Постановление от 13 августа 2025 г. по делу № А40-155508/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-35211/2025

город Москва                                                                                       Дело № А40-155508/23


Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 августа 2025 года.


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Яниной Е.Н.,

судей: Петровой О.О., Сергеевой А.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

АО «Райффайзенбанк»

на Решение Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2025 по делу № А40-155508/23

по иску ФИО1 (ИНН: <***>)

к АО "Райффайзенбанк" (ИНН: <***>)

об обязании

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО2 по доверенности от 02.04.2025;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 18.12.2024;

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «Райффайзенбанк» (далее – АО «Райффайзенбанк») об обязании провести конвертацию 8600 глобальных депозитарных расписок NovolipetSteel-GDR REGS (ISIN: US67011E2046) в 86 000 обыкновенных акций публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» (далее – ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат»; ISIN: RU0009046452) и 17 469 американских депозитарных расписок SurgutNefteGas-SP ADR (ISIN: US8688612048) в 174 690 обыкновенных акций публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз» (далее – ПАО «Сургутнефтегаз»; ISIN: RU0008926258); открыть на имя ФИО1 счет депо, зачислив на него в течение двух рабочих дней с даты вступления решения суда в законную силу 86 000 обыкновенных акций ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и 174 690 обыкновенных акций ПАО «Сургутнефтегаз», списанных со счета депо депозитарных программ; о присуждении ФИО1 судебной неустойки на случай неисполнения кредитной организацией решения суда.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30 октября 2023 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 2 февраля 2024 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17 октября 2024 г., в удовлетворении требований отказано.

Определением судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2025 года решение Арбитражного суда города Москвы от 30 октября 2023 г., постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 2 февраля 2024 г. и постановление Арбитражного суда Московского округа от 17 октября 2024 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2025 по делу № А40-155508/23 исковые требования удовлетворены частично с учетом указаний суда кассационной инстанции.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить и вынести новый судебный акт.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ответчика поддержал доводы жалобы по основаниям, изложенным в ней, просил решение суда первой инстанции отменить.

В обоснование доводов жалобы заявитель, ссылаясь на положение п. 5.1. Указа Президента РФ от 05.03.2022 N 95, полагает, что судом было принято неисполнимое решение об обязании АО «Райффайзенбанк» провести списание со счетов депо депозитарных программ ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и ПАО «Сургутнефтегаз», открытых (счетов депо) на имя иностранных банков Deutsche Bank Trust Company Americas и BNY Mellon, и имеющих статус счетов типа «С», акций ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и ПАО «Сургутнефтегаз» в пользу Истца в результате осуществления принудительной конвертации депозитарных расписок.

Также полагает, что суд принял решение в нарушение нормы ч. 26 ст. 6 Федерального закона от 16.04.2022 N 114-ФЗ, которой предусмотрено, что в случае, если общее количество акций российского эмитента, в отношении которых представлены заявления о принудительной конвертации, превышает количество акций российского эмитента, учитываемых на счете депо депозитарных программ, операции, предусмотренные настоящей частью, не проводятся.

Также, ссылаясь ч. 4 ст. 198 АПК РФ, указывает на  пропуск истцом трех месячного срока на признание незаконным бездействия (действия) АО «Райффайзенбанк» как органа, осуществляющего публичные полномочия, в связи с чем полагает, что суд обязан был отказать Истцу в удовлетворении исковых требований.

Представитель истца возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы, в том числе, по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, приобщенного к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО1 и Citibank N.A. London (Сити банк Лондон) заключено соглашение на приобретение 8 600 штук глобальных депозитарных расписок, удостоверяющих право собственности на акции ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат», а также 17 469 штук американских депозитарных расписок на акции ПАО «Сургутнефтегаз».

С 14.07.2022 европейские депозитарно-клиринговые системы Euroclear и Clearstream ввели запрет на конвертацию депозитарных расписок, выпущенных на акции российских эмитентов.

