Постановление от 31 мая 2022 г. по делу № А35-1007/2021

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А35-1007/2021
г. Воронеж
31 мая 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2022 года. Постановление в полном объеме изготовлено 31 мая 2022 года.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серегиной Л.А., судей Ботвинникова В.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от закрытого акционера закрытого акционерного общества «МАКОЕР» в лице акционера ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности № 89 АА 1046025 от 12.12.2019, удостоверение адвоката № 1233 от 02.02.2016, ФИО5, представителя по доверенности № 89 АА 1046023 от 12.12.2019, удостоверение адвоката № 353 от 02.04.2003;

от ФИО6: ФИО7, представителя по доверенности № 46 АА 1496579 от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ФИО8: ФИО9, представителя по доверенности № 46 АА 1496725 от 14.04.2021, паспорт РФ;

от ФИО10: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от общества с ограниченной ответственностью «Актив»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционера закрытого акционерного общества «МАКОЕР» ФИО3 на решение Арбитражного суда Курской области от 01.03.2022 по делу № А35-1007/2021 по исковому заявлению закрытого акционерного общества «МАКОЕР» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице акционера ФИО3 к ФИО6 о взыскании убытков в размере 3 000 000 руб. третьи лица: ФИО8, ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Актив»,

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество «МАКОЕР» в лице акционера ФИО3 (далее – ЗАО «МАКОЕР» в лице акционера ФИО3, истец) обратилось в Арбитражный суд Курской области с иском к ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик) о взыскании убытков в размере 3 000 000 руб.

Определением арбитражного суда области от 05.04.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8 (далее – ФИО8, третье лицо), ФИО10 (далее – ФИО10, третье лицо), общество с ограниченной ответственностью «Актив» (далее – ООО «Актив», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Курской области от 01.03.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Курской области от 01.03.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

В качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта заявитель ссылается на то, что арбитражный суд области пришел к необоснованному выводу о пропуске истцом срока исковой давности. Также, по мнению заявителя, арбитражным судом первой инстанции неправомерно принята в качестве доказательства копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 8 от 29.12.2014 о внесении в кассу ЗАО «МАКОЕР» 3 000 000 руб. Кроме того, по мнению заявителя, судом области не была дана оценка доводам истца о недобросовестности ответчика.

В настоящее судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции третьи лица ФИО10 и ООО «Актив» не обеспечили явку своих полномочных представителей.

Ввиду наличия у суда апелляционной инстанции доказательств надлежащего извещения указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие их


представителей в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Явившиеся в арбитражный суд апелляционной инстанции представители истца поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представители ответчика и третьего лица ФИО8 возражали против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах, просили решение арбитражного суда области оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав представителей истца, ответчика и третьего лица ФИО8, исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения, а решение Арбитражного суда Курской области от 01.03.2022 - без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ЗАО «МАКОЕР» было создано 06.05.1996 с уставным капиталом в размере 7 590 000 руб., разделенным на 7 590 обыкновенных именных акций номинальной стоимостью 1000 руб. и зарегистрировано в качестве юридического лица 24.05.1996.

ФИО3 является акционером ЗАО «МАКОЕР» и владеет обыкновенными именными акциями данного общества в количестве 2 530 штук номинальной стоимостью 1 руб. каждая (государственный регистрационный номер выпуска акций 1-01-07692-К).

С 15.12.2013 по 30.03.2018 руководителем ЗАО «МАКОЕР» являлся ФИО6, в том числе с 10.12.2014 по 26.04.2016 он был руководителем общества с ограниченной ответственностью «МАКОЕР» (далее – ООО «МАКОЕР»), созданного в результате несостоявшейся реорганизации ЗАО «МАКОЕР» (дело № А35-655/2015).

14.02.2014 Советом директоров ЗАО «МАКОЕР» были приняты следующие решения:

1. О внесении вклада в уставной капитал общества с ограниченной ответственностью «КНИ-КУРСК» (далее – ООО «КНИ-КУРСК») в размере 3 360 руб. (24 %).

