Постановление от 11 января 2019 г. по делу № А45-12376/2015

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело №А45-12376/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 января 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Захаренко С.Г. без использования средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 (№07АП-4182/2016(3)) на определение от 26.10.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Зюков В.А.) по делу №А45-12376/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Подводгидрострой» (630089, г. Новосибирск, у. ФИО5, дом 248а, офис 507) по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО4, и взыскании с указанных лиц солидарно - 59 269 092 рубля 38 копеек.


УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Подводгидрострой» (далее- ООО «Подводгидрострой», должник, общество) конкурсный управляющий ФИО6 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8,

ФИО9, ФИО10, ФИО4, и взыскании с указанных лиц солидарно - 59 269 092, 38 руб.

Определением от 26.10.2018 Арбитражного суда Новосибирской области заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Подводгидрострой» удовлетворено в части, ФИО4 (далее - ФИО4) привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Подводгидрострой» в размере 59 269 092, 38 руб.

Не согласившись с судебным актом, ФИО4 в поданной апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное применение и толкование судом норм материального права; не исследование судом наличия причинно-следственной связи между действиями руководителя должника и наступлением признаков банкротства; причиной наступления неплатежеспособности являются результаты неблагоприятной рыночной конъюнктуры, невозможность устранить неблагоприятные последствия спада спроса и выровнять баланс предприятия; результаты деятельности должника, отраженные в бухгалтерском балансе, не были убыточными, до 30.09.2014 показатель ликвидности достигал нормативного значения; балансовая стоимость имущества по состоянию на 31.12.2014 составила 141 329 000 руб., что превышает задолженность перед уполномоченным органом в размере 52 384 279 руб.; на отсутствие признаков преднамеренного банкротства (восстановление платежеспособности должника было возможно), как руководитель должника ФИО4 действовал разумно, в интересах должника и рассчитывал преодолеть временные финансовые трудности в короткий срок (прилагал максимум усилий и действовал по экономически обоснованному плану); указывал на необходимость введения процедуры внешнего управления, но решением суда во введении процедуры было отказано на основании решения собрания кредиторов; суд в нарушение действующего гражданского законодательства применил меры двойной ответственности за одно правонарушение (ФИО4 привлечен к уголовной ответственности за совершение налогового преступления, добровольно уплатил 10 500 000 руб. из общей суммы не полностью уплаченных налогов в размере 14 916 675 руб.), просит отменить определение и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Федеральная налоговая служба (уполномоченный орган) возражает относительно доводов апелляционной жалобы, согласно представленному отзыву.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 266, статьей 156 Арбитражного процессуаль-

ного Кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ).

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального и процессуального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, поступившего на нее отзыва, исследовав материалы дела, апелляционный суд считает определение суда первой инстанции не подлежащим отмене.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 - директор и соучредитель должника в период с 20.09.2011 г. по настоящее время.

21.12.2015 решением Арбитражного суда Новосибирской области должник, ООО «Подводгидрострой» признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Основанием для признания должника несостоятельным (банкротом) послужила недостаточная стоимость его имущества для погашения обязательств перед кредиторами.

По результатам выездной налоговой проверки деятельности ООО «Подводгидрострой» за период с 30.10.2011 по 02.10.2013 ИФНС России по Дзержинскому району г.Новосибирска (далее- Инспекция) выявила налоговое правонарушения, о чем составлен акт от 22.01.2014 №24073 и решением Инспекции №1915 от 31.03.2014 обществу предложено уплатить не полностью уплаченные налоги в общей сумме 35 783 588 руб., в том числе, налог на прибыль -20 040 204 руб., налог на добавленную стоимость -15 743 384,00 руб., пени за несвоевременную уплату налогов в общей сумме 4 961 858,00 руб., применены налоговые санкции в виде штрафа, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 НК РФ в размере 9 148 561 руб., статьей 123 НК РФ в размере 271 073,00 руб., пунктом 1 статьи 126 НК РФ в размере 800,00 руб.

Инспекцией по эпизодам с контрагентами ООО «Спецмонтаж», ООО «СибСтройНедвижимость» вменено обществу неправомерное применение налоговых вычетов по НДС и учет в составе расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу при исчислении налога на прибыль, затрат по хозяйственным операциям ввиду отсутствия реальности их осуществления со спорными контрагентами.

В реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России в размере 52 384 279, 26 руб., в том числе, основной долг- 35 843 674, 78 руб., пени - 7 120 170, 48 руб., штраф- 9 420 434, 00 руб. (Определение от 24.09.2015).

Ссылаясь на виновные действия руководителя ООО «Подводгидрострой» ФИО4 по заключению фиктивных сделок и искажению бухгалтерской отчетности, что, с учетом ежегодной убыточной деятельности организации, привело к недостаточности имеющихся у должника активов для расчетов с кредиторской задолженностью, к возложению на организацию обязанности по уплате недоимки по налогам и сборам в особо крупном размере, конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Привлекая ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции руководствуясь положениями глав 25 и 59 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) , пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 2, 10 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», частью 2 статьи 69 АПК РФ, пришел к выводу о наличии у ФИО4 права давать обязательные для должника указания, либо иным образом определять его действия, о совершение ФИО4 действий по использованию таких прав, о наличии причинной связи между действиями указанного лица и наступлением банкротства должника, о факте недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также о вине ФИО4 в наступлении банкротства.

