Постановление от 13 августа 2025 г. по делу № А71-3572/2025

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-6261/2025-ГКу
г. Пермь
14 августа 2025 года
Дело № А71-3572/2025


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:судьи Гладких Д.Ю.,

без проведения судебного заседания, без вызова лиц, участвующих в деле, в порядке упрощенного производства в соответствии со статьей 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),

рассмотрел апелляционную жалобу ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО1,

на мотивированное решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07 июля 2025 года, принятое в порядке упрощенного производства

по делу № А71-3572/2025

по иску общества с ограниченной ответственностью «Полекс Бьюти» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании компенсации за использование товарного знака,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Полекс Бьюти» (далее – истец, общество, ООО «Полекс Бьюти») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО2) о взыскании 170000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак  №587382, а также 86 руб. 40 коп. почтовые расходы.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.06.2025, принятым путем подписания резолютивной части в порядке упрощенного производства (мотивированное решение от 07 июля 2025 года) исковые требования удовлетворены.

Обжалуя принятое по делу решение в апелляционном порядке, ответчик просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В апелляционной жалобе ответчиком приведены доводы о том, что товар, размещенный ИП ФИО2 в Интернет-магазине Wildberries, был произведен и введен в гражданский оборот самим истцом как правообладателем, исключительное право истца является исчерпанным. Как полагает заявитель жалобы, данное обстоятельство исключает вывод суда о нарушении исключительного права истца, правовые основания для удовлетворения иска отсутствуют. Считает, что ответчик не должен доказывать законное использование товарного знака истца, ввиду его введения в гражданский оборот.

Ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права, ответчик считает настоящее дело подлежащим рассмотрению по общим правилам искового производства с учетом подлежащих выяснению обстоятельств и представленных сторонами доказательств. Полагает, что достоверность информации, размещенной на карточках, невозможно установить скриншотами, на которые ссылается истец, без проведения в судебном заседании их осмотра и исследования на маркетплейсе. По мнению апеллянта, скриншоты, распечатанные истцом, не являются надлежащим доказательством в спорном деле.

Истец отзыв на апелляционную жалобу не предоставил.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Дело рассмотрено без вызова лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьей 272.1 АПК РФ. Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте суда www.17aas.arbitr.ru, а также в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет – http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268, 272.1 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, установлено судом, компания ООО «Полекс Бьюти» (регистрационный номер <***>) является правообладателем исключительных прав на товарный знак № 587382 «TEFIA».

В ходе мониторинга сети интернет истцу стало известно, что на электронной онлайн-площадке Wildberries ответчиком допущен факт неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности в интернет-магазине Wildberries / Солнышко, принадлежащего ответчику путем размещения карточек товаров, на которых неправомерно, без разрешения Правообладателя фигурируют Товарные знаки истца (скриншоты страниц с реквизитами ответчика Приложение 4 к иску).

Полагая, что указанные действия нарушают исключительное право истца, он обратился к ответчику с претензией: об удалении на Маркетплейсе ссылок, содержащих Товарные знаки, в том числе, но не ограничиваясь, в предложениях о продаже товаров и/или прекратить продажи маркированных товаров, и о выплате компенсации за незаконное использование на Маркетплейсе Товарных знаков в размере 170000 рублей.

Неисполнение требований истца послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с исковым заявлением по настоящему делу.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьями 1225, 1226, 1229, 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, установил принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак № 587382 «TEFIA», факт нарушения ответчиком исключительных прав истца путем предложения к продаже и реализации без согласия истца товара с нанесенным на него изображением товарного знака, и пришел к выводу о том, что истцом, как правообладателем, правомерно заявлено требование о взыскании компенсации. Определяя размер компенсации, суд пришел к выводу о том, что заявленный истцом размер компенсации является соразмерным совершенному нарушению прав истца, ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, являющихся основанием для снижения компенсации, взыскал компенсацию в заявленном истцом размере.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы ответчика, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого решения, руководствуясь следующим.

В соответствии со статьями 1225, 1226, пунктом 1 статьи 1229, статьями 1223, 1477-1479, 1481, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), зарегистрировав товарные знаки в установленном законодательством порядке, истец обладает на них исключительными правами, а, следовательно, использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации данных товарных знаков, или сходных с ними до степени смешения, может осуществляться только с разрешения правообладателя.

По иску о защите исключительных прав на товарный знак истец должен подтвердить факт принадлежности ему исключительных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком; ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем исключительных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Материалами дела подтверждается, сторонами не опровергается, что общество «Полекс Бьюти» является правообладателем исключительных прав на товарный знак «TEFIA» № 587382. Данный факт подтверждается предоставленными в материалы дела истцом копиями выписок из реестра товарных знаков Роспатента.