2. О внесении вклада в имущество ООО «КНИ-КУРСК» в размере 8 000 000 руб. Обоснованием голосования по второму вопросу являлась цель вклада - для приобретения ООО «КНИ-КУРСК» производственных площадей.

После внесения ЗАО «МАКОЕР» вклада в уставный капитал участниками ООО «КНИ-КУРСК» являлись: с 16.05.2013 ФИО11, которому принадлежала доля в уставном капитале общества в размере 76


% номинальной стоимостью 10 640 руб.; с 05.09.2014 ЗАО «МАКОЕР», которому принадлежала доля в уставном капитале общества в размере 24 % номинальной стоимостью 3 360 руб.

06.10.2014 ФИО6 платежным поручением № 67 осуществил перевод денежных средств на сумму 3 000 000 руб. с расчетного счета ЗАО «МАКОЕР» на расчетный счет ООО «КНИ-КУРСК» с указанием назначения платежа «Вклад в имущество ООО «КНИ-КУРСК» согласно протоколу № 04/02-2014 заседания Совета директоров от 14.02.2014 НДС не облагается».

02.08.2019 ООО «КНИ-КУРСК» было ликвидировано.

Ссылаясь на то, что руководитель ФИО6, внося денежные средства во вклад в имущество ООО «КНИ-КУРСК», причинил ЗАО «МАКОЕР» убытки в размере 3 000 000 руб., истец обратился в Арбитражный суд Курской области с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, арбитражный суд области правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) защита гражданских прав может осуществляться, в том числе путем возмещения убытков.

В соответствии со статьей 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – ФЗ «Об акционерных обществах») члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания


ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 71 ФЗ «Об акционерных обществах»).

Порядок взыскания убытков определяется по правилам статьи 15 ГК РФ, в соответствии с которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», доказывание наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, возлагается на лицо, обратившееся с заявлением о взыскании убытков.

В подпункте 5 пункта 2 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» определено, что недобросовестность действий директора считается доказанной, в частности, когда:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;


3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В данном случае, обращаясь с заявленными исковыми требованиями, истец ссылался на то, что в ЗАО «МАКОЕР» отсутствовала какая-либо экономическая целесообразность в совершении сделки по внесению 3 000 000 руб. в ООО «КНИ-КУРСК», владение ЗАО «МАКОЕР» суммой вклада в размере 3 000 000 руб. было экономически выгоднее, чем его внесение в качестве вклада в ООО «КНИ-КУРСК».

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.


Как подтверждается материалами дела, на заседании Совета директоров ЗАО «МАКОЕР» 14.02.2014 было принято решение о развитии деятельности ЗАО «МАКОЕР» на территории г. Курска посредством внесения вклада в имущество и уставной капитал ООО «КНИ-КУРСК» для возможности приобретения последним производственных площадей.

При этом, согласно протоколу № 04/02-2014 от 14.02.2014 было принято решение внести вклад в ООО «КНИ-КУРСК» в размере 3 360 руб. в течение месяца со дня принятия решения единственного участника об увеличении уставного капитала и приеме ЗАО «МАКОЕР» в участники ООО «КНИ-КУРСК», а также внести вклад в имущество ООО «КНИ- КУРСК» в размере 8 000 000 руб. в течение двух лет с момента вхождения в него ЗАО «МАКОЕР» с долей в уставном капитале 24%.

Решением единственного участника ООО «КНИ-КУРСК» № 5 от 15.08.2014 в состав ООО «КНИ-КУРСК» принят новый участник - ЗАО «МАКОЕР», уставный капитал ООО «КНИ-КУРСК» увеличен за счет дополнительного вклада ФИО11 в размере 10 640 руб. и вклада ЗАО «МАКОЕР» в размере 3 360 руб. После внесения вкладов решено считать доли участия в уставном капитале ООО «КНИ-КУРСК» следующим образом: ФИО11 принадлежит доля в размере 76%, номинальной стоимостью 10 640 руб., ЗАО «Макоер» принадлежит доля в размере 24%, номинальной стоимостью 3 360 руб.