В связи с данными обстоятельствами 23 сентября 2022 г. Истец обратился по электронной почте в Citibank N.A. London (Сити банк Лондон) с намерением конвертировать в стандартном порядке принадлежащие ему депозитарные расписки в соответствующие акции российских эмитентов: ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и ПАО «Сургутнефтегаз».

26 октября 2022 г. в ответ на обращение Истца Citibank N.A. London (Сити банк Лондон) проинформировал об отказе  банком конвертации депозитарных расписок.

Таким образом, иностранный номинальный держатель указанных активов отказал Истцу в добровольной конвертации депозитарных расписок в акции соответствующих российских акционерных обществ.

Далее ФИО1 обратился в АО «Райффайзенбанк» с заявлениями об осуществлении принудительной конвертации депозитарных расписок, которые оставлены без удовлетворения.

Отказ АО «Райффайзенбанк» в осуществлении принудительной конвертации депозитарных расписок, принадлежащих истцу, послужил поводом для обращения истца с иском в суд.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства на основании положений ст. 71 АПК РФ с учетом указаний суда кассационной инстанции, удовлетворил исковые требования.

Апелляционный суд, повторно исследовав и оценив, представленные в дело доказательства, доводы апелляционной жалобы заявителя, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по примененным нормам материального права и переоценке фактических обстоятельств дела.

Настоящий спор связан с применением положений статьи 6 Закона № 114-ФЗ, устанавливающих механизм принудительной конвертации ценных бумаг иностранного эмитента в акции российского эмитента, который был введен законодателем с целью защиты прав и интересов российских юридических лиц и граждан от действий иностранных государств, международных организаций, иностранных финансовых организаций, введенных ими ограничительных мер.

Из анализа положений ст. 6 Закона № 114-ФЗ следует, что вопрос о перечне документов, необходимых и достаточных для удовлетворения требования лица о принудительной конвертации, должен решаться российским депозитарием с учетом конкретной ситуации, сложившейся у заявителя, принимая во внимание то, какие действия объективно доступны лицу для подтверждения юридически значимых фактов и являются разумными.

Критерий отсутствия обоснованных сомнений для принудительной конвертации ценных бумаг, о котором говорится в ч. 25 ст. 6 Закона № 114-ФЗ, не устанавливает необходимости предъявления лицом таких доказательств, которые подтверждают владение им иностранными ценными бумагами с бесспорностью (стандарт доказывания «за пределами разумных сомнений»).

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 г. № 305-ЭС24-16202 по делу № А40-129833/23 отмечено, что распределение бремени доказывания между сторонами процесса должно производиться исходя из положений нормативных правовых актов, установленных ими презумпций, а также с учетом объективных возможностей участников оборота по доказыванию определенных обстоятельств, принимая во внимание принципы справедливости, разумности и эффективности судопроизводства. Неблагоприятный для стороны исход спора не может быть предопределен возложением на эту сторону заведомо неисполнимой для нее обязанности по доказыванию (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2024 г. № 305-ЭС24-809, от 8 февраля 2024 г. № 305-ЭС23-15177, от 31 января 2023 г. № 305-ЭС22-13675 и др.).

Иными словами, от лица, пострадавшего от действий иностранных государств и финансовых организаций, не может требоваться создание такой степени уверенности, при которой не остается никаких сомнений в том, что иностранные ценные бумаги принадлежат такому лицу (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2024 г. № 305-ЭС24-7267).

Кроме того, в силу п. 1 ст. 10, п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей, в том числе при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения, участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Принцип добросовестности в контексте возникших между сторонами настоящего спора правоотношений подразумевает обязанность учитывать известные лицу интересы своего контрагента, предоставлять необходимую информацию и содействовать в достижении общей цели взаимодействия.

Во исполнение обязанности действовать добросовестно депозитарий не вправе ограничиваться заранее установленным универсальным перечнем документов, которые заявитель должен представить для реализации своего права, а должен предложить заявителю предоставить такие документы, которые могут подтвердить его право на спорные ценные бумаги и которые заявитель способен получить в сложившихся обстоятельствах.

Верховный Суд РФ, отменив акты нижестоящих судов по настоящему делу и направив его на новое рассмотрение в суд первой инстанции последовательно изложил следующую позицию.

