Постановление от 25 января 2022 г. по делу № А20-4925/2020

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Ессентуки Дело № А20-4925/2020

25.01.2022

Резолютивная часть постановления объявлена 18.01.2022

Постановление изготовлено в полном объёме 25.01.2022


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Жукова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя АО «Каббалкэнерго – ФИО2 (доверенность от 12.01.2021), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики, ФИО3 на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 06.09.2021 по делу № А20-4925/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности с привлечением в качестве ответчиков МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики, ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» (ОГРН <***>, ИНН <***>, с. Верхний Акбаш),

УСТАНОВИЛ:

федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Кабардино-Балкарской Республике (далее - заявитель) обратилась в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением о признании банкротом муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» по признакам отсутствующего должника, введении конкурсного производства по упрощенной процедуре, включении в реестр требований кредиторов второй очереди в размере 1 547 422 руб. 19 коп. (страховые взносы, зачисляемые в ПФ РФ, НДФЛ), третьей очереди в размере 1 526 632, 10 руб., в том числе основной долг-882 176, 31 руб., пени - 612 183, 59 руб., штрафы - 32 272, 20 руб.

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.02.2021 (резолютивная часть объявлена 28.01.2021) муниципальное унитарное предприятие «Курпский групповой водопровод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев - до 22 июля 2021 года. Конкурсным управляющим муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» утвержден член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

27.05.2021 в электронном виде через систему «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ФИО4 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела №А20-4925/2020 о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод», в котором просит взыскать солидарно с МУ «Местной администрации Терского муниципального района КБР», ФИО3 11 326 808, 27 руб.

Определением от 06.09.2021 суд признал наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности МУ «Местная администрация Терского муниципального района КБР, ФИО3 по обязательствам муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод». Приостановил рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики» и ФИО3 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В отзыве на апелляционные жалобы АО «Каббалкэнерго» несогласно с доводами жалоб, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

До судебного заседания от МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики» поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В судебном заседании представитель АО «Каббалкэнерго» возражала против удовлетворения данного ходатайства.

Представитель АО «Каббалкэнерго» поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу в полном объеме.

Апелляционный суд, рассмотрев ходатайство МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики» об отложении судебного разбирательства, отказывает в его удовлетворении ввиду следующего.

Согласно части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В рассматриваемом случае МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики», надлежащим образом извещено о времени и месте судебного заседания, доводы заявления достаточно подробно изложены в апелляционной жалобе по существу спора.

Ссылка относительно болезни представителя, как основание для отложения судебного разбирательства, не принимается апелляционным судом, ввиду того, что МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики» имеет возможность для направления иного представителя для участия в судебном заседании. Апелляционный суд неоднократно откладывал рассмотрение апелляционной жалобы с целью представления сторонами дополнительных доказательств по делу. Администрация неоднократно заявляла ходатайство об отложении судебного разбирательства, представителя для участия в судебном заседании не направляла, дополнительных доводов не заявила.

Учитывая отсутствие оснований для отложения судебного разбирательства, апелляционный суд отказывает в удовлетворении ходатайства МУ «Местная администрация Терского муниципального района Кабардино-Балкарской Республики».

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 06.09.2021 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, дело о признании несостоятельным (банкротом) муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» возбуждено на основании заявления Федеральной налоговой службы России в лице Управления федеральной налоговой службы России по Кабардино-Балкарской Республике.

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.02.2021 отсутствующий должник - муниципальное унитарное предприятие «Курпский групповой водопровод» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев – до 22.07.2021. Конкурсным управляющим муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» утвержден член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих» ФИО4.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий со ссылкой на статьи 9, 61.12 Закона о банкротстве указывает на то, что полное погашение требований кредиторов стало невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующих лиц, а также на необращение с заявлением о признании должника банкротом.

