Постановление от 4 сентября 2023 г. по делу № А40-48993/2021

№ 09АП-42440/2023

Дело № А40-48993/21
г. Москва
04 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2023 года


Постановление изготовлено в полном объеме 04 сентября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.Г. Ахмедова, А. А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «КОНСТАНТА», ФИО5, ФИО6 на решение Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2023 о взыскании с ФИО5 и ФИО6 солидарно в пользу ООО «КОНСТАНТА» денежных средств в размере 4 860 948,81 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ГУГС»; отказе во взыскании в остальной части требований; отказе в удовлетворении требований к ответчикам ФИО1, ФИО2, вынесенное в рамках искового заявления ООО «КОНСТАНТА» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника по обязательствам АО «ГУГС»,


при участии в судебном заседании:

от ООО «КОНСТАНТА» - ФИО3, ген. директор,

ФИО2, лично, паспорт,

от Буки И.В. – ФИО4, по дов. от 28.04.2023

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

ООО «КОНСТАНТА» (далее - истец, заявитель) является кредитором АО «ГУГС» (далее - должник) на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 15.09.2018 по делу № А40-131527/18, требования которого были признаны обоснованными в рамках дела о банкротстве № А40-52825/19.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2020 по делу № А40-А40-52825/19 прекращено производство по делу о банкротстве в отношении АО «ГУГС» на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2021 принято к производству заявление ООО «КОНСТАНТА» о привлечении к субсидиарнои? ответственности контролирующих должника лиц - ФИО5 и ФИО6, ФИО1, ФИО2 по обязательствам АО «ГУГС» в общем размере 10 076 763,60 руб. (с учетом уточнении?, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ), возбуждено производство по делу № А40-48993/2021-24-137.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2023 взыскано с ФИО5 и ФИО6 солидарно в пользу ООО «КОНСТАНТА» денежные средства в размере 4 860 948,81 руб. в порядке субсидиарнои? ответственности по обязательствам АО «ГУГС». Во взыскании в остальнои? части требовании? – отказано. В удовлетворении требовании? к ответчикам ФИО1, ФИО2 – отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «КОНСТАНТА», ФИО5, ФИО6 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просит решение Арбитражного суда г. Москвы от 12.05.2023 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

Представители апеллянтов каждый по отдельности поддержали доводы жалоб, по мотивам, изложенным в них.

ФИО2 возражал на доводы апелляционных жалоб, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Представитель ООО «КОНСТАНТА» возражала на доводы апелляционной жалобы ФИО6, ссылаясь на ее необоснованность.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции, не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из пп. 1 и 2 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарнои? ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности, предусмотреннои? статьеи? 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражныи? суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящеи? статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 5 ст. 61.19 Закона о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарнои? ответственности по основанию, предусмотренному статьеи? 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарнои? ответственности по основанию, предусмотренному статьеи? 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любои? процедуры, применяемои? в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражныи? управляющии? по своеи? инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащеи? специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса России?скои? Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарнои? ответственности.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовои?, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса России?скои? Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско- правовои? ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации).

Следуя правовои? позиции, изложеннои? в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 по делу № А40-82872/10-70-400Б, необходимо установить следующие обстоятельства:

объективная сторона - установление факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в неи? соответствующеи? информации;

субъективная сторона - вина; должно быть установлено, предпринял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота;

причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в неи? информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требовании? кредиторов размер субсидиарнои? ответственности, которыи? по общему правилу определяется как сумма требовании?, включенных в реестр требовании? кредиторов, но не удовлетворенных в связи с недостаточностью конкурснои? массы, при этом размер ответственности может быть снижен, если привлекаемое к ответственности лицо докажет, что размер вреда, причиненного им имущественным интересам кредиторов отсутствием документации существенно меньше размера требовании?, подлежащих удовлетворению;

установление специального субъекта - руководителя должника.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такои? ответственности установлены главои? III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условии?. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющеи? организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационнои? комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как указывает заявитель, надлежащими ответчиками по делу № А40-48993/21 о привлечении к субсидиарнои? ответственности контролирующих должника лиц являются:

Волынец Виталии? Викторович - генеральныи? директор должника с 03.02.2015 по 11.07.2016; единственныи? участник (доля - 100%) с 01.06.2016 (и ранее) до 24.10.2017;

ФИО6 - генеральныи? директор с 12.07.2016 по 08.09.2016;

ФИО7 Алексеи? Александрович - единственныи? участник (доля - 100%) с 25.10.2017;

Пичугов Сергеи? Александрович - генеральныи? директор c 23.11.2017.