06.10.2014 общим собранием участников ООО «КНИ-КУРСК» было принято решение внести вклады в имущество ООО «КНИ-КУРСК» всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале из расчета 333 000 руб. на одну долю, внесенные денежные средства направить: 30 000 000 на приобретение недвижимого имущества, 3 300 000 на проведение ремонта приобретенного недвижимого имущества (протокол № 01-10/2014 от 06.10.2014).

С учетом положений пункта 4 статьи 26, пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» суд области при разрешении спора исходил из того, что внесение вклада в имущество – это обязанность участников общества и вносить вклад, если это прямо предусмотрено уставом общества, обязаны все участники общества.

Из материалов дела следует, что платежным получением № 67 от 16.10.2014 ЗАО «МАКОЕР» перечислило ООО «КНИ-КУРСК» вклад в имущество в размере 3 000 000 руб.

29.12.2014 ООО «КНИ-КУРСК» возвратило вышеуказанные денежные средства ЗАО «МАКОЕР» в полном объеме, что подтверждается приходным кассовым ордером № 8 от 28.12.2014.

Полученные от ООО «КНИ-КУРСК» 3 000 000 руб. пошли на погашение требования акционера ФИО8 о выкупе ее акций. Так, ЗАО «МАКОЕР» 29.12.2014 выкупило у ФИО8 10 000 акций по ее требованию от 19.12.2014, выдав ей 3 000 000 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером № 11 от 29.12.2014.


Таким образом, как верно указано судом области, вклад в полном объеме был возвращен ООО «КНИ-КУРСК» уже спустя полтора месяца после его внесения ЗАО «МАКОЕР».

Доводы истца о том, что представленная ответчиком копия приходного кассового ордера № 8 от 29.12.2014 не свидетельствует о фактическом внесении ООО «КНИ-КУРСК» в кассу ЗАО «МАКОЕР» 3 000 000 руб., поскольку в деле отсутствуют сведения о списании денежных средств с расчетного счета ООО «КНИ-КУРСК» в указанном размере, а также сведения о том, кто из его представителей вносил денежные средства в кассу ЗАО «МАКОЕР», правомерно отклонены судом области по следующим основаниям.

Указание Банка России № 4416-У от 19.06.2017 определяет правила оформления и выдачи квитанций, оформленных к приходным кассовым ордерам. Приходный кассовый ордер заполняют при получении денежных средств в кассу предприятия. Он составляется в одном экземпляре по форме № КО-1 (пункт 4.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У). Бланк приходного кассового ордера состоит из двух частей: самого приходного кассового ордера и отрывной части - квитанции (выдается лицу, внесшему деньги).

В ходе рассмотрения дела судом области третьим лицом на обозрение суда и представителей лиц, участвующих в деле, была представлена сшивка документов ООО «КНИ-КУРСК» «Реализация, документы поставщиков, договоры, касса, авансовые отчеты 2013-2018 гг.», среди которых имеется подлинная квитанция к приходному кассовому ордеру № 8 от 29.12.2014 с подписью ФИО6 и печатью ООО «МАКОЕР», в качестве основания указано: «Возврат вклада в имущество ООО «КНИ- КУРСК» согласно протоколу № 04/2-2014 заседания Совета директоров от 14.12.2014г.».

Также, в сшивке «Отчеты 2014-2018 годы» ООО «КНИ-КУРСК» имеется оригинал письма от 17.06.2015 (с отметкой налогового органа о получении), в котором директор ООО «КНИ-КУРСК» сообщает налоговому органу, что поступившие на расчетный счет денежные средства в размере 3 000 000 руб. на основании протокола заседания Совета директоров ЗАО «МАКОЕР» № 04/02-2914 от 14.02.2014 были возвращены путем внесения в кассу предприятия.