Во-первых, ст. 6 Закона № 114-ФЗ не требует от инвестора предоставления исчерпывающих доказательств, которые бесспорно подтверждают владение иностранными ценными бумагами (стандарт доказывания за пределами разумных сомнений).

Так, исходя из содержания ч. 21 ст. 6 Закона № 114-ФЗ к заявлению о принудительной конвертации депозитарных расписок в акции российского эмитента должны прилагаться «документы, доступные в сложившихся обстоятельствах».

Соответственно, вопрос о перечне документов, необходимых и достаточных для удовлетворения требования лица о принудительной конвертации, российский депозитарий должен решать с учетом конкретной ситуации заявителя, принимая во внимание то, какие действия объективно доступны лицу для подтверждения юридически значимых фактов и являются разумными.

Во-вторых, бремя доказывания должно быть распределено между сторонами. Так, в случае возникновения спора о наличии права на принудительную конвертацию и передачи его на разрешение суда на заявителя не должно возлагаться чрезмерное бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о владении этим лицом соответствующим количеством ценных бумаг иностранного эмитента (как минимум ввиду того, что зачастую получение необходимых документов и информации объективно затруднено).

Если российский депозитарий не согласен с инвестором, то бремя опровержения возлагается на российский депозитарий, который при получении соответствующего пакета документов не вправе ограничиться только выявлением недостатков в документах, а должен предпринять меры по проверке их достоверности, используя ресурсы и инструменты, доступные депозитарию как профессиональному участнику рынка ценных бумаг.

В-третьих, при разрешении подобных споров судам необходимо разобраться, образуют ли представленные инвестором документы основания полагать, что заявитель является держателем ценных бумаг.

Согласно позиции Верховного Суда РФ пакет документов, который был представлен истцом, с высокой степенью вероятности подтверждал наличие у истца прав на депозитарные расписки и, соответственно, полномочий требовать их принудительной конвертации, в связи с чем бремя доказывания обратного перешло на ответчика, но ответчик его не выполнил.

В-четвертых, при разрешении подобных споров суду необходимо установить, проводил ли российский депозитарий как профессиональный участник рынка ценных бумаг полноценную проверку представленных документов и каковы ее результаты, использовались ли при проверке собственные ресурсы депозитария либо его возражения сводятся только к несогласию с полнотой пакета документов, представленных заявителем.

Документы, доступные истцу в сложившихся обстоятельствах, подтверждающие его право на ценные бумаги, были направлены ответчику с заявлением на принудительную конвертацию 27 октября 2022 г. и получены ответчиком 01 ноября 2022 г. (почтовое отправление №19102546217442). Заявление было подано вовремя, о наличии никаких-либо расхождений в представленных ФИО1 документах, опечаток и иных ошибок в заявлении ответчик не заявлял, доказательств в материалы дела не представил.

Верховный Суд РФ в Определении от 14 апреля 2025 г № 305-ЭС24-23218 по настоящему делу указал, что бремя опровержения того, что заявитель является лицом, обладающим правами на ценные бумаги, возлагается на российского депозитария, который при получении соответствующего пакета документов не вправе ограничиться только выявлением в них недостатков, а должен предпринять меры по проверке их достоверности, используя ресурсы и инструменты, доступные профессиональному участнику рынка ценных бумаг.

АО «Райффайзенбанк» не подтвердил, что им как профессиональным участником рынка ценных бумаг была проведена проверка представленных ФИО1 документов, в результате которой были выявлены какие-либо противоречия, не позволяющие считать истца собственником депозитарных расписок.

Ответчиком также не представлено никаких доказательств того, что направленные ФИО1 документы для проведения принудительной конвертации являлись поддельными (сфальсифицированными). Ответчик не доказал, что депозитарные расписки, на конвертацию которых претендовал истец, в действительности принадлежат другому лицу. Ответчик также не предоставил доказательств того, что поданных заявлений о принудительной конвертации депозитарных расписок было больше, чем находящихся на учете у ответчика акций российских эмитентов.