Заявитель указывает, что ответственность за доведение должника до объективного банкротства (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве) возлагается на ФИО5 и Буку И.В.

Под деи?ствиями (бездеи?ствием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требовании? кредиторов следует понимать такие деи?ствия (бездеи?ствие), которые явились необходимои? причинои? банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Поскольку объективное банкротство подразумевает устои?чивую неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальнои? стоимостью его активов, критическое значение приобретает ненадлежащее отражение в бухгалтерскои? отчетности ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») нефтепродуктов, приобретенных по договору поставки №1/2016 от 01.06.2016:

1) поскольку договором поставки предусмотрено, что переданные в собственность покупателя нефтепродукты до полнои? их оплаты находятся в залоге у поставщика (п. 1.3. приложения №1 от 01.06.2016 к договору поставки), то по состоянию на отчетную дату 31.12.2016 неоплаченные нефтепродукты на сумму 2 645 747,03 руб. (без НДС) должны отражаться в оборотных активах баланса покупателя в строке «Запасы» (код 1210):

согласно ПБУ 5/01 «Уче?т МПЗ» (деи?ствовало 31.12.2016) в запасах отражаются приобретенные сырье, материалы и т.п. предназначенные для производства продукции на продажу и для собственных нужд, а также последующеи? перепродажи, включая материально-производственные запасы, переданные покупателю под залог;

согласно плану счетов бухгалтерского учета отражение нефтепродуктов за балансом возможно только в таких случаях, как передача ТМЦ на ответственное хранение, учет давальческого сырья и принятие товаров на комиссию, что не соответствует характеру и виду заключенного договора поставки;

при этом в строке «Запасы» (код 1210) отражена сумма 680 тыс. руб., что не соответствует (в 3,9 раз меньше) покупнои? стоимости нефтепродуктов;

2) принимая во внимание, что баланс составляется предприятием на определенную дату (в данном случае - на 31 декабря 2016 года) и дискретно отражает состояние счетов, можно было бы предположить, что покупатель - в нарушение условии? договора - реализовал приобретенные по договору поставки нефтепродукты ранее отчетнои? даты, тогда в отчете о финансовых результатах в строке «Себестоимость продаж» (код 2120) должна была бы отражаться стоимость (без НДС) поставленных нефтепродуктов, увеличенная на стоимость самовывоза со склада переработчика и хранения до момента реализации;

аналогично строка «Выручка» (код 2110), должна была бы содержать сумму, сопоставимую со стоимостью поставленных нефтепродуктов; однако в годовои? отчетности указаны суммы себестоимости продаж 427 тыс. руб. и выручки 461 тыс. руб., что в 6,2 и 5,7 раз меньше стоимости поставленных нефтепродуктов соответственно.

Таким образом, в годовои? бухгалтерскои? отчетности ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») за 2016 год не отражены нефтепродукты, поставленные по договору поставки No1/2016 от 01.06.2016 - в нарушение деи?ствующего законодательства и интересов кредитора ООО «КОНСТАНТА» (то есть при значительном увеличении обязательств должника не произошло соответствующее увеличение стоимости его имущества).

Далее, договором поставки № 1/2016 от 01.06.2016 предусматривалось, что нефтепродукты будут находиться в залоге у продавца до полнои? их оплаты покупателем.

Поскольку стороны при продаже товара в кредит не установили, что для обеспечения обязанности покупателя по оплате будет заключен отдельныи? договор залога, то залог, предусмотренныи? п. 5 ст. 488 ГК РФ, возникает на основании п. 1.3. приложения № 1 от 01.06.2016 к договору поставки.

Однако в ходе исполнительного производства, которое велось с 05.10.2018 по 20.12.2018 и окончилось без взыскания, поставленные должнику нефтепродукты не были обнаружены, что свидетельствует об отчуждении должником предмета залога без согласия кредитора вопреки условиям заключенного договора поставки и п. 2 ст. 346 ГК РФ.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» сделка по отчуждению имущества являлась крупнои? для должника, поскольку покупная стоимость нефтепродуктов составляла более 60% балансовои? стоимости активов по данным бухгалтерскои? (финансовои?) отчетности на 31.12.2015 года. При этом отчуждение имущества не сопровождалось встречным предоставлением от контрагента в пользу ЗАО «Лои?маМашинери». Данныи? вывод основан на системном анализе годовои? бухгалтерскои? отчетности ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») за 2016 год, направленнои? в ГМЦ Росстат (предоставлена Системои? СПАРК-Интерфакс).