Копии всех указанных документов ООО «КНИ-КУРСК» из сшивки «Отчеты за 2014- 2018 годы», а также сшивки «Реализация, документы поставщиков, договоры, касса, авансовые отчеты 2013-2018 гг.» были приобщены судом первой инстанции к материалам дела.

Также, по запросу арбитражного суда области, ИФНС России по г. Курску были представлены пояснения о том, что по результатам проведения камеральной налоговой проверки декларации ООО «КНИ- КУРСК» по УСН за 2014 год нарушений не установлено.

Исходя из положений подпункт 4 пункта 3 статьи 39 Налогового кодекса Российской Федерации суд области пришел к выводу о том, что


нарушения кассовой дисциплины по превышению лимита внесения денежных средств наличными в кассу ООО «МАКОЕР» в данном случае не было, так как передача денежных средств юридического лица в качестве вклада в имущество и в уставной капитал, а также и возврат такого вклада носит инвестиционный характер и не признается реализацией товаров, работ или услуг.

Как установлено судом, полученные от ООО «КНИ-КУРСК» денежные средства в размере 3 000 000 руб. были потрачены на выкуп акций у ФИО8 в ответ на ее требование от 19.12.2014.

В своих пояснениях представитель третьего лица ФИО8 указанное обстоятельство подтвердил, пояснив, что ФИО8 в 20142015 гг. декларацию по форме 3-НДФЛ в ИФНС России по г. Курску не подавала.

При этом, как обоснованно отмечено судом, неуплата акционером налога в бюджет при продаже акций не является предметом настоящего иска.

На основании вышеизложенного, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд области пришел к правомерному выводу о том, что истцом не доказаны ни факт противоправных действий ответчика, ни сам факт причинения ЗАО «МАКОЕР» убытков, ни наличие причинно-следственной связи.

Кроме этого, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Разрешая заявление о пропуске истцом срока исковой давности, арбитражный суд области пришел к выводу о том, что срок исковой давности в данном случае пропущен, правомерно исходя из следующего.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

На основании положений статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с абзацем 2 части 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или, должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.


Судом области обоснованно учтено, что определение момента, когда управомоченное лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, зависит от фактических обстоятельств конкретного случая и от характера отношений. При этом, наличие юридической обязанности к совершению тех или иных действий, совершив которые, лицо узнало бы о нарушении права (стандарт должной заботливости и осмотрительности), обстоятельства, при которых произошло нарушение, свидетельствуют о том, что любое разумное и осмотрительное лицо, находясь в таких же фактических обстоятельствах, не могло бы не узнать о нарушении своего права (определяется судом дискреционно, с учетом поведения, ожидаемого от обычного участника оборота).

Право участника корпорации на получение информации о деятельности корпорации, ознакомления с ее бухгалтерской и иной документацией предусмотрено статьей 65.2 ГК РФ, а также отдельными положениями законодательства о хозяйственных обществах.

Так, пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ установлено, что участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе участвовать в управлении делами корпорации, за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 статьи 84 настоящего Кодекса; в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией; обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом; требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1); оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

На основании изложенного арбитражный суд области пришел к правомерному выводу о том, что реализуя свои права и обязанности акционера общества с разумной заботливостью и осмотрительностью, истец не был лишен возможности в разумные сроки получить информацию о деятельности общества.

Довод истца о том, что ФИО3 с 22.12.2014 (исключение ЗАО «МАКОЕР» из ЕГРЮЛ) по 02.03.2018 (внесение регистратором приходной записи по лицевому счету ФИО3), не имел возможности предъявить настоящий иск, правомерно отклонен судом первой инстанции по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 16.11.2016 в ЗАО «МАКОЕР» поступило требование ФИО3 о предоставлении информации от 15.11.2016, состоящее из 74 пунктов. Истец просил предоставить ему


документацию общества начиная с 01.01.2014, включая все кассовые документы.