Нарушение исключительных прав истца на товарный знак выразилось в реализации результатов интеллектуальной деятельности в Интернет-магазине Wildberries / Солнышко, принадлежащего ответчику, путем размещения карточек товаров, на которых неправомерно, без разрешения правообладателя фигурируют товарные знаки истца. Данный факт подтверждается распечаткой материалов, размещенных в Интернете ответчиком.

В апелляционной жалобе ответчик указывает на отсутствие нарушения исключительных прав истца на товарный знак ввиду того, что исключительное право истца является исчерпанным, ссылается на неверное распределение бремени доказывания факта нарушения исключительного права на товарный знак в связи с введением его истцом в гражданский оборот.

Доводы ответчика со ссылкой на нормы статьи 1487 ГК РФ, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2007 № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака», апелляционным судом отклонены, на основании следующего.

Так, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия (статья 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принцип исчерпания исключительного права, установленный указанной статьей, позволяет использовать товарный знак в отношении товара, который введен в оборот самим правообладателем или третьим лицом с его согласия. Данная норма не ограничивает возможность использования товарного знака только на таком товаре. По смыслу статьи 1487 ГК РФ допускается использование товарного знака, в том числе на Интернет-сайте, для предложения к продаже товаров, вводимых в оборот самим правообладателем или третьими лицами с его согласия (пункт 5 Обзора практики Суда по интеллектуальным правам по вопросам использования товарного знака для целей, не связанных с индивидуализацией товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, утвержденного постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 24.10.2022 № СП-21/24).

Таким образом, не требуется получение отдельного согласия правообладателя на конкретный способ использования товарного знака, в частности, при предложении к продаже в сети Интернет, при доказанности ответчиком исчерпания права. Вместе с тем, такое использование не должно создавать у потребителей впечатление, что товары предлагаются к продаже взаимосвязанным с правообладателем лицом, то есть даже в случае исчерпания исключительного права правообладатель должен быть защищен от риска смешения.

Вопреки позиции апеллянта, по общему правилу, если ответчик ссылается в обоснование правомерности использования товарного знака на принцип исчерпания прав, то он должен доказать наличие условий по статье 1487 ГК РФ. В этом случае он должен доказать, что спорный товар введен в оборот на территории Российской Федерации или на территории ЕАЭС самим правообладателем или с его согласия (статья 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 16 Приложения № 26 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014)).

Если ответчик предлагает к продаже товар, который у него отсутствует, он не может доказать, что этот товар введен в оборот на территории России или ЕАЭС, но может доказать, что у него имеется возможность приобрести предлагаемый к продаже товар у лиц, уполномоченных правообладателем, у его представителей.

При предоставлении ответчиком договоров поставки с лицами, уполномоченными правообладателем на ввод продукции на территории Российской Федерации, например официальным дилером истца, или коммерческие предложения от них, а также документов, подтверждающих такой статус этих лиц, предложение к продаже на сайте в сети Интернет товара, маркированного этим товарным знаком, не является нарушением, за исключением случая, если из материалов дела следует, что ответчик предлагает к продаже контрафактный товар (пункт 5 Обзора практики Суда по интеллектуальным правам по вопросам использования товарного знака для целей, не связанных с индивидуализацией товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, утвержденного постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 24.10.2022 № СП 21/24).

Суд апелляционной инстанции указывает, что в рассматриваемом случае бремя доказывания правомерности использования исключительных прав, в том числе факта введения спорных товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия, лежит именно на ответчике, заявившем такой довод, на истце лежит бремя доказывания контрафактности спорного товара.

В этом случае в подтверждение контрафактности товара истец может в частности ссылаться на то, что такой товар не поставляется в Российскую Федерацию, указан неуполномоченный производитель, цена товара не соответствует цене оригинальной продукции, на фотографии товара видны признаки контрафактности.

По общему правилу исчерпание прав осуществляется в отношении конкретного товара, введенного в оборот. Однако в случае, когда ответчик предлагает к продаже товар, который еще не закуплен, товар не может быть индивидуализирован. С учетом этого на ответчика не может быть возложена обязанность доказать, что каждая товарная позиция, предлагаемая к продаже, закуплена у официального дистрибьютора.