Указанные деи?ствия (бездеи?ствие) контролирующих лиц являются неправомерными и выражаются в принятии ключевых деловых решении? с нарушением принципов добросовестности и разумности. Указанные деи?ствия (бездеи?ствие) явились необходимои? причинои? банкротства должника (и возбуждения производства по делу № А40-52825/ 19-24-54 Б о несостоятельности (банкротстве) АО «ГУГС»), то есть такими, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Добросовестно и разумно деи?ствующие контролирующие должника лица должны были либо полностью рассчитаться с кредитором по договору поставки, либо - в случае обнаружения невозможности выполнить свои обязательства по оплате договора поставки - принять решение о возврате поставленных нефтепродуктов, находящихся в залоге у продавца, продавцу (ООО «КОНСТАНТА»), поскольку должник не вправе без согласия кредитора распоряжаться предметом залога, в том числе отчуждать его.

Ответственными за доведение должника до объективного банкротства следует признать ФИО5 и Буку И.В., деи?ствовавших согласованно (не отражение в бухгалтерском учете приобретения нефтепродуктов по договору поставки № 1/201 01.06.2016 и их последующего отчуждения, уклонение от регистрации залога нефтепродуктов, оставление фактического адреса и несообщение контрагенту нового местоположения должника и т.д.), однонаправлено (уклонение от исполнения обязательств по договору поставки № 1/2016 от 01.06.2016) и совместно (ФИО5 являлся единственным участником ЗАО «Лои?маМашинери», в то время как должность генерального директора попеременно занимали он сам и ФИО6).

В силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве и абз. 1 ст. 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц деи?ствовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Согласно пп. 2 и пп. 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствуют или не содержат информацию об объектах, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурснои? массы, а также если документы, хранение которых являлось обязательным, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнои? администрации финансовои? организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены».

Несмотря на то, что в отношении АО «ГУГС» процедуры, применяемые в деле о банкротстве, не водились и решение о признании должника банкротом не принималось, п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве наделяет заявителя по делу о банкротстве, прекращенного в связи с недостаточностью денежных средств для финансирования судебных расходов, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарнои? ответственности контролирующих должника лиц по основаниям, предусмотренным статьеи? 61.11 Закона о банкротстве, без всяких изъятии?.

Ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и п. 2 ст. 88 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» обязанность организовать ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя организации.

Искажение годовои? бухгалтерскои? отчетности ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») за 2016 год (не отражены нефтепродукты, поставленные по договору поставки № 1/2016 от 01.06.2016, на сумму 3 121 981,49 руб.), допущенное ФИО5 и ФИО6? И.В., имело следующие последствия:

на основе подписанных ФИО5 договора поставки № 1/2016 от 01.06.2016, товарнои? накладнои? № 1 от 01.06.2016 и трехстороннего акта приема-передачи нефтепродуктов по договору поставки № 1/2016 от 01.06.2016 и соглашению о расторжении договора поставки № 2/2015 от 02.11.2015 от 01.06.2016 у ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») возникли обязательства по оплате приобретенных нефтепродуктов на сумму 3 121 981,49 руб., но поскольку поступление нефтепродуктов не было отражено в бухгалтерском и налоговом учете должника, увеличения имущества на ту же сумму не произошло, и вследствие крупного размера сделки (более 60% от балансовои? стоимости совокупных активов по состоянию на 31.12.2015) у должника появились признаки объективного банкротства;

появилась возможность неправомерного отчуждения нефтепродуктов (имущества должника) без встречного предоставления в пользу должника;

невозможность выявить местонахождение и/или дальнеи?шее движение поставленных нефтепродуктов (имущества должника);

невозможность обратить взыскание на предмет залога (поставленные нефтепродукты признаются находящимися в залоге у поставщика до их полнои? оплаты покупателем) по договору № 1/2016 от 01.06.2016 (что привело к необходимости обращения кредитора в Арбитражныи? суд города Москвы с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) АО «ГУГС» - дело № А40-52825/19-24-54 Б было принято к производству 07.03.2019) и/или включить указанное имущество в конкурсную массу;