Удовлетворяя заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.08.2019 по делу № А61-740/2016, от 26.10.2020 по делу № А32-32760/2017, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.02.2019 по делу № А56-82366/2017.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что он просит привлечь к субсидиарной ответственности единственного учредителя должника - МУ «Местная администрация Терского муниципального района КБР и бывшего руководителя должника ФИО3.

Поскольку заявленные конкурсным управляющим обстоятельства для привлечения к субсидиарной ответственности имели место в 2014 году, однако бывший руководитель приступил к исполнению своих обязанностей в 2019 году, следовательно, в данном случае применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При этом, в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или)иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника именно как признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Согласно подпункту 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума № 62 не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов. Закон обязывает участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Каждый участник гражданского оборота, заключающий сделки с определенным юридическим лицом, имеет намерение получить соответствующий результат, что возможно лишь при платежеспособности этого юридического лица.

Размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр, а также учитываемых за реестром составляет 11 326 808, 27 руб. Согласно отчету арбитражного управляющего в ходе проведения процедуры банкротства сформированной конкурсной массы не достаточно для соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Согласно распоряжению № 133-р от 13.09.2019 ФИО3 приступил к исполнению обязанностей директора муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» Терского муниципального района с 13.09.2019.

В период с 11.03.2009 по настоящее время МУ «Местная администрация Терского муниципального района КБР» являлась учредителем в МУП «Курпский групповой водопровод», как видно из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, что свидетельствует о наличии статуса контролирующего должника лица.

В реестр требований должника, включены конкурсные кредиторы на общую сумму 11 326 808,27 рублей, из которых:

- 8 252 753,98 рублей требование АО «Каббалкэнерго»;

- 3 074 054,29 рублей требование УФНС РФ по КБР.

Как следует из материалов дела в соответствии с п.7.1 договора энергоснабжения от 01.01.2013 №Т-15, заключенного между АО «Каббалкэнерго» и МУП «Курпский групповой водопровод», окончательный расчет за потребленную электрическую энергию производится потребителем не позднее 18 числа месяца, следующего за расчетным; как следует из расчета суммы задолженности должника перед АО «Каббалкэнерго», включенной в реестр требований должника, МУП «Курпский групповой водопровод» перестало исполнять обязательства по оплате стоимости потребленной электрической энергии в июле 2014 года, стоимость потребленной в июле 2014 года электроэнергии подлежала оплате не позднее 18.08.2014, а признаки несостоятельности (банкротства), согласно положений статьи 3 Закона о банкротстве, возникли 19.11.2014 (по истечении трех месяцев со дня наступления срока исполнения обязательства).

Согласно распоряжению № 133-р от 13.09.2019 ФИО3 приступил к исполнению обязанностей директора муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод» Терского муниципального района с 13 сентября 2019 года.

Таким образом, приступив к обязанностям в 2019 году и видя, что предприятие отвечает признаку неплатежеспособности ввиду наличия в этот период требований кредиторов, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника, а также осознавая, что данная неплатежеспособность носит устойчивый характер (задолженность по налогам и перед АО «Каббалкэнерго» числится с 2014 года), руководитель и единственный учредитель своевременно не обратились в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации. Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты.

По состоянию на 2019 год администрация также как учредитель и собственник имущества должника обладала информацией о неблагоприятном финансовом положении предприятия. Муниципальное унитарное предприятие ежегодно представляет отчет о своей деятельности собственнику (учредителю) имущества. Следовательно, о неудовлетворительном финансовом состоянии администрация первоначально узнала в 2015 году.

