Постановление от 15 февраля 2023 г. по делу № А51-3233/2021

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-3233/2021
г. Владивосток
15 февраля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 февраля 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-18/2023

на определение от 02.12.2022

судьи Ю.А. Иозеф

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной

по делу № А51-3233/2021 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению ФИО4 о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

ФИО4 (лично), паспорт,

иные лица, участвующие в деле, не явились,



УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (далее – должник) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 02.03.2021 заявление ФИО4 принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением суда от 12.04.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий 08.02.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным сделками: договор купли-продажи транспортного средства ХОНДА ФИТ ГИБРИД, кузов GP53026713, государственный регистрационный номер <***> (далее – автомобиль), заключенный между ФИО4 и ФИО2 (далее – апеллянт), договор купли-продажи автомобиля от 29.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО5; о применении последствий недействительности сделки в виде возврата автомобиля в собственность ФИО4

Определением суда от 02.12.2022 требования финансового управляющего удовлетворены, признаны недействительными следующие договоры: договор купли-продажи транспортного средства от 21.09.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2; договор купли-продажи транспортного средства от 29.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО5; на ФИО5 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника автомобиль.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просила производство по рассмотрению апелляционной жалобы до рассмотрения гражданского дела в Ленинском районном суде г. Владивостока по иску ФИО2 к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества приостановить; определение в части возложения на ФИО5 обязанности возвратить автомобиль отменить, в удовлетворении заявления в данной части отказать. Поскольку по договоренности с ФИО5 автомобиль после его продажи находился в пользовании ее дочери - ФИО2, которая фактически несет расходы на ремонт и эксплуатацию автомобиля, необходимого для перевозки дочери бывших супругов Е-ных – ФИО6, а также в связи с тем, что в силу результата рассмотрения настоящего обособленного спора автомобиль возвращен в совместную собственность апеллянта и должника, ФИО2 обратилась в суд общей юрисдикции с требованием произвести раздел имущества следующим образом: признать за ФИО2 право собственности на автомобиль, взыскать с нее в пользу ФИО4 денежные средства в размере 124 150 руб. в качестве денежной компенсации за ? доли в праве собственности на автомобиль. Апеллянт полагает, что рассмотрение данного дела в Ленинском районном суде г.Владивостока может повлиять на выводы апелляционного суда по настоящему делу.

Определением апелляционного суда от 11.01.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 08.02.2023.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в суд апелляционной инстанции не поступил.

Коллегией установлено, что к апелляционной жалобе приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено судом как ходатайство об их приобщении к материалам дела. Руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, суд приобщил данные документы, как представленные в обоснование ходатайства о приостановлении производства по делу.

Рассмотрев ходатайство апеллянта о приостановлении производства по делу, поддержанное должником в судебном заседании 08.02.2023, коллегия посчитала его неподлежащим удовлетворению исходя из следующего.

Часть 1 статьи 143 АПК РФ устанавливает случаи, при наступлении которых арбитражный суд обязан приостановить производство по делу, в частности, арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом (пункт 1 части 1 статьи 143).

Производство по делу приостанавливается до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда (пункт 1 части 1 статьи 145 АПК РФ).

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом; данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания.

Обязанность приостановить производство по делу по данному основанию связана не просто с наличием другого дела в производстве вышеназванных судов, а с объективной невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу, то есть, с наличием обстоятельств, препятствующих принятию решения по рассматриваемому делу, при этом связь между делами должна носить правовой характер, и, как правило, при взаимной связи дел речь идет о том, что решение суда по другому делу будет иметь преюдициальное значение по тем вопросам, которые входят в предмет доказывания по рассматриваемому делу.

Следовательно, арбитражный суд обязан приостановить производство при наличии в совокупности двух условий: если в производстве соответствующего суда находится дело, связанное с тем, которое рассматривает арбитражный суд, если это дело имеет существенное значение для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по отношению к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, арбитражный суд обязан приостановить производство по рассматриваемому им делу до разрешения другого дела исключительно в том случае, если рассмотрение этого спора объективно невозможно без разрешения по существу другого дела.

Оценив приведенные апеллянтом доводы в обоснование ходатайства, коллегия не установила предусмотренных статьей 143 АПК РФ оснований для обязательного приостановления производства по делу с учетом того, что исковое заявление о разделе совместно нажитого имущества, как указывает апеллянт, подано как раз в связи с возвратом в общую собственность супругов спорного автомобиля, соответственно, наличие либо отсутствие оснований для возврата автомобиля в конкурсную массу должника является первичным по отношению к определению долей супругов и разделу их общей совместной собственности.

В судебном заседании 08.02.2023 должник поддержал доводы апелляционной жалобы.

Заслушав позицию должника, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены либо изменения обжалуемого определения на основании следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно сведениям Департамента записи актов гражданского состояния Приморского края от 15.06.2020 № 49-В02810 между ФИО4 и ФИО2 (ранее ФИО5) 12.10.2013 зарегистрирован брак, 02.11.2021 брак расторгнут.