25.11.2016 представитель ФИО3 ФИО12 ознакомилась со сшивкой документов «Курскпромбанк 2014 год». В указанной сшивке из 341 листов на листе 200 находилось платежное поручение № 67 от 06.10.2014 о перечислении обществом 3 000 000 руб. ООО «КНИ-КУРСК» в качестве вклада в имущество ООО «КНИ-КУРСК» согласно протоколу № 04/02-2014 заседания Совета директоров от 14.02.2014. Непосредственно ФИО3 указанные документы были отправлены ценным письмом с описью вложения 25.11.2016, а получены им 02.12.2016.

При таких обстоятельствах суд области пришел к обоснованному выводу о том, что об оплате ЗАО «МАКОЕР» вклада в имущество ООО «КНИ-КУРСК» истцу стало известно 25.11.2016.

Также, из материалов дела следует, что сведения о возврате данного вклада ООО «КНИ-КУРСК» и о выдаче ЗАО «МАКОЕР» ФИО8 29.12.2014 в ответ на ее требование о выкупе акций 3 000 000 руб., а затем и 15 950 000 руб. содержатся в сшивке «Кассовые документы 2014 2015 01.01.-19.10.2016», состоящей из 133 листов, на листах 76, 74-75 и 55. Об этих фактах представители истца ФИО5 и ФИО12 узнали 02.12.2016 при личном ознакомлении с вышеуказанной сшивкой, а ФИО3 - 30.12.2016, поскольку в адрес самого акционера информация была направлена ценным письмом с описью вложения 12.12.2016.

Таким образом, как верно указано судом области, о возврате ООО «КНИ-КУРСК» в общество 3 000 000 руб. истцу стало известно 02.12.2016.

С учетом изложенного, судом первой инстанции сделан правомерный вывод о том, что в рассматриваемом случае установленный статьей 196 ГК РФ срок подлежит исчислению с момента, когда ФИО3, имеющий корпоративные правомочия по решению вопроса о прекращении полномочий директора, должен был узнать о соответствующем предполагаемом нарушении и имел возможность вынести вопрос о смене директора в обществе.

Суд области справедливо указал на то, что у истца объективно была возможность подать настоящее исковое заявление в пределах, прямо предоставленных ему по закону, с 25.11.2016 по 25.11.2019. Между тем, иск по настоящему делу поступил в суд области 10.02.2021, с пропуском срока исковой давности.

Доводы истца о том, что экземпляры представленных ЗАО «МАКОЕР» документов полностью не воспроизводили информацию подлинников документов, так как были полностью или в части нечитаемы ввиду низкого качества копирования, а также подшиванию их в тома, не обеспечивающему свободное чтение текста документов, правомерно отклонены арбитражным судом области как необоснованные, документально не подтвержденные, основанные на предположениях.


Надлежащих доказательств наличия препятствий в получении интересующей истца информации о деятельности общества в материалы дела не представлено (статьи 65 и 9 АПК РФ).

Довод истца о том, что срок исковой давности необходимо исчислять с даты исключения ООО «КНИ-КУРСК» из ЕГРЮЛ, то есть с 02.08.2019, также правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку основан на неверном толковании правовых норм.

В таком случае, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Принимая во внимание совокупность изложенных выше обстоятельств, арбитражный суд области сделал правомерный вывод об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований отказал.

С учетом установленных обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств, апелляционная инстанция приходит к выводу, что доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, либо опровергали выводы арбитражного суда области, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными.

Доводы заявителя апелляционной жалобы по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения Арбитражного Курской области от 01.03.2022 не имеется.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. относится на ее заявителя.

Руководствуясь ст. ст. 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Курской области от 01.03.2022 по делу № А35-1007/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу


акционера закрытого акционерного общества «МАКОЕР» ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Л.А. Серегина

Судьи В.В. Ботвинников

ФИО1