Факт владения депозитарными расписками ФИО1 был установлен судами и следует из материалов дела (абз. седьмой на стр.3-4 Определения ВС РФ от 14 апреля 2025 г.). Истцом в материалы дела был представлен нотариально заверенный протокол от 5 сентября 2023 г. осмотра доказательств - выписок из личного кабинета ФИО1 в системе Citibank N.A. London (Сити банк Лондон), удостоверяющих принадлежность 8 600 депозитарных расписок на акции ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат», а также 17 469 депозитарных расписок на акции ПАО «Сургутнефтегаз».

Верховный Суд РФ в Определении от 14 апреля 2025 г. указал, что ответчик не опроверг факт предоставления истцом для проведения принудительной конвертации документов, подтверждающих владение депозитарными расписками, действительность и правомерность его интереса в осуществлении указанной процедуры.

При новом рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик также не представил никаких доказательств, подтверждающих отсутствие правомерности интереса истца в отношении депозитарных расписок.

В нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ, ответчиком не представлено доказательств наступления предусмотренного ч. 26 ст. 6 Закона №114-ФЗ условия для отказа в принудительной конвертации - превышения общего количества акций российского эмитента, в отношении которых представлены заявления о принудительной конвертации, количества акций российского эмитента, учитываемых на счете депо депозитарных программ.

Аргументы апелляционной жалобы ответчика сводятся к несогласию с позицией Верховного Суда РФ о распределении бремени доказывания, а также к представлению истцом документов, подтверждающих факт владения в обновленном виде.

В 2022 году из-за санкций европейские клиринговые центры заблокировали все операции, включая конвертацию депозитарных расписок в акции российских эмитентов.

Согласно информации, содержащейся на официальных сайтах российских эмитентов в сети Интернет, обращение депозитарных расписок на зарубежных биржах прекратилось, как и реализация самих депозитарных программ.

Информация о возобновлении на сегодняшний день обращения на биржах депозитарных расписок ПАО «Сургутнефтегаз» и ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в открытых источниках отсутствует.

В апелляционной жалобе ответчик утверждает, что истец мог утратить свои права в отношении депозитарных расписок, однако не представил доказательства, подтверждающих изменение обстоятельств, повлекших прекращение обращения депозитарных расписок.

Санкции зарубежных государств, которые в 2022 году привели к прекращению обращения депозитарных расписок на акции российских эмитентов до настоящего времени не отменены, а даже расширены.

Ответчик также не представил в материалы дела доказательства практической возможности продать или иным способом произвести распоряжение заблокированными депозитарными расписками.

В условиях сохраняющегося противодействия зарубежных стран и институтов в реализации российскими инвесторами своих законных прав, ответчик голословно утверждает, что истец мог утратить права в отношении депозитарных расписок, однако не приводит пояснения о способе утраты прав в отношении актива, свободное обращение которого прекращено.

Приведенная в апелляционной жалобе информация о запуске на Мосбирже внебиржевых торгов заблокированными иностранными акциями не имеет никакого отношения к депозитарным распискам, выпущенным иностранными организациями, на акции российских эмитентов.

Указанная информация не может являться относимым и допустимым доказательством начала обращения депозитарных расписок истца, и, следовательно возможности их отчуждения.

Заявляя в апелляционной жалобе о необходимости повторного представления документов, ответчик проявляет заведомую процессуальную недобросовестность. Принимая во внимание, осведомленность ответчика как профессионального участника рынка ценных бумаг о том, что доступ в электронные личные кабинеты российских владельцев ценных бумаг, которые учитывались иностранными депозитариями, в связи с введением ограничительных мер прекращен. К аналогичному выводу пришел Девятый арбитражный апелляционный суд при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами (постановления от 18 июля 2025 г. по делу № А40-89928/23).

Кроме того, как уже указывалось выше, бремя опровержения факта принадлежности депозитарных расписок истцу возлагается на АО «Райффайзенбанк» как профессионального участника рынка ценных бумаг.

Довод ответчика о заведомой неисполнимости судебного акта вследствие необходимости списания ценных бумаг со счета депо типа «С» является ошибочным.