невозможность проанализировать сделку (сделки) по отчуждению указанного имущества и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурснои? массы;

невозможность установить ответственных лиц и содержание решении? об отчуждении имущества должника (в части поставленных нефтепродуктов) без встречного предоставления;

невозможность финансировать процедуры банкротства - определением Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2020 производство по делу № А40-52825/19-24- 54 Б о признании несостоятельным (банкротом) АО «ГУГС» прекращено из-за отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В случае противоправных деи?ствии? нескольких руководителеи?, последовательно сменявших друг друга (ФИО5, ФИО6), связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что деи?ствии? каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве). Если несколько контролирующих должника лиц деи?ствовали независимо друг от друга, и деи?ствии? каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица несут субсидиарную ответственность солидарно (п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единыи? государственныи? реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единыи? федеральныи? реестр сведении? о фактах деятельности юридических лиц в части сведении?, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно п. 7 ст. 61.11 положения пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых от имени юридического лица возложены обязанности по представлению документов для государственнои? регистрации либо обязанности по внесению сведении? в Единыи? федеральныи? реестр сведении? о фактах деятельности юридических лиц.

По смыслу пп. 1.3 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве к таковым относятся руководитель постоянно деи?ствующего исполнительного органа юридического лица или иное лицо, имеющие право без доверенности деи?ствовать от имени этого юридического лица, а также учредители (участники) юридического лица.

Недостоверность сведении? о ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») в ЕГРЮЛ в части места нахождения должника (в том числе на дату возбуждения дела о банкротстве) подтверждается следующим:

невозможность нарочно передать оригиналы документов по договору поставки в июле 2016 года по причине отсутствия ЗАО «Лои?маМашинери» по юридическому адресу (подтверждается письмом от 13.07.2016, направленным на электронныи? адрес должника);

возврат ООО «КОНСТАНТА» направленных в адрес должника претензии, копии? заявлении? и ходатаи?ств в судебные инстанции от 14.02.2018, 22.02.2018, 08.06.2018, 29.06.2018, 01.03.2019, 15.05.2020, 24.12.2020 (в наличии имеются возвращенные Почтои? России не вскрытые АО «ГУГС» почтовые отправления, которые могут быть представлены суду для обозрения);

юридическии? адрес АО «ГУГС», указанныи? в ЕГРЮЛ, является адресом массовои? регистрации юридических лиц (по результатам проверки на саи?теhttps: // service, naiog. ru /addrfind. do);

сведения о месте нахождения и адресе юридического лица признаны недостоверными 12.07.2017 и 15.10.2020 на основе результатов проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведении? о юридическом лице (ГРН 8177747539797 от 12.07.2017 и ГРН 2207710739730 от 15.10.2020 соответственно).

Ответственность за недостоверность сведении? о местонахождении и адресе ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») должна быть в равнои? степени возложена на контролирующих должника лиц - ФИО5, Буку И.В.

Согласно п. 7 ст. 7.1 Закона о банкротстве обязательному внесению в Единыи? федеральныи? реестр сведении? о фактах деятельности юридических лиц подлежат следующие сведения:

о стоимости чистых активов юридического лица, являющегося акционерным обществом, на последнюю отчетную дату (пп. «к» п. 7 ст. 7.1 Закона о банкротстве);

о возникновении признаков недостаточности имущества (пп. «л. 1» п. 7 ст. 7.1 Закона о банкротстве) в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве);

об обременении залогом принадлежащего юридическому лицу движимого имущества (пп. «н.1» п. 7 ст. 7.1 Закона о банкротстве).

Согласно пп. «н.1» п. 7 ст. 7.1 Закона о банкротстве обязательному внесению в Единыи? федеральныи? реестр сведении? о фактах деятельности юридических лиц подлежат, в том числе, сведения об обременении залогом принадлежащего юридическому лицу движимого имущества. Обязанность внести сведения об обременении залогом принадлежащего юридическому лицу движимого имущества в Единыи? федеральныи? реестр сведении? о фактах деятельности юридических лиц в течение трех рабочих днеи? с момента возникновения права залога возлагается на залогодателя.

Информирование третьих лиц о наличии обеспечительных прав является важнои? составляющеи? при обеспечении безопасности кредиторов и соблюдения их прав.

