Постановление от 9 июля 2024 г. по делу № А40-113828/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-26981/2024

г. Москва Дело № А40-113828/23

09.07.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 02.07.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 09.07.2024


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей А.А. Комарова, А.Г. Ахмедова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Сталининград» на решение Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2024 по спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Производственная инженерная компания «Станкопоставка»,

при участии представителей, согласно протоколу судебного заседания,


У С Т А Н О В И Л

В Арбитражныи? суд города Москвы поступило исковое заявление ООО «Сталининград» о привлечении Болсуновскои? Елены Викторовны и Сидоровои? Альфии Манеровны к субсидиарнои? ответственности солидарно по денежным обязательствам ООО «Производственная инженерная компания «Станкопоставка» в размере 3 290 714,83 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2024 в удовлетворении указанного заявления ООО «Сталининград» отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением ООО «Сталининград» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

ООО «Сталинград» в своей апелляционной жалобе повторяет доводы, приводимые в суде первой инстанции, о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредитора. Кроме того, апеллянт ссылается на необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии признаков банкротства у должника и возложении бремени доказывания на заявителя.

В судебном заседании представитель ФИО1 на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя ФИО1, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление ООО «Сталининград» о привлечении Болсуновскои? Е.В. и Сидоровои? А.М. к субсидиарной ответственности мотивировано не исполнением названными лицами обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также тем, что в результате действий (бездействия) ответчиков имущественным правам заявителя причинен существенный вред.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления ООО «Сталининград», исходил из не представления надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав явившихся в судебное заседание лиц, приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

В рассматриваемом случае ООО «Сталинград» связывает возникновение оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности с их действиями (бездействием) в период после 01.07.2017.

Следовательно, при рассмотрении заявления подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условии?.

Согласно части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющеи? организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационнои? комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акции? акционерного общества, или более чем половинои? долеи? уставного капитала общества с ограниченнои? (дополнительнои?) ответственностью, или более чем половинои? голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует и согласуется с данными информационного ресурса, что ФИО2 и ФИО3 являлись контролирующими должника лицами в соответствии с положениями статьей 61.10 Закона о банкротстве.

Так, ФИО2 являлась единоличным исполнительным органом ООО «Производственная инженерная компания «Станкопоставка» до 21.03.2022, а ФИО3 – после указанной даты.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В обоснование довода по указанному основанию ООО «Сталининград» ссылалось на решение Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2022 по делу № А40-146940/21, а также постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по тому же делу, которыми установлено, что должник поставил оборудование, не соответствующее условия договора, а именно, проданныи? истцу станок оказался не новым 2020 г.в., а изготовленным ориентировочно в 70-80гг., а затем восстановленным на предприятии в г. Нижнии? Новгород.

Вместе с тем каких-либо допустимых доказательств того, что у должника в указанный период имелись признаки неплатежеспособности в материалы дела не представлено.

Из приведенных доказательств рассчитываемои? даты заявителем приведены лишь сведения о кредиторах должника и возникших обязательствах в определенные периоды, что с точностью не доказывает возникновения признаков объективного банкротства, именно с момента которого начинает исчисляться срок на подачу заявления должника (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Судом первой инстанции правомерно учтена правовая позиция, изложенная в определении Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации от 10.12.2020 по делу № 305-ЭС20-11412, А40-170315/2015, согласно которой неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в которыи? должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежеи?), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Кроме того, заявителем не доказана конкретная дата, когда у контролирующих должника лиц возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве должника.

Вместе с тем, при привлечении к субсидиарнои? ответственности за нарушение обязанности обратиться с заявлением должника о его банкротстве в размер ответственности включаются только обязательства, которые возникли после истечения установленного Законом о банкротстве срока на подачу заявления. Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарнои? ответственности по данному основанию кредитору необходимо доказать дату, в которую у контролирующего лица возникла обязанность подать (инициировать принятие решения о подаче) заявление должника о банкротстве.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности истцом наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о банкротстве должника.

Что касается довода заявителя о привлечении ФИО4 к субсидиарнои? ответственности за невозможность полного погашения требовании? кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточнои?, следует исходить из того, что таковои? может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночнои? цене, в результате совершения которои? должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлении? хозяи?ственнои? деятельности, приносивших ему ранее весомыи? доход.

Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 23 Постановления № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившеи? существенныи? вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недеи?ствительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости даннои? сделки, так и ее существеннои? убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительнои? сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарнои? ответственности по основанию невозможности погашения требовании? кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные деи?ствия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестнои?, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательскои? деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В обоснование своих доводов заявитель ссылался на то, что в результате действий Болсуновскои? Е.В. в адрес ООО «Сталининград» был поставлено оборудование, не соответствующее условиям договора, что впоследствии привело к возникновению задолженности перед заявителем.

Вместе с тем, само по себе наличие задолженности юридического лица, приобретаемои? им входе обычнои? хозяи?ственнои? деятельности, в отсутствии объективных признаков неплатежеспособности лица перед кредиторами или фиктивности сделки не является основанием расценивать бездеи?ствие руководителя данного лица в качестве недобросовестного поведения.

Таким образом, в рассматриваемом случае истцом не доказано, что именно заключение сделки с ООО «Сталининград» явилось причинои? объективного банкротства должника, как и не представлено и доказательств значимости договора с истцом для должника применительно к масштабам его деятельности.

Иных деи?ствии?, которые могли бы быть обозначены как презумпции, облегчающие процесс доказывания основания по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве для привлечения к субсидиарнои? ответственности, как и деи?ствии?, которые бы существенно ухудшили финансовое состояние должника, совершено не было; доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ООО «Сталинград» о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Все доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредитора, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Довод апелляционной жалобы о необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии признаков банкротства у должника отклоняется, как не подтвержденный надлежащими доказательствами. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что возникновение в указанныи? период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности за неэффективное управление и непринятие необходимых мер по предупреждению банкротства и наступление состояния объективного банкротства.

Довод апелляционной жалобы о необоснованном возложении судом первой инстанции бремени доказывания на заявителя отклоняется, как основанный на неверном понимании норм процессуального права. Действительно, в силу положений пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и наступившими негативными последствиями для должника в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать заявитель. Однако такие доказательства в материалы дела не представлены.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2024 и удовлетворения апелляционной жалобы.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи: А.А. Комаров

А.Г. Ахмедов