При рассмотрении настоящего дела Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации данный довод ответчика был рассмотрен и судебной коллегией сформирована позиция, согласно которой отсутствие соответствующего исключения для списания ценных бумаг со счета депо типа «С» не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку ФИО1 после рассмотрения настоящего дела и разрешения спора о праве на принудительную конвертацию ценных бумаг не утрачивает возможность определения порядка исполнения судебного акта в виде обращения за их списанием со счета депо типа «С» в общем порядке, установленном законодательством.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с указанной позицией.

Кроме того, ссылка ответчика на нарушение положений Указа Президента РФ от 05 марта 2022 г. №95 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми иностранными кредиторами» (далее – Указ №95) в части принятия неисполнимого решения, обязывающего АО «Райффайзенбанк» совершить незаконное действие по списанию со счета депо типа «С», является ошибочной.

Указ №95 регулирует отношения, касающиеся исполнения обязательств российскими резидентами (должниками) перед некоторыми иностранными кредиторами, что прямо следует из названия и п.1 данного Указа.

В соответствии с п. 1 Указа №95, данный Указ «устанавливает временный порядок исполнения Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями, резидентами (далее также – должники) обязательств по кредитам и займам, финансовым инструментам перед иностранными кредиторами, являющимися иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе если такие иностранные лица имеют гражданство этих государств, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства), или лицами, которые находятся под контролем указанных иностранных лиц, независимо от места их регистрации (за исключением случаев, если местом их регистрации является Российская Федерация) или места преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности (далее – иностранные кредиторы).».

В соответствии с п.3 Указа №95 в целях исполнения обязательств, определенных в п.1 данного Указа, должник вправе направить в российскую кредитную организацию заявление об открытии на имя иностранного кредитора или иностранной организации, имеющей право в соответствии с ее личным законом осуществлять учет и переход прав на ценные бумаги (иностранный номинальный держатель), в отношении которых осуществляется исполнение обязательств, счета типа «C», предназначенного для проведения расчетов по данным обязательствам.

То есть Указ предписывает, чтобы российские должники исполняли свои обязательства перед отдельными кредиторами-нерезидентами исключительно в российской юрисдикции (путем зачисления имущества на специальные счета типа «C»), а не переводили свое имущество в иностранную экономику в интересах данных нерезидентов.

Указ №95 не ограничивает возможность суда принять решение об учете акций за их фактическим владельцем, поскольку имеет иную сферу регулирования.

ФИО1 не является иностранным кредитором по смыслу п. 1 Указа №95, он гражданин Российской Федерации, имеет постоянное место жительство на территории России.

Также необходимо отметить, что порядок исполнения обязательств, установленный Указом, распространяется на исполнение обязательств в размере, превышающем 10 млн. рублей в календарный месяц, или в размере, превышающем  эквивалент этой суммы в иностранной валюте по официальному курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на 1-е число каждого месяца (п.2 Указа).

В апелляционной жалобе ответчик также ссылается на п.5(1) Указа №95, введенный Указом Президента РФ от 03 января 2024 г. №8, согласно которому на средства и ценные бумаги, учитываемые на счете типа «C», не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, наложен арест, в отношении их не может быть заявлено требование о взыскании обязательных платежей, не могут быть приняты иные обеспечительные меры, если судебные акты и акты иных органов вынесены после 03 января 2024 г.

При этом п. 7 Указа установлено, что в случае перечисления должником средств на счет типа «С» кредитор вправе обратиться в кредитную организацию, в которой открыт такой счет, с заявлением об использовании средств в порядке, определенном Центральным банком Российской Федерации (в отношении исполнения обязательств кредитными организациями и некредитными финансовыми организациями) либо Министерством финансов Российской Федерации (в отношении исполнения обязательств другими должниками).

То есть данный Указ лишь регулирует возможность распоряжения имуществом самим третьим лицом – нерезидентом в отношении средств, полученных последним на специальный счет типа «C» в результате своей финансово-хозяйственной деятельности, но не ограничивает возможность суда принять решение об учете акций за их фактическим владельцем, в силу чего, само по себе решение суда первой инстанции нельзя признать незаконным по таким основаниям.