Однако, в нарушение требовании? Закона о банкротстве сведения об обременении залогом нефтепродуктов, переданных должнику по договору поставки, залогодателем ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС») в указанныи? реестр внесены не были, прочие требуемые сведения не раскрывались, при этом ответственность за бездеи?ствие должна быть возложена на контролирующих должника лиц в следующем порядке:

за невнесение сведении? о стоимости чистых активов - на ФИО5, Буку И.В. в равнои? степени;

за невнесение сведении? о возникновении признаков недостаточности имущества - на ФИО5;

за невнесение сведении? об обременении залогом принадлежащего юридическому липу движимого имущества - на ФИО5 и Буку И.В.

Недостоверность сведении? о месте нахождения должника и отсутствие сведении? об обременении залогом нефтепродуктов (способствовавшее отчуждению должником предмета залога без согласия кредитора) привели к следующим последствиям:

возможность неправомерного отчуждения нефтепродуктов (имущества должника) без встречного предоставления в пользу должника в отсутствие информирования третьих лиц о наличии обеспечительных прав и наступление объективного банкротства должника;

невозможность взыскать задолженность в рамках исполнительного производства (в том числе за счет обращения взыскания на заложенное имущество);

недостаточность имущества должника для покрытия расходов в процедуре банкротства;

прекращение производства по делу № А40-52825/19-24-54 Б о признании несостоятельным (банкротом) АО «ГУГС» из-за отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве (ст. 61.12 Закона о банкротстве) возлагается на ФИО5

В соответствии со ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражныи? суд влечет за собои? субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражныи? суд.

При этом обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестныи? и разумныи? руководитель, находящии?ся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартнои? управленческои? практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве , к которым, в частности, относится:

удовлетворение требовании? одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностеи? по уплате обязательных платежеи? и (или) иных платежеи? в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможнои? хозяи?ственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

На момент заключения договора поставки у ЗАО «Лои?маМашинери» у должника имелись признаки недостаточности имущества, поскольку окончание исполнительных производств по п. 4, ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительные производства 759618/15/77043-ИП от 19.05.2015 и 730433/ 15/77043-ИП от 17.04.2015 по взысканию налогов и сборов 18.01.2016 и 28.04.2016 соответственно, свидетельствует о том, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Таким образом, договор поставки № 1/2016 от 01.06.2016 был заключен в период просрочки подачи заявления о банкротстве, что свидетельствует о преднамеренном сокрытии признаков недостаточности имущества (банкротства) и косвенно свидетельствует об отсутствии намерения исполнять условия договора поставки.

Обращение взыскания в рамках исполнительных производств, инициированных налоговым органом, на переданные по договору поставки нефтепродукты (предположительно единственное имущество должника) сделало бы невозможнои? хозяи?ственную деятельность должника (в том числе реализацию поставленных нефтепродуктов) и расчеты с кредитором - ООО «КОНСТАНТА».

Удовлетворение требовании? налогового органа за счет нефтепродуктов, переданных по договору поставки, либо средств от их реализации (с 30.08.2016 по требованию налогового органа были приостановлены операции по счетам должника, после чего блокировка счетов неоднократно продлялась) неизбежно привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств в полном объеме перед ООО «КОНСТАНТА».

По смыслу п. 3.1 ст. 9, ст. 61.10, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационнои? комиссии, может быть привлечено к субсидиарнои? ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условии?:

это лицо являлось контролирующим,

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими даннои? обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом деи?ствия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Субсидиарная ответственность за неподачу заявления должника о собственном банкротстве должна быть возложена на ФИО5, являвшегося в период, предшествующии? заключению договора поставки № 1/2016 от 01.06.2016, одновременно руководителем и единственным участником ЗАО «Лои?маМашинери» (АО «ГУГС»), поскольку выполнялись все названные выше условия в совокупности.

По мнению заявителя, общии? размер субсидиарнои? ответственности составляет 10 076 763,60 руб.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требовании? или возражении?, неся, в противном случае, бремя негативных для себя последствии?.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требовании? и возражении? лиц, участвующих в деле в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

На основании ст. 71 АПК РФ арбитражныи? суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле обстоятельств.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ, в соответствии с которои? обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведении?, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае кредитором доказана совокупность юридически значимых обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков ФИО5 и ФИО6 к субсидиарнои? ответственности руководителя и участника должника по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, и наличие причиннои? связи с деи?ствиями (бездеи?ствием) ответчиков.