Пункт 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве введен в действие 30.07.2017 Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ. В то же время заявление ФНС России по КБР о признании МУП «Курспский групповой водопровод» несостоятельным (банкротом) было принято к производству арбитражного суда 10.12.2020, то есть на протяжении с 2015 по 2020 год, получая ежегодно бухгалтерские балансы унитарного предприятия о неудовлетворительном финансовом состоянии, несмотря на убыточную деятельность муниципального предприятия и наличие кредиторской задолженности по денежным обязательствам и обязательным платежам, непогашенным свыше трех месяцев с даты, когда они должны были быть погашены, администрация не принимала решения о ликвидации должника в соответствии с п. 2 ст. 15 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, что свидетельствует о недобросовестном бездействии администрации, как учредителя должника, повлекшем увеличение кредиторской задолженности. Таким образом, начиная с 2017 года (когда соответствующая обязанность введена Законом о банкротстве) на администрации как собственнике имущества и учредителе должника, лежала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве МУП «Курспский групповой водопровод».

Администрация своим бездействием предопределила наступление ситуации, при которой должник, не имея собственных средств и имущества, прекратил деятельность, а удовлетворение требований кредиторов за счет имущества стало невозможным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Таким образом, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При сдаче бухгалтерской отчетности за 2019 год директор ФИО3 должен был знать о неплатежеспособности предприятия и соответственно обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Учитывая, что согласно пункту 5 части 1 статьи 23 НК РФ налогоплательщики обязаны представлять в налоговый орган по месту нахождения организации годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность не позднее трех месяцев после окончания отчетного года, о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом ФИО3 должен был знать и соответственно обратиться с заявлением о признании должника банкротом не позднее 31.04.2020 (в течение месяца после установления обстоятельств неудовлетворительного состояния предприятия с учетом сдачи налоговой отчетности до 31.03.2020). Однако им этого сделано не было. С соответствующим заявлением о признании должника банкротом по упрощенной процедуре обратился налоговый орган 10.12.2020.

Необращение руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности привели к увеличению кредиторской задолженности, которую должник не в состоянии был погашать, и соответственно, привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов.

Апелляционная коллегия судей полагает, что на основании вышеизложенного, действия (бездействия) контролирующих должника лиц говорят о неисполнении бывшим руководителем и учредителем обязанности обратится с заявлением о банкротстве должника.

Кроме того ни бывшим руководителем, ни учредителем должника не были предприняты меры по выходу должника из положения финансового кризиса ( с 2015 года –администрацией, с 2019 года ФИО3,). При этом бывший руководитель продолжал заключать договоры и совершать сделки, увеличивая кредиторскую задолженность, в том числе и перед АО «Каббалкэнерго».

Апелляционный суд, соглашаясь с судом первой инстанции о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, исходит из следующего.

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях"), статьи 61.12 этого Закона (вступившей в силу с 30.07.2017), если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 названного Закона.

Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, в том числе и правила о деликте, закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53)).

По общему правилу, установленному пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В рассматриваемом случае создание должника было вызвано необходимостью осуществления предприятием деятельности, направленной на решение социально значимых задач. Согласно сведениям из ЕГРЮЛ (л.д. 27-31) основным видом деятельности должника является забор и очистка воды для питьевых и промышленных нужд. В связи с этим основной причиной внесения муниципальным образованием вклада в уставный фонд должника являлось не характерное для обычного контролирующего лица бенефициарное стремление участвовать в распределении всей возможной будущей прибыли созданной им организации, а выполнение публично-правовых обязанностей.

Таким образом, уже при создании предприятия произошло смешение частных и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу: коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой генеральной цели (статьи 50 и 53 ГК РФ), использована муниципальным образованием - собственником имущества предприятия для достижения иной, публичной цели, социального результата - обеспечения населения жизненно необходимым набором коммунальных услуг.

Это, в свою очередь, подразумевает более высокую степень вмешательства публичного собственника имущества, ответственного за решение общественно значимого вопроса, в операционную деятельность подконтрольного юридического лица по сравнению, например, с частными корпорациями. Любой разумный руководитель названного унитарного предприятия не может не осознавать публичную задачу, для выполнения которой предприятие создавалось, а потому не примет управленческое решение, ставящее публичное обязательство под угрозу неисполнения, самостоятельно, без одобрения муниципального образования, в чьем ведении находится соответствующий социальный вопрос. К числу таких решений относится и решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве предприятия.