В период нахождения в браке на имя должника по договору от 13.01.2019 приобретен автомобиль, то есть, в соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) на данное имущество распространяется законный режим совместной собственности супругов.

В дальнейшем между должником (продавец) и ФИО2 (покупатель) 21.09.2020 заключен договор купли-продажи автомобиля стоимостью 10 000 руб., а 29.09.2020 между ФИО2 и ФИО5 (мать ФИО2) заключен договор купли-продажи автомобиля стоимостью 10 000 руб. По сведениям из Управления Министерства внутренних дел по Приморскому краю автомобиль с 30.09.2020 зарегистрирован за ФИО5

Считая, что данные договоры купли-продажи заключены между заинтересованными лицами при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, подлежащему применению в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Порядок оспаривания сделок должника-гражданина предусмотрен статьей 213.32 Закона о банкротстве, при этом из императивного предписания пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенным с 01.10.2015. Сделки же указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Так как в электронной карточке настоящего дела о банкротстве (https://kad.arbitr.ru/) отсутствуют сведения о том, что должник когда-либо был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, притом отчуждение автомобиля произведено после 01.10.2015, сделка по отчуждению автомобиля может быть признана недействительной с применением пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Учитывая, что дело о банкротстве должника возбуждено определением от 02.03.2021, а оспоренные финансовым управляющим сделки совершены после 21.09.2020, для признания их недействительными достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В настоящем случае суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, пришел к выводу о том, что цепочкой последовательно совершенных сделок по продаже имущества с участием заинтересованных лиц осуществлена передача находящегося в совместной собственности супругов Е-ных движимого имущества в собственность матери ФИО2, что привело к выбытию автомобиля из владения должника и его супруги, которое позволило ФИО2 управлять транспортным средством и уберечь его от возможных притязаний кредиторов ФИО4

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 указанного кодекса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П).

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Данный подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Именно в этом заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без обращения с последующим виндикационным иском. Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Как указано выше, по договорам купли-продажи 21.09.2020 должником отчужден автомобиль его супруге ФИО2, 29.09.2020 ФИО2 – ее матери ФИО5 Из доводов апелляционной жалобы следует и не оспорено участвующими в деле лицами, что у ФИО2 и ФИО4 есть несовершеннолетняя дочь ФИО6

В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (статья 19 Закона о банкротстве).

Согласно подпунктам 7, 8 пункта 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается физическое лицо и его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; лица, каждое из которых по какому-либо из указанных признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных признаку.

В силу приведенных норм ФИО4, ФИО2 и ФИО5 являются заинтересованным по отношению друг к другу лицами.

В рассматриваемом случае сторонами оспариваемых сделок выступили физические лица, которые при покупке транспортных средств исходят из личных нужд. В такой сделке, при недоказанности взаимосвязи между продавцом и покупателем и наличия у них намерения вывести имущество с целью недопущения обращения взыскания на него, презюмируется основанная на статье 1 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота и совершение ими действий с целью достижения обычных в этих взаимоотношениях целей. В случае участия в сделке заинтересованных, взаимосвязанных сторон применяется повышенный стандарт доказывания и указанная презумпция не учитывается.

Таким образом, поскольку все стороны оспариваемых сделок являются заинтересованными между собой лицами, в настоящем обособленном споре подлежит применению повышенный стандарт доказывания.

Коллегией установлено, что достоверные доказательства осуществления расчетов по договорам от 21.09.2020 и от 29.09.2020, в частности расписки должника и апеллянта в получении денежных средств (10 000 руб.) за проданный автомобиль, банковские выписки, документы, свидетельствующие о снятии наличных денежных средств со счетов, о зачислении их на счета, доказательства финансовой состоятельности покупателей, в материалы дела не представлены. В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о безвозмездности каждой сделки. Данное обстоятельство участвующими в деле лицами не опровергнуто, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Из сведений, представленных Российским Союзом Автостраховщиков следует, что на протяжении всего периода с 14.10.2019 по 28.11.2022 ФИО2 имела доступ к управлению спорным транспортным средством. Данное обстоятельство не опровергнуто должником и подтверждено самой ФИО2, которая указала, что автомобиль необходим ей для личных целей, связанных с общим ребенком супругов Е-ных.