Выводы суда первой инстанции в обжалуемой ФИО4 части соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылался на то, что ФИО4, являясь директором и соучредителем должника в период с 20.09.2011 по настоящее время совершил недобросовестные действия, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды и уклонение от налогообложения путем совершения операций с организациями, у которых отсутствовали необходимые условия для достижения соответствующей экономической деятельности (не осуществлявшими реальную финансово-хозяйственную деятельность), и создания фиктивного документооборота.

Данное основание для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности подпадает под регулирование абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 23.06.2016 №222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» (далее по тексту - Закон №222-ФЗ), согласно пункту 9 статьи 13 которого его положения применяются к поданным после 1 сентября 2016 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответст-

венности в виде возмещения убытков.

В данном случае, поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд 09.06.2017, то подлежат применению положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №222-ФЗ.

Доводы ФИО4 о не исследовании судом наличия причинно-следственной связи между действия руководителя должника, со ссылкой на ликвидность (финансовый анализ хозяйственной деятельности), на балансовую стоимость имущества, на наличие благоприятных перспектив в целях сохранения предприятия для введения процедуры внешнего управления (выявлены резервы для погашения требований кредиторов) и наступлением признаков объективного банкротства (причиной наступления признаков неплатежеспособности являются результаты неблагоприятной рыночной конъюнктуры, невозможности устранить неблагоприятные последствия спада спроса и выровнять баланс предприятия), о совершении им как руководителем разумных действий в интересах должника, факт совершения налогового преступления не является преюдициальным в рамках рассматриваемого предмета заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, подлежат отклонению.

Законом о банкротстве (статья 10), а также общими положениями о гражданско-правовой ответственности (статья 401 ГК РФ) установлена презумпция виновности лица, не исполнившего свою обязанность либо исполнившего ее ненадлежащим образом.

В соответствии со статьями 3, 9, 23 и 24 Налогового Кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 6 Федерального закона от 21.11.1996 №129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (действовавшего до 01.01.2013), пунктом 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (действующего с 01.01.2013), обязанность по надлежащему и достоверному ведению бухгалтерского учета и составлению бухгалтерской отчетности, в том числе, с целью правильного исчисления установленных законом налогов и иных обязательных платежей, а также обязанность юридического лица по своевременной уплате налоговых платежей возложена именно на его руководителя. Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника положений настоящего Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

По смыслу разъяснений, данных в абзаце втором пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Согласно абзацу пятому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

В пунктах 1, 4, 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица, в частности единоличный исполнительный орган - директор, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомер-

ные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной, уголовной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно положениям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно (абзац 6); контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует, такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 7); размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 8); размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица (абзац 9).

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию.

Таким образом, именно на ФИО4 в силу статей 9, 65 АПК РФ, пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ, приведенных разъяснений вышестоящих судебных инстанций, возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности).

Как следует из материалов дела, и не оспаривается участвующими в деле лицами, требования уполномоченного органа, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения (судебные акты по делу №А45-13205/2014 по материалам выездной налоговой проверки решение Инспекции признано законным), превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзацах восьмом и девятом пункта 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), субъективная добросовестность руководителя должника по вопросу наличия долга либо признаков неплатежеспособности, в частности, неочевидность для добросовестного и разумного директора кризисной ситуации ведения бизнеса, освобождает последнего от привлечения к субсидиарной ответственности.

Между тем, ФИО4 не опроверг установленную законом презумпцию, не представил доказательств отсутствия своей вины в уклонении от уплаты налогов и наступлении несостоятельности (банкротства) должника, либо доказательств того, что он

действовал добросовестно и разумно в интересах должника.

Вступившими в законную силу приговором Октябрьского районного суда г.Новосибирска от 21.10.2015 по делу №1-512/15 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» части 2 статьи 199 Уголовного Кодекса Российской Федерации, судебными актами установлено, что должник уклонился от уплаты налогов в результате умышленных действий руководителя.

Обстоятельства, установленные приговором, имеют при рассмотрении данного дела преюдициальное значение (пункт 4 статьи 69 АПК РФ).

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П).

Ссылка ФИО4 на двойное привлечение к ответственности за одно и то же правонарушение, несостоятельна, поскольку привлечение к уголовной ответственности и частичное возмещение им вреда не исключает привлечение к субсидиарной ответственности как контролирующего должника лица.

Иные выводы суда первой инстанции (отсутствие уклонения со стороны ФИО4 от передачи имущества должника, оснований для привлечения иных лиц к субсидиарной ответственности), участвующими в деле лицами не оспариваются, соответствующие доводы в этой части апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, у апелляционного суда не имеется оснований для их переоценки.

Несогласие заявителя жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основанием для отмены судебного акта в апелляционном порядке.

Руководствуясь статьями 156, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

определение от 26.10.2018 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-12376/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО4 Эдуар-

довича - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий

ФИО1

Судьи


ФИО2

ФИО3