Для того, чтобы был применим принцип исчерпания права, ответчик должен: раскрыть полную цепочку поставки на каждую товарную позицию, доказать наличие гражданско-правовой связи с истцом или его официальным представителем, доказать обстоятельства введения истцом или его официальным представителем товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

С учетом вышеприведенного правового подхода, апелляционный суд, проверяя доводы об исчерпании исключительного права истца на товарный знак, указывает, что ответчик не представил товаросопроводительных документов на предлагаемые к продаже товары, не представил договор, заключенный между ним и истцом, не представил универсальных передаточных документов, подтверждающих, что спорный товар был введен в гражданский оборот именно истцом. Фактически, доводы апеллянта являются голословными, не подтвержденными необходимыми доказательствами.

Представленные истцом скриншоты в обоснование довода о нарушении его прав со стороны ответчика, вопреки доводам апелляционной жалобы признаются арбитражным судом надлежащими доказательствами, содержащими все необходимые сведения и отвечающими требованиями допустимости. Достоверность отраженных в них сведений ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнута, о фальсификации данных доказательств ответчиком в порядке статьи 161 АПК РФ при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлялось.

При оценке письменных доказательств в виде скриншотов страниц суд первой инстанции пришел к законному выводу о признании их допустимыми доказательствами, поскольку действующим законодательством не предусмотрено каких-либо ограничений в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе, через сайты в сети «Интернет»). Суд вправе принять любые не запрещенные процессуальным законодательством средства доказывания.

Вместе с тем апелляционным судом приняты во внимание пояснения истца, приведенные им в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что истец для цели обеспечения необходимых и допустимых доказательств в суде посредством использования программы для ЭВМ FireShot Pro (далее – Программа) сформировал доказательства нарушения исключительных прав истца на товарные знаки – скриншоты.

По утверждению истца, программа позволяет конвертировать без редактирования и изменения содержания страницы любого Интернет-сайта в скриншоты, интегрируясь с браузером. Программа проверяет доступность осматриваемой Интернет-страницы, открывает заданные в поиске страницы в сети Интернет и производит снимки экрана, формирует итоговый документ.

Как поясняет истец, методика проверки корректности осмотра программой состоит в следующем. В запросе пользователя (представителя истца) был приведен Интернет-адрес (адреса) в общепринятой нотации, также известной как «URL» (universal resource locator – универсальный указатель ресурса). Адрес состоит из указателя на используемый протокол (http: или https:), разделителя (//) и доменного имени. Веб-страница или файл, имеющие такой адрес (URL), доступны для любого пользователя, имеющего доступ к сети Интернет, по его запросу через браузер, поддерживающий протокол HTTP. После проведения всех вышеуказанных мероприятий программой произведено формирование скриншотов, в ходе которого программой автоматически выполнены снимки (получены изображения) осматриваемых страниц, расположенных по адресам, указанным в Приложении 4. Скриншоты содержат все необходимые сведения, в том числе, указание адреса Интернет-страницы, с которой сделана распечатка и/или фотофиксация, а также точное время их получения с сайта.

Соответственно, представленные истцом в материал дела скриншоты, вопреки доводам апелляционной жалобы, являются надлежащим доказательством, подлежащим оценке и исследованию судом при рассмотрении дела наравне с другими доказательствами.

С учетом этого, вопреки мнению ответчика, фиксация доказательства самим истцом предложенным способом в порядке самозащиты является надлежащим доказательством.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1515 ГК РФ лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно материалам дела истцом был выбран способ расчета компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей (подпункт 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Размер компенсации истец определил согласно п.п. 1 п.4 ст.1515 ГК РФ в размере 170000 руб., с применением минимального размера компенсации 10000 руб. за каждое из 17 фактов нарушения (17 ссылок с Товарными знаками).

При определении размера компенсации суд, учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

Суд первой инстанции, исходя из принципа соразмерности установленного истцом размера компенсации, на основании норм гражданского законодательства, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П и от 24.07.2020 № 40-П, взыскал в пользу истца компенсацию в размере 170 000 руб.

В апелляционной жалобе ответчиком не предоставлено доказательств, обосновывающих возможность снижения размера компенсации за нарушение исключительных прав на спорные товарные знаки.

Суд апелляционной инстанции признает компенсацию в размере 170 000 руб., взысканную судом первой инстанции, обоснованной, законной, соответствующей принципу соразмерности последствиям нарушения.

Правовых оснований для снижения размера компенсации с учетом приведенных в апелляционной жалобе доводов не имеется.

С учетом изложенного, решение суда является законным и обоснованным. Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены. Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда отмене не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09 июня 2025 года принятое путем подписания резолютивной части в порядке упрощенного производства по делу № А71-3572/2025 (мотивированное решение от 07 июля 2025 года), оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Судья


Д.Ю. Гладких