Исходя из данных обстоятельств, коллегия усматривает, что последовательный, быстрый вывод совместно нажитого имущества супругов, ранее зарегистрированного за должником, затем за супругой, которая произвела отчуждение автомобиля в пользу своей матери в течение 9 дней, лишены экономического смысла. Должником не приведено объяснения цели продажи имущества, итак находящегося в совместной собственности, супруге; апеллянтом не приведено разумных доводов, объясняющих целесообразность отчуждения имущества ее матери при сохранении права пользования автомобилем. Более того, из апелляционной жалобы следует, в настоящий момент содержание автомобиля и управление им полностью осуществляются бывшей супругой должника, что в совокупности с установленными обстоятельствами свидетельствует о недобросовестности всех сторон цепочки сделок.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации, совокупность таких признаков как «быстрая перепродажа имущества», «заниженная стоимость имущества», «отсутствие экономической и коммерческой целесообразности в сделке» являются свидетельством искусственного создания добросовестности приобретателя, и в таком случае приобретатель имущества не может считаться добросовестным (определение Верховного суда Российской Федерации от 26.03.2015 по делу № А41-268/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.04.2015 № 306-ЭС15-1553 по делу № А65-1516/2014).

При этом, как установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись кредиторы, обязательства перед которыми возникли до сентября 2020 года, и требования которых в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) в рамках настоящего дела, в том числе:

- определением суда от 05.08.2021 в реестр включена задолженность перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» в размере 1 183 202,19 руб., образовавшаяся в связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договорам от 14.10.2019 № 323913, от 06.10.2019 № 314369 и от 25.05.2012;

- определением суда от 09.08.2021 в реестр включена задолженность перед публичным акционерным обществом «МТС-Банк» в размере 21 556,59 руб., образовавшаяся в связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору от 23.09.2019 № МТСНВС117118/009/19;

- определением суда от 10.08.2021 в реестр включена задолженность перед публичным акционерным обществом «Альфа-Банк» в размере 65 140,88 руб., образовавшаяся в связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору от 21.06.2019 № F0TCRC20S19061503821.

Данные обстоятельства, в отсутствие доказательств обратного, свидетельствуют о неплатежеспобности должника на момент совершения цепочки сделок.

На основании изложенного апелляционный суд пришел к выводу, что договоры купли-продажи автомобиля от 21.09.2020 и от 29.09.2020 прикрывали собой единую сделку по безвозмездной передаче транспортного средств от должника в пользу матери бывшей супруги должника, совершенную с целью сокрытия актива должника от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, принимая во внимание, что номинальность владения транспортным средством ФИО5 (последним приобретателем) подтверждена ее дочерью.

Вопреки повышенному стандарту доказывания, участниками обособленного спора не представлены доказательства реальности совершенных сделок, подтверждающие факт оплаты по договорам купли-продажи и финансовой возможности совершения сделок. В этой связи договоры купли-продажи автомобиля от 21.09.2020 и от 29.09.2020 подлежат квалификации как ничтожные (притворные) сделки в соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

Оценив действия сторон прикрываемой сделки по выводу имущества должника в пользу заинтересованного с должником лица на основании вышеуказанных, подтвержденных документально обстоятельств, апелляционный суд пришел к выводу, что в данном случае воля ФИО4, ФИО2 и ФИО5 как участников единой цепочки сделок по отчуждению автомобиля была направлена на достижение одной общей цели - вывода актива должника и уклонения от расчетов с кредиторами без намерения исполнить сделку. Указанное не оспорено участвующими в деле лицами.

С учетом изложенного коллегия установила, что, поскольку в результате вывода актива должника, осуществленного без встречного предоставления, в период наличия у должника признаков неплатежеспособности был причинен имущественный вред правам кредиторов, цель причинения которого была известной для всех участников цепочки сделок, ввиду презумпции осведомленности в силу их заинтересованности, сделка по выводу актива должника с целью избежания обращения на него взыскания в преддверии банкротства должника подлежит признанию как недействительная сделка на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым и последним контрагентом возврат имущества от конечного приобретателя к первоначальному осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

Так как спорное имущество в настоящее время зарегистрировано на имя ФИО5, а доказательства оплаты по договору в материалы дела не представлены, суд первой инстанции правомерно применил одностороннюю реституцию, возложив на ФИО5 обязанность вернуть автомобиль в конкурсную массу должника.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, как не являющиеся основанием для отмены судебного акта, поскольку при рассмотрении спора в материалы дела не представлены брачный договор, иные соглашения о разделе имущества супругов, вступивший в законную силу судебный акт о разделе общего имущества супругов, ввиду чего при в отношении автомобиля распространяется режим общей совместной собственности супругов, предусмотренный пунктом 1 статьи 33 СК РФ. Результат рассмотрения иска о разделе общего имущества в Ленинском районном суде г.Владивостока влияет на разрешение вопроса о последующей реализации этого имущества в рамках дела о банкротства должника в соответствии с разъяснениям в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», а не на применение последствий недействительной сделки.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба в нарушение требований, предусмотренных статьями 9, 65 АПК РФ, не содержит.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя в соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ, с учетом положений подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и пункта 19 Постановления № 63.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 02.12.2022 по делу №А51-3233/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.


Председательствующий

А.В. Ветошкевич



Судьи


М.Н. Гарбуз


К.П. Засорин