Кроме того, в редакции Указа №95, действовавшей до 2024 года, пункт 5.1. «На средства и ценные бумаги, учитываемые на счете типа «С», не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, наложен арест, в отношении их не может быть заявлено требование о взыскании обязательных платежей, не могут быть приняты иные обеспечительные меры, если судебные акты и акты иных органов вынесены после 3 января 2024 г.» – отсутствовал как таковой.

В соответствии со ст.4 ГК РФ, нормативные акты не имеют обратной силы и не применяются к отношениям, возникшим до их введения. Таким образом п.5.1. Указа № 95 не может быть применен к отношениям, возникшим до его введения.

Кроме того, требования истца не направлены на обращение взыскания на ценные бумаги. По существу, настоящий спор о праве на принудительную конвертацию и понуждение ответчика к исполнению обязанностей, возложенных Федеральным законом № 114-ФЗ (в редакции Федерального закона № 319-ФЗ ФЗ), которые должны были быть исполнены в 2022 году.

Довод апелляционной жалобы о пропуске истцом трехмесячного срока исковой давности, установленного ч. 4 ст. 198 АПК РФ, суд признает ошибочным.

Верховный Суд РФ оценил данный довод как необоснованный, поскольку «в рассматриваемых правоотношениях кредитная организация не выступала в качестве органа, осуществляющего публичные полномочия, в связи с чем данная норма не подлежала применению.».

Как указал Верховный Суд РФ, ответчик не относится к лицам, которые перечислены в ч. 1 ст. 198 АПК РФ и могут отвечать по требованию, основанному на указанной норме права.

В соответствии с Обзором судебной практики разрешения судами споров, связанных с принудительным исполнением требований исполнительных документов банками и иными кредитными организациями (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16 июня 2021 г. ), если взыскателем или должником оспариваются действия (бездействие) банка (например, отказ в принятии исполнительного документа, возвращение исполнительного документа), то такое административное исковое заявление, заявление подлежат рассмотрению судами по правилам главы 22 КАС РФ, главы 24 АПК РФ.

Между тем, в соответствии с Федеральным законом от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве», на банки и иные кредитные организации, не являющиеся органами принудительного исполнения, возлагаются публичные функции по исполнению судебных актов о взыскании денежных средств и распространяются положения этого Закона. В связи с тем, что банк наделен государственно-властными полномочиями в рамках Закона №229-ФЗ, действия (бездействие) банка или иной кредитной организации, связанные с принудительным исполнением требований исполнительных документов, могут быть оспорены в арбитражном суде в рамках главы 24 АПК РФ.

При осуществлении депозитарной деятельности и действий по принудительной конвертации ценных бумаг в рамках Закона № 114-ФЗ АО «Райффайзенбанк» не наделено какими-либо властными функциями по отношению к другим участникам гражданского оборота, в том числе по отношению к истцу. Бездействие ответчика, оспариваемое по настоящему делу, имело место в рамках гражданско-правового оборота и не вытекает из публичных отношений.

Соответственно, иск ФИО1 не подлежит рассмотрению в соответствии с главой 24 АПК РФ и к нему не применяется установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок.

Заявленное истцом требование в соответствии с ч. 23 ст. 6 Закона № 114-ФЗ об обязании ответчика открыть на имя истца счет депо и зачислить на него соответствующее количество акций, списанных со счета депо депозитарных программ, является требованием об обязании присуждения к исполнению обязанности в натуре (абзац восьмой ст. 12 ГК РФ), на которое распространяется общий срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ).

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки имеющихся в деле доказательств в их совокупности, апелляционным судом признается законным и обоснованным решение суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований частично.

Судебные расходы в виде уплаты государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы распределяются в порядке, предусмотренном ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 04.06.2025 по делу № А40-155508/23   оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Председательствующий судья                                                                  Е.Н. Янина   


Судьи:                                                                                                          О.О. Петрова


А.С. Сергеева