В силу п. 11 ст. 61.11. Закона о банкротстве размер субсидиарнои? ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требовании? кредиторов, включенных в реестр требовании? кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требовании? кредиторов и требовании? кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Материалами дела установлено, что размер субсидиарнои? ответственности ФИО5 и ФИО6 по обязательствам АО «ГУГС» составляет 4 860 948,81 руб., в том числе, основная задолженность в сумме 3 121 981,49 руб., государственная пошлина в сумме 68 317 руб., договорная неустои?ка за период с 17.07.2016 по 17.07.2018 в сумме 1 670 650,32 руб. на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 07.08.2018 по делу № А40-131527/2018-65-669. Иные заявленные суммы не могут быть отнесены к размеру субсидиарнои? ответственности, так как противоречат п.11 ст.61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что в рассматриваемом случае кредитор не подтвердил какими-либо безусловными доказательствами недобросовестность и противоправность деи?ствии? ответчиков ФИО1, ФИО2 при осуществлении ими функции? участника общества и генерального директора, а приведенные им доказательства недопустимы и необоснованны; не представил доказательств, подтверждающих, что деи?ствиями ФИО1, ФИО2 был причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом однои? или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; не доказал необходимую совокупность признаков (наличие вины ФИО1, ФИО2 и причинно-следственную связь между их указаниями и деи?ствиями и возникшеи? финансовои? неплатежеспособностью должника, не позволяющеи? ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что в удовлетворении заявления кредитора в части привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника АО «ГУГС» надлежит отказать.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Учитывая, что должником не исполнены требования кредитора по договору поставки нефтепродуктов № 1/2016 от 01.06.2016, которые в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника, апелляционный суд приходит к выводу, что неплатежеспособность должника появилась в 2016 году, таким образом, довод апеллянта - ФИО5 о том, что у него отсутствовала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника несостоятелен.

ФИО6 в своей апелляционной жалобе указал, что не являлся контролирующим должника лицом; подписи ФИО6 не содержатся ни на одном из первичных документов, касающихся договоров поставки от 01.06.2016 № 1/2016, либо договора поставки от 02.11.2015 № 2/2015; ФИО6 не являлся контролирующим должника лицом и на момент сдачи годовой бухгалтерской отчетности ЗАО «ЛоймаМашинери» (АО «ГУГС») за 2016 год 31.03.2017.

Апелляционный суд отклоняет вышеуказанный довод апеллянта.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что ответственными за доведение должника до объективного банкротства следует признать ФИО5 и Буку И.В., деи?ствовавших согласованно (не отражение в бухгалтерском учете приобретения нефтепродуктов по договору поставки № 1/201 01.06.2016 и их последующего отчуждения, уклонение от регистрации залога нефтепродуктов, оставление фактического адреса и несообщение контрагенту нового местоположения должника и т.д.), однонаправлено (уклонение от исполнения обязательств по договору поставки № 1/2016 от 01.06.2016) и совместно (ФИО5 являлся единственным участником ЗАО «Лои?маМашинери», в то время как должность генерального директора попеременно занимали он сам и ФИО6).

Отклоняются доводы кредитора в своей апелляционной жалобе о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований к ФИО1 и ФИО2

Суд первой инстанции обоснованно указал, что в рассматриваемом случае кредитор не подтвердил какими-либо безусловными доказательствами недобросовестность и противоправность деи?ствии? ответчиков ФИО1, ФИО2 при осуществлении ими функции? участника общества и генерального директора, а приведенные им доказательства недопустимы и необоснованны; не представил доказательств, подтверждающих, что деи?ствиями ФИО1, ФИО2 был причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом однои? или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; не доказал необходимую совокупность признаков (наличие вины ФИО1, ФИО2 и причинно-следственную связь между их указаниями и деи?ствиями и возникшеи? финансовои? неплатежеспособностью должника, не позволяющеи? ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам).

При этом, доводы о необходимости привлечения руководителя юридического лица за непередачу документов управляющему, коллегия считает несостоятельными, поскольку, как следует из картотеки кадардитр, процедура наблюдения не вводилась в связи с отказом кредитора финансировать процедуру.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 12.05.2023 по делу А40-48993/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «КОНСТАНТА», ФИО5, ФИО6 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева

Судьи: А.Г. Ахмедов


А. А. Комаров