом, существенным изменением условии? ведения бизнеса, авариями, стихии?ными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Таким образом, ответственность контролирующего должника лица перед внешним кредитором наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемои? им организациеи? обязательств, в частности вызванныи? рыночными и иными объективными факторами, а за искусственно спровоцированныи?, в результате выполнения указании? (реализации воли) такого контролирующего лица либо его бездеи?ствия в отношении подконтрольного лица. Таких обстоятельств заявителем не представлено.

При этом, доказывая наличие основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве, на какие-либо иные обстоятельства, кроме непередачи документации и соотношении кредиторскои? задолженности, конкурсныи? управляющии? в данном споре не ссылается, каких-либо данных, которые могли бы хотя бы косвенно свидетельствовать о выводе активов, подозрительных сделках, растрате полученных от заказчиков денежных средств не на цели, связанные с основнои? деятельностью должника, не приведено.

При таком положении, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора, а также то, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, отсутствуют основания для выводов о том, что банкротство должника, невозможность формирования конкурснои? массы и полного удовлетворения требовании? кредиторов явились прямым следствием деи?ствии? ФИО2, ФИО3 и ФИО4.

В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о противоправном поведении привлекаемых к субсидиарнои? ответственности лиц и причинении вреда интересам общества.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума № 53). По смыслу п. 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника наступает в случае, если полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие его деи?ствии? и (или) бездеи?ствия.

Согласно п. 16 Постановления Пленума № 53 под такими деи?ствиями (бездеи?ствием) следует понимать деи?ствия (бездеи?ствие), которые явились необходимои? причинои? банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния деи?ствии? (бездеи?ствия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственнои? связи между названными деи?ствиями (бездеи?ствием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Презумпция доведения до банкротства в случаях, закрепленных в пп. 1 п. 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагает необходимость доказывания конкурсным управляющим причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом соответствующих сделок должника, при этом указанная презумпция является опровержимои? (п. 19 Постановления Пленума № 53).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности в части, не противоречащеи? специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (п. 2 Постановления Пленума № 53).

Это означает, что для привлечения к субсидиарнои? ответственности необходимо доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер вреда, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственнои? связи между соответствующим противоправным поведением и вредом (ст. 1064 ГК РФ).

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказана совокупность указанных обстоятельств.

Учитывая изложенное, а также по результатам исследования и оценки представленных в материалы заявления доказательств, доводов сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности условии?, необходимых для привлечения ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарнои? ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, отклоняет доводы апелляционной жалобы ввиду того, что они полностью дублируют доводы заявленных требований. Суд первой инстанции дал надлежащую оценку доводам заявленным требованиям, с которой соглашается апелляционная коллегия. Мотивированных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2023 по делу № А40-269442/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева

Судьи: А.А. Комаров

А.Г. Ахмедов