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике лицо, фактически выполняющее функции руководителя юридического лица, не имеющее прямых формальных полномочий, отвечает так же как лицо, числящееся единоличным исполнительным органом (по смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления N 53). Этот подход применим и к собственнику имущества унитарного предприятия, когда он в действительности определяет действия последнего исходя из стоящих перед самим публичным образованием социальных задач, в том числе влияет на решения руководителя предприятия.

При таких обстоятельствах апелляционная коллегия судей полагает, что функционирование должника в отсутствие субсидирования носит заведомо убыточный характер, предприятие не могло надлежащим образом исполнять обязательства перед поставщиками энергоресурсов и бюджетом независимо от личности своего руководителя.

Наличие публичной цели создания должника, не связанной с извлечением прибыли, фактическая неспособность потребителей его услуг вносить в полном объеме плату за эти услуги в силу экономической ситуации, сложившейся в муниципалитете, извещение руководителем предприятия собственника его имущества о возникших в связи с этим финансовых затруднениях и отсутствие встречного указания на необходимость подачи заявления о банкротстве может расцениваться как обстоятельство, свидетельствующее о наличии у публичного образования намерения оказать содействие в преодолении кризисной ситуации (провести санацию), что исключает ответственность директора, добросовестно полагавшегося на то, что антикризисный план будет разработан публичным собственником в разумные сроки (по смыслу абзаца второго пункта 9 постановления N 53).

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 N 305-ЭС21-4666(1,2,4).

При изложенных обстоятельствах именно собственник имущества унитарного предприятия должен либо подготовить экономически обоснованный план выхода из кризиса, либо дать руководителю предприятия указание о подаче заявления о банкротстве применительно к полномочиям, закрепленным в подпункте 5 пункта 1 статьи 20 Закона об унитарных предприятиях.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2021 N 307-ЭС21-5954(2,3) по делу N А42-9226/2017.

Из материалов дела следует, что бывший руководитель должника ФИО3 с соответствующими уведомлениями о необходимости решения вопроса о выходе из кризисной финансовой ситуации к учредителю не обращался; соответствующие доводы им не приведены и документально необоснованы. В свою, очередь, публичный собственник, осознавая социальную значимость созданного им предприятия, и зная из бухгалтерской отчетности предприятия о финансовом кризисе, также не предпринимал меры к реструктуризации задолженности, возникшей у МУП «Курпский групповой водопровод», соответствующие распоряжения на обращение в суд с заявлением о банкротстве руководителю должника не дал. Доказательств наличия указанных действий администрация в материалы дела не представила.

Учитывая вышеизложенную позицию ВС РФ, апелляционный суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае и бывший руководитель должника и учредитель совместно не предпринимали никаких попыток вывода из финансового кризиса МУП «Курпский групповой водопровод»; соответствующий план выхода из кризиса учредителем не разработан, уведомления о необходимости разработки и предоставления плана выхода из финансового кризиса бывшим руководителем также не направлены.

В связи с изложенным, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции пришел верному выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Курпский групповой водопровод» - МУ «Местная администрация Терского муниципального района КБР» и ФИО3.

В соответствии с частью 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

На дату рассмотрения данного обособленного спора конкурсная масса по настоящему делу о банкротстве не сформирована, имущество не реализовано, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем суд первой инстанции правомерно производство по вопросу о привлечении МУ «Местная администрация Терского муниципального района КБР, и ФИО3 к субсидиарной ответственности приостановил до окончания расчетов с кредиторами по делу №А20-4925/2018 о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Курпский групповой водопровод».

Исследовав доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы жалоб не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Выводы суда сделаны с правильным применением норм материального права, на основе полного и всестороннего исследования всех имеющихся в материалах дела доказательства в их совокупности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 06.09.2021 по делу № А20-4925/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Судьи


Н.В. Макарова

З.А. Бейтуганов

Е